Прочитайте онлайн Холодные объятия | Глава 25

Читать книгу Холодные объятия
2518+2301
  • Автор:
  • Перевёл: Ирина А. Литвинова
  • Язык: ru
Поделиться

Глава 25

Плохие новости разносятся быстро.

К началу занятий в школе утром следующего дня, казалось, все уже слышали о кончине Дина. Хоть он и не пользовался популярностью среди одноклассников, и большинство ребят узнали о нем только после драки на биологии, в переполненных коридорах царил траур. Никто не улыбался и не смеялся. Поутих и ажиотаж вокруг приближающихся каникул на День благодарения. Уход Дина задел каждого из нас. Возможно, он стал болезненным и пугающим напоминанием о том, что внезапная смерть не щадит даже молодых.

– Говорят, что это был сердечный приступ, – говорила Стейси, пока мы шли в класс. – Но как это возможно, чтобы у семнадцатилетнего парня вдруг случился сердечный приступ?

Я покачала головой. Больше я ничего не смогла из себя выдавить после всего, что произошло прошлой ночью и сегодня рано утром. Как ни странно, ломки, которая бывает после поглощения души – как у наркоманов после кайфа, – до сих пор так и не случилось.

Из того, что успел рассказать мне Зейн, я знала, что смерть Дина посчитали наступившей в силу естественных причин, но у меня язык не поворачивался назвать ее естественной.

Дин умер, но уж точно не упокоился с миром.

Это облако зла, подобное тяжелому удушливому одеялу, которое давило на меня в доме Дина, теперь зависало в школе. Оно, как тень, пряталось в каждом углу – невидимый преследователь, поджидающий свою жертву.

– Может, это наркотики, – рассуждала оказавшаяся рядом с нами девчонка, имени которой я, хоть убей, не могла вспомнить. – Он мог умереть от передозировки, а они говорят, что это сердечный приступ.

Слухи и домыслы множились, пока не прозвенел звонок на урок. Я напряглась, когда в последнюю секунду в класс ввалился Рот. С влажными после недавнего душа кудрями, он выглядел усталым, совсем как я. Тихо напевая себе под нос, он занял свое место впереди нас и посмотрел на меня через плечо. Я проигнорировала его вопросительно-заговорщический взгляд, тем более что мистер Такер – похоже, он собирался навсегда заменить миссис Клео – уже встал у доски, неловко перебирая прозрачные слайды.

Мои глаза лишь на мгновение встретились с глазами Рота, и я тут же уставилась на мистера Такера. Сил не хватало даже на то, чтобы испытывать смущение за вчерашнее, но я действительно не знала, что сказать Роту. Извиняться за то, что приставала к нему? Обхохочешься. Я чувствовала, что он чуть дольше положенного задержался на мне взглядом, прежде чем отвернулся к доске.

– Что между вами произошло? – тихо спросила Стейси, но Рот наверняка расслышал.

– Ничего, – ответила я.

Рот откинулся на спинку стула, свесив руки вниз.

– Я так понимаю, ты опять хочешь обдурить лучшую подругу. – Она толкнула меня ногой. – Вчера ты снова исчезла. Ты была с ним, я угадала?

Ложь уже притаилась на кончике моего языка, но мне смертельно надоело врать. Я не ответила, и это было красноречивее любого ответа. Рот начал раскачиваться на задних ножках стула, балансируя так ловко, как умел только он, без риска опрокинуться и стать посмешищем.

Стейси изумленно вздохнула.

– А как же Зейн?

Мое сердце сжалось, как будто кто-то засунул его в соковыжималку. Хороший вопрос. Прошлой ночью я здорово облажалась и обидела Зейна, наверное, даже больше, чем сама догадывалась. Сегодня утром, пока мы ехали в школу, он не издал ни звука. Я тоже молчала, понимая, что любые слова покажутся пошлыми и бессмысленными, полными пустых обещаний и надежд.

Рот опирался локтями на нашу парту, и Бэмби беспокойно ерзала у меня на животе. Вчера ночью, как только я вернулась домой, она исчезла – видимо, отправилась на охоту. Когда я проснулась всего за полчаса до отъезда в школу, она лежала, свернувшись клубком, в кукольном домике.

Мистер Такер откашлялся.

– Сегодня все мы узнали трагическую новость о судьбе одного из ваших одноклассников.

Я перевела взгляд на пустующую парту Дина и сидевших сзади мальчишек. Ленни все еще не вернулся в школу, но Кит был на месте. Судя по тому, как он развалился на стуле, вытянув ноги вперед, его не слишком-то потрясла эта новость.

– Меня просили довести до вашего сведения, что в школе работают психологи, так что все желающие могут обратиться к ним за помощью, – продолжил мистер Такер, перекладывая слайды из руки в руку, как будто помахивая ими.

Мой следующий вздох застрял в горле, когда из коридора в класс просочился сгусток энергии, и мне показалось, будто темное густое облако затмило солнце. Я не смогла сдержать дрожь.

Положив авторучку на тетрадь, я окинула взглядом класс. Все выглядело, как обычно, но что-то неуловимо изменилось.

Рот наклонил голову набок, и я поняла, что он тоже это чувствует.

– Нет ничего зазорного в том, что вам захочется с кем-то поговорить, – продолжал бубнить мистер Такер. – Никто не использует ваши откровения против вас. Смириться со смертью нелегко, независимо от того, сколько вам лет.

Над головой мистера Такера дрогнул свет, и это осталось незамеченным всеми, кроме Рота и меня. Он опустил стул на все четыре ножки. Лампочка над головой учителя перестала моргать, но тут же замерцала соседняя – а потом следующая, и так друг за другом они мигали, словно прокладывая путь через весь класс, пока не заискрил верхний свет прямо над партой Кита.

Кит поднял взгляд, нахмурившись.

– Так что обращайтесь к любому из ваших преподавателей, и мы организуем для вас беседу с одним из психологов… – Мистер Такер осекся, тоже проследив взглядом за странными колебаниями света. Слайды замерли в его руках.

На мгновение воцарилось молчание, и каждая мышца в моем теле напряглась, когда меня обдуло ледяным ветерком. Я оцепенела, испытывая знакомое чувство. Что-то должно произойти. Я уже это проходила. Такой же леденящий холод проникал в меня незадолго до того, как выбило окна и Мэддокс упал с лестницы.

Я привстала, но Стейси схватила меня за руку.

Лампа над партой Кита вдруг взорвалась снопом искр и стекла. Классная комната наполнилась визгом, заскрежетали по полу ножки стульев, когда ребята повскакивали со своих мест.

– Начинается, – пробормотал Рот, выпрямляя спину.

Мистер Такер выронил слайды и бросился вперед по проходу.

– Всем отойти. Здесь всюду стекла…

Кит налетел на соседний стул и затряс головой. Крохотные осколки стекла посыпались с его головы. Я повернулась, чтобы обойти Стейси, и тут Рот выскочил из-за парты, когда из угла выплыло темное пятно, двигаясь слишком быстро, чтобы его мог засечь человеческий глаз.

Мурашки побежали врассыпную по моей коже.

Призрак. В классе определенно находился призрак, и я могла поспорить на годовой запас сахарного печенья, что это Дин.

Призрачный силуэт, не более метра в высоту, кинулся к Киту, сбивая его с ног. Со стороны это выглядело так, будто он просто потерял равновесие, но я-то знала, в чем дело.

Кит рухнул на пол, издавая недовольное ворчание. Он опрокинул стул, и тень расплылась, прежде чем снова пришла в движение. Стул приподнялся и заехал Киту прямо в лицо.

– Срань господня! – воскликнул мистер Такер. В любое другое время я бы рассмеялась, но сейчас мне было не до смеха.

Тень метнулась в дальний угол класса и зависла возле двери, пока мистер Такер оказывал помощь окровавленному и ошарашенному Киту.

Стейси повернулась ко мне – бледная, с обезумевшим взглядом:

– Я уже начинаю подумывать о том, чтобы перевестись в другую школу.

– Кстати, неплохая идея, – заметил Рот, двигаясь по центральному проходу.

Я проследила за тенью. Она съежилась, превращаясь в мутную лужу, и скользнула под дверь. Страж во мне потребовал, чтобы я отправилась в погоню.

– Что ты делаешь? – Стейси потянулась ко мне, но я уже была далеко.

– Скоро вернусь, – бросила я через плечо.

Мистер Такер и полкласса суетились возле Кита, который бормотал что-то бессвязное, так что на меня никто не обратил внимания.

Я прошмыгнула в дверь и повернула направо, сразу же узрев призрака. Он скользил по коридору жутковатой дымкой. Собрав все свои силы – а я-то думала, что их уже не осталось, – я рванула бегом за тенью.

Призрак на мгновение замер, а потом глухой смешок эхом разнесся по коридору, и распахнулись двери раздевалки. И как будто отпустили невидимую пружину, потому что из шкафчиков полетели книги, куртки, а следом за ними тетрадки и клочки бумаги.

Тяжеленный учебник истории врезался мне в бедро, и я вскрикнула от боли, теряя призрака из виду.

Выбравшись из этого хаоса, я с ужасом обнаружила, что ручки и карандаши на моих глазах превращаются в мини-орудия судьбы. Они носились по воздуху, отскакивая от стен.

Облако из книг и авторучек надвигалось прямо на меня. Я отбилась от нескольких учебников, но за ними тянулись полчища других.

Внезапно рядом со мной оказался Рот, который прихлопнул книгу, летевшую прямо мне в голову.

– Гоняться за призраком – не самая удачная идея.

– И что ты предлагаешь? – Я увильнула от увесистой косметички. – Пусть он еще кого-нибудь покалечит?

Рот уже приготовился ответить, но хаос вдруг прекратился. Книги и тетрадки зависли в воздухе, а потом посыпались на пол.

Вестибюль выглядел так, словно распродажа по случаю начала учебного года обернулась катастрофой.

Сотрудники администрации высыпали из своих кабинетов и, увидев этот бедлам, разом уставились на нас с Ротом. Изумление, промелькнувшее на их лицах, быстро сменилось подозрением.

– Влипли, – пробормотала я.

* * *

Я стояла на крыльце школы, вглядываясь в желтый листок бумаги, зажатый в руке. На моем лице застыла хмурая гримаса.

У меня за спиной хлопнула дверь, но я, и не оглядываясь, знала, кто вышел следом за мной. Сладкий запах говорил сам за себя.

– Тебя тоже отстранили от занятий? – спросил он.

Вздохнув, я сложила листок и убрала его в карман джинсов, когда Рот встал рядом со мной.

– Да. Политика «жестких мер» в действии.

Рот хмыкнул, засунув руки в карманы.

– По крайней мере, это только на пару дней. На следующей неделе День благодарения. А после каникул нас восстановят.

Директору и сотрудникам администрации хватило одного взгляда на устроенный в коридоре хаос, чтобы обвинить во всем Рота и меня. Они списали это на предканикулярное настроение и прочую хрень. И что мы могли сказать в свое оправдание? Что это сделал призрак?

Представляю, что бы они подумали.

– Тебе нагорит за это? – спросил он, нарушая молчание.

Я сощурилась от яркого солнечного света. Меня била мелкая дрожь.

– Наверное.

– Это плохо. – Он развернулся в мою сторону, загораживая меня от порывов ветра.

Медленно кивнув, я оглядела улицу.

– Тебе здорово досталось за вчерашнее?

Я натянула рукава толстовки на пальцы.

– Зейн меня прикрыл. Никто даже не догадался, что я исчезла.

– Тогда хорошо.

Повернувшись к нему, я вскинула брови. Он смотрел прямо перед собой, плотно сжав губы.

– Ты сказал Зейну, что я не с тобой.

– Ты знаешь, почему я это сделал.

– Он тебе не поверил.

Он поднял голову.

– Разве это имеет значение?

– Ты позволил мне проспать – я очнулась в три часа ночи, – тихим голосом произнесла я. – Если бы Зейн не прикрыл меня…

– Но он это сделал. – Его взгляд вернулся ко мне. – Я не хотел тебя будить.

– Боялся, что я снова брошусь на тебя? – Вопрос вырвался прежде, чем я смогла себя остановить.

Рот наклонил голову набок.

– Скорее, боялся, что ты этого не сделаешь, и в этом вся проблема. – Он спустился на одну ступеньку ниже и повернулся ко мне. – Я оставил тебя одну, потому что, если бы ты проснулась и попросила поцеловать тебя, во второй раз я бы уже не смог остановиться.

Эти слова вызвали во мне противоречивые ощущения. Волна тепла пробежала по моим венам, отчего внизу живота затянулись плотные узелки, но я знала, что все это неправильно и тому есть немало причин.

– Насчет второго раза можешь не беспокоиться, – сообщила ему я. – Просто я была под кайфом.

Уголок его губ дернулся вверх, и он негромко рассмеялся.

– Ты страшная врушка.

– Я не вру.

Рот вернулся на ступеньку выше, приближаясь ко мне чуть ли не вплотную. Он опустил голову, так что, когда заговорил, его губы почти касались моих, но я и не попыталась отстраниться.

– Я знаю, почему ты так говоришь. Я даже понимаю это, Лейла. Я все понимаю. Я сделал тебе больно и заслуживаю любой твоей лжи.

Я замерла, ощущая его теплое дыхание на своих губах.

– Но ты еще очень многого не знаешь или не понимаешь, – продолжал он, наклоняя голову так, что его слова коснулись мочки моего уха, посылая дрожь по коже шеи. – Поэтому не берись судить о том, чего я действительно хочу, и на что я готов ради того, чтобы это сберечь.

Пока я тупо моргала, Рот повернулся и зашагал вниз по широкой лестнице, каждый раз перемахивая через две ступеньки. Я прижала руку к горлу, провожая его взглядом. Неужели я и вправду многого не знаю?

Когда дело касалось Рота, я начинала верить, что так оно и есть.

Я очутилась в кабинете Эббота, как только он проснулся, и мое имя прогремело на весь дом. Могло показаться, что кровожадное чудовище из фильма «Монстро» собирается крушить стены.

В тот момент Эббот и в самом деле чем-то напомнил мне Кловерфилда.

– Отстранили от занятий? – произнес он, потряхивая листком бумаги.

Я кивнула.

– В школе объявился призрак. Он напал на этого парня, Кита, а потом вышел в коридор. Я погналась за ним, и он просто сошел с ума, стал вскрывать шкафчики в раздевалке. А что я должна была сказать, когда повыскакивали учителя?

Эббот бросил листок бумаги на стол и ущипнул себя за переносицу. Он ничего не ответил, но Николай, стоявший по правую руку от него, кивнул головой.

– После смерти мальчика стало понятно, что появится призрак. Так всегда бывает, когда человека лишают души.

Я послала Николаю благодарный взгляд.

– Я знаю, – пробормотал Эббот, потирая лоб. – Но беспокоит то, что призрак пошел прямо в школу.

Скрестив руки на груди, Зейн прижался плечами к стене, на которую опирался. Он снова молчал по дороге из школы, да и сейчас не проронил ни слова. Едва скользнув по мне взглядом, он отвернулся.

Я слегка расслабилась, сидя в кресле. Пока Эббот говорил о планах обшарить вечером школу, я мысленно прокручивала то, что произошло в классе. Кит серьезно пострадал, и, пока не изгонят призрака, каждый из нас находился в опасности. Озноб, который поселился во мне, заставлял ежиться даже в плотной толстовке. Озноб.

Порыв холодного воздуха, который я почувствовала перед самым нападением призрака, казался знакомым. Как я могла забыть об этом? Я подалась вперед.

– Постойте. Прежде чем призрак явился в класс, я ощутила прилив холодного воздуха. То же самое я чувствовала перед тем, как выбило стекла в доме и Мэддокс упал с лестницы.

Пальцы Эббота замерли на лбу, когда он посмотрел на меня.

– Ты хочешь сказать, что призрак находится в нашем доме?

Это отдавало безумием, но исключать такую возможность я бы не стала. Защитные обереги против демонической активности внутри дома практически не работали из-за того, что здесь находилась я. И к тому же призраков, с чисто технической точки зрения, нельзя считать демонами.

– Откуда здесь взяться призраку? – продолжал Эббот, опираясь рукой на стол и вглядываясь в меня. – Обычно они тянутся в места, знакомые им при жизни.

Дез заерзал в огромном кожаном кресле. Задумчивое выражение промелькнуло на его лице. Он молчал, и я не знала, о чем он думает – возможно, ему на ум приходят те же мысли, что и мне.

Призрак рождается в тот момент, когда человека лишают души. Но это подвластно лишь немногим демонам – Лилит, Лилин и… мне. Стражи тоже обладали душами, чистыми душами. И я забрала душу Петра в ту ночь, когда он напал на меня. Я действовала исключительно в целях самообороны, потому что иначе он бы наверняка меня убил, но поглощать души, независимо от причины, строго-настрого запрещалось.

И участь Петра оказалась ужасна. Он умер не как человек, из которого выпили всю душу до капли. Он превратился в дьявольское существо, куда более страшное, чем демон верхнего уровня. А потом Рот убил этого монстра.

Мог ли Петр до сих пор находиться в доме, но уже как призрак?

Тугой узел страха затянулся у меня в животе, и я опустила взгляд.

– Ты прав. – Эти слова едкой кислотой обожгли язык. – Призраку здесь нечего делать.

Когда я подняла глаза и увидела, как напрягся Зейн, до меня дошло, что он-то знает правду о событиях той ночи. Я так и не призналась ему в этом, но он всегда умел распознавать мою ложь.

– Как вы думаете избавиться от призрака, который напал на Кита? – спросила я, надеясь переключить его внимание на проблему в школе.

Эббот задержал на мне взгляд, но выражение его лица оставалось непроницаемым.

– Обрядом старого доброго экзорцизма.