Прочитайте онлайн Хомут да любовь | Глава 5 Все точки над Ё

Читать книгу Хомут да любовь
4618+768
  • Автор:
  • Язык: ru
Поделиться

Глава 5 Все точки над Ё

С тусовкой пришлось помучиться и изрядно извернуться. Сама по себе Ксения и не догадывалась, куда можно направить стопы, чтобы там было народу прилично и чтоб люди оказались на нужной высоте. Она слышала, что в некоем клубе «Погремушка» собирается публика исключительно известная и денежная, и попасть туда стало бы пределом грез, однако ж еще поговаривали, что там та-а-а-акой фейс-контроль! Короче, как бы ни хотела там побывать Ксения, без кого-либо влиятельного ей туда было не просочиться. А просить Соболя или ту же умницу Лину, которая с легкостью могла решить подобную проблему, Ксения не хотела – это ж они рядом будут! И как тогда ей обаять нужного персонажа?

Она думала долго, часа три примерно, а потом решила – взяла и позвонила по визиточке того известного актера, который жаждал, чтобы она его увековечила в масле.

– Алле, – щебетала Ксения в трубку, набрав номер, написанный на визитке. – Андрей Боварский? Я вам по визитке звоню, это Ксения Марьина... да-да, художница... У меня образовалось окошко, буквально несколько дней, и я смогла бы... Нет, вам совершенно не нужно позировать часами, мне нужно только с вами встретиться, и все, а там уже я... Хорошо, давайте с женой... Нет, я бы хотела в непринужденной обстановке... Ну какая же в этом ресторане непринужденная? Нет... нет... вы знаете, вы мне отчего-то видитесь только в клубе «Погремушка»... Нет-нет, на портрете не будет никаких пьяных рож, там и вовсе... Я понимаю, что вы хотели бы быть изображенным в наряде графа... и уже догадалась, что жена ваша будет графиней, но... ах, вы хотели бы, чтобы она была королевой? И у вас якобы тайная страсть? И чтобы ее муж – король-рогоносец – об этом не догадывался? Эдакая «Королева Марго», да?.. Господи! Да я вас даже на эшафоте могу написать! А ваша жена будет стоять в толпе и утирать свои королевские слезы! Вы только сегодня выведите меня в «Погремушку», а уж там-то я!..

С актером пришлось говорить еще несколько минут. Его творческий мозг кем только не представлял своего хозяина. Но самое главное – Боварский безропотно согласился встретиться сегодня же вечером – заехать за Ксенией и увезти ее в клуб.

А вот после этого Ксения уже смело позвонила Лине и прощебетала:

– Линочка! Меня сегодня Боварский приглашает в «Погремушку»! Помоги мне, а? Подскажи, что надеть, как себя вести и вообще – ну чтобы я там мамонтом не смотрелась.

– Я сейчас через два часа освобождаюсь, а потом мы с тобой... Между прочим, я еще хотела с тобой съездить в бутик, за одеждой тебе на вечеринку. Надо же выглядеть на все сто!

– Достаточно, если я буду выглядеть на восемнадцать, – скромно фыркнула Ксения и понеслась убирать в комнатах.

В конце концов, она со всей этой премией совсем забросила дом. И хоть генералить ей сегодня было некогда, вымыть полы, смахнуть пыль с мебели она запросто успевала. Да к тому же оставалось полчаса прогуляться с Босом. Конечно, если Лине не взбредет в голову взять псину выбирать платья!

По бутикам они поехали все же без Боса, пес отчего-то выглядел скучным, улегся возле дверей Соболя и уныло моргал.

– Что-то сегодня с Босом, не пойму... – пожаловалась Ксения уже в машине.

– Наверное, по Эдику скучает, – объяснила Лина. – Он уехал на два дня, а собака думает, надолго.

– Как? Как это уехал? – всполошилась Ксения. – А чего ж он мне ничего не сказал?

– Уехал. Но послезавтра уже вернется. И потом... мне кажется, он тебе говорил. Ну помнишь, мы еще домой с награждения ехали, и он сказал.

Ксения надулась. Конечно! Это ж он раньше говорил, когда у него никакой Лины не было! А теперь... с чего бы он должен перед ней отчитываться. Вон, она его уже запросто Эдиком зовет, а Ксения все никак не может себе этого позволить. И не позволит. Потому что – какой он ей Эдик! Он для нее всегда Соболь! Мягкий такой, ценный пушной, но все же дикий зверь. Нет, говорят, соболей выводят на фермах, в клетках... только мех у них от этого меньше ценится, и гибнут они там. Вот и пусть его сажают в клетку, если он этого хочет, но это будет не Ксения, потому что... потому что ей никогда не поймать такого дорогого зверя...

– Да он приедет, чего ты? – снова обернулась к ней Лина. – Ну все, прибыли. Пойдем наряды выбирать. Кстати, куда ты очки задевала? Дома оставила?

– Да нет же, вот они у меня... – полезла в сумку Ксения. – А что – синяки еще не прошли?

– Проходят, только теперь они желтые какие-то стали. Да и царапина эта... Да ничего, замажется.

Они выбрали совершенно сногсшибательное платье – и цвет, и фасон так понравились Ксении, что она немедленно сообщила: – В клуб в таком не ходят, мы сейчас что-нибудь тебе и для клуба подберем. Там такое торжественное не пойдет, клуб – это же такое место... знаешь, что надо... – и Лина коротенько пробежалась по тому, как следует одеваться в клубы, как там нужно себя вести и на что обращать внимание. – Вообще-то всего этого можно и не придерживаться, но... завсегдатаям, людям слишком крутым может проститься любой каприз, но тебе пока... тебе пока не простят. Нет-нет, ты сейчас тоже уже на слуху, но... ты же выходишь в первый раз, и уж пристальное внимание тебе обеспечено, ну и следовательно, разберут по косточкам, не без того... Кстати, если поедешь когда-нибудь в клуб одна, не вздумай там нарисоваться в шесть вечера – собираются только ближе к ночи.

– Сегодня же пойду в нем в клуб!

Боварский заехал вовремя, минута в минуту, и это Ксении очень понравилось – значит, ценит ее время, не думает, что она какая-то лентяйка, валяется на диване и щелкает пультом телевизора, сидючи на благородной шее Соболя. А может, он и не знает ничего про благородную шею. И это тоже неплохо. И то, что сам Эдвард сегодня в отъезде, тоже оказалось на руку, потому что когда заехал Андрей со своей женой – очень славной девушкой, времени было десять, обычно Соболь бывает дома и уж точно бы поинтересовался – куда это намылилась его протеже на ночь глядя, да еще в столь вызывающем наряде! А потом Арина рассказывала, кто из присутствующих кто есть, на кого не стоит даже смотреть, а на кого, наоборот, надо обратить особенно пристальное внимание, потому что у него и деньги, и положение, и... ваще – респект и уважуха!

Возле «Погремушки» толкалась целая толпа раскрашенных голопупых девочек и парнишек устрашающего вида. Однако громила на входе с совершенно ледяным выражением лица двери ни перед кем не распахивал и отвечал ледяным молчанием на все мольбы многочисленной публики.

Но, конечно, Ксюшу с Боварскими пропустили без единого звука. Нет, даже не так. Громила вдруг ожил, в глазах его промелькнул какой-то огонек, и он изменился в мгновение ока – стал чуть ли не близким другом Ксении и чете Боварских. Вернее, наоборот – сначала все же чете, а уж потом, по инерции, и Ксении. Но такая мелочь настроения испортить не могла.

Внутри ее сразу же оглушила музыка, ослепил блеск каких-то крутящихся шаров и обилие известных лиц. Очень многие подходили к Боварским, шутили, продолжали какие-то разговоры и опять-таки по инерции шутили с Ксенией, говорили с ней и незаметно для себя принимали ее в свой круг. А может быть, Ксении это только казалось. Скорее всего – казалось, потому что она понимала, что многие из тех, кто сейчас так запросто болтают с ней о выигрыше нашей футбольной команды, завтра могут пройти стороной и даже не вспомнить, откуда же, черт возьми, им это лицо знакомо?

Полвечера Ксения прилежно выполняла свою работу – то есть впитывала каждое движение Боварских, запоминала и даже быстренько зарисовывала удачные повороты головы, складочки губ при улыбке, восхищенный взмах ресниц Марины – жены Андрея. Марина и сама была достаточно известной актрисой, но спокойно отдавала лавры первенства мужу.

Сидеть с ними было невероятно интересно, и Ксения даже забыла, для какой, собственно, цели она здесь находится. Они быстро перешли на ты, потягивали слабенький коктейль с несколькими каплями мартини и еще чего-то горьковато-приятного и мирно болтали. Ксения при этом летала карандашом по листу бумаги и представляла, как она завтра позвонит Аленке и сообщит, с кем провела вечер. Или нет, не будет сообщать, иначе подруга плюнет на всю налоговую и примчится тут же! Андрей был красив, прост в общении, и у него имелась в запасе целая коллекция забавных историй, которыми он своих дам и развлекал.

Но где-то за полночь он стал озабоченно поглядывать на часы, пытаясь сохранить на лице безмятежное выражение. Марина же поступила проще, сказав Ксении:

– Ты знаешь, Ксюша, Андрюше завтра рано на поезд, мы не можем встретиться еще раз где-нибудь денька через три, а?

– Да-да, – закивала Ксения, – даже лучше... лучше не через два, а в понедельник. Тогда я уже, думаю, смогу вам кое-что показать.

– Ну вообще здорово! – засветилась Марина.

А Андрей тут же добавил:

– Ксюша, ты если хочешь, можешь еще посидеть, я Сергею скажу, он посмотрит, чтоб все нормально было.

Это было именно то, что требовалось.

– Ой, Андрей, как будет здорово! – благодарно посмотрела на него Ксения. – У меня здесь такое поле для вдохновения! Я собираюсь писать картину... «Золотые времена», ну и... это будет не лишним.

– Ну и славно, – мотнул головой Боварский. – Если что – звони, приеду сразу, и не бойся, я быстро просыпаюсь.

Ребята уехали, Ксения даже видела, как Андрей подошел к еще одному громиле на выходе и что-то cказал, указывая на Ксению. Тот согласно закивал и задергал желваками.

– Черт, как бы Андрюша не перестарался, – забеспокоилась Ксения. – Сейчас этот верный бык и вовсе не даст никому ко мне подойти...

Непонятно отчего, но к Ксении долгое время и в самом деле никто не подходил, хотя она вела себя достаточно цивильно – потягивала все тот же коктейль и стреляла глазами во все стороны. Явно не хватало гида. Очень многого она понять просто не могла. Некоторые лица, известные и любимые народом, здесь как-то блекли и вообще вниманием не пользовались, и наоборот – к маленьким сереньким личностям то и дело обращались мужчины, а девицы бесстыдно демонстрировали свои прелести исключительно им. Пока Ксения пыталась понять, кто есть кто, к ней, немного шатаясь, приблизился молодой мужчина, чье лицо показалось девушке смутно знакомым. Определенно, она его видела на экране, только вот когда – в фильме, или, может быть, парнишка пел или же был каким-то ведущим. Ксения принялась мучительно вспоминать, а молодой человек, между тем, плюхнулся за ее столик и вяло спросил:

– Ты кто? Вот ч-че-то я тя не видел! А сидишь с Боварским, ты ему кто? – парень был пьян, безудержно самовлюблен, а оттого необузданно нагл. Он даже потянулся за высоким стаканом Ксении. – Чеза хрень ты тянешь? А ч-че, Боварский путное пойло зажал?

Ксения вытянулась струной. Черт, знать бы, кто это! Какой величины пузырь, а то по морде отходишь, а потом окажется, что развязала какую-нибудь гражданскую войну!

– Саня! Топай отсюда, – вдруг раздался приятный женский голос, и рядом с Ксенией села девушка довольно красивой внешности. – Давай на выход. Там твои тинейджерки клуб по кирпичикам разбирают. Сейчас как «Погремушка» ущерб предъявит, без штанов останешься.

– От блин... – поднялся Саня. – Ну никуда, на хрен, не смоешься... Ну че там опять?!

– Эти выдерги достали, – поморщилась девчонка и ответила на немой вопрос Ксении: – Не узнала, что ли? Это ж Саня из шоу «Ху из ху»! Рейтинг только из-за тринадцатилетних соплюх держится. Вон он... посмотри только! Ну народный герой! Гастелло, блин! Лиза Чайкина!

Ксения только сейчас вспомнила – точно же! Она и сама раза два смотрела эти нудные шоу со сборищем далеко не золотой молодежи, которые поражали бесстыдностью, глупостью и куцым словарным запасом даже ее – девушку, весьма далекую от филологии. Смотрела, потому что пыталась узреть великий тайный смысл – ну отчего-то же крутят эту фигню столько времени! Может, Ксения совсем отупела и никак не может поймать этого большого воспитательного расчета, не углядывает миссии, ради которой и кормят этих дармоедов. Оказалось, все просто – рейтинг! Деткам интересно залезать в постельку к взросленьким девочкам и мальчикам.

А между тем великий Саня докачался обратно к их столику и, опрокинув на Ксению стакан, снова пытался завести речь. Но спасительница-незнакомка вызверилась на него тигрицей:

– Мне чего – Серегу позвать?!! Задолбал!! Сказала же – дуй отсюда!.. Слушай, а ты иди вон туда, там туалет, промокни платье, оно ничего, высохнет, – сунула она Ксении маленький платочек.

Ксюша поднялась и отправилась туда, куда указывала девчонка.

– Проблемы? – спросил здоровенный парень, к которому обращался Андрей Боварский.

– Да нет, ну что вы... – засмущалась Ксения. – Мне бы вот платье вытереть, облилась...

Громила спокойно указал на коричневую дверь и отвернулся.

Ксения торопилась, ей так не хотелось, чтобы эта приятная девчонка ушла, она ведь даже ее имени не спросила. Вытерев платье насухо полотенцем, которое так кстати болталось здесь же, Ксения торопливо поправила макияж, игриво дернула себя за уложенную в парикмахерской прядку и, выпрямив спину, направилась обратно за столик.

Девчонка никуда уходить не собиралась.

– Ну вот видишь, ничего не заметно, – одобрила она старания Ксении. – Слушай, а как тебя звать?

– Ксения, – улыбнулась та в ответ.

– А меня Арина, ты чего пьешь? Давай я себе тоже закажу сюда, ты не против?

Конечно же, Ксения была не против. Арине тоже принесли высокий стакан, она закурила и просто объяснила:

– Здесь у нас новеньких не слишком привечают. Ну, конечно, если ты не личный секретарь самого президента! Но что-то я сомневаюсь, чтобы он сюда забрел... Ну давай, за знакомство.

И они выпили. Ксения теперь отхлебнула добрую половину стакана, а то чего она – сидит весь вечер и все один и тот же коктейль никак допить не может. Еще подумают, что у нее денег на другой не хватает.

– Я видела, ты с Боварскими пришла, ты их хорошо знаешь, что ли? Андрей вообще молодец, да и Маринка его хорошая девчонка, она и поет здорово. Они вообще пара такая классная, простые такие... я их тоже знаю... маленько.

Ксении очень понравилось, что о ее спутниках отзываются так тепло.

– Да я не знаю их почти, – призналась она. – Я их только так... рисовать портрет буду.

– А ты чего – художница, что ли? – по-настоящему удивилась Арина.

– Ну да, художница, вот здесь недавно получила премию на этом... конкурсе... – отчего-то она постеснялась сказать, что оказалась лучшей среди юных дарований. – Меня туда Соболь водил, Эдвард, ну и первое место заняла.

– Ну вообще класс! А откуда ты Соболя знаешь? Он же председатель федерации, а ты что – бывшая спортсменка, что ли?

– Да ты сдурела! Какая из меня спортсменка! Так только... в шашки поиграть, в Чапаева... А Эдвард, да я ему как сестра почти, ты не думай...

Как они славно сидели! Арина рассказывала Ксении, как она приехала из далекого пригорода, чтобы завоевать Москву, через что ей пришлось пройти, прежде чем заработать себе имя. А имя у нее теперь есть, и как она понимает ее – Ксюху! И ей, Арине, ее, Ксюху, ну так жалко! Ну так... просто словами не передать, поэтому пусть Ксюха при всяком нужном случае обращается к Арине за помощью! А Ксения же в свою очередь доказывала, что совсем ее жалеть не надо, что она живет у Соболя припеваючи! Он и кормит, и заботится, и вот пожалуйста – выставки ей разные обещает устроить. А она только и делает, что пол моет да с собакой прогуляется. И еду даже не готовит, потому что то, что она умеет делать, Соболь ну никак не может есть, он сам-то не привередливый, и съел бы, но его организм отказывается. Ему ж на всяких встречах, раутах и приемах сидеть, организму-то!

Как Ксения добралась домой, она не помнила, хоть убей! Такого с ней никогда раньше не случалось – ну не любила пить, что здесь поделаешь. Иногда и хотелось надраться, чтобы ничего не понимать, наворотить целую гору всяких дел, а потом будь что будет. Но – не получалось! Не могла, не лезло ей в глотку, хоть ты убейся! А тут надо же – полезло! И вот она лежит на своей кровати, одетая вся, только без туфель, и морда накрашенная, и во рту пакостно... а голова... Ну черт! Похоже, мечта сбылась – наворотила! Ксения быстро дернулась к кофеварке, а в голове уже металась мысль: «Что с Соболем?»

Рядом с кроватью похрюкивал Бос, ему уже давно пора было гулять, а Ксения не могла оторвать голову от подушки.

– Ну Босик, ну потерпи, а?.. Ну хорошо, не терпи, сходи где-нибудь здесь, а я уберу... понимаешь, сил нет... и что за коктейль такой зверский – всю ночь его тянула, и все ничего, а потом вдруг в один миг – дыц по башке, и все! Провал.

С Босом она все же вышла. Только полчаса проторчала под душем: горячий – холодный, горячий – холодный, а потом один только холодный, ледяной – бр-р-р-р! Но зато голова смогла хоть что-то соображать, а ноги и руки – двигаться.

– Пойдем, Бос... только, чур, ты не будешь далеко бегать, а то... я правда сегодня никакая. Боже мой, как же славно, что Соболь вернется только завтра!

Погуляли они без приключений. И даже охранник в подъезде, заученно шутя, отдал Ксении честь. Это окончательно успокоило девушку – значит, ничего странного она вчера не вытворяла. Довезла ее, скорее всего, Арина, и все было прилично. Правда, плохо, что она так и не подцепила себе новый объект для обожания, но сейчас это уже не страшно – Арина просила обращаться к ней при всякой надобности, и уж повторно пройти в «Погремушку» для Ксении проблемой не будет.

После прогулки она помыла Босу лапы и пузо, отчего-то с утра начался нудный, моросящий дождь, а может быть, и не с утра, а с того момента, как Ксения соизволила разлепить сонные очи, но... пузо псу все равно пришлось мыть. Бос отчаянно урчал, еще раз сообщая, что ему вовсе не по душе подобные процедуры, и пусть бы он лучше бегал по комнатам такой, какой есть. Но Ксения, вредина такая, все же вымыла парня. Компромисс был найден с помощью здоровенного куска мяса. А потом Ксюша протерла полы начисто и приготовилась думать над своей дальнейшей судьбой – когда она снова должна завернуть в эту «Погремушку». Полы сверкали матовым блеском, каждая вещь стояла на своем месте, и было полное ощущение образцового порядка. Красота! И все же где-то глубоко внутри шевелился червячок какой-то виноватости. Она полила цветы, протерла все кубки Соболя, червячок на минутку затих, но потом снова принялся ворочаться.

– Да что я такого натворила?! – с вызовом спросила она этого невидимого червяка. – Я взрослая, успешная женщина! Да! Успешная, можно сказать! И что случилось, если я один разочек сходила отдохнуть?! Причем даже не просто так, а исключительно по делу – мне просто необходимо было встретиться с Боварскими! И я встретилась, что такого-то? И вообще – у меня все замечательно, я на самом взлете! Еще бы вот только голова болела поменьше...

Чтобы окончательно заглушить мерзкую тварь, которая с каждой минутой все больше ее тревожила, Ксения выпила таблетку от головной боли, снотворного и потом... потом уютно устроилась у себя в кровати.

Разбудил ее назойливый звонок в дверь. А может быть, то, что она уже выспалась, потому что в другом случае она ни за что бы никому не открыла. А тут поднялась и понеслась к дверям. На пороге стояла какая-то молчаливая Лина, которая сразу прошла в кухню, уселась на стул и плюхнула на стол газету.

– Кофе давай попьем, а то во рту все пересохло, – проговорила она.