Прочитайте онлайн Хомут да любовь | Часть 6

Читать книгу Хомут да любовь
4618+769
  • Автор:
  • Язык: ru
Поделиться

– Ксения! – не дал помечтать Соболь. – Ну что ты строишь? Парализовало тебя, что ли? Где там моя щетка-то зубная? Или уже ее не брать, там куплю?

И Ксения со вздохом потащилась в ванную – и ни фига он не про нее думал, он вообще считает, что она парализованная...

Соболь торопливо махнул рукой и вышел, а она поплелась досматривать сон. Вернее, не старый сон досматривать, она и вовсе не помнила, что ей снилось. Она стремилась увидеть Соболя. Ей так не хотелось его отпускать, так одиноко чувствовала себя Ксения во время его коротких командировок, что сейчас, когда он уехал на две недели, и вовсе впору было сию секунду завыть от одиночества.

– Бос! Пойдем повоем вместе, а? А то у меня одной не получается... – пробормотала Ксения, услышала за собой цоканье лап и усмехнулась – ну и чего ей выть-то в такую рань? Будут сидеть дома вместе с Босом и ждать молча...

Слишком скучать ей не пришлось. Не успела она проснуться и привести себя в порядок, как в двери позвонили. На пороге в простеньком платьице стояла Лина.

– Ксения? Здравствуйте, вы мне звонили... – неуверенно улыбнулась она.

– Ой, да конечно же, звонила... – непонятно отчего засуетилась Ксения и стала тянуть гостью в прихожую. – Проходите, а то у нас тут Бос, он так и норовит на улицу выскочить, уж больно ему самостоятельно прогуляться хочется. А вот он!

Бос торчал уже здесь и деловито обнюхивал незнакомку.

– Ой, какой славный! – присела перед собакой девушка. – А он сегодня еще не гулял?

Ксения фыркнула – обычно первый вопрос у всех: а он не кусается? А тут...

– Я его выводила, пусть не врет, – быстро проговорила Ксения.

Ну не говорить же ей, что Боса выгуливал Соболь. Он всегда перед командировками сам его выгуливает.

– Мы сразу работать начнем или кофе попьем? – спросила Ксения.

– У меня время есть, можно и кофе... – просто согласилась Лина.

– Слушай, мы ж с тобой почти ровесницы, давай на «ты», ладно? – предложила Ксения.

И снова девушка ее поддержала. Они пили кофе и говорили о пустяках. Просто болтали о том, что так быстро наступило лето, радовались, что можно ходить в открытых платьях, и гадали – надолго ли эдакое тепло. А потом Ксения повела ее в гостиную. Именно там она и собиралась Лину писать.

– Ой, а это кто? – вдруг заметила Лина портрет Соболя.

– А-а-а... а это портрет, – растерялась Ксения. – Я тут пишу знаменитых людей и... и потом им продаю, вот. А вы знакомы?

– Н-нет... – медленно качнула головой Лина. – А почему он у тебя этот портрет не купил?

– Н-ну потому что... потому что я не продаю! – выпалила Ксения. – Я его пылкая поклонница и поэтому... вот оставила портрет себе... да...

– А-а, поклонница... – с пониманием протянула Лина. – То-то я смотрю, у тебя все стены им увешаны.

Ксения оглянулась. Черт! И в самом деле. Вот фотография, где Соболь на верблюде, а вон та, в рамочке, где он с фигуристом Костей Ростомановым, там вон с артистом Аршутиным, а здесь совсем молоденький – на фоне трамплина, с лыжами...

– Хорошего человека должно быть много, – рявкнула Ксения.

– Ну что ж... давай и меня размножим, – усмехнулась Лина и осторожно уселась в кресло. – Мне так сесть? Или как?

– Я сейчас все сама сделаю! – подскочила Ксения и усадила девушку в самом выгодном положении. – Ага... вот так... еще руку вот сюда... нет, немножко посвободнее... вот так хорошо!

Она чуть отошла, и взгляд ее застыл на девичьих чертах, а в голове металась мысль:

«Ну что в ней особенного? Светленькая... да... большеглазая, глаза отчего-то чуть испуганные... Худенькая, почти невесомая, маленькая... Ну почему он выбрал именно ее? – И сама же себе ответила: – А потому что и я бы на его месте Лину выбрала. И черт ее знает, почему...»

– Что-нибудь не так? – насторожилась гостья. – Вы так смотрите...

– Ничего страшного, это взгляд художника... стараюсь ухватить главное... – отговорилась Ксения. – И потом – мы договаривались на «ты».

Она и в самом деле старалась перенести на холст самое главное – этот свет, который поднимался откуда-то изнутри Лины. И света того в девочке было много.

– У тебя есть парень? – вдруг спросила Ксюша.

Лина удивленно хлопнула ресницами.

– Н-ну... знакомые, конечно, есть, но это все так... несерьезно как-то. А так, чтобы «мой парень», да нет, пожалуй...

– Тебе нужно, чтобы серьезно... – бормотала Ксения, увлеченно работая. – Тебе надо, чтобы обязательно принц, понимаешь?

– Как у тебя, да? – лукаво прищурилась она.

– Да! А что ты думаешь! Рядом с таким Соболем любая замарашка королевой смотреться будет! – оторвалась от мольберта Ксения.

– Могу себе представить, сколько у нас королев! У такого красавца, наверное, женщин – вагонами!

– Да что такое ты можешь представить! – обиделась за Соболя Ксения. – Да какой он красавец? Он же... ха! Соболь – красавец! Да у него и вообще никого нет! Так только... в Интернете целая туча, да дома осаждают... трое-четверо...

– Ежедневно? – склонила голову Лина.

– Да ты что!!! – вытаращилась Ксения. – Это за всю его жизнь!! Он и вообще на женщин не смотрит! В его-то возрасте ему уже и жену хочется, и сына... Да ты знаешь сколько ему лет?!! Ха! Ему же... у него самый золотой возраст!

– Я тоже хочу сына... – задумчиво проговорила Лина. – И чтоб Димкой звали. Дима... Димасик...

– Ну и... и чего? Зачем дело-то стало? Давай я тебя с ним познакомлю, с Соболем... – окончательно убивала собственные надежды Ксения. – Да чего я спрашиваю – он приедет и... и я познакомлю... Потому что он такой... он обязательно должен быть счастливым. Только ты... ты к нему отнесись поласковей, а то он так женщин боится...

– О-о-он? – даже подскочила Лина. – Да ты смеешься! А я слышала, что он ничего не боится! Ха! Испугался!

«Ага! Значит, слышала все же!» – мысленно усмехнулась Ксения. А вслух добавила:

– И все равно... давай его пугать не будем...

За те несколько дней, пока Ксения рисовала Лину, они сделались почти подружками. Ведь ничто так не связывает нежные девичьи души, как сердечные секреты. А секрет у них был, да еще какой! К тому же и сердечко Лины было уже Ксюшей изрядно расшатано – та непрерывно пела только о Соболе. Рассказывала все, ну или почти все о жизни своего героя. Только никак не могла сообщить, что гостья сейчас сидит в доме этого самого Эдварда Соболя, как-то не получилось. Сначала боялась спугнуть девчонку – подумает еще, что она ему родня и занимается сватовством! Нет, она по большому счету именно этим сейчас и занималась, но уж больно не хотелось, чтобы Лина так думала – Соболя не надо сватать, он и сам, если что, кого угодно!.. А потом... потом уже было поздно – чего ж раньше-то молчала, спрашивается! Охранник еще раз с соболезнованием взглянул на Ксению и быстро сбежал по лестнице.

Лина, ничего не подозревая, усаживалась в любимое кресло Эдварда и сразу же спрашивала:

– А какие у него родители?

– Нормальные, – кивала Ксения, начиная работать. – И вообще, у него одна мама. Такая сердечная женщина, я с ней даже по телефону разговаривала. Она так своего сына любит!

– Я б тоже сына любила, сын же... – задумчиво пожимала плечиками Лина.

– Нет, не тоже! Она его как-то по особенному! Умно как-то, – кидалась на защиту неведомой «родни» Ксения. – Она и в школу постоянно бегала, и заступалась за него перед учителями! Там же всем не слишком нравилось, что он на всякие сборы ездит, школу пропускает, а мать за него горой стояла. И не зря... За меня вот моя мама так не стояла...

Когда портрет был написан, Лина обрадованно захлопала в ладоши и тут же погрустнела.

– Жалко, больше вот так сидеть не будем... – вздохнула она.

– Ну-у... – неопределенно протянула Ксения. – Кто знает... нам ведь еще предстоит знакомство! А этот портрет я себе оставлю. Нет, ты потом, если захочешь, сможешь забрать, но у меня же выставка, ты ж понимаешь...

Лина не настаивала, хотя портрет ей понравился очень.

– Ты меня так хорошо нарисовала... написала! Вот бы Соболь увидел, правда?

– Ну как он увидит, что ты!! – замахала руками Ксения, но тут же напомнила: – В общем, ты не вздумай пропасть куда-нибудь – надо брать этого Соболя... нежно и бережно!

Лина весело фыркнула, и по ее глазам Ксения поняла, что никуда эта девчонка не пропадет... потому что она уже пропала... по самые уши... и, может быть, даже задолго до Ксюшиной активной деятельности.

Соболь должен был вернуться со дня на день, и Ксения каждый день драила полы, вытирала пыль, подолгу гуляла с Босом, а потом медленно и нудно постигала азы кулинарии. Ну не давалась ей эта наука, а ведь как хотелось. Тем более что женщине такая мелочь, как кухня, всегда может пригодиться. Понимала, старалась, но ничего не выходило.

В один из вечеров, когда на плите бурлил очередной замудренный соус, в дверь позвонили.

– Вот блин! – спохватилась Ксения. – Уже Эдвард приехал, а я...

Соболь не любил открывать двери ключом, ему нравилось, чтобы его встречали. Да и кому не нравится? А Ксении нравилось его встречать – эдакий маленький миф счастливого семейства. Фу ты! Что она себе напридумывала! Вот бы Соболь узнал...

Она кинулась к двери и даже не заметила, как ощетинился Бос.

– Оп-паньки! – в распахнутых дверях стоял родственник – Аркадий.

– Аркашка!! – всплеснула руками Ксения. – А ты один? А Дашки с тобой нет?

– Ну! Еще я Дашку сюда потащу!

– И правильно! – с облегчением вздохнула Ксения. – Будет тут глаза закатывать... А ты по делам или просто так – в гости?

Аркадий уже проходил в прихожую, с любопытством вертел головой и рассеянно отвечал:

– Я? Я по делам... по таким важным дела-а-ам... А чего – хозяина дома нет?

– Соболя? Он должен приехать... может, сегодня, а может быть, завтра. Он позднее еще позвонит, но вообще предупреждать не любит. Ему нравится, чтобы так – сюрпризом...

– Хм... да уж... хорош сюрприз... – скривился Аркадий, но Ксения опять ничего не заметила.

Да и что она должна была заметить, когда к ней приехал родственник.

– Ты Боса не бойся, он добродушный, так только – ворчит ради приличия, он же собака, – весело говорила она, убегая в кухню.

– Собака... чемодан какой-то... – ворчал себе под нос Аркадий. И, выпятив челюсть, состроил рожицу псу: – У-у-у, уродина! Жируешь тут!

– Иди сюда, что ты там говоришь, я не слышу! – кричала из кухни Ксения.

– Да я так... обстановкой любуюсь... – проговорил Аркадий, продвигаясь к пищеблоку.

Оставленный в прихожей Бос на гостя рычать не стал, а ведь обиделся – чего этот мужик таким тоном с ним говорил? Наверняка ничего доброго не сказал... И за ушком не почесал, и не потрепал по голове, и вообще – тип неприятный...

Пес деловито подошел к ботинкам гостя, старательно обнюхал обувь и с полной серьезностью задрал на чужие вещи лапу – мужик ему явно не понравился.

– Ты рассказывай! Как там Дарья? У вас еще пополнения не ожидается? А Аленка? Все так же со своим киоском? А мама? В гости не приезжала? – щебетала Ксения, задавала вопросы, на которые Аркадий и не думал отвечать.

– Ксюш, а я слышал, вы со своим хозяином к нам в город собираетесь, правда, что ли? – спросил он, заталкивая в рот нарезанный сыр и колбасу.

– Собираемся, точно... Только чего ты заладил – «хозяин, хозяин». Соболь – нормальный мужик, и никакой он не хозяин. Он так – работодатель... а еще товарищ... друг почти...

– Ну поня-я-я-тно, друг, как же! – опять скривился Аркадий. – То-то ты от плиты не оторвешься, подружка.

– Точно, – мотнула головой Ксения. – Не оторвусь. А толку все равно нет. Ну никак готовить не научусь!

– И не надо. Пойдем лучше мне хоромы ваши покажешь...

Ксения бродила по комнатам и охотно поясняла:

– Вот это моя комната, светлая какая, да? А это гостиная. Это специальная такая планировка, квадратов черт-те сколько... а вот это... ой, а туда не надо, там кабинет Соболя, я туда не хожу.

– Ой, поду-у-умаешь! – презрительно протянул Аркадий. – А чего такого-то? Его ж все равно нет.

И он беззастенчиво прошел на середину комнаты.

– Ха! Такой воротила, а даже стол себе дубовый поставить не может! – снова скривился он.

– А зачем ему дубовый стол? – в недоумении пожала плечами Ксения. – Куда ты!! Не смей трогать!!

Аркадий не слушал, он уже плюхнулся в крутящееся кресло за столом и ловко забегал пальцами по клавишам компьютера.

– Дурак!! Это не твое! И потом – фиг ты залезешь, у него там пароли! – уже силой пыталась вытащить Аркадия из-за стола Ксения.

– Отстань. Какой, к черту, пароль... мы сейчас... – отмахнулся тот, пялясь в монитор побелевшими глазами. Потом вдруг подскочил и кинулся к сейфу. – Как у него эта штука открывается? Ну?! Говори быстро!!

Ксения не могла поверить своим глазам: Аркадий в одну секунду изменился неузнаваемо – из ленивого и равнодушного он вдруг превратился в бешеного, озлобленного, агрессивного мужлана.

– Да говори же ты!!! – схватил ее за руку родственник и с силой подтолкнул к сейфу. – Какой у него код? Не может быть, чтобы ты не подсмотрела!!

– Аркадий!!! Гад такой, отпусти руку!! Хрен я тебе что скажу, крыса компьютерная!!!

– Нее-е-ет, ты мне скажешь!! Ска-а-а-ажешь!! – окончательно обезумел Аркадий.

Он был просто невменяем, и Ксения вдруг поняла, что сейчас он пойдет на все!

Это понял и Бос. С грозным рыком кинулся он на обидчика Ксении и вцепился тому зубами в ногу. Но не так часто он практиковался, а оттого и справился с ним Аркадий одним пинком. Бос отлетел в стену, рявкнул и снова бросился на чужака.

– Бос!! Мальчик мой, не лезь! – кинулась Ксения к собаке.

Но тот, словно маленький бычок, вновь ринулся в бой. Она еще пыталась поймать его, вытолкать за дверь, но ее тут же ухватил Аркадий:

– Куда?!

И Ксения почувствовала резкую боль – тот бил прямо в лицо.

Ксения озверела – до сих пор ее никто и никогда даже пальцем не тронул. А эта мразь!..

– С-с-с-скотина!!! – зарычала она, ухватила первое, что попалось под руку (а попалась какая-то серебряная статуэтка лыжника в полете), и остервенело запустила прямо в наглую, обезумевшую рожу. – Тварр-р-рюга! Убью гада!

Аркадий удачно увернулся – статуэтка пришлась не в лицо, а в затылок, что невероятно взбесило гостя.

– Да я ж тебя!!! З-зараза! Убить меня хочешь! Со своим хахалем в наш город намылились!!! Дашку мою уводить!!! Н-на!!

Удары сыпались на Ксюшу градом, она и сама не поняла, как изловчилась и ухватила врага под коленки. Да! Сейчас Аркадий был враг. И он со всего своего роста грохнулся головой об окно. Стекло разлетелось вдребезги.

А в двери уже кто-то ломился.

Прекратил побоище Аркадий. Он первым сообразил, что надо спасаться бегством, потому что на чужой территории находился вроде бы незаконно и уж никаких аплодисментов ему ждать не приходилось.

Всегда вялый и аморфный программист вдруг проявил чудеса ловкости, сначала кинулся к входной двери, но проскочить мимо того, кто долбился в нее, возможности не было, и тогда Аркадий ухватил свои ухоженные Босом ботинки, сиганул на балкон, а оттуда, прыгая обезьяной, ушел по чужим балконам.

Ксения поднялась, угрюмо осмотрела беспорядок в кабинете и побрела к двери.

– Что такое у вас тут творится?! – бешено вращал глазами охранник Игорь. – Ксения Владимировна!! Что произошло?!

– Да... бешеный поклонник Соболя... – вытирала кровь со щеки та. – Ему в голову взбрело, что его жена уходит от него из-за Эдварда... ид-диот!

– Как он выглядел? Куда делся? – тут же стал нажимать кнопки на телефоне Игорь. – Опишите, приметы есть какие-нибудь?

Ксения помотала головой – с Аркадием она дома разберется, нечего его по судам таскать, Дашка точно с ума сойдет.

– Не видела я его... Двери открыла, потому что он сказал, что принес Соболю пакет. Я смотрела на его руки, а не на лицо... Ну тут он и накинулся...

– Вот блин, а... И я не запомнил... Ведь говорил же я жильцам – надо еще и камеру установить! Так они – нам и тебя не прокормить, какую еще камеру!! Можно подумать, она жрать просит!! Ох, и ни фига у вас фингал! А вы его бодягой, я всегда так спасаюсь.

– Спасибо... – кивнула Ксения. – Ты уж, Игорь, извини, мне бы убраться в доме, а то Эдвард Антонович приехать должен.

Соболь приехал лишь на следующий день. И едва вошел, сразу же кинулся к Ксении: – Ксень! Садись, довезут!

– Ну-ка, покажи, как тебя эта сволочь уделала? – Он взял лицо Ксении в свои руки и стал вертеть в разные стороны. – Ничего... никаких переломов, все заживет. В милицию не обращалась? А в травм– пункт?

– Никуда я не обращалась... – бурчала Ксения, с трудом подавляя чувство приятной неги, которая разливалась по телу от рук Соболя. – Ну мало ли... очередной фанат.

– Да уж... тебе-то за что?

Ксения же только пожимала плечами, а про себя думала: как же славно, что она все успела убрать, Соболь и не догадался, что творилось все это безобразие именно в его кабинете.

– А я приезжаю, и мне Игорь говорит, что тут на тебя напали, весь мой кабинет раскурочили, а уж на тебе и вовсе живого места нет!

– Врет, – нервно сглотнула Ксения. – Это он от зависти!

– Коне-е-ечно! Кто бы сомневался! – насмешливо фыркнул Эдвард и присел перед Босом, который тут же принесся доверчиво приветствовать хозяина. – А ты куда смотрел? Чего ему в глотку не вцепился? Учить тебя надо!

– Не ругай его, до глотки он не достал, а в ногу тяпнул. И здорово, – заступилась за любимца Ксения. – Он меня защищал.

– Ну и ладно... – сцепил зубы Соболь. – Проехали. Я тебе премию выпишу.

– Не надо... – покраснела Ксения – она-то знала, кто устроил этот погром.

– Тогда большую премию! – отрезал Соболь и направился в кухню, похлопал холодильником и весело предложил: – А поехали-ка мы с тобой, разлюбезная моя Ксюха, в ресторан отобедаем!

– Это с моим-то рылом в калашный ряд? – не удержалась та. – У меня ж фонари по всей личности!

– Тоже хорошо – зато никаких свечей не надо! – невозмутимо парировал Соболь. – Давай, накрась что там у тебя – ресницы, глаза, я не знаю... собирайся! Надо ж встречу отметить. И потом – я нормально поужинать хочу, а готовить ты, душа моя, нормально еще не научилась. Так что... Ну, долго мне ждать?! – шутливо прикрикнул он, и Ксения поспешила к себе – краситься.

Нет, она сначала хотела наотрез отказаться, но потом сообразила – а ведь сейчас такой славный момент, чтобы познакомить Лину с Эдвардом – чего тянуть-то?

Ксения тихонько прижала сотовый телефон к уху и зашептала:

– Лина!! Привет, это Ксения. Ты чего делаешь?.. Нет, ты сейчас ничего не делай! Ты сейчас быстро собирайся и дуй в ресторан... Черт... а в какой же дуть?.. Ну, короче, так – собирайся, а потом сиди и жди моего звонка! Все получится так случайно и волшебно! Да все нормально будет! Почему ты-то за ним бегать не станешь? Это он за тобой не станет бегать! Тьфу ты! Запутала! Это он от тебя без ума. Но... боится! Да! Я ж тебе говорила – он вообще по бабам не ходок!.. А я говорю – не ходок! Читала она... Собирайся давай!

И она отключила телефон.

Когда Ксения вышла из своей комнаты, удачно накрашенная, достойно одетая и вообще – красавицей необыкновенной, Соболь, замерев, стоял возле портрета Лины.

– А ты молодец... Очень похожа... и глаза, и улыбка... – не отрываясь от портрета, пробормотал он. При этом на лице его блуждала рассеянная улыбка. Глуповатая какая-то, прямо скажем, идиотская... ну, впрочем, как у всех влюбленных. Потом на минутку взглянул на Ксению, нахмурился и бегло бросил: – Очки надень, а то синяки светятся. И челку на лоб надвинь... Ну все, да? Поехали.

Лишь только они вошли в ресторан, как Ксения тут же забыла про все синяки, не умела она ежеминутно трястись над своей внешностью, а Соболь – тот и вовсе ничего не замечал.

– Давай, заказывай, что будешь? – Они уютно устроились за самым дальним столиком. – Вот это возьми, вкусно. И салат вот этот... а давай я сам закажу, чего мучиться!

И он уверенно продиктовал официантке блюда.

Девушка сразу же тихо удалилась, а Эдвард достал телефон.

– Ты бы отошел куда-нибудь... – предложила Ксения. – Народу мало, музыки еще нет, вот интересно-то будет всем слушать, как ты свои вопросы решать станешь.

– Да тут никаких секретов, пусть слушают... – пожал плечами Соболь, но все же совета послушался, быстро поднялся из-за стола и вышел в холл.

Ксения же, не теряя времени, тут же набрала знакомый номер.

– Алло! Лина? Мы в «Акварели»! Давай туда. Все, – нажав на кнопку отбоя, она снова прилежно сложила ручки – ни дать ни взять первоклассница образцового поведения!

Лина появилась, когда Соболь уже наелся и демонстративно стал поглядывать на часы. Ксения же упрямо тянула время.

– Эд, а мы чего – просто так не посидим? – канючила она, мысленно подгоняя Лину.

– Да мне, собственно... знаешь, сколько дел! Да еще и позвонить должны... – угрюмо морщился тот.

– М-да? А я думала... – фыркнула Ксения, заметив Лину. – О! А давай эту девушку к нам посадим! – И она вскочила и замахала рукой. – Лина!! Иди к нам, у нас столько свободного места!!

Лина дернула бровями, чуть порозовела и неуверенно направилась к столику. Выглядела она изумительно – легкое платьице, распущенные волосы и ясные глаза – самое яркое ее украшение.

– Ого... – вытаращился Соболь и даже прижался к столу. – Ох и ни фига себе! Представь, какая удача...

– Здравствуйте, меня зовут Лина! – просто представилась подошедшая. А потом взглянула в самые глаза Соболя и улыбнулась.

Этого бедолага Эдвард вынести не мог. Он чуть откашлялся и откровенно счастливо улыбнулся во все зубы.

– Эдвард... Садитесь к нам, пожалуйста, а? А то нам двоим так скучно, Ксения уже домой собралась, – и торопливо пояснил: – Ксения – она мне приходится... художницей, да она никакая не родственница, так что вы ее не стесняйтесь...

– Боже мой, наивный василек, – тихонько вздохнула Ксения в сторону. Потом чуть не по слогам произнесла: – Эдвард! Я писала портрет Лины, и меня она стесняться не собирается, мы знакомы. Если уж кого она и боится, так это тебя. Так что... ухаживай за дамой.

– С преогромным удовольствием... – выдохнул тот и сразу же стал оглядываться в поисках официанта. – Будем продолжать банкет, да?!

– Конечно же, Эдик! – скроила милую гримаску Ксения, но потом не удержалась, фыркнула: – Вот просто интересно – влюбленные, они всегда такие глупенькие?!

– Ничего, – перемигнулся с Линой Эдвард. – Мы потом на тебя посмотрим, точно?

– А я уже и видела, – смешливо дернула плечиком девушка.

– Да что вы! – шутя ужаснулся Соболь и прижал к груди растопыренную пятерню. – Не может быть!! Вы об этом должны мне рассказать немедленно! Ну-ка, ну-ка!

– Сейчас прямо! – веселилась Ксения. – Так она тебе и рассказала. Кстати, а мы с Линой на «ты», а ты, Эдвард, не хочешь?

– Я?! Я даже не надеюсь. А вообще... будем на «ты», да и все, чего тут надеяться, правда же? Лина, вы согласны?

Та лишь засмеялась и кивнула.

Вечер продолжался весело и непринужденно. Соболь с Линой как-то сразу объединились и стали подтрунивать над Ксенией, та смотрела на них свысока, как мудрая маменька на расшалившихся чад, и только когда Лина выскочила попудрить носик, Соболь молчком взял руку Ксении и приложил к своим губам. А та... та в свою очередь, опять же чисто по-матерински, поцеловала его в густые темные волосы и чуть не всхлипнула – этот поцелуй был последним гвоздем в гроб ее надежд на взаимность!

– Ты только... – печально заговорила она, прикладывая носовой платочек к глазам, – ты только не веди ее сразу домой. Она думает, что это мой дом...

– Та-а-а-ак... – медленно выпрямился Соболь. – Сначала Кузя, теперь ты... А я-то где жить буду?!

– Тебя же никто не гонит! – вытаращилась Ксения. – Это просто... ну она пришла, я давай ей про тебя вирши складать, ну и... Что она могла подумать, если бы узнала, что мы с тобой в одном доме живем?!

– А ты сказала бы, что ты – домработница!

– Ну знаешь!.. Домработница-художник – это хлеще, чем слесарь-гинеколог! В общем... осторожненько ее так подведи к мысли, что... что у тебя вполне приличная квартира, что я временно проживаю с тобой и... Слушай! А чего ты дом себе не построишь где-нибудь на Рублевке?!! Прям не знаю! Эта мне твоя скромность!

– Да-да, это отсутствие денег меня тоже угнетает, – качнул головой Соболь.

– У тебя?! У тебя денег нет?! – искренне поразилась Ксения.

– Неужели хочешь мне одолжить? На домик на Рублевке? – поднял бровь Эдвард.

Ксения примолкла, а тот продолжал:

– Это временно, вот посмотришь... Сейчас большие вложения, а потом... потом как начнет прибыль катить! Тогда-а-а!..

К ним легкой походкой приблизилась Лина, и тема финансов была спешно закрыта.

Соболь снова засуетился, принялся угощать дам, а сам то и дело стрелял взглядами на светлую девушку с большущими глазами. У Ксении рот тоже не закрывался. Она как могла веселила обоих, рассказывала анекдоты, шутила, смеялась, а когда вдруг замокла, поняла, что она здесь лишняя.

Тогда Ксюша тихонько поднялась и постаралась незаметно улизнуть.

– Прости, Линочка, я только усажу нашу красавицу на такси, все же... вдруг кто недобрый позарится... – наклонился к уху красавицы Соболь.

Он догнал ее уже на крыльце.

– Ты чего удрала? – спросил он, разглядывая звезды и боясь смотреть ей в глаза.

– Ну просто... просто мне надо! – вдруг напыщенно проговорила Ксения, заранее зная, что врет неумело и фальшиво. – Я должна вас оставить, мне будут звонить.

– Мама? – наивно спросил Соболь.

– Ну почему сразу мама? – дернула губой Ксения. – Мне по делу!

– Врешь? – поинтересовался Эдвард.

– Приходится... – пожала плечами Ксения. – Ну чего ты? Ты ж не маленький! Пора уже и одних вас оставить... Да все нормально, ты чего?!

И она засмеялась звонко и весело.

Соболь чуть наклонил голову и прямо посмотрел ей в глаза.

– Ну никак я тебя понять не могу... Иногда мне кажется, что я тебе нравлюсь. Сильно, прямо до жути. А иногда... что ты просто мной пользуешься. Ну не может любящий человек вот так взять и отдать!

– Ну и дурак... – попыталась равнодушно вздохнуть Ксения. – Любящий только и может – отдать. А вообще... какая к черту любовь?! Я вообще... Тома Круза люблю, понял?

– М-да? – серьезно нахмурился Соболь. – А он?

– Предлагает жениться... – чуть скучно схохмила Ксения.

Теперь Соболь уже легко хохотнул и подбежал к одному из свободных такси, которые в ожидании клиентов терпеливо томились у входа.