Прочитайте онлайн Холодные объятия | Глава 10

Читать книгу Холодные объятия
2518+2315
  • Автор:
  • Перевёл: Ирина А. Литвинова
  • Язык: ru
Поделиться

Глава 10

– Я начинаю думать, что мы учимся в самой психопатической школе Северной Америки, – выдала Стейси за ланчем, впиваясь в куриный наггет накрашенными черным лаком ногтями. – Если уже учителя кидаются друг на друга, как бешеные, прямо в коридоре.

Сэм поморщился, уронив сморщенную дольку жареного картофеля на поднос.

– Да, полный дурдом.

Дурдом – это мягко сказано. В последние пару дней явно что-то происходило. Сначала драка на биологии, теперь это представление. А парочка, которая на моих глазах чуть ли не совокуплялась в коридоре? Я задумчиво пощипывала наггет, надеясь, что мои подозрения не оправдаются, но Лилин как будто возродилась, а один из очевидных признаков ее присутствия – это странное поведение, не так ли? Если Лилин спровоцировала бешенство Дина, поведение той парочки в коридоре и учительницы сегодня, выходит, эти четверо близки к тому, чтобы стать призраками. Ужас возможной катастрофы убил мой аппетит.

Я обвила глазами столовую, жалея о том, что по-прежнему не могу видеть ауры. Пострадавшие от Лилин, с их загнивающими остатками души, должны выглядеть иначе. Но я ничего не видела, и это означало, что я стала совсем никчемной.

Сердце замерло, когда я положила недоеденный наггет на тарелку. Может, моя внезапная потеря способности видеть души как-то связана с Лилин? Это означало, что я тоже попала в их орбиту.

Нет. Это невозможно. Я бы почувствовала рядом с собой существо, в котором течет наша с матерью кровь. Должна быть другая причина, но, пока я возила по тарелке несчастный наггет, желудок снова скрутило.

– Девчонки, что делаете после школы? – спросил Сэм. Я подняла взгляд и увидела, что он уже опустошил свою тарелку. Об аппетите этого парня впору легенды складывать. – Я подумал, мы могли бы где-нибудь поесть. Втроем.

Я улыбнулась.

Стейси с надеждой посмотрела на меня.

– Завтра я нянчусь с братцем, так что сегодня совершенно свободна. Лейла?

Учитывая, как повел себя Эббот прошлой ночью, он, вероятно, предпочтет, чтобы я сразу приехала домой. А этого мне хотелось меньше всего.

– Да, только отправлю эсэмэску Зейну, предупрежу его. – С Николаем я не переписывалась. – Думаю, проблем не будет.

– Ты должна пригласить его! – Она захлопала в ладоши, как тюлень ластами.

Брови Сэма взметнулись над стеклами очков, и я почти отвергла эту идею, но тут же схватила свой сотовый, решив: какого черта? В худшем случае Зейн скажет «нет». Не в первый раз.

– Я спрошу.

Стейси метнула на Сэма удивленный взгляд, когда я отправила сообщение.

Стейси и Сэм предлагают перекусить после школы. Не присоединишься к нам?

Я положила сотовый на стол возле своей тарелки, не ожидая быстрого ответа. Зейн, должно быть, спит. Бывали дни, когда он пропускал послеобеденный сон, но кто знает?

– Ты думаешь, он придет? – спросил Сэм, играя вилкой.

Я пожала плечами:

– Скорее всего, нет.

– Ну, а если придет, обещай, что не станешь приставать к нему с интервью. – Стейси замахнулась на него бутылкой с водой. – И не будешь вести себя, как восторженный поклонник. Это может его спугнуть, и он больше никогда не придет к нам.

Сэм усмехнулся.

– Обещаю.

Я в этом сомневалась. Пару раз, когда Сэму случалось оказаться рядом с Зейном, он впивался в него обожающим взглядом. Я не могла винить его за это. Стражи редко общались с людьми. Горожане в большинстве своем даже не подозревали, что самые обычные люди, которых они встречают на улицах, в магазинах или ресторанах, на самом деле – Стражи.

Стейси хихикнула.

– Есть какие-то идеи, где…

– Я? – раздался глубокий голос, который заставил мое сердце пропустить удар и одновременно ухнуть куда-то вниз. – Я здесь.

Нет, ни за что на свете Рот не должен находиться за нашим столиком. Эффект дежавю, подобный злой насмешке судьбы, ошеломил меня. Когда-то точно так же Рот появился в моей жизни, и я не могла поверить, что ему хватит наглости присоединиться к нам за ланчем. И вот все повторяется.

Мои губы сжались в тонкую линию, когда он сел рядом со мной без приглашения или ответа. Вместо оранжевого пластикового подноса он держал в руке пакет из «Макдоналдса». Уголок его губ дернулся вверх, когда он достал маленький белый лоток.

– Картошки?

Я сделала глубокий вдох.

– Нет.

– А я не откажусь. – Сэм потянулся через стол и схватил пару долек. – Рад, что ты вернулся. Мо-но – отстой. Помню, я тоже болел, когда мне было… ой! – Его глаза расширились, когда он повернулся к Стейси.

Она бросила на него многозначительный взгляд.

Ничуть не смутившись, Рот поставил лоток с картошкой на стол и достал гамбургер.

– Да, моно – это ад. Все равно что быть прикованным к постели цепями.

Я чуть не подавилась.

Завибрировал мой мобильник, и на экране высветилось сообщение от Зейна. Я не успела схватить трубку – ловкие пальцы Рота опередили меня.

– «Я заберу тебя из школы, и поедем». – Он выгнул бровь. – Вместе?

Мысленно извергая поток ругательств, я выхватила сотовый из его рук.

– Это неприлично – читать чужие сообщения.

– В самом деле?

– Да, – подтвердила Стейси. – Но я рада слышать, что Зейн присоединится к нам за ужином.

Губы Рота изогнулись, и после короткой паузы он произнес:

– Я тоже.

Не в силах сдержаться, я фыркнула.

Его глаза сузились, когда он посмотрел на меня.

– Ужин? – Сэм нахмурился. – Я думал, мы поедем сразу после школы? У меня на примете был итальянский ресторанчик – тут, по соседству. Не то чтобы ужин…

– Сэм, – вздохнула Стейси.

Рот ухмыльнулся.

– Ну да ладно, вернемся к моей персоне. Я выздоровел и вернулся. – Он скользнул по мне хитрым взглядом, от которого мне захотелось исколошматить его, вместо того чтобы по-детски плакать в подушку. – Уверен, что по мне скучали. – Он откусил большой кусок гамбургера и улыбнулся набитым ртом. – Очень.

Не знаю, что случилось, но меня переклинило. Обида, рожденная тем, что он от меня отказался, переросла в ярость – бешеную, ядовитую, от которой кружилась голова и хотелось блевать. Я уже ничего не соображала, когда протянула руку и вырвала у него гамбургер чуть ли не изо рта. Перегнувшись через стол, я со всей силой швырнула гамбургер на пол. Смачный шлепок, брызги кетчупа и майонеза, отвратительное месиво, в которое превратилась лепешка, вызвали у меня широкую улыбку.

Стейси разразилась истерическим хохотом.

Рот посмотрел на то, что осталось от гамбургера, и медленно перевел взгляд на меня. Его глаза широко распахнулись.

– Вообще-то я хотел его съесть.

– Тебе не повезло. – Я еле удержалась от того, чтобы не захихикать, как дурочка. – Твоя картошка полетит следом, если ты не уберешься с глаз моих долой.

– Ни фига-а-а себе, – пробормотала Стейси, сотрясаясь от беззвучного хохота.

Мы сцепились взглядами и застыли, глядя друг другу в глаза, пока его губы не дрогнули в подобии улыбки. И, черт возьми, меня это лишь раззадорило. Он взял пакет с картошкой.

– Думаю, нам надо поговорить.

– Не надо.

Он сжал челюсти.

– Нет, надо.

Я покачала головой.

Рот пристально смотрел на меня, и что-то… что-то изменилось в его лице. С него как будто сошла суровость.

– Лейла.

– Хорошо, – ответила я, схватив свою сумку. Мне в голову пришла совсем уж глупая мысль. Может, он хотел извиниться за то, что вел себя как придурок? Хотя вряд ли. Я повернулась к заметно повеселевшим Стейси и Сэму.

– Напишите мне, где встречаемся после школы.

– Непременно. – Она выдержала паузу. – Только не обижай картошку. Это уже кощунство.

– Ничего не обещаю. – Я направилась к выходу, не дожидаясь Рота, и меня прямо-таки распирало от гордости. Та Лейла, которой я была два месяца тому назад, не осмелилась бы устроить сцену, но теперь я стала другой.

И я все отчетливее сознавала это.

Когда я проходила мимо туалетных комнат, распахнулась дверь мужского туалета, и оттуда вышел Гарет с компанией хихикающих футболистов. Хихикающих. От них разило марихуаной. Обкуренные, они потянулись в кафетерий.

– Я готов убить за «Читос», – сказал Гарет.

Один из его дружков рассмеялся.

– А я за булочку с корицей швырну младенца под колеса автобуса.

Вау. Это уже перебор. Ребята тусовались с Гаретом, но отморозками их не назовешь. Однако сейчас они вели себя очень странно, словно слетели с катушек. Может, и они… заражены?

Рот догнал меня. Рюкзака при нем не было. Только он сам и его идиотская жареная картошка.

– Я удивлен. Вынужден признать. Ты меня поразила.

– Неужели? – Я грубо засмеялась, взбешенная его реакцией. – А ты подумал, что после всего, что ты мне наговорил, я буду счастлива тебя видеть? Серьезно?

Он сунул в рот дольку картофеля и стал медленно жевать, как будто и вправду задумался.

– Да. Я в этом уверен.

Я остановилась в конце коридора и посмотрела на него.

– Кажется, ты бредишь.

– До этого я еще не дошел. – В рот отправилась следующая долька.

– У тебя завышенная самооценка.

Он усмехнулся.

– На самом деле я очень ценный экземпляр. Будучи Крон…

Я выхватила у него пакет с картошкой и швырнула его в мусорное ведро. Повернувшись, я широко улыбнулась.

– Вот что я думаю о бесценном наследном принце.

Рот тяжело вздохнул.

– Я – растущий организм, и мне необходимо питание. Теперь я останусь голодным, и только ты будешь в этом виновата.

– Да мне плевать. – Я сложила руки на груди.

Он уставился на меня, а потом откинул голову назад и засмеялся. Я задрожала, не подготовленная к этому звуку. Я уже и забыла, какой глубокий и сочный, какой заразительный у него смех. Но он быстро стих, сменившись на удивление угрюмым взглядом.

– Ох, малышка, ты все усложняешь…

– Что я усложняю? И не называй меня малышкой.

Он покачал головой:

– Пойдем, нам действительно нужно поговорить. Где нам никто не помешает. – Он шагнул к облезлым двойным дверям, и я уже знала, куда он направляется – на нашу лестничную клетку. Нам, школьникам, не разрешали туда выходить, да никто и не рвался. Лестница вела в старый спортзал, где пахло плесенью, но когда-то это было наше место.

Вот почему меня совсем туда не тянуло, но Рот уже спускался вниз по ступенькам. Я расправила плечи и последовала за ним. Ничего не изменилось на этом пятачке лестничной площадки размером десять на десять. Облупленная серая краска на цементных блоках. Ржавые перила. Тусклый свет пробивался через крошечное окошко над лестницей, и было заметно, как кружится пыль в воздухе. Забытое временем место.

Рот повернулся ко мне и прислонился к стене. Он поднял руки над головой и потянулся. Рубашка с длинными рукавами задралась, обнажив соблазнительную полоску живота с татуировкой дракона – Тампера. Его голубовато-зеленая чешуя переливалась, как и прежде. Рот сказал однажды, что дракон оживает только в критической ситуации, когда хуже и быть не может. Я плохо представляла, что такое критическая ситуация в понимании Рота, если он не использовал дракона в ночь схватки с Паймоном. Дракон сейчас отдыхал, плотно прижимаясь крыльями к животу, а его хвост исчезал под поясом темных джинсов Рота. Учитывая, как низко сидели джинсы, разглядывание длинного хвоста Тампера вгоняло меня в краску.

– Лейла…

Я медленно и неохотно подняла взгляд и судорожно вздохнула, когда увидела, как ярко горят его глаза цвета охры.

– Нравится то, что ты видишь?

Мои руки сжались в кулаки.

– Нет. Ни капельки.

– Врешь. – Ухмылка появилась на его губах. – Ты все такая же отчаянная врушка.

Призывая себя к терпению, я уронила сумку на пол.

– Почему ты здесь, Рот?

Он ответил не сразу.

– Хочешь правду?

Я закатила глаза.

– Нет. Я хочу лжи. Как ты сам-то думаешь?

Он мягко рассмеялся.

– Вообще-то, мне нравится школа. У нас там, в преисподней, таких заведений нет. – Он пожал плечом. – Нормальное место.

Что-то сжалось у меня в груди. Я любила школу по той же самой причине – здесь все было нормальное, и я чувствовала себя обычной девчонкой, – но я отказывалась признавать, что мы с ним и мыслим одинаково.

– Ты не должен здесь находиться.

Он выгнул бровь.

– Из-за тебя?

Мне хотелось крикнуть «да, господи, да»!

– Потому что твое присутствие здесь не имеет смысла.

– Я бы так не сказал. – Он наконец опустил руки, и я мысленно поблагодарила Всевышнего, потому что могла отвлечься от этого умопомрачительного живота. – Ты не убедишь меня в том, что сегодняшняя смертельная схватка в коридоре – обычное дело.

Я промолчала.

– И вряд ли это первый странный инцидент за последнее время, верно? – Он смотрел на меня, полуприкрыв глаза.

Мне очень хотелось сказать ему «нет», просто чтобы не видеть самодовольное выражение его лица, но это было бы глупо. Я не могла забыть очевидную и крайне опасную проблему, с которой мы столкнулись.

– Да, было кое-что еще. Дин – прежде безобидный парнишка – так жестоко ударил одноклассника, что едва не убил его. А потом я видела парочку, они лизались…

– В этом как раз нет ничего плохого, – ответил он, ухмыляясь.

Я сощурилась.

– Не считая того, что у нас строго-настрого запрещены всякие обнимашки, а учитель спокойно прошел мимо них, даже когда они нырнули в туалет для девочек. – Я откинула волосы назад и рукой нащупала кольцо, болтавшееся на цепочке. – Так ты думаешь, что Лилин уже здесь?

Он кивнул.

– Это выглядит логично – в конце концов, здесь она была создана. Вот почему нам необходимо поговорить. Ты могла бы распознать Лилин или, по крайней мере, любых странных демонов.

– Хм… – Я отвернулась, теребя цепочку на шее. Мне не хотелось говорить ему, но, возможно, как демон он знал, что со мной случилось. – Это вряд ли.

Оттолкнувшись от стены, он выпрямился и теперь был весь внимание.

– Что ты имеешь в виду?

– Я больше не могу видеть ауры. Вообще ничего. Это началось несколько дней назад.

Он склонил голову набок.

– Подробнее.

Я вздохнула.

– Поначалу ауры стали какими-то слабыми, вспыхивали и гасли за ланчем, а потом я почувствовала острую боль в глазах и с тех пор ничего не различаю. Так что я практически в темноте. Я не чувствую других демонов, как Стражи – ну, во всяком случае, не так сильно. Раньше мне не приходилось так напрягаться.

– Слишком много совпадений.

– Чего я и боялась. – Я отпустила кольцо. – И все надеялась, что это никак не связано с Лилин.

Рот не ответил. Сдвинув брови в глубокой задумчивости, он окинул меня изучающим взглядом, от которого мне захотелось съежиться.

– Так как, по-твоему, это связано с моими способностями? – спросила я, когда молчание стало невыносимым.

– Я не знаю. – Рот, наконец, отвел взгляд и пробежал рукой по волосам. – Но нам придется искать Лилин по старинке.

– Нам?

Его притворно застенчивый взгляд из-под опущенных ресниц мог рассмешить, не будь он невероятно сексуальным, что особенно меня бесило.

– Да. Нам. Тебе и мне. Нам вдвоем. Мы с тобой два сапога…

– Нет. – Я остановила его жестом. – Мы вместе не работаем.

– Разве мы не обсуждали это раньше? – Он сделал шаг вперед, и я попятилась. – И вспомни, чем все закончилось. Мы стали отличной командой.

Я продолжала отступать, пока не уперлась спиной в прохладную стену.

– Это было до того, как ты сказал, что я скрашивала твою скуку.

Он медленно провел кончиком языка по верхним зубам, выставляя напоказ гайку, фиксирующую болт пирсинга. Словно напоминая, что это не единственный пирсинг на его теле – но я заставила себя не думать об этом.

– Я, конечно, сморозил чушь. Признаю. У меня привычка… говорить глупости. Я идиот.

– Вынуждена согласиться.

Его ресницы взметнулись вверх, и он молниеносным движением приблизился ко мне, так что я даже не заметила, как он вторгся в мое личное пространство.

– Неправда и все то, что я сказал о Еве.

Что-то внутри меня – разумеется, невероятно глупое, подлежащее немедленному уничтожению, – распустилось, как цветок, впервые увидевший солнце. Я попыталась раздавить этот росток.

– Мне все равно.

– Да нет. Не все равно. – Он опустил голову, и его губы оказались в опасной близости. Я сжалась, воздух застыл в легких. Он склонил голову набок, и мое сердце застучало еще сильнее. – Тебя это обидело.

– Тебе разве не плевать, обидело или нет?

Рот ничего не сказал, и мои губы запульсировали под его наэлектризованным взглядом. Он положил руки чуть выше моих бедер; прикосновение было легким, почти невесомым. Я обхватила пальцами его запястья, пытаясь освободиться.

– Не надо, – низким голосом произнес он.

– Тогда почему? – прошептала я, загораясь от искорки надежды. – Почему ты сказал все это? Если ты не имел в виду…

– Это ничего не меняет. – Он сразу отстранился, в мгновение ока переместившись на несколько шагов. – Мы должны быть друзьями. Или, по крайней мере, терпеть друг друга, так чтобы ты не уничтожала хороший фастфуд, как только я открываю рот.

Сейчас передо мной предстал совсем другой Рот. Не тот парень, которого я знала несколько недель назад, с которым мне было так хорошо. Вопрос сорвался с моих губ, прежде чем я успела сдержать его.

– Я что-то значила для тебя?

– Неважно, – ровным голосом произнес Рот, ступив на лестницу. Он остановился, схватившись за проржавевшие перила. – Это никогда не было важно, Лейла.