Прочитайте онлайн Холодные объятия | Глава 14

Читать книгу Холодные объятия
2518+2363
  • Автор:
  • Перевёл: Ирина А. Литвинова
  • Язык: ru

Глава 14

– Я так и знала!

Я уставилась на Стейси, которая уткнулась в зеркальце на двери своего шкафчика, причесывая пальцами густую челку. Потребность рассказать кому-то о том, что произошло между мной и Зейном, заставила меня едва ли не караулить Стейси у школы в понедельник утром. Я чуть ли не залпом выпалила все, начиная с Даники и заканчивая «обнаженкой». Правда, опустила подробности про татуировку.

– Откуда ты могла знать?

Она окинула меня искушенным взглядом.

– Ну, по тому, как он обращался с Ротом, было видно, что этот парень никому тебя не отдаст.

Я отступила в сторону, пропуская девушку, спешащую по коридору.

– Ему просто не нравится Рот.

Стейси закатила глаза:

– И это объясняет, почему он наконец решился сделать шаг. У него появился соперник.

Мои губы сложились в колечко. Надо же, я никогда об этом не думала. Может, из-за Рота Зейн, наконец, перестал видеть во мне маленькую девочку, что прячется в шкафу? Или он всегда смотрел на меня иначе, а сейчас решил действовать, потому что рядом со мной замаячил другой?

Я снова напомнила себе, что все это не имеет значения, поскольку мы с Зейном не можем быть вместе. Эббота хватил бы удар, да и что это за любовь без поцелуев, но тем не менее все это занимало мои мысли до самой биологии.

– Тебе давно следовало догадаться, что Зейна влечет к тебе. Ты очень симпатичная девушка, Лейла. Из тех, что ребятам…

– Только не говори, что я из тех, кого парни мечтают уложить в постель. В это я никогда не поверю.

Стейси рассмеялась, подтолкнув меня бедром.

– Ладно. Я лишь хочу сказать, что эта история с Зейном – обычное дело. Я понимаю, если бы Даника тебя подставила или Зейн… – она понизила голос, – трогал тебя совсем не платонически. А так – все просто. Дерзай.

Дерзай.

Я покачала головой, хотя мое сердце забилось сильнее.

– Все сложно.

– Прекрати. – Она остановилась перед кабинетом биологии, и в ее глазах зажегся огонек. – У меня родилась самая потрясающая идея за всю историю идей.

Я выгнула бровь. Обычно фантазии Стейси меня пугали, а иногда они еще и грозили тюремным сроком.

– Что?

– Помнишь, как ты подстроила нам с Сэмом свидание в кино во время каникул на День благодарения? – Ее глаза поблескивали от возбуждения. – Ты должна пригласить Зейна в кино и объясниться.

– Киносвидание? – протянул низкий голос. Мы обернулись и увидели ухмыляющегося Рота. – Как мило. Кто будет платить за попкорн?

Я ощетинилась от злости, когда посмотрела в его насмешливые янтарные глаза. Черт, я даже не заметила, как он оказался рядом, и это лишний раз доказывало, что я совсем расквасилась. Вот и слово какое-то придумала – расквасилась.

– Подслушивать нехорошо.

Он пожал плечами:

– Загораживать дверь в класс тоже нехорошо.

– Пожалуйста, проходи. – Я отвернулась, готовая пропустить Стейси вперед, когда он остановил меня.

– На самом деле я хочу украсть тебя на минутку, – сказал он, покосившись на Стейси, которая буравила его угрожающим взглядом. – Если ты не против?

Стейси сложила руки на груди.

– Я сомневаюсь, что она хочет быть украденной именно тобой.

– Самое верное замечание, которое я когда-либо слышала, – сказала я с натянутой улыбкой.

– Я уверен, что она передумает. – Рот многозначительно посмотрел на меня. – Это важно.

Наверняка что-то связанное с Лилин, или демонами, или Стражами, или чем-то еще, чем мне совсем не хотелось заниматься. Я вздохнула, отступая в сторону. Стейси изумленно смотрела на меня, и я поморщилась.

– Все нормально.

Она с прищуром посмотрела на Рота.

– Не заставляй меня ненавидеть тебя еще сильнее.

У Рота глаза на лоб полезли, когда она величаво проследовала в класс.

– Что ты ей наговорила обо мне?

Я пожала плечами.

– На самом деле я не сказала ей ни слова. Должно быть, она сама сложила два и два, и у нее получилось, что ты придурок.

Он перевел на меня взгляд и усмехнулся:

– Ох, малышка.

– И не делай вид, что тебя это очень задело. – Я заглянула в маленькое окошко двери кабинета биологии. Мистер Такер уже сидел за учительским столом – миссис Клео когда-нибудь вернется? – и до звонка оставалось не больше минуты. – Что ты хотел сказать?

Он полез в карман, вытащил листок желтой бумаги и помахал им перед моим носом.

– Угадай, что я нашел?

– Очевидно, еще какую-нибудь гадость, – заметила я.

– Ха. Смешно. – Он коснулся листком кончика моего носа и улыбнулся, когда я шлепнула его по руке. – Я раздобыл домашний адрес Дина.

– Вау. Быстро.

– Еще бы.

Я не хотела расспрашивать, как ему это удалось. Я почти не сомневалась в том, что он проник в канцелярию и обманом втерся в доверие. Я потянулась за адресом, но он убрал руку за спину. Я нахмурилась.

– Мне нужен адрес, чтобы мы с Зейном могли пойти туда и все проверить.

– Вы с Каменным? – Рот засмеялся, убирая листок в карман.

Мои глаза сузились.

– Да.

– Ты хочешь повеселиться без меня? Как бы не так. Повеселимся втроем. – Он озорно усмехнулся, когда я закатила глаза. – Сегодня. После школы. Жди меня со своей игрушечной горгульей на улице.

Я хотела сказать «нет», но он подмигнул мне и похлопал по карману, после чего повернулся и зашел в класс.

Поездка обещала быть презабавной.

С той самой минуты, как Рот залез на заднее сиденье «Импалы», я уже знала, что этот маленький экспромт плохо кончится. Даже если они оба согласились, что мы все должны работать сообща, никто из них не обещал, что будет легко.

Конечно, я и не рассчитывала, что они возьмутся за руки и хором споют «Будь рядом с нами, Господь».

Между мной и Зейном и так возникло ощущение неловкости. А теперь, когда вмешался Рот, стало в десять раз больнее. Если Зейну казалось, что я избегала его в субботу, то насчет воскресенья уже не оставалось никаких сомнений. Я даже не знала, как смотреть на него, не краснея каждой частичкой своего тела.

– Это примерно в трех кварталах отсюда. Он живет в одном из тех старых кирпичных особняков, – сказал Рот, обхватывая спинки наших сидений. – В общем, рукой подать, но только если ты прибавишь скорость, иначе нам и года не хватит, чтобы добраться туда.

– Заткнись, – ответил Зейн.

– Просто говорю, – продолжал он. – Я уверен, что малыш Дин, сбитый с ног ударом в челюсть, ходит быстрее, чем мы едем.

– Заткнись, – повторила я.

Я перехватила его прищуренный взгляд в зеркале заднего вида и широко улыбнулась. Он откинулся на спинку сиденья, и на его лице промелькнуло обиженное выражение. Остаток пути Рот просидел молча. Зейн нашел дом Дина, и мы смогли втиснуться в парковочное место в нескольких шагах от входа.

Бурые и золотистые листья тихо покачивались на ветру, пока мы шли по тротуару. Ступеньки, ведущие на крыльцо, потрескались от времени, как и фасад дома.

Зейн обогнал Рота и схватился за железный дверной молоток, не обращая внимания на недовольный взгляд, которым проводил его принц.

– Прекрати, – шепнула я Роту, когда открылась дверь.

На пороге стояла пожилая женщина. Ее густые рыжие волосы были собраны на затылке, но выбивающиеся короткие кудряшки торчали во все стороны, отчего макушка казалась пушистым одуванчиком. Тонкие морщинки окружали ее карие глаза и бледно-розовые губы. Она выглядела усталой, даже измученной, и пока ее взгляд блуждал между Зейном и Ротом, рука разглаживала серый вязаный свитер.

– Могу я… чем могу помочь? – спросила она, наконец остановив тусклый взгляд на мне.

– Да. Мы… мм, друзья Дина и хотели узнать, можно ли поговорить с ним пару минут, – сказала я.

Она одернула свитер, словно возвращая ему прежнюю форму.

– Дин сейчас не может никого видеть. Я сожалею, но вам придется прийти в другой раз, когда кончится его домашний арест.

– Понимаете, для нас это будет сложно, – спокойно произнес Рот, оттесняя Зейна в сторону. Как только миссис Макдэниел встретилась глазами с Ротом, ее лицо разгладилось. Он снова заговорил, и его голос полился шоколадным сиропом: – Нам необходимо поговорить с Дином. Сейчас.

Зейн напрягся, взглянув на Рота, но ничего не сказал. Пожалуй, немного демонической убедительности нам не помешало бы, если только мы не собирались брать дом штурмом.

И это сработало.

Медленно кивнув, она отступила в сторону, и, когда заговорила, ее голос прозвучал неестественно и равнодушно:

– Он наверху. Вторая комната слева. Хотите что-нибудь выпить? Или, может, печенья?

Рот хотел было ответить, но я его опередила:

– Нет. Ничего не нужно, спасибо.

Лицо его вытянулось.

Миссис Макдэниел кивнула еще раз и, повернувшись, отошла от двери, напевая себе под нос «Райский город».

При звуках знакомой мелодии у меня задрожали коленки. Я ни разу не слышала, чтобы Рот напевал ее с тех пор, как он вернулся, и на какое-то мгновение я застыла, уставившись на него.

– А я бы не отказался от печенья, – пробормотал Рот, поднимаясь вверх по лестнице, перешагивая через две ступеньки.

Зейн закатил глаза.

– Вот беда!

Очнувшись, я последовала за парнями на второй этаж. В узком коридоре царил полумрак. Старые бежевые обои отслаивались, осыпалась и белая лепнина. Когда мы приблизились ко второй двери слева, чувство тревоги поползло у меня по спине, и накатило странное удушье. В воздухе висела тяжесть, и меня будто накрыли теплым шерстяным одеялом в знойный летний день. Я взглянула на Зейна и по тому, как напряглись его плечи, догадалась, что он чувствует то же самое.

Возникло стойкое ощущение присутствия зла, чистого зла. Иначе не скажешь.

Когда Рот открыл дверь, даже не потрудившись постучать, это ощущение усилилось. Страж во мне стремился поскорее вырваться из этого кошмара или уничтожить его, а что же демон? Он изнывал от любопытства.

Оба моих спутника остановились на пороге, загораживая мне вид на комнату. Мне пришлось выглянуть из-за спины Зейна, чтобы хоть что-то рассмотреть. Комната представляла собой одно гигантское противоречие. Половина ее выглядела опрятной. Книги аккуратно расставлены на полках, бумаги подшиты в скоросшиватели, старательно надписанные каким-то свихнувшимся педантом. Небольшая табуретка стояла перед телескопом, направленным в сторону окна. Другая половина комнаты выглядела так, будто по ней пронесся ураган. Одежда разбросана по полу. Коробки с недоеденной китайской стряпней валялись как попало в полукруглом кресле. Гора бутылок из-под «Маунтин дью» доросла почти до края кровати.

И на кровати распластался Дин Макдэниел.

Он, раскинувшись, лежал на спине, в широких голубых трусах и простых носках. В наушниках, он ногой отбивал ритм, неслышный нам.

Дин знал, что мы здесь. Его тяжелый взгляд из-под опущенных век скользнул в нашу сторону и вновь устремился к потолку. Он явно давал понять, что ему все по барабану. Я проследила за его взглядом и ахнула.

Там, на потолке… о, господи, маркером были нарисованы круги со звездами в середине. Прямые линии, пересекающие их, создавали формы – точь-в-точь как в «Малом ключе Соломона».

Рот внимательно оглядел потолок и, подойдя к кровати, сорвал наушники с головы Дина.

– Игнорировать нас нехорошо.

Парень, который всегда слыл тихоней, придерживая дверь для других ребят при входе в класс, ухмыльнулся, закидывая руки за голову:

– По мне разве не видно, что плевать я на вас хотел?

– А по мне не видно, что я сейчас оторву тебе башку? – парировал Рот.

– Стоп, – сказала я, бросая на него выразительный взгляд. – Это не поможет.

Дин посмотрел на меня и сел на кровати. Он просунул руку между ног и проделал то, от чего у меня загорелись уши.

– Ты можешь остаться, детка. А эти два олуха пусть мотают отсюда.

У меня отвисла челюсть.

– Ладно. Начинай отрывать башку.

Рот ухмыльнулся.

– Мы с тобой не знакомы. – Зейн шагнул вперед, видимо, пытаясь предстать голосом разума. – Меня зовут…

– Я знаю, кто ты. – Дин плюхнулся на спину. – Magnam де cњlo, et tu super despectus.

– Теперь он говорит на латыни? – Мы стремительно двигались в никуда. – Что он сказал?

Рот хмыкнул.

– Боюсь, Каменного это не обрадует.

– Я знаю, зачем вы приперлись. Вы, парни, ни черта от меня не получите. Где дверь – сами знаете. – Он посмотрел на меня. – Ну, а ты, как я уже сказал…

– Еще одно слово – и будешь хромать всю оставшуюся жизнь, – предупредила я, и Зейн улыбнулся. Вглядываясь в Дина, я все пыталась увидеть безобидного мальчишку из нашего класса, но он щерился, как идиот, и смотрел на меня мутными глазами сорокапятилетнего пьяницы. – Ты в себе, Дин?

– Я думаю, мы и так знаем ответ, – сказал Рот, опускаясь на колени возле кровати. Дин переключил внимание на него. – Сколько бы человеческого в нем ни осталось, я ни хрена не вижу.

Я не могла в это поверить. При мысли о том, что из этого мальчика постепенно уходит душа, мне стало тошно. Может, потому, что меня это задело за живое. Неужели он безнадежен? Я вышла из-за спины Зейна.

– Ты знаешь, кто это сделал с тобой?

Дин замер на мгновение, а потом вдруг спрыгнул с кровати, да так быстро, что показался мне размытым пятном. Я не видела, бросился он ко мне или нет, но Зейн перехватил его, поймав за плечо. Один мощный пинок – и Дин отлетел обратно на кровать, приземлившись на задницу.

– Еще раз так рыпнешься, пеняй на себя.

Дин сделал рваный вздох, и в следующее мгновение мощная судорога сотрясла его хлипкое тело. Он повалился на бок, подтянув колени под подбородок. Его тело ходило ходуном, будто кто-то раскачивал кровать.

– Это происходит постоянно, – простонал он, закрывая уши руками.

Мой пульс резко подскочил.

– Что постоянно?

– Это. Я все время слышу это. – Его пальцы зарылись в волосы. – Оно никогда не останавливается. Не дает мне передохнуть.

– Что это? – спросил Зейн.

Лицо Дина сморщилось, щеки побледнели.

– Это не останавливается.

– Ему больно. – Я посмотрела на Зейна, рассчитывая на его помощь. – Что мы можем сделать?

Зейн вскинул брови.

– Он не одержимый. Это видно по глазам.

– Похоже, у него забрали приличный кусок души, и это как пулевое ранение. – Качая головой, Рот плавно поднялся с колен. – Дин, нам нужно знать, что с тобой произошло.

– Я не понимаю, – простонал он.

Он все раскачивался взад-вперед и выглядел таким несчастным, что мне захотелось обнять его и держать в руках, невзирая на его мерзкое поведение. Рот снова задал ему тот же вопрос, а потом его повторил и Зейн. Ни один из них не получил внятного ответа.

Я приблизилась к кровати.

– Когда это началось, Дин?

Дин поначалу не ответил, а потом произнес:

– Много дней назад.

Рот взглянул на меня и кивнул, чтобы я продолжила.

– Где это началось? В школе?

– Да, – прохрипел Дин. – Все началось там.

Зейн подошел и встал рядом со мной.

– Кто это начал? – спросила я.

Раскачивание замедлилось, когда Дин опустил руки, мрачно уставившись в мою сторону. Я переминалась с ноги на ногу, чувствуя себя неуютно под его тяжелым взглядом. Он смотрел на меня так, будто я и сама все знаю, но я решительно ничего не понимала.

Не дождавшись от него ответа, Рот положил руку на его голое плечо. Дин дернулся, как если бы его клеймили раскаленной кочергой. Он открыл рот и громко завыл, как раненый зверь.

– Что ты сделал? – спросил Зейн.

Рот убрал руку.

– Ничего я не делал.

Я повернула голову, когда распахнулась дверь. В комнату вошла его мама, очевидно, очнувшаяся после транса, в который ее ввел Рот.

– Что тут происходит? Что вы сделали с моим сыном?

– Черт, – пробормотал Рот и направился к ней. Обхватив женщину за щеки, он прервал ее тираду. – Ш-ш, все хорошо. С вашим сыном все в порядке.

Миссис Макдэниел задрожала.

– Нет, не в порядке, – прошептала она, и у меня сжалось сердце. – Дин хороший мальчик, но он не в порядке. Совсем не в порядке.

– Мы здесь, чтобы помочь ему, – сказала я, с облегчением обнаружив, что Дин прекратил выть.

Рот напрягся, но его взгляд не отпускал бедную женщину.

– Все нормально. Вам просто нужно спуститься вниз и приготовить ужин. Хот-доги – это просто супер.

После напряженной паузы миссис Макдэниел отстранилась и покинула комнату, снова напевая песню Рота. Наконец-то выдохнув, я повернулась к Дину. Он уже схватился за наушники.

– Дин…

– Убирайтесь, – бросил он и, увидев, что мы не двинулись с места, поднял на нас взгляд, от которого меня пробрал озноб. В его глазах поселилась пустота. – Убирайтесь!

Зейн стоял на своем.

– Нам нужно…

– Вон отсюда! – Дин вскочил с кровати и, размахнувшись, запустил наушниками прямо в голову Роту. – Вон!

Рот вскинул руку и успел поймать наушники, прежде чем они попали ему в нос. Пластик хрустнул у него в кулаке, а потом полетел на пол.

– Терпеть не могу, когда что-то швыряют мне в лицо.

Но мальчишку это ничуть не смутило. Он бросился на Зейна. Должно быть, Зейн увидел что-то в его взгляде, потому что тотчас сменил обличье. Рубашка треснула на груди и спине. Гранитная кожа заменила человеческую плоть. Развернулись крылья, занимая все пространство комнаты. Зейн поймал Дина и закружил его, обхватив за шею огромной ручищей.

Дин обезумел – он брыкался, цеплялся за воздух, вопил что-то на латыни.

– К чему этот маскарад? – возмутился Рот, закатывая глаза. – Прямо приспичило распускать крылья.

Зейн пропустил его слова мимо ушей и усилил хватку на шее Дина, останавливая поток нечеловеческих звуков. Дин тотчас обмяк, его конечности повисли плетьми. Он выбыл из игры.

Вернувшись в человеческую форму после того, как осторожно положил Дина на кровать, Зейн оглядел порванную рубашку.

– Извините, но думаю, что после этого мы от него уже ничего не добьемся.

– Мы и без того ничего не добились, – ответил Рот, с кривоватой усмешкой глядя на вырубившегося мальчишку. – Все, что он успел, так это подтвердить, что вступил в контакт с Лилин в школе.

– Это уже кое-что, правда? – сказала я.

Ни один из них не ответил. Покидая дом Макдэниелов, я не могла избавиться от легкой горечи поражения. Не знаю, чего я ожидала от этой встречи, но уж точно не предполагала, что увижу Дина таким. Никто из нас, похоже, так и не догадался, что мог слышать Дин.

Как только мы сели в машину, Рот наклонился вперед и похлопал меня по плечу:

– Тебе не следовало бы говорить это.

Я перехватила хмурый взгляд Зейна и повернулась к Роту.

– Что ты имеешь в виду?

– Ну, когда ты сказала его маме, что мы можем ему помочь, – ответил он, и взгляд его янтарных глаз стал на удивление серьезным. – Не надо было этого говорить.

В животе что-то задрожало.

– Почему?

– Я не думаю, что мы сможем помочь ему. Никаких шансов.