Прочитайте онлайн Тайник | ГЛАВА 11

Читать книгу Тайник
3016+1327
  • Автор:
  • Перевёл: Татьяна А. Перцева
  • Язык: ru
Поделиться

ГЛАВА 11

В понедельник утром в офисе царило нервозное напряжение. Джуд с портфелем, в котором лежали драгоценные журналы, вошла в дверь в половине девятого. Сури уже сидела за столом, зарывшись в груду пыльных томов и прижав руки к бокам, словно испуганный зверек, пытающийся сделаться как можно меньше и незаметнее. Глянув на Джуд, она одними губами прошептала «привет» и предостерегающе нахмурилась.

Джуд поняла предупреждение. Из кабинета Клауса доносились громкие голоса. Вскоре оттуда появился Иниго с выражением трагизма на лице, сделавшего бы честь шекспировскому актеру. Поддернул брюки своего смехотворного костюма, уселся за стол и стал яростно колотить по клавиатуре, полностью проигнорировав приветствие Джуд. Клаус тем временем показался в дверях, вцепившись в косяки, похожий на сердитого угловатого стервятника, и пронзил Джуд свирепым взглядом.

— Что происходит? — Она перевела взгляд с Клауса на Иниго.

Клаус энергичным кивком пригласил ее к себе. Джуд вошла в кабинет.

— Клаус! Что происходит?

Он не обратил внимания на вопрос.

— Да. Доброе утро, Джуд. Как Норфолк? Я читал ваши е-мейлы. Мы определенно заполучили коллекцию, верно ведь? Это жизненно необходимо для нашей выживаемости. Я взял на себя вольность включить некоторые цифры в бюджет, прежде чем послать его наверх сегодня утром.

— Вы это сделали? — немного встревожилась Джуд. — Я собиралась сегодня созвониться с Робертом Уикемом.

— Превосходно, — кивнул Клаус, потирая руки. — Вам лучше взглянуть на сегодняшние цифры, чтобы включить их в годовой отчет. — Он взял прозрачный конверт с документами и протянул ей.

Потребовалось несколько минут, чтобы вчитаться в строчки цифр. Самое ужасное впечатление производили итоговые выкладки. Цифры продаж за прошедшие полгода.

Джуд испытала шок. Она знала о проблемах отдела картин и мебели, но и «Книги» были в дефиците на миллион фунтов по сравнению с ожидаемой прибылью.

Клаус уселся в кресло, жестом показав Джуд сесть напротив.

— Нам очень нужна коллекция лорда Медингсфилда, — выдохнул он. — Особенно рукопись этой птички Одюбона. — Он с яростью уставился на стеклянную перегородку офиса, за которой виднелся поникший Иниго.

— Иниго не виноват, — вступилась Джуд, поборница справедливости. — Он же говорил: кузен Медингсфилда работает в «Сотбис»…

— Я только сказал Иниго… Дело в том, что я сам позвонил Медингсфилду, — сухо перебил Клаус, поднимая со стола нож из слоновой кости для разрезания бумаг и проводя пальцем по лезвию. — Чтобы объяснить, как мы разочарованы. Он заявил, причем масляным голоском, что не считает, будто «Бичемс» с достаточным энтузиазмом пытался получить коллекцию. Не знаю, что наговорил ему Иниго, но, похоже, он недостаточно надавил на старого лиса.

— Но в этом весь Медингсфилд. Конечно, он свалит всю вину на нас! — воскликнула Джуд. — Вряд ли он будет откровенным и признается в кумовстве и семейственности. Бросьте, Клаус, мы слишком хорошо его знаем.

— Может быть. А может, и нет. — Клаус бросил нож на стол с такой яростью, что Джуд подскочила. — Вопрос в том, что Иниго не старался как следует.

— Но вы сами просили не давать при переговорах нереальных обещаний, — озадаченно пробормотала Джуд.

Зазвонил телефон, и Клаус схватил трубку.

— Клайв? — спросил он почтительно. — Готовы нас принять? Пять минут? Да-да. Вы получили все документы, которые я вам послал?.. Да, я все понял. Очень важно. Хорошо.

Джуд сразу поняла, в чем дело.

«Видимо, начальство давит на Клауса, и тот, подобно лорду Медингсфилду, готов свалить вину на кого угодно. Сегодня Иниго оказался на линии огня. Завтра на его месте могу быть я».

Клаус положил трубку и потянулся к пиджаку и папке с документами, напряженный и несчастный.

— Готовьтесь к трудному совещанию, — выдохнул он.

Джуд пошла за своими отчетами.

— Иниго, вы идете? Сури, посидите на телефоне, пожалуйста, — попросил Клаус, надевая пиджак.

Иниго отказывался встретиться взглядом с Джуд.

«Ладно, — подумала она, — пусть, если он так хочет».

В глубине души Джуд ощутила себя обиженной. Обоим было очевидно, что фортуна отвернулась от Иниго в отличие от Джуд.

Только когда они расселись за столом, вместе с генеральным и финансовым директорами, ее взгляд упал на лежащий перед ней бюллетень, озаглавленный «Предложения по преодолению кризиса».

Сердце замерло в тревоге. Первым пунктом стояла «Коллекция Старбро». Рядом была напечатана цифра: сто пятьдесят тысяч фунтов. Она злобно уставилась на Клауса, но тот, вместо того чтобы съежиться и исчезнуть, грозно нахмурился.

Клайв Уортингтон, генеральный директор английского отделения «Бичемс», сухо сообщил, что беседовал с главами всех отделов, чтобы понять, как справиться с ужасающим падением дохода от последних аукционов.

— У вас не самые плохие дела, — добавил он, сурово глядя на Клауса поверх очков для чтения, — но необходимо сделать все, чтобы добиться тех цифр, которые вы предоставили. Что это за последняя запись? Старбро? Впервые слышу.

— Джуд объяснит, — услужливо заявил Клаус, и Джуд, у которой мгновенно пересохло во рту, описала коллекцию книг и инструментов, принадлежащую Роберту Уикему.

— И это наверняка? — насторожился Клайв. — Коллекция поступает к нам?

Прежде чем Джуд открыла рот для ответа, снова вмешался Клаус.

— Джуд обещала все устроить, — тихо заметил он. — Мы считаем, что вполне можем добиться таких цифр.

«Этот ублюдок подставил меня!» — ужаснулась Джуд.

— Вам следовало предупредить, что вы включили коллекцию в отчет, — заявила Джуд после совещания. — И сделка еще не заключена. Я оценила коллекцию всего в сто тысяч.

— Не пойму, почему продажа не может принести большую сумму, если коллекция такова, как вы ее описываете, — вкрадчиво ответил Клаус. — Нам крайне важно стоять на своем.

— На этом рынке? Мы еще не попросили эксперта взглянуть на глобусы и части телескопа.

— Но сейчас публика интересуется подобными вещами. Так или иначе, это поможет Клайву укрепить нашу позицию в Нью-Йорке. Это политика. Нью-Йорк требует сокращения рабочих мест. — Доверьтесь мне. — Его глаза блеснули.

Джуд вздохнула.

«Клаус, как всегда, невозможен. Если все получится, он будет почивать на лаврах, если все провалится, виноватой окажусь я. Довериться ему? Только не это!»

— Если сможете сегодня договориться о сделке, мы обсудим, как лучше ее провернуть. Превратим коллекцию Старбро в большой аукцион, на котором можно построить рекламную кампанию.

Он отправился к себе, а Джуд села и невидящим взглядом уставилась в журналы наблюдений. Оставалось молиться, чтобы в них оказались истории, за которые можно выручить еще пятьдесят тысяч. Сознавая, что Клаус, возможно, подслушивает, она взяла трубку и набрала номер Старбро-Холла.

— Доброе утро. Надеюсь, я звоню не слишком рано, — произнесла она, услышав голос Роберта. — Хотела узнать, приняли ли вы решение? Наша команда горит желанием организовать продажу коллекции.

Джуд ненавидела подобные разговоры от имени компании.

— А мы рады позволить вам все устроить, — последовал ответ.

Она едва не подскочила от облегчения, но вместо этого широко улыбнулась Клаусу, который, не скрываясь, ловил каждое слово.

— Молодец, — прошептал он, кивая.

Несмотря на воодушевление, Джуд вдруг мысленно представила грустную, подавленную Шанталь в прекрасной полупустой библиотеке.

Большую часть утра она провела, составляя соглашение и посылая его частями на одобрение Роберту. В начале дня он ответил согласием на все условия. И закончил письмо постскриптумом: «Если понадобится, приезжайте и работайте с коллекцией».

«Как любезно с его стороны!» — улыбнулась Джуд.

Клаус немедленно вызвал ее и Бриджей из пиар-отдела в свой кабинет и потребовал начать рекламную кампанию и назначить сроки аукциона. Бриджей, будучи на седьмом месяце беременности, спешила завершить дела.

— Если аукцион назначен на ноябрь, к началу августа понадобится большая статья для осеннего «Коллекционера». Три тысячи слов по меньшей мере, — решила Бриджей. — Напишете, Джуд?

«Коллекционер», бесплатный ежеквартальный журнал «Бичемс», рассылался по списку клиентам, СМИ и другим полезным контактам.

— Мы используем статью для подогрева интереса всех СМИ, — продолжала Бриджей.

Джуд кивнула: это привлечет более широкий круг потенциальных покупателей.

— Джуд, у коллекции есть история? — спросил Клаус, быстро набрасывая заметки.

— Должна быть. Просто я ее еще не знаю. — Она рассказала о журналах наблюдений и картах. — Я покажу журналы подруге — эксперту в этой области. Сегодня у нас встреча.

— Это было бы великолепно, — деловито заметила Бриджей. — Особенно если этот человек сделал открытие. Мы что-то знаем о нем как об астрономе?

— Боюсь, как ученый он никому не известен. Знаю, вы не это хотите услышать, но мне необходимо побольше о нем узнать, — ответила Джуд.

— Разумеется, — кивнул Клаус. — Потом доставьте все сюда и сфотографируйте.

— Было бы неплохо сфотографировать заодно дом и библиотеку, если владелец не будет возражать, — предложила Бриджей.

— Превосходно. Вот вы все это и устроите. Джуд, прошу вас узнать историю астронома. — В голосе Клауса звенели стальные нотки.

— Да, сэр, — пробормотала Джуд.

Покидая кабинет Клауса, она старалась не смотреть на несчастного Иниго, скорчившегося над письменным столом.

В пять часов она вышла из офиса и направилась к станции метро «Бонд-стрит». Но, добравшись до Гринвича, вместо того чтобы идти домой, зашагала к парку и поднялась на холм к Королевской обсерватории.

— Как чудесно увидеться вновь! Так много времени прошло! — воскликнула Сесилия, обнимая Джуд прямо у стойки секретаря в приемной. Она проводила подругу вниз, в подвальный офис, заваленный книгами и бумагами.

— Сказочное местечко. — Джуд с любопытством огляделась. — Прямо из романа Диккенса.

— Правда, восхитительно? Я помогаю готовить выставку об истории обсерватории, вот и сижу здесь, пока у друга отпуск. Садись и прости за беспорядок.

— Без бумаг скучно, — заверила Джуд, наблюдая, как Сесилия переносит стопку периодики со старого стула.

Сесилия заварила мятный чай, налив кипяток из крошечного электрочайника. Высокая, поразительно красивая блондинка с акцентом восточного побережья, Сесилия больше походила на гламурную особу, чем на исследователя. Но на самом деле зарекомендовала себя превосходным ученым. Но что самое ценное, Сесилия любила свою работу и охотно соглашалась выполнять экспертизу. А Джуд ценила ее как хорошую подругу, хотя последнее время они не слишком часто виделись.

— Где ты живешь? Неужели каждый вечер ездишь в Кембридж? — спросила Джуд.

— У Дэнни есть друг с квартирой в Барбикане.

Давний бойфренд Сесилии тоже был ученым. Но им никогда не удавалось получить работу в одном месте. Дэнни, хоть и родом из Дублина, сейчас преподавал английский в Бостоне, так что один из них вечно спешил на самолет.

— Можешь пожить у меня! — воскликнула Джуд. — В следующий раз так и сделаешь! Обещай!

Они немного поболтали, наверстывая упущенное за время разлуки.

— Так что ты принесла? — спросила наконец Сесилия, показывая на портфель.

— Как раз твой период, Сеси, конец восемнадцатого века, — сообщила Джуд, вытаскивая свертки, разворачивая журналы на столе.

— Взгляни. С этого места почерк меняется, так что писали в журналах двое. Нужно определить, содержится ли в них что-то интересное с точки зрения коллекционера. Можем ли мы сказать, что Уикем внес вклад в астрономию того времени? О, черт, прости. Я слишком спешу, но на меня давят, требуя устроить грандиозный аукцион, и мне нужна история коллекции. Кстати, я без проблем заплачу за экспертизу.

Она прихлебывала обжигающий чай, пока Сесилия листала первый журнал. Наконец она посмотрела на Джуд и нахмурилась.

— Я, конечно, все просмотрю, но не могу сотворить историю из ничего.

— Разумеется, нет, — поспешно заверила Джуд. — Прости, я не имела в виду, что ты должна искажать факты или что-то в этом роде.

— Прочитав твое письмо, я попыталась разузнать об Энтони Уикеме, — продолжала Сесилия. — Раньше я о нем не слышала. Проверила, ссылались ли на него другие астрономы. Честно сказать, пока ничего не нашла. Но продолжаю искать.

— Спасибо, Сеси. Я тоже поищу.

— А я нашла того, кто согласится взглянуть на глобусы. Но заметь, я бы сама хотела на них посмотреть, — добавила она.

— Обязательно, как только они прибудут, — кивнула Джуд, записывая электронный адрес специалиста. — Но это после моего возвращения из отпуска.

— Куда едешь?

— Во Францию. По крайней мере я так считаю.

— Со своим парнем? — спросила Сесилия: она, как большинство подруг Джуд, ни разу не видела Каспара, но до нее доходили слухи.

— Д-да… — нерешительно пробормотала Джуд, болтая чайным пакетиком в чашке. — Честно говоря, мне не слишком хочется.

Каждый раз, когда она думала о Франции, ей представлялся огромный бетонный блок, отсекающий свет.

— Но почему?

Джуд объяснила о перемене планов Каспара.

— Ехать в отпуск с кем-то — это уже что-то вроде обязательств, не так ли? — Она расстроенно уставилась на Сесилию. — Не уверена, что готова к этому. Марк…

— Джуд, — мягко прошептала Сесилия, коснувшись ее руки, — прошло четыре года…

— Знаю. Знаю. Сесилия, а вдруг со мной что-то неладно? Может, иногда сердце разбивается так, что склеить нельзя?

— Джуд, дорогая, к чему такие мысли? Ничего неладного с тобой нет. Может, Каспар просто для тебя не годится.

Джуд промолчала, Сесилия с размаху запечатала рот рукой:

— О Боже, я ужасно бестактна.

— Пожалуйста, не беспокойся, — уныло промямлила Джуд. — Я молчу только потому, что размышляю. Возможно, ты права.

Она все еще пыталась осознать это открытие, когда позвонил Каспар. Джуд как раз смотрела десятичасовые новости, устав ждать его звонка. Она приглушила звук и смотрела длинный перечень продающихся домов в репортаже о полном застое на рынке жилья.

«Страшно подумать, что в этих условиях то же самое может случиться с антикварными книгами», — размышляла Джуд.

— Как прошло сегодняшнее совещание? — вежливо спросила она.

— Прекрасно. Что ты решила насчет Франции? Поедешь одна в субботу или со мной во вторник? — Он говорил таким тоном, словно заключал сделку.

— Понимаешь, Каспар… — Она закрыла глаза и ринулась вперед очертя голову. — Будет очень ужасно, если я не поеду?

— Джуд! Ты должна ехать! Не надо так! Слушай, если это потому, что я испортил твои планы…

Джуд набрала в грудь воздуха.

— Серьезно, Каспар, не думаю, что это хорошая идея. И… не думаю, что мы друг другу подходим, — неожиданно выпалила она то, что не собиралась выкладывать.

— Джуд, не говори так! Я вернусь. Завтра же сяду на самолет, самое позднее в полдень, и заеду к тебе на работу. Мы все обсудим.

«Поразительно, как он расстроен!» — Джуд удивилась, но поняла, что зашла слишком далеко и обратной дороги нет.

— Нет, Каспар. Все не так просто. Я… не думаю, что стоит продолжать наши отношения. Полагаю, это моя вина. Мне очень трудно забыть Марка.

— Марка? Твоего мужа? Господи, Джуд! Все это ужасно, но прошло несколько лет.

— Четыре. Да, мне все об этом твердят.

— Не… не понимаю. Дай мне шанс. Я… ты мне небезразлична. Правда. У нас может что-то получиться…

— Прости, Каспар, нет.

Она была потрясена тем, что его голос дрожит и срывается. Не думала, что может столько значить для него.

— Прости, — повторила она.

Джуд провела еще одну бессонную ночь, уверяя себя, что приняла правильное решение. Какой-то частью души она горевала о Каспаре и о себе. Но по-прежнему безумно тосковала о Марке.

За час до рассвета, когда тьма словно концентрируется, Джуд убедила себя, что никогда не забудет мужа и не найдет человека, подходящего ей так же, как Марк. И умрет в одиночестве.

Наконец Джуд заснула. Во сне она поднималась в темноту по винтовой лестнице башни.