Прочитайте онлайн Хороша была Катюша | Глава 7

Читать книгу Хороша была Катюша
2818+1453
  • Автор:
  • Язык: ru
Поделиться

Глава 7

— Мамуль, я все никак не соберусь тебе сказать…

Сергей забежал к родителям после работы, чтобы предупредить о предстоящем официальном визите. Катерина торопила его, надувала губы и говорила, что он очень ее огорчает. При этом она многозначительно клала его руку на свой упругий смуглый живот. Живот был хорош, но Сергей ничего не мог с собой поделать — предстоящий разговор с родителями сильно его пугал. Наконец он решил, что двум смертям не бывать, а одной не миновать — вечно прятать беременную невесту невозможно, и чем дальше, тем более дурацким выглядит его поведение.

И вот он дома. Отца еще нет, мама, разумеется, сразу усадила его за обеденный стол, уставленный таким количеством блюд, что можно было предположить, что трапеза готовилась на дюжину лесорубов. Отдав должное тушеным баклажанам, маринованной по собственному рецепту скумбрии, домашним пирожкам с ливером, ароматному куриному бульону и воздушному картофельному пюре с киевской котлетой, истекавшей маслом, Сергей наконец решил перейти к цели своего визита.

— Так вот… Да ты не волнуйся, ничего страшного…

После этих слов Марина Васильевна охнула и грузно опустилась на табуретку.

— Мамуль, да перестань же ты… Просто я собираюсь познакомить вас с Катей. Катя — моя хорошая знакомая.

Марина Васильевна была женщиной небольшого ума, но обладала хорошей интуицией.

— Кто, прости, эта Катя? Твоя хорошая знакомая? Или все-таки что-то большее?..

Сергей ерзал на стуле. Он до сих пор прекрасно помнил те времена, когда подвергался психологическим атакам из-за неправильной профессиональной ориентации. Похоже, его матримониальный выбор повлечет еще более серьезные последствия. Вдруг он решил взроптать.

— Мам, хватит. Я — взрослый мужчина. У меня есть личная жизнь. Рано или поздно я захочу жениться, создать семью, у нас родится ребенок…

Марина Васильевна не позволила ему закончить фразу:

— Эта Катя уже беременна? Какой срок?

— Откуда я знаю? — Сергей чувствовал себя, как в восьмом классе ненавистной физико-математической школы, когда классная руководительница застигла его в школьном подвале с сигаретой в руке. — Да, Катя беременна. — И жалобным голосом добавил: — Не говори, пожалуйста, папе…

* * *

«Мне всегда шел этот цвет…»

Катерина стояла перед зеркалом в расстегнутой алой блузке на голое тело. Она собиралась на «смотрины» и прекрасно понимала, как много зависит от первого впечатления, которое она произведет на Сережиных родителей.

Важно понять, кто у них в семье главный… На кого ориентироваться?.. Если на папу, то идти нужно в этой блузке — ни один мужик не устоит. Сразу потеряет голову и начнет завидовать сыну черной завистью… А вот будущая свекровь обязательно возненавидит… Нет, так дело не пойдет.

Блузка вернулась в шкаф. Катерина решила начать с белья. Ей всегда нравилась собственная нагота, нравилось и тонкое, кружевное, изысканное разноцветное белье. Даже во времена тяжелого безденежья она не могла устоять перед искушением купить какой-нибудь необыкновенный комплект. В Сережиной квартире, куда она перебралась не так давно, один из ящиков гардероба уже заполнился ее исподним.

Алый цвет прочно завладел Катиным подсознанием. Она отыскала трусики-стринги и тонкий бесшовный лифчик самого яркого оттенка — именно такими были пионерские стяги в ее школьном прошлом. Но теперь этот цвет вызывал у нее совсем иные ассоциации — с дорогими интерьерами огромных спален, где главное место занимает кровать. Постельное белье в ее мечтах всегда было или черным, или, опять же, алым… Настоящая Ассоль нашего времени…

В конце концов Катерина предстала перед Сергеем вся в черном — тонкая водолазка подчеркивала прекрасную форму тяжелой, но упругой груди, узкая юбка открывала идеально круглые колени и позволяла любоваться совершенной линией ножки с высоким подъемом и тонкой щиколоткой. На лице минимум макияжа — только бежевые тени на веках, немного коричневатых румян и вишневый блеск на губах. Сергей залюбовался.

— Кать, я все никак не привыкну, какая ты у меня красавица…

Он подошел к будущей жене, обнял за плечи, потом наклонился, чтобы чмокнуть в щеку, но, ощутив пряный запах ее духов, потерял голову. Поцелуи становились все более жаркими, его руки опускались все ниже, дыхание становилось прерывистым. Резким движением он стянул тонкую водолазку. Алая ткань, прикрывающая пышную грудь любимой женщины, подействовала на него как тряпка соответствующего цвета на быка, доведенного жестоким матадором до предельной ярости. Сергей повалил Катерину на жесткий палас и до боли сжал ее запястья…

* * *

— Большое спасибо. Все очень вкусно, но, пожалуйста, больше ничего не надо… — Катя смотрела на стол с пресыщенностью кошки, объевшейся жирной сметаны. Она действительно отдала должное всем блюдам, которые Марина Васильевна неутомимо продолжала предлагать гостье. Но и сытость иного рода переполняла тело молодой женщины. Она даже немного беспокоилась — сегодня наедине с Сергеем она забыла о своей роли слегка недомогающей беременной, которая с трудом терпит мужские ласки. Ее недюжинный темперамент вырвался наружу — сказалось волнение и напряжение последнего времени, ей срочно требовалась разрядка, а самым лучшим способом релаксации для Кати всегда был секс. Острый, долгий, горячий, изобретательный.

Сидя за обеденным столом, она вспоминала, как лежала на полу абсолютно нагая, и каждая клеточка ее тела пела от счастья и полноты жизни. Сергей, будто ребенок, уткнулся ей в плечо, она лениво гладила его голову, а он, кажется, дремал… К жизни их вернул телефонный звонок — Марина Васильевна уже начинала волноваться…

За опоздание пришлось долго извиняться. Родители Сергея были люди болезненно пунктуальные, потому сорок минут ожидания показались им вечностью. Но, дождавшись сына и его «знакомую», они пережили еще один шок. Катерина, все еще раскрасневшаяся, с блеском в глазах и улыбкой Моны Лины, вошла в их дом как посланница иных миров. Марина Васильевна столько лет создавала образ идеальной невестки, что Юрию Алексеевичу уже казалось, что никто, кроме скромной, милой и хозяйственной простушки, и не может претендовать на эту роль. И вдруг — звезда итальянского кино, какая-то местная Софи Лорен с непристойно обтянутым бюстом и попой, от которой Юрий Алексеевич никак не мог оторвать взгляда, пока показывал ей свою библиотеку. Рука так все и тянулась куда-то к нижним полкам, где стояли преимущественно справочники… Даже себе самому он никогда не признался бы, что на восьмом десятке встретил свою воплощенную мечту, оживший предмет сексуальных фантазий, которые так никогда и не сбылись.

За столом Юрий Алексеевич усадил Катю рядом с собой, усердно подливал ей в бокал вино, подкладывал на тарелку закуски, занимал игривой беседой. Катя откровенно веселилась — она сама не ожидала такого эффекта. Этот старый павиан явно забыл о жене, о сыне, о том, кто он и где находится. Еще немного — и его рука начнет мять под столом коленку будущей невестки…

— Нет, нет, спасибо. Не наливайте мне больше. — Изящная ручка с ярко-красными ногтями прикрыла пустую рюмку.

— Катенька, это чудесное вино. Настоящее грузинское — мне привез коллега из Тбилиси. Мы подружились на симпозиуме, который проходил там лет двадцать назад… Вы не поверите, во всем городе долгое время не было ни одного вытрезвителя, а потом пришлось построить — исключительно для туристов. Грузины очень любят свое вино, пьют его в огромных количествах, но никогда не пьянеют и не спиваются. Так что можете не опасаться потерять голову…

— Или спиться… — сквозь зубы процедила Марина Васильевна. Она с тоской смотрела на мужа. Ей казалось, что возвращается прошлое — когда-то супруг мучил ее своей любвеобильностью, не пропускал ни одной юбки, волочился за ее подругами и их дочерьми, начиная с тринадцати лет. Правда, чисто платонически — жене он никогда не изменял. «Лучше бы изменил, но по-тихому», — часто думала Марина Васильевна. Даже ее безропотная натура бунтовала, когда Юрий Алексеевич приводил в дом очередную пассию под видом одаренной аспирантки. Ей казалось, что все ее мучения давно остались в прошлом. И тут — на тебе!

Сергей поминутно смотрел на часы. Затянувшийся визит навевал на него смертную тоску. Еще подростком он возненавидел эти игривые интонации отца, его суету вокруг каждой юбки, двусмысленные комплименты, старые литературные анекдоты о жизни великих людей, не чуждых простым человеческим удовольствиям. Он видел, что Катя откровенно потешается над стариком, и чувствовал возбуждение от ее присутствия рядом. Их спонтанная близость открыла для него новые грани Катерининой чувственности. Он не мог отогнать от себя мысли о том, как он овладеет ею в лифте, в ванной, на кухне — картины одна другой смелее проходили перед его мысленным взором, пока мама усердно накладывала ему в тарелку любимый салат и аппетитные куски домашнего мясного рулета.

* * *

— Да, да, мы обязательно будем приходить каждую неделю… — Катя пыталась вытащить свою ладошку из сильных рук Юрия Алексеевича. Пока безуспешно.

— Сережка много работает, вам, наверное, приходится скучать. Приходите за книгами — у меня множество редких изданий, я буду рад предложить вам любой жанр. Что вы предпочитаете? Фантастику, сентиментальный роман, классику?

— Я детективы люблю… Женские, которые сейчас выходят.

Юрий Алексеевич был поражен. Книголюб с многолетним стажем, он не мог себе представить, что кто-то покупает в киосках книжки, на обложках которых роковые красавицы держат в одной руке пистолет невиданных размеров, а в другой — колье с бриллиантом, подобных которому нет даже в Алмазном фонде. Для него только старушка Агата Кристи лишь благодаря своей долговечности и всемирной славе заслужила право называться писательницей. Всех этих современных, уверенных в себе дам, из-под пера которых каждый месяц выходило по новому шедевру, он откровенно презирал.

— Да, Катенька, боюсь, что такой литературы у меня вы не найдете.

— Пап, ты не расстраивайся. Катя читает очень немного, я сам смогу обеспечить ее всем необходимым. — Сергей покровительственным жестом обхватил Катины плечи. — Правда ведь, дорогая? Благо твои любимые детективы продаются на каждом углу. Вот сейчас пойдем и купим. Почитаем на ночь…

Сергей едва дождался, когда за ними закроется дверь родительской квартиры. Пока ждали лифта, он сильно сжимал Катину руку, а едва они очутились в тесной кабинке, набросился на нее с первобытной жадностью.

— Сережа, что с тобой? — Катя опешила от такого напора. — Мне кажется, что ты меня сейчас изнасилуешь… Просто маньяк! — Она отстранила его лишь в тот момент, когда лифт остановился на первом этаже. — И кстати, я теперь понимаю, в кого ты такой. Твой папенька, похоже, едва себя в руках держал. Не ожидала от старика такого пыла…

— Да ты кого хочешь с ума сведешь.

Они целовались в подъезде, пока не хлопнула входная дверь. На улице Сергей поднял руку.

— Давай такси поймаем — хочу скорее домой попасть. Только я сяду на переднее сиденье. Боюсь, что на заднем я тебя действительно изнасилую…

Под утро, засыпая в Сережиных объятиях, утомленная Катя с тоской подумала: «А ведь он так и не сказал родителям, когда свадьба…»