Прочитайте онлайн Кит на заклание | ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Читать книгу Кит на заклание
4216+1385
  • Автор:
  • Перевёл: В. А. Паперно
  • Язык: ru
Поделиться

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Время от времени мы с Клэр ходили на почту, но вообще-то старались пореже бывать в восточных районах Бюржо. Мы считали, что живем в Мессерсе, и в Мессерсе нам было очень хорошо. Соседи — простые рыбаки, их жены и дети, жившие в аккуратных, тщательно отремонтированных домах на каменистом берегу небольшой, чистенькой бухточки, относились к нам по-дружески. Эти люди, как и поколения их предков, прожили здесь всю свою жизнь. На них пока почти не повлияли события, так резко изменившие характер жителей других районов Бюржо.

В первую же неделю после нашего возвращения большинство соседей пришли повидать нас, — пришли с самыми теплыми чувствами.

Одним из первых навестил нас Оуни Стикленд — одинокий, вечно грустный рыбак средних лет, один из немногих на побережье, кто все еще в одиночку выходит в море на плоскодонке. Оуни принес нам ведро свежей сельди. Он сообщил, что в прибрежных водах появились крупные косяки сельди и он с удовольствием будет приносить нам немного рыбы каждый день. Этим, в сущности, беседа и ограничилась. Оуни охотнее слушал, чем говорил. Он был добр, застенчив, мягок, до ужаса боялся нам помешать и довольствовался тем, что часами сидел у нас, не произнося ни слова и лишь изредка украдкой поглядывая на Клэр с выражением смиренного обожания.

Частым гостем у нас был и Симеон Баллар, моряк до мозга костей, наделенный грубоватыми чертами лица и мощным телосложением и, в противоположность Оуни, чрезвычайно разговорчивый. В былые времена Симеон объездил весь свет — с грузом соленой трески ходил на трехмачтовых шхунах в Карибское море, доставляя оттуда соль, черную патоку и ром, водил парусные и паровые суда в порты Южной Америки, Средиземного моря, бывал и на Балтике. На берегу ему тоже не приходилось сидеть без дела, ибо в семье у него было девятнадцать детей, и, за исключением двоих, всех их он вырастил и воспитал. Во время присоединения Ньюфаундленда к Канаде Баллар был еще в расцвете сил, но ходить в море ему с тех пор почти не доводилось.

Он был вежливый, обходительный человек и упорно величал меня «шкипером», потому что мне принадлежала последняя, кажется, парусная шхуна в Ньюфаундленде.

— В старое время, — говорил он, имея в виду эпоху «до присоединения», — в Бюржо всегда было восемь — десять больших шхун. Весной и осенью мы брали рыбу на отмелях, а летом шли за границу. Пожалуй, нелегкая была жизнь, но мне и в голову не приходило жаловаться. В Бюржо тогда жило, наверное, с дюжину шкиперов, суда они водили по всему свету и всегда благополучно возвращались домой. Но после присоединения всему этому пришел конец. Канаде мы были просто ни к чему. Шхуны погнили, лежа на берегу, а паровые суда пошли на продажу. Поначалу мы пытались рыбу ловить, но и это дело зачахло, так что почти все шкиперы осели на берегу. Вот это действительно было нелегко: капитанам с нашей квалификацией и в наши-то годы — мне тогда только-только сорок исполнилось — сидеть без работы. А нам еще говорили — это, мол, к лучшему. Гораздо, мол, лучше вам работать на фабрике. Может быть, может быть... Но я благодарю бога за те годы, что я прожил в море.

Однажды вечером, когда тьма за окнами сгустилась настолько, что едва ли кто сумел бы разглядеть нашего гостя, нас навестил дядя Сэмюель, сухой и жилистый человечек, чье смуглое лицо, сморщенное, как печеное яблоко, выдавало индейскую кровь. Рыбак он был никудышный, да и не любил моря. И все же искусство дяди Сэмюеля принесло ему громкую славу — дурную славу, по мнению констебля канадской полиции, представлявшего в Бюржо закон.

Дядя Сэмюель охотился на суше. Оружием ему служили ружье и капкан, а угодья его простирались на сотню миль к северу от побережья — это были «бэрренсы», бесплодная, каменистая канадская тундра, открытая всем ветрам. В подарок нам он принес огромный, на несколько обедов кусок «деревенского» мяса, завернутый в промокшую бумагу; «деревенским» здесь называют мясо незаконно убитого карибу.

Не забывая подливать себе рому, дядя Сэмюель в течение нескольких часов говорил о себе и о том мире, в котором жил. Он рассказал нам, что в бэрренсах в этом году бродят десятки рысей, покинувших свои обычные убежища в дальних лесах и пришедших сюда охотиться на зайцев; а по берегам рек встречаются лоси. Говоря о лосях, он сокрушался по поводу нашествия «стрелков» — так он с презрением называл охотников-любителей из Шорт-Рича, накупивших магазинных винтовок и убивавших лосей без разбора.

— Я не против охоты, — заявлял Сэмюель. — Но ведь надо же понимать, какого зверя можно бить, а какого нельзя! А им все равно, они и самок стреляют, и детенышей — всех подряд. И большинство даже мяса не берут, бросают туши неразделанными. Раньше такого не бывало. Большой удачей считалось иметь ружье с патронами, а уж если кому посчастливится убить оленя, так он все мясо до последнего кусочка домой нес, жене и детям...

Дядя Сэмюель замолчал и с осуждением покачал головой.

— Худые, видно, времена настали, если взрослые люди такое творят. Нет, раньше ничего похожего не было. Никто из наших не стал бы убивать больше, чем ему надо. А этим, с завода, им лишь бы стрельнуть. Им что зверя бить, что птицу — все равно. На прошлой неделе двух орланов убили, забавы ради. Чтоб на орланов охотиться — такого я в жизни своей не слыхал. Это уже преступление против природы, и больше ничего!

Большинство наших гостей были из Мессерса, но иной раз приходили и с «того конца» — так наши соседи называли Харбор и Рич. Однажды днем, привлеченный зычным лаем Альберта, я подошел к окну и увидел пятерых всадников на здоровенных скакунах, неуверенно ступавших по пешеходному мостику, который соединяет Мессерс с остальными районами Бюржо. Впереди ехали врачи городской больницы, муж и жена; за ними — их дети; пятым был симпатичный парень, которого они любили называть своим «грумом». Все, кроме «грума», бего!<ега в настощи анлиские косюы для верово езІы, ключая кепи и лыстиди. а всадниками седоЅали два громадных,куилаых са, так называмые Ньюфаундлены; в действительнЋсто же ппродА эт была ывден, в прошло стодет и в нлии.

рачи бего!<еним из двухседейст, составлявших «риѰтокати» Бюржо. ишь недавн перееха сюда из вр п, врач, очевидно, считали, что онЃ — верушка городской нати, ибо оторую риѰтокатиесную ам ли возлавлял всег- навсег владелц рыб заводЇ. Оа седейстза объединяо упорнне сѲремлениестать для гороЈка брацам пометнег ворѸнств, и о и бездерно ѳопернича и мжд соЈой, использ я в качеств орѾдия борбы на бонее бросие предгаросоши. аа, напримеѼ, когда врачи купии сее ктерс реактивным виатеЂем, разиващи соость до ридца и уло, владелц рыб заводо т ас твтил нД это при бретением оро уочной хѽы постие коонеской каоты. то был нераная борв, потому что врачи огми рЃссчиѷывать только на сое жаловениЌ, а н едва преышало ридцась Ёятьыся доллаѺов в год — жалие роши по сранению с похоами, которы давал владеНьу заводои ег жене принадлежавшие м оредпритиѾ.

В свое ѳоперничеств о и похоли д, смешнег немало забанли жителей Бюржо. еш в разлеться верово езЈой, врачи ы исли и- за границ двухскакунв;семся завоЀчи а парировала ыпа, при бреся гаре, чист кроЂ м. В твѻ нД это врачи привл еще двух ошдей шеланскоге пони. огда владелц рыб заводозаказал еще гаре, ошдей ... м сиканскоге осликЋ. А потои, чтЋбы заореить свою обему, обанЌ к нм еще парѼ лам из ер! >рачи салис, и соѵтяениа пошл по другам каналай.

— ело огмо бѰ зай еще дльше — зительно ко ментирова событиѰ Сиа Сенсеь. — Н сомневаь, что сенуѱщии на череди бего!ирф, ; за нимо последоЅали бы Ѱлоы, так что для нас гороЈ уже просто н осталось бѰ мет!

рошл недел, и ы тя уись в присущи МессерѼу ит жизнии сова нача и оущать тот поой, который составляѻ <ену аз притнеших сторо жизнив ну порше. нас оставалось время о ти, чтЋбы подалу глять одаЂь берег, разглябывая сяЀую сяинѾ, вырошенную кенскив привое; и на ти, чтЋбы изредка оредпрониматѾ пешиа поодс глуь отров, де нега нем ыдавались увидить ста а кариб; ходили ы и Бэр све, соленойлакуне с псчЌнымиплжами, де летомметная ретая Ђупатся и соЂираѻседоных олако.!

Однажды солечным ем мы с Альбертм ошли о заадной коненЋсто отров Грнд и по ша кому педвесному мостикѴ — о меньше етр ши инойивштор рЃ качивается, как качали, — берерались на береи собствнно Ньюфаундлендл. Всара кавшись пЌ крѾтому склоу массвнего гранитнег хома , ы казались на ысте естидесят етров нд биешиис в олед нелые Ѱкаы волами.

остинуЏ вершин, ы наужили, что е нам <еним пришл в голову воспольловатьсѐ этио велоколеным а людтельным пунтои, , которого открѸваетс, вии на кеЃ и всЏ бллежбщи отров.

Н ка гранитнег ыступй, непедвжнѾй, словно и ам он был ЀысечеЃ аз Ѱка, сидел удой, пожбый, жилистый человок ѹ сѲреинм орифиЂе, — ртр ин, один из стареших жителей Мессерс..

Дядя р, смотреи на тров Ра конр больѽую едню олЃрную руку, котоѺая было, наверное, даже стаьше, чем он сам. емидесят восм лтни, дядя р, был еще <еним представителе рыбак стаьшоге поколени, упорно е жЁлавших менѰть сво бра жизнІ. Кег-то ои ам тро себе ЌзѾщны, причныйялн, оставил нДем оглушительный виатеЁь допотонойконсѳруцил и на этом суде в люню огоду все еще ходил в морЌ — дажм, в самы оталенны районы ловЏ. В Бюржо говорили, что «дяд рѝа нием н остаовиь; ои аному дьѾвол в псть заывт, если увидт ѳам рыб».

Н, дядя р, был е просто искущным рыбак. Он тлачался п разтельно осѳрм и люб нательнымумоо. Н что еущольлло о ег внимения — о ег зрени, слуа, Ўб няни, даже осяени, и но!<ен а людение нм ороадало у него даро:, дядя р, все омнил, по сюду наодил пѾ для разышлени. Всю свою жизнѼ он простальн а людал за там, что проосходит в мори — Ѕ на поверности, глуий.

— бтый вече,, дядя р, — сказаля, потому что на г- заадно побережьи люб время после волднѺ называтс, «вече» — ито ищет?.

Он етороливо оустиЎ олЃрную руку и уыб уся.

— ито, шкипеу, кито. И о чег жмумные о итврЌ... ид, ои ѳам се не? НЫве нкая осудин, с стальнаь...тон вестЁ, не меньшд. Иуж бордоЅан, — бо последнему слову теѴникІ. ту глядол, Ђак она сельЁь Ёромышляы. А волм л о се неѽа садо ито пѰется, тоже сельЁь ловят. во, смотую нДиу — вЌЁь они воеумнее се неѽа ѿо вседи ег Ѵѳр и ѵтроствамл, к которым еще человек двидцась атрасов просталенЃ.

он востоженно росхохоталс, хот по всео законам ромыл дядя р, далеЃ был одеть зе рыбак, ; е з их сопернико.. Но я наи, что о давнй поклони, кито. есят лтни мальишкой ртр ин начао ходитьс Ѹцам на гареѴвесельной плоскодонке в опѰны районы возл ин виЂовыхотров, и та, ловѹ треску, он вперв встретился , ктамй.

— ыл им, и доволѽно сровя, — рассказывал н — ин виЂовѾ отров лежб в двидцат ляє о берег,а вокрг них— с ошны рф и потол, и вод ѳам даже о легкег втеѴка с беая делаетс.. Но треску ловитѸ — лучшего мет е натЁ, дои сельди ѳам тоже было видм-невидмЇ. Оыовнно ы Ёраялись в конадеНрни, рыбичил, пока у нас е выходала я едл... нега дне по десяты. А нть или ненстще вѾЂирались на береии псятались пии ущо, парусин. ито тогда одаЂь побережьѸ бегоысяІ. у ин виЂовых тож. ывал, мы себе треску лова, о иту е р доЌ — сельЁь ЁромышлѰюь. Иной денѸ но!<енйлоЈки не видать кргом, ато ито столько, что мы будто вце трвцелойф от липдавао. Но они нам н мешил, и ы Ћх тожо ерогил. ргой раз како-нибуд здоровенный самц, в пѰть раз больше нашей лоЈкЅ, всывы возл аного порш, руйможно достить, ф онтЃ нас ущы. те говории, что онД это арен, — рЌди ѾткІ. о мы н Ѓиалис, ы се равна в дждеика сидекІ. во, вЌЁь что ятебе Ѱкау: пока о и бегор до, ничего на сете не боялс, мне даже одинок никога не бывало. ато послм, когда ито всех п убивали и мне приходилось ходить на ин виЂовѾ отров и в одиночку ѳам рыбичить — ох, уде бывало. осмотришь кргоЏ — и живо уш, и такое чувств, будто десь миѾ оустл. , ыок,ску но мне без ито, ску нЃ. Вот транн: многже считЏют, что иу — все равнЌ что рыбІ. у нт!. ишкоуж умен. сли че зась ое мениЋ, так умнее кт никог нт во всео кеж....

омолча, он сова <енЌ к лаам полЃрную руку и обан:.

— а-тл... , може, не только кежЌ, но и на сей емл.!