Прочитайте онлайн Тайник | ГЛАВА 30

Читать книгу Тайник
3016+1477
  • Автор:
  • Перевёл: Татьяна А. Перцева
  • Язык: ru
Поделиться

ГЛАВА 30

Наутро я поднялась рано, оделась в черное и завтракала в одиночестве, когда пришло письмо. Судя по знакомому почерку, оно было от мистера Беллингема. Вернувшись в столовую, я поспешно вскрыла конверт. Содержание письма так ошеломило меня, что я была вынуждена сесть. Именно на такие новости надеялся мой отец. Беллингем настолько заинтересовался работой отца, что сделал доклад в Астрономическом обществе о странной комете, увиденной нами, и намеревался навестить нас через несколько дней. Наше открытие должно получить общественное признание. Но как ужасающе поздно для отца! Наконец я решила, что не брошу исследование. Заменю отца и представлю наше открытие. И не важно, что я всего лишь девушка. Я не скажу Пилкингтонам о визите Беллингема. Если повезет, получу наследство, и к тому времени, как он приедет, они в разочаровании уберутся из дома.

Услышав шаги в передней, я поспешно спрятала письмо в ящик консольного стола. В комнате появился Август и смущенно остановился, держа руку на дверной ручке.

— Матушка еще не спускалась? — нервно спросил он.

— Я не видела.

Мне вдруг стало жалко этого высокого, тощего, похожего на призрак мальчишку, запутавшегося в водовороте материнских амбиций. Он восхищался моим отцом. Кто-то справлялся о его желаниях? Думаю, нет.

День прошел в тумане скорби. Все мы дрожали во время похорон, пока гроб опускали в холодную землю, а потом изображали вежливость и учтивость на поминках в столовой. Поразительно, сколько родственников оказалось у отца, в большинстве престарелые кузины и кузены, приехавшие либо из любопытства, либо из родственных чувств, а может, потому, что были рады поесть за чужой счет. Все это было так грустно и оживлялось исключительно злобными взглядами, которые Алисия посылала мне каждый раз, когда я попадалась ей на глаза.

Когда отъехал последний экипаж с последним убого одетым седоком, я удалилась в библиотеку, чтобы побыть одной. Там я нашла последний журнал наблюдений и провела час-другой, отмечая места, которые нужно будет показать Беллингему.

И тут меня осенило… А ведь надо бы поискать то странное небесное тело. Вдруг оно передвинулось от созвездия Тельца, где я видела его в марте прошлого года, к Близнецам?

Неожиданно мне показалось очень важным выяснить это. Прошлой ночью из убежища своей комнаты я заметила, что небо безоблачно, а зимние звезды светят ярче обычного. И хотя я очень устала, все же горела желанием попробовать именно сегодня.

Ужин состоял из остатков похоронного завтрака. Только дядя Адольфус ел с аппетитом, открыв бутылку лучшего портвейна из скромных отцовских погребов. Остальные в напряженном молчании ковырялись в тарелках. Интересно: получила Алисия письмо от своего мистера Аттикуса? Но даже если так, она мне не скажет. Мистер Уэллборн был на похоронах, но по какой-то причине не пришел потом в Старбро-Холл и не имел возможности поговорить со мной. Мое будущее зависело от борьбы за завещание. Никто не пытался предположить, что случится со мной, если победит Алисия. Вряд ли я смогу остаться в Старбро, даже если бы она позволила. Но куда идти?

Я глотнула портвейна, чтобы согреться и набраться храбрости, и сообщила, что иду в библиотеку, а потом поднимусь к себе.

Запершись в библиотеке, я закончила последние приготовления. Взяла нужные инструменты, журнал и фонарь, но тут же вспомнила о маленькой ручной тележке — она хранилась на конюшне для перевозки дров, соломы и тому подобного. Выждала, пока в доме все успокоятся, и прокралась в темноту. Бросила дворовым собакам хлеб, чтобы не лаяли. Кошечка потерлась о мои ноги, и тепло ее меха и фырканье Кастора и Поллукса в стойлах, сладковатый запах их навоза были так знакомы и утешительны, что я едва не заплакала при мысли, что придется уехать.

У тележки имелись боковые поручни, к которым я привязала свертки. Кроме того, она была такой легкой, что я понесла ее по двору, чтобы избежать грохота колес по камням. Еще мне понадобились толстые перчатки и веревка.

Я принесла астролябию и коробку с зеркалами, крепко привязала их к тележке. Наверху уместился мешок с фонарем, несколькими инструментами поменьше и журналом. Я нащупала в кармане ключ от башни. Пора идти.

К тому времени по небу поплыли облака, значит, нужно спешить, иначе тучи заволокут звезды и ночь пропадет зря. Я потащила маленькую скрипучую тележку по парку, в направлении леса. Задача оказалась не из легких, и груз опасно погромыхивал на каждом повороте. А когда я оказалась на тропинке, колеса стали цепляться за корни и ветки.

Наконец, целую вечность спустя, я добралась до башни, открыла дверь и зажгла фонарь. Пришлось тащить все это наверх. Я дважды взбиралась по лестнице и открывала дверцу люка, чтобы вытащить все на крышу. И сумела сделать это, не поскользнувшись и ничего не уронив.

Наконец я снова спустилась за последним свертком. Но, уже поднимаясь наверх, услышала скрип и остановилась, охваченная ужасом. Прежде чем я решила, что делать, дверь захлопнулась и в скважине повернулся ключ.

Меня заперли! Но где опасность? В башне или за дверью? Визг металла о металл говорил о том, что кто-то задвинул засов с улицы. Я слетела вниз, ушибаясь и крича, и стала бить в дверь кулаками. Подождала и снова стала колотить. И снова подождала. Никого и ничего.

И это конец. Настоящий. Как обидно! Остался еще один листок, залитый слезами и смятый. На нем Эстер впопыхах нацарапала три коротких предложения.

Джуд прочитала их несколько раз и сейчас попыталась припомнить. Да, вот оно: «Я пробыла здесь три дня без воды, еды и огня. Боюсь умереть в одиночестве».

В голове словно звучал голос Эстер.

Джуд заснула, и с ней случилось то же самое, что в последний раз, когда она читала о строительстве библиотеки. Она была вместе с Эстер и переживала то же, что и она…

В первую ночь Эстер твердила себе, что утром все образуется. Тот, кто закрыл двери, вернется, все объяснит и выпустит ее… Это какая-то шутка, или случайность, или кто-то хочет ее напугать. Кто же последовал за нею к башне? Возможно, егерь, решивший, что если хозяин умер, в башню забрался вор. Или это проделки Алисии.

Она упорно обдумывала случившееся. Ее будут искать. Сьюзен поднимет тревогу. И Сэм с Мэттом…

Наконец, собравшись с силами, Эстер занялась тем, зачем пришла. Отодвинула навес, вставила зеркало в телескоп и принялась искать на небе любопытный объект. Но ничего не увидела. Был уже конец года, и луна затеняла звезды. Кроме того, густые облака затянули небо. Пошел легкий снежок. Эстер натянула перчатки, стала ловить снежинки и жадно слизывать. Потом спустилась в комнату и свернулась клубочком на маленьком матрасе, который оставил здесь отец. Он был влажным, но Эстер прикрыла его куском ткани и завернулась в плащ. Спала она плохо.

Утро выдалось мрачным и холодным, в воздухе пахло металлом. Эстер взобралась на крышу, но увидела лишь густой туман. Позвала на помощь, но туман гасил голос. Никто ей не ответил. Она сползла вниз и снова попробовала открыть дверь. Колотилась в нее, кричала, но дверь была сколочена на совесть, и все попытки открыть ее не принесли успеха.

Она снова поднялась наверх, вынула журнал и вырвала несколько страниц. На каждой написала записку. Нашла два маленьких камешка и обломок кирпича, завернула каждый в клочок бумаги с запиской и сбросила с крыши, молясь, чтобы хоть один попал в руки доброго человека. Если вечером она все еще будет здесь — страшно подумать о таком, — можно зажечь свечку, но их осталось только две и немного огарков.

Она бродила по комнате, не зная, что делать. Паника то захлестывала, то отступала ненадолго. Но Эстер старалась подавить страх. Дважды начинала рыдать, но, успокоившись, твердо сказала, что так не пойдет. Она переживет это несчастье. Тот, кто обрек ее на смерть, не восторжествует.

Изуродованный журнал лежал на столе. В шкафу стояла чернильница и хранилось несколько перьев. Как это бывало раньше, чернила успели замерзнуть. Эстер согрела чернильницу в руках, схватила перо и подвинула к себе журнал. Подобно сэру Уотеру Рали и Джону Баньяну она сохранит рассудок, написав мемуары. Историю своей жизни. И если ее найдут слишком поздно, то узнают правду.

Она начала писать:

Мемуары Эстер Уикем…

Три дня Эстер описывала детали своей короткой мужественной жизни, проведенной в Старбро-Холле и деревне. В свои пятнадцать с половиной лет она почти не выезжала за пределы поместья, никогда не видела Норидж с его прекрасным Норманским собором, не побывала в Ярмуте, особенно в те дни, когда рыбаки выходят на ловлю сельди, не любовалась, как разбивается о берег прибой Северного моря. Но наблюдала величайшие тайны Вселенной, изучала бесконечные небеса, видела другие планеты и звезды, подмигивающие ей сверху, с расстояния миллионов миль и миллионов световых лет…

Она молода, но мудра не по годам. Девочка, не знающая своего начала, которой скоро предстоит увидеть свой конец.

Она закончила рассказ с горьким чувством скорби, потому что потеряла человека, которого считала отцом. Он спас ее, и они любили друг друга. У нее смертной болью сжалось сердце, когда она вспомнила, что именно сегодня должен приехать Джозайя Беллингем.

Они так и не увидятся. Он не узнает о великом открытии, сделанном отцом и Эстер! Она и это потеряла.

Наконец, уже в сумерках, Эстер отложила перо. Осталась одна свеча и немного масла. Сегодня она выставит фонарь на окно и понадеется, что кто-то его увидит.

Тем временем в кибитке Саммер тоже видела сон. Один раз она вскрикнула, но и Джуд, и Клер просто пошевелились во сне.

И сон об Эстер стал явью…

Утром, когда женщины проснулись, оказалось, что Саммер Клер Китинг исчезла.