Прочитайте онлайн Изгой | Глава шестая

Читать книгу Изгой
3312+2065
  • Автор:
  • Перевёл: Наталия Фролова

Глава шестая

Ренно понемногу начинало возмущать, что в лондонском обществе его воспринимают как ненормального, хотя он очень ценил новых друзей, таких как полковник Черчилль, Джон Драйден и других. Джефри Уилсон сочувствовал ему и даже отклонял многие приглашения. Они ждали аудиенции у короля Вильгельма.

Друзья не любили подолгу сидеть взаперти и потому иногда отправлялись ужинать в небольшую таверну неподалеку от Стрэнда. Большинство завсегдатаев таверны были либо капитаны кораблей, либо торговцы, занятые международной торговлей, и эти люди быстро привыкли к присутствию белого индейца. Ренно чувствовал себя в таверне «Корона и звезда» почти как дома.

После встречи Ренно с королевой Марией друзьям стало еще тяжелее сидеть взаперти, и они наведывались в «Корону и звезду» каждый вечер. Они всегда садились за столик в глубине зала, и Ренно заказывал единственные английские блюда, к которым пристрастился, – бифштекс и пирог с почками. Завсегдатаи приветствовали его кивком головы, Ренно кивал всем в ответ, после чего никто больше не обращал на него внимания. Ренно чувствовал себя спокойно лишь здесь да еще во время ежедневных занятий фехтованием.

Однажды вечером друзья вышли из дому, дошли до «Короны и звезды» и заняли свое обычное место. В ожидании ужина Джефри потягивал эль, а Ренно довольствовался чаем. Он уже соскучился по горьковатому травяному чаю, который обычно настаивала Санива.

Про приглашение в Уайт-Холл они больше не говорили, не видя в этих рассуждениях толку. Похоже, в ближайшем будущем аудиенции не предвиделось. Лорд Бомон, правда, очень воодушевился сердечным приемом у королевы и считал, что король вскоре пригласит их к себе, но пока следовало терпеливо ждать.

От скуки Ренно принялся рассматривать удивительно красивую молодую женщину, обедавшую в одиночестве. У женщины были пышные рыжие волосы, правильные черты лица и огромные яркие зеленые глаза. На лице ее не было заметно косметики, и одета она была весьма скромно, но изящно, и при этом держалась с достоинством. Джефри подмигнул другу:

– Ты должен признать, что жизнь в Лондоне имеет свои преимущества.

– Девушка мне нравится, – признался Ренно.

– Должен с тобой согласиться, – ответил ему Джефри. – Она необычайно привлекательна.

Ренно продолжал исподтишка наблюдать. Сдержанные манеры, отсутствие косметики и скромная одежда выдавали настоящую леди.

В таверну вошли двое мужчин, они быстро оглядели зал и прошли прямо к столику, за которым сидела женщина.

Она, по всей видимости, не знала их и не подняла глаз, пока один из мужчин не заговорил. Тут она встрепенулась и вскочила на ноги. Ренно понял, что женщина сильно напугана.

Один из мужчин схватил ее за руку, другой подошел ближе. Она отчаянно, но безрезультатно сопротивлялась. Ренно встал и ринулся через весь зал.

За ним последовал пораженный Джефри, по дороге освобождая из ножен шпагу. Он, как и Ренно, готов был броситься на защиту леди.

Ренно уже подбежал к месту событий и с томагавком в руке резко потребовал:

– Отпустите ее!

Женщина смотрела на него во все глаза.

Мужчины опешили. Им угрожал какой-то дикарь в странном одеянии и с опасным, хотя и примитивным оружием в руке. Судя по выражению его глаз, он в любой момент мог пустить свое оружие в дело.

Тут подоспел и Джефри.

– Ребята, вы забрели не в ту часть Лондона, – сказал он. – Здесь не нападают на беззащитных дам.

Тот из мужчин, что был выше ростом, не выдержал.

– Не лезьте не в свое дело, – сказал он. Ренно встал между мужчиной и женщиной.

– Мы на королевской службе, – сказал тот, что был ниже ростом.

Теперь вскочили на ноги и другие посетители таверны, один из них крикнул:

– Докажите! Покажите нам бумаги!

– Мы не носим с собой никаких бумаг, – ответил мужчина.– Нам они не нужны. Мы выполняем особые приказы.

– Уходите, пока с вас не сняли скальпы, – сказал Джефри.– Мой друг действует быстро и не выносит лгунов и нахалов.

Женщина, раскрыв рот, в восхищении смотрела на Ренно. Он не замечал ее взгляда. Он знал только, что молодая женщина нуждалась в защите, и готов был стать ее защитником. Если эти двое откажутся оставить ее в покое, он, Ренно, вынужден будет сделать так, чтобы они больше ей не докучали. Он уже поднял томагавк и готов был опустить его на голову высокого мужчины.

Тот отшатнулся и закричал:

– Приказываю вам именем короля – остановитесь!

– Если вы действительно служите королю, – сказал Джефри, – скажите нам, кто вы и что такого сделала эта молодая леди.

– Это секретная информация, – сердито ответил мужчина, который был ниже ростом. Он внимательно посмотрел на Ренно и решил не доставать свою шпагу.

– Вы мешаете нам арестовать эту женщину, – сказал тот, что был выше ростом.

Ренно оттеснил их к выходу.

– Убирайтесь! – приказал он, снова подняв в воздух томагавк.

Завсегдатаи, стоя, аплодировали ему. Мужчины посмотрели на Ренно и на Джефри, который тоже стоял со шпагой наготове. Они поняли, что исход поединка будет, скорее всего, не в их пользу, и удалились.

Ренно повернулся к молодой женщине, но, к его большому удивлению, ее уже не было. Очевидно, она исчезла во время замешательства, и никто не заметил, куда она делась.

Ренно и Джефри вернулись за свой столик, и через секунду хозяин таверны сам принес им их ужин.

– Сегодня я вас угощаю, – сказал он. – Благодарю, что вы выгнали этих людей из моего заведения. Мне тут скандалы не нужны.

– А что случилось с женщиной? – спросил Джефри. Хозяин пожал плечами:

– Она была все время здесь, а потом куда-то исчезла. Когда началась ссора, я вышел в зал, вот, видимо, она и сбежала через кухню. Иначе ей было не уйти. – Он еще раз поблагодарил их, пожал плечами и вернулся к себе на кухню.

Ренно с полнейшей невозмутимостью и с удовольствием поедал бифштекс и пирог. Джефри ел медленнее и все возвращался к происшествию.

– Не похоже, чтобы эти двое были на королевской службе, – заметил он.– Хотя нет ничего невозможного. Мой отец всегда говорил, что некоторые слуги короля занимаются столь деликатными делами, что не носят при себе никаких документов и бумаг.

Ренно с трудом воспринимал такие сложности в жизни английской столицы, поэтому он сосредоточился на еде.

– Более того, – продолжал Джефри, – не могу представить, что такого могла натворить эта девушка, чтобы агенты короля пытались ее арестовать.

– Женщина хорошая, – твердо сказал Ренно. – Она не плохая.

Джефри рассмеялся.

– Да, она очень красивая. Этого отрицать нельзя. И хотя я видел ее лишь мельком, могу точно сказать, что ты произвел на нее большое впечатление. Но, знаешь, что на все это сказал бы мой отец? Он сказал бы, что мы не имели права вмешиваться, что эта красавица вполне может оказаться страшной преступницей.

– Женщина хорошая, – упрямо повторил Ренно и замолчал.

Джефри не стал спорить дальше, он знал, что переубедить молодого индейца невозможно. Случилось нечто необъяснимое, но вряд ли им удастся найти ответы на волновавшие их сейчас вопросы. Ренно тоже молчал.

Они закончили есть. Ренно готов был идти спать. Он привык вставать на рассвете и не мог изменить этой привычке. Он просыпался так рано, что даже успевал развести огонь на кухне до того, как вставали слуги.

Ветер переменился, теперь он дул с юго-запада, и стало заметно теплее, но над городом сгустился туман. На улице было мало народу, а звук копыт по мощеной мостовой Стрэнда из-за тумана был сильно приглушен.

Ренно нравился город поздно вечером, поэтому он шел не торопясь. Но вдруг остановился.

Джефри ничего не понимал.

– Пошли, – сказал он. – Не так уж сильно и потеплело. – Ренно поднял руку, прислушался, потом снова пошел вперед. Но, пройдя несколько шагов, снова остановился. Джефри молча ждал. Ренно ничего не объяснил, пока они не дошли до дому.

– Кто-то шел за нами следом, – сказал он наконец.

– Вряд ли, – рассмеялся в ответ Джефри. – Стоит любому бандиту увидеть твое грозное оружие, и он тут же передумает и убежит, уверяю тебя.

Но Ренно твердил свое:

– За нами кто-то шел.

– Что ж, может, кто-нибудь и шел, но трудно представить, кто и зачем. – Джефри пожелал другу спокойной ночи и ушел к себе.

Ренно поднялся к себе в комнату. С тех пор как он оказался в Англии, этот час перед сном всегда был для него самым тяжелым. Он уже начинал сомневаться, примет ли его вообще великий сахем англичан, а сам он так соскучился по дому, что ему мерещился свежий запах соснового леса или тушеной оленины, которую так вкусно готовила Ина.

Задумавшись, он подошел к окну и долго стоял, глядя в никуда. Туман так сгустился, что Ренно не видел Темзу, даже деревья в саду казались одним сплошным пятном.

Ренно широко открыл окно, снял покрывало с кровати и лег на пол. Он знал, что наутро будет чувствовать себя лучше.

Он уже начал засыпать, но вдруг очнулся. Кто-то взбирался по цветочной решетке под его окном. Ренно сжал рукоять ножа и продолжал лежать, делая вид, что спит. Из-под полуприкрытых век он внимательно следил за проемом окна.

Он очень удивился, когда увидел рыжеволосую женщину, которую недавно спас в таверне. Может, как сказал Джефри, она действительно преступница.

Ренно дождался, когда женщина забралась в комнату, и только тогда вскочил на ноги. В руке у него был нож. Женщина даже глазом не моргнула.

– Боже мой, – произнесла она по-английски с сильным акцентом, – надеюсь, вы не убьете меня после того, как спасли.

Ренно понял, что попал в дурацкое положение, и опустил нож. Он не заметил, чтобы у женщины было при себе какое-то оружие, но даже если она и прятала что-то под широким плащом, он легко с ней справится.

– Спасибо, что открыли для меня окно, – сказала она, дрожа от холода, – но теперь закройте его, пожалуйста. Я столько времени провела на улице, что ужасно замерзла.

– Ты шла за мной, – сказал Ренно.

– Да. Я ждала вас и вашего друга на улице у таверны «Корона и звезда» и потом шла за вами по пятам. Как еще мне было узнать, где вы живете? Пожалуйста, закройте окно.

Ренно закрыл окно и зажег большую свечку.

В мерцающем свете свечи девушка пристально его рассматривала.

– Вы и вправду индеец, – сказала она. – Пока я ждала вас там, на улице, я уже подумала, что, может, мне показалось.

– Меня зовут Ренно, я из племени сенеков. – Она радостно закивала:

– Да, да, мне все про вас известно. Я читала памфлет, который написал о вас Даниэль Дефо. И даже хотя я верю не всему, что там написано, но все равно здорово, что вы здесь и что вы приехали, чтобы добиться помощи для колоний в Новом Свете.

Ага, теперь Ренно узнал этот акцент! Он уже слышал подобный акцент, когда был в Квебеке.

– Меня зовут Адриана Бартель, – представилась девушка. – Я знаю, что не имею права просить у вас помощи, но вы были так добры ко мне сегодня, что я все же решилась. Больше мне не к кому идти.

Ренно не знал, что ей ответить. Он был уверен, что она хороший человек и что пришла к нему не с целью ограбить.

Поколебавшись, девушка все же села на кровать и расправила юбку.

– Я француженка, вы, скорее всего уже это поняли. И гугенотка. После смерти родителей я продала их дом. Я никогда не скрывала своего мнения о короле Людовике. Но никому во Франции не позволяется критиковать короля, и когда мне стало известно, что агенты его тайной полиции хотят упечь меня в тюрьму, я бежала. Наняла рыбацкую лодку и переправилась через Английский канал. Но тут я столкнулась с массой проблем. У меня нет документов.

Ренно ничего не понимал в документах.

– Те двое, что пытались арестовать меня в таверне, действительно агенты английского короля. Теоретически Англия и Франция еще пребывают в состоянии мира. Если бы они меня арестовали, то депортировали бы назад во Францию, а там меня посадили бы в тюрьму. Я уже много недель прячусь от них, но они меня все время находят. Больше мне некуда идти. Помогите мне. Разрешите остаться здесь, пока я не найду, куда податься.

Ренно совсем запутался в рассказе женщины. Зачем англичанам высылать ее во Францию? Надо, чтобы она пересказала все это Джефри, он разберется во всем намного лучше. Но молодой индеец видел, что женщина находится в отчаянном положении и просит его о помощи. Он видел страх в ее глазах, слышал, что голос ее дрожит от ужаса.

– Я… я все сделаю, если вы позволите мне остаться, – срывающимся голосом продолжала Адриана.

Ренно попытался сам разобраться в ситуации.

– Людовик, великий сахем французов, твой враг?

– Он враг всех гугенотов… и мой в том числе, – ответила женщина.

Ренно почувствовал, что начинает презирать правителя, который воюет с женщинами. Он и раньше недолюбливал французов, теперь ненависть его возросла. И что еще важнее, Ренно не мог противостоять мольбе, которая так ясно читалась в больших глазах женщины.

– Я помогу тебе, – ответил он. – Оставайся. – Адриана Бартель в одну секунду преобразилась. Она просияла и бросилась Ренно на шею с криком:

– Я знала! Я знала, что вы добрый!

В голове у Ренно помутилось, он стоял не двигаясь.

– Когда снова появится солнце, ты расскажешь Джефри все, что сказала сейчас мне. Он будет знать, что делать.

– Спасибо, Ренно, – прошептала женщина.

Ренно снова открыл окно и ткнул пальцем в кровать.

– Ты спишь здесь. – Сам он снова лег на пол, завернулся в покрывало и отвернулся к стене.

Он старался не обращать внимания на шорох, доносившийся до него. Обычно он мгновенно засыпал, но близость такой красивой молодой женщины не давала ему уснуть. Вдруг Адриана подошла к нему, протянула руки и мягко сказала:

– Не надо отдавать кровать только мне. Что я могу предложить за твое благородство, за тот риск, которому ты подвергаешь себя из-за меня? Только себя.

Ренно собирался объяснить женщине, что он никогда и не спал в кровати. Но потом, несмотря на темноту, заметил, что женщина стоит перед ним обнаженная. Тело у нее было потрясающее, и Ренно не устоял.

Он не отдавал себе отчета в том, что делает. Он просто вскочил на ноги, подхватил ее и отнес на кровать.

Адриане понадобилось все мужество, чтобы предложить себя Ренно, но его желание было таким пылким, что охватило и ее.

У нее было не так много мужчин, но она сразу поняла, что Ренно нежный и умелый любовник. Он был ласков и заботлив, думал не только о своем удовольствии. Ей нравилось его сильное, мускулистое тело, и она испытала такое наслаждение, какого не испытывала прежде. Ренно был потрясен ее красотой. Они сплелись в едином порыве.

Оба так устали, что почти тут же заснули. Ренно на этот раз спал в постели. На следующее утро он проснулся много позже обычного. Адриана все еще спала. Он закрыл окно, окатился ведром холодной воды, оделся и спустился вниз.

Слуги уже развели огонь в очаге, и кухарка готовила завтрак.

Ренно был страшно голоден.

– Сегодня завтракать мы будем втроем, – сказал он кухарке.

Женщина посмотрела на него с хитрой усмешкой, потом что-то сказала дворецкому, и тот поставил на стол третий прибор.

Вскоре по лестнице вниз спустилась Адриана Бартель. Оделась она на скорую руку, лицо выражало тревогу, но взгляд ее прояснился, стоило ей увидеть Ренно.

Он ничего не сказал. Что тут говорить? Ему всегда казалось, что англичане, в том числе и колонисты, слишком много говорят.

Джефри, войдя в столовую, встал как вкопанный.

– Ну и ну, – промолвил он наконец. – Черт меня побери, если я знаю, как у тебя это получилось, но, похоже, вы уже познакомились. И неплохо познакомились. – Джефри заметил, что Ренно опекает молодую женщину.

За едой Адриана повторила свой рассказ для Джефри.

Тот задумчиво откинулся на стуле. В такие минуты он необыкновенно походил на своего отца. Когда Адриана закончила рассказывать, он кивнул.

– Теперь понятно, почему королевские агенты отказались представиться и предпочли не затевать скандала. Отправляя гугенотов, у которых нет соответствующих документов, назад во Францию, Уайт-Холл тянет время, ведь королю Вильгельму нужно подготовиться к новой войне. Французы, естественно, понимают хитрость англичан, но их это устраивает. Они получают назад гугенотов, которых тут же сажают за решетку, и одновременно тоже могут получше подготовиться к войне.

Адриана согласилась с Джефри:

– В настоящий момент и Англия, и Франция делают вид, что между ними ничего нет, хотя обе нации готовятся к большой войне. Вы не представляете, как я обрадовалась, когда рыбацкая лодка, на которой я приплыла сюда, вышла из Кале. Я думала, что теперь буду свободна. Что меня больше не будут преследовать за веру, не будут угрожать тюрьмой. Но когда я высадилась в Дувре, все осложнилось. У меня не было при себе соответствующих документов, и английские власти готовы были тут же отправить меня назад во Францию. Мне повезло и удалось бежать. С тех пор я постоянно прячусь, убегаю от них, трачу деньги.

Ренно понемногу начинал понимать.

– Сахем французов твой враг. Но англичане ведь тоже его враги, и они хотят отправить тебя обратно?

Адриана торжественно кивнула, потом откинула назад тяжелую прядь рыжих волос:

– Я сама не верила тому, что происходило со мной, но так все и есть.

Ренно снова рассердился. Когда индейцы враждуют друг с другом, они не хитрят и не притворяются. Они сражаются, и побеждает сильнейший. Но тут все по-другому, и Ренно устыдился, что цветом кожи он похож на этих людей.

– Боюсь, – сказала Адриана, – что помочь мне невозможно. Ренно был так добр ко мне, но меня все равно поймают и отправят во Францию!

– Нет! – вскричал Ренно и сжал кулаки.

– Мы сделаем все, что в наших силах, чтобы вас не поймали, – сказал Джефри. – Пока мы живем здесь, в доме моего дяди, можете считать его и своим домом.

– Благодарю вас обоих, – ответила Адриана. – Но страх не покидает мое сердце. Я знаю, что, в конце концов, мне придется уйти отсюда и тогда меня поймают.

– Посмотрим. – Наконец-то у них с Ренно появилось хоть какое-то занятие. – Агенты Его Величества вынуждены действовать крайне осторожно, чтобы не возбудить подозрений публики. Если широкие массы узнают, что происходит с вами и людьми, подобными вам, королю придется неуютно. Мы этим воспользуемся.

Ренно задумался. Когда индейские воины отправлялись на разведку, они часто раскрашивали лицо боевой раскраской того племени, на чью территорию заходили.

– Адриане надо сменить внешность, – сказал он.– Стать похожей на кого-то другого.

– Именно! – воскликнул обрадованный Джефри.– Как же я до этого не додумался!

Адриана медленно улыбнулась, она была готова на все.

Джефри решил не терять времени, он отправился в магазин и вскоре вернулся с париком. Адриана должна была стать блондинкой. Еще Джефри купил разную косметику.

Адриана тут же поднялась в спальню Ренно.

Вскоре прибыли вызванные Джефри портниха и сапожник. Они долго снимали с Адрианы все необходимые мерки.

Портниха сказала, что может прислать несколько платьев прямо сегодня. Она шила их для молодой актрисы, которая лишилась своего благодетеля и не смогла выкупить наряды. Портниха уверяла, что платья точь-в-точь на Адриану, требуются лишь небольшие переделки, но она сможет приготовить их уже к вечеру.

Сапожник тоже готов был в тот же день прислать несколько пар обуви.

Джефри вел себя как мальчишка. Он улыбался Ренно.

– Конечно, мы тратим большую сумму из денег отца и из того, что выделила нам казна Массачусетса, – сказал он. – Но мы почти ничего не потратили на себя за все это время в Англии, и я уверен, что отец и губернатор Шерли одобрили бы наши действия.

Ренно согласился с другом. Если их план удастся, Адриана будет вне опасности, а это самое главное.

– Я не знаю и не хочу знать, как вам удалось встретиться с Адрианой вчера ночью. Или как тебе удалось так быстро покорить ее, – заявил Джефри. – Но надо признать, ты намного быстрее свыкся с нашей цивилизацией, чем я мог предположить. И я тебе завидую. Такой красивой девушки я еще не встречал.

Ренно попытался подобрать английские слова, чтобы выразить хвое восхищение молодой женщиной, которая так неожиданно ворвалась в его жизнь.

– Адриана настоящая леди, – наконец сказал он.

– Действительно так, – согласился Джефри.

Прибыли портниха и сапожник, они привезли свой товар и получили за него деньги. Оба пообещали через несколько дней доставить остальное, что им было заказано.

Спустя некоторое время в гостиную спустилась молодая женщина, она присоединилась к Ренно и Джефри. Теперь она уже не походила на леди. Ее головку окаймляла копна светло-русых завитушек, щеки, и рот были нарумянены, брови и глаза подведены черным карандашом, веки накрашены зеленым – от этого глаза казались еще больше. Шелковое платье в обтяжку подчеркивало все прелести фигуры, в глаза сразу бросался очень глубокий вырез. Адриана налепила одну черную мушку на щеку, вторую над левой грудью.

Шла она, мерно покачивая бедрами. Казалось, будто она всю жизнь ходила на высоких каблуках и в узкой юбке. В руках Адриана держала веер из слоновой кости и, перед тем как спуститься в гостиную, замерла на лестнице, обвела взглядом мужчин и хлопнула веером.

Кухарка решила, что Ренно связался с гулящими девками, и все остальные слуги тут же согласились с ней. Белый индеец быстро перенял все манеры английских дворян.

Ренно и Джефри ошеломленно уставились на Адриану.

– Когда я взглянула в зеркало, то сама себя не узнала, – призналась она.

– Никто тебя не узнает, – подтвердил Ренно.

– Я похожа на придворную даму короля Людовика, продолжала Адриана. – Либо куртизанку, либо благородную даму. Не так уж они теперь и отличаются.

– Да, ты совсем переменилась, – сказал Джефри.– Только голос остался тот же. Но агенты короля тебя не узнают. Пойдем куда-нибудь отметим это событие.

Адриана встревожилась:

– Я боюсь!

– Нет, надо идти, – настаивал Джефри. – Нас могут заподозрить в укрывательстве, ведь мы помогли тебе вчера избежать ареста. Агенты короля, может, наблюдают за нашим домом, но стоит им увидеть тебя, и они уйдут. Ты совершенно непохожа на благородную, рыжеволосую молодую даму, которую они разыскивают.

Ренно согласился с Джефри.

– Идем, – сказал он и дотронулся до томагавка, словно показывая, что Адриане ничего не грозит.

Они поехали в одном из экипажей лорда Бомона в театр, где давали «Короля Лира» Шекспира. После театра, по настоянию Джефри, они отправились поужинать в «Корону и звезду». Впервые за все время пребывания в Англии Ренно почувствовал, что внимание публики привлекает не он, а его красивая, броско одетая спутница.

Адриана постепенно свыклась с новой ролью и вела себя очень уверенно. Ее сразу все замечали, она знала это и подыгрывала.

Выйдя из таверны, они направились к своему домику на берегу Темзы. Ренно удостоверился, что их никто не преследует, и все решили, что обман удался.

Адриана считала само собой разумеющимся, что теперь спать она будет вместе с Ренно. После того как она заснула, Ренно долго еще лежал в постели и думал о странных поворотах судьбы. Он вдруг вспомнил сон, благодаря которому и решился на это путешествие. Молодая женщина из того сна, которая звала его в Англию и настаивала на путешествии, была рыжеволосой и зеленоглазой!

Как ни старался, он не мог вспомнить черты, ее лица, но все равно не сомневался, что это была Адриана. Он не понимал, как такое могло случиться, но воины обычно не ломают себе голову над загадками маниту. Воин признает мудрость духов и подчиняется ей.

Ренно не представлял, что их ждет впереди, он принял как должное, что их свели вместе высшие силы. Значит, так тому и быть.

С другой стороны, маниту никогда не запрещают благочестивому воину сделать свой собственный выбор. Адриана красавица, к тому же она смелая и сильная женщина. Правда, он не мог себе представить теперешнюю Адриану в стране сенеков. Неужели она будет готовить для него в его хижине, как это делала Дебора? Сможет работать в поле вместе с Иной и другими женщинами?

Нет. Адриана не просто белая женщина, она не похожа на остальных женщин-колонисток. Она не привыкла к трудностям жизни в дикой стране, и Ренно знал, что она не будет счастлива с ним у него на родине. Но он не исключал возможности, что Адриана может измениться. Если это произойдет, он сделает ее своей женой.

В настоящее время он был уверен лишь в том, что сам не изменится. Прожив много недель в Лондоне, он лишь уверился еще больше в разумности образа жизни сенеков. Исчезли все его сомнения и страхи, что он сможет поддаться соблазнам более развитой цивилизации. Ценности индейцев сенеков – это ценности земли, неба, воды, лесов, ценности окружающей природы. Все это вполне реально. Здесь, в Англии, люди подчинялись минутным капризам, они жили без принципов, все законы жизни основывались на их собственных желаниях.

Итак, пока он будет жить с Адрианой, будет наслаждаться ее веселым обществом и ее прелестями. Маниту помогут ему разобраться в дальнейшем, они будут охранять, и направлять его, а будущее ведомо только им.

Рано утром королевский гонец привез приглашение в Уайт-Холл. Его Величество с радостью примет у себя завтра в полдень «принца Ренно из племени сенеков».

Джефри тут же отправился к своему дяде, и лорд Бомон предложил следующий план действий. Он сам обязательно тоже будет при дворе и возьмет с собой письма Эндрю Уилсона и губернатора Шерли. Он же позаботится о том, чтобы во дворце были некоторые вельможи и члены палаты общин, которые разделяли тревогу о положении в колониях Нового Света. Все они в любом случае готовы поддержать Ренно.

Перед отъездом из Бостона отец напутствовал Джефри на случай приема у короля:

– Когда Ренно поедет на прием во дворец, не мешай ему действовать, как он сочтет нужным. Не подсказывай ему ничего. Он сможет произвести впечатление, только если будет вести себя естественно.

Джефри помнил наставления отца и не пытался воздействовать на друга. Он, правда, решил взять с собой и переодетую Адриану. Она сначала сильно испугалась, но желание присутствовать при историческом событии перевесило все страхи. Дяде Джефри сказал лишь, что у Ренно появилась молодая подруга. Лорд Бомон был заинтригован и сказал, что она вполне может поехать вместе с ним.

Ренно побрил голову, оставив лишь длинную прядь на макушке, надел набедренник и мокасины, нанес на туловище и лицо боевую раскраску сенеков. Из оружия он решил взять с собой не только томагавк и нож, но еще и лук со стрелами. Джефри мудро промолчал. Чем живописнее будет выглядеть его друг при дворе, тем большее впечатление он произведет на короля Вильгельма.

За час до назначенного срока Джефри, Адриана в парике и броском наряде и Ренно в накинутом на плечи плаще из бизоньей шкуры сели в один из экипажей лорда Бомона, чтобы отправиться в Уайт-Холл.

Стражники приветствовали их, навстречу вышел полковник Черчилль. Именно он должен был проводить важного гостя к королю. Офицер из свиты короля незаметно провел Джефри и Адриану к лорду Бомону.

Командир внутренней охраны шел впереди Ренно.

– В приемной короля сегодня много народу, намного больше обычного, – сказал он. – Прошел слух, что ожидается необычный прием и что будет присутствовать королева Мария. Королева редко бывает на приемах Его Величества, видимо, вы произвели на нее большое впечатление.

Ренно кивнул. Он считал Марию своим другом и с удовольствием снова встретится с ней.

В приемной действительно было много людей. Здесь присутствовали лорды и леди, все в богатых костюмах. Высокопоставленные офицеры, в том числе несколько генералов и адмиралов, были в парадной форме с орденами на груди. Фаворитки известных вельмож выделялись из толпы яркими нарядами и украшениями, значит, Адриана не будет сильно бросаться в глаза. В зале стояли караульные из числа дворцовой гвардии. На них были красные мундиры, в руках – мушкеты со штыками.

Королевская приемная представляла собой огромный зал, основным украшением которого была хрустальная люстра необычайной красоты. Но король Вильгельм был крайне скуп, и в люстре горели дешевые свечи. Они дымили и едко пахли.

В зале было два небольших камина, но они давали мало тепла, и дамы в слишком открытых нарядах ежились от холода. Они пришли сюда в надежде, что будут присутствовать при интереснейшем спектакле, но уже так утомились и озябли, что мечтали, чтобы прием поскорее закончился. Большинство мужчин были в шляпах с перьями, так как король благосклонно разрешил в связи с холодом появляться в приемной в шляпах.

Посредине зал пересекала узкая дорожка пурпурного цвета, а в дальнем его конце восседали король Вильгельм и королева Мария. Их троны стояли на помосте, возвышавшемся примерно на фут. Королева знала, что в приемной прохладно, и потому разумно надела простое шерстяное платье коричневого цвета. Вильгельм тоже был, как всегда, одет просто. Единственным ярким пятном в его костюме была голубая лента ордена Подвязки, надетая через плечо. Только члены палаты общин, стоявшие рядом с лордом Бомоном, были одеты так же скромно, как и король.

Король выглядел старым и усталым. Мешки под глазами говорили о том, что он недосыпает. В нетерпении он постоянно постукивал пальцами по подлокотнику. Он согласился на эту аудиенцию, только чтобы доставить удовольствие королеве; сам же в это время обдумывал предстоящее заседание Тайного совета.

Ренно остановился у входа в приемный зал вместе с полковником Черчиллем. Он видел Джефри и Адриану, те стояли рядом с лордом Бомоном. На другой стороне зала он заметил еще одно знакомое лицо: граф Линкольн, с которым он как-то поссорился в таверне.

Ренно не нервничал. Он, сын Гонки, имеет право быть достойно принятым великим сахемом англичан. Он и так слишком долго ждал этого часа.

К ним подошел гофмейстер. Весь его апломб, вся самоуверенность испарились при виде белого индейца. У него даже голос дрогнул, когда он объявил: «Принц Ренно из племени сенеков».

Ренно вошел в зал. Рядом с ним по пурпурной дорожке шел полковник Черчилль. Ренно снял плащ из бизоньей шкуры, и все присутствующие, не отрываясь, смотрели на него, но он не обращал на них никакого внимания. Полковник Черчилль принял его плащ и остановился.

К помосту Ренно подошел один.

Королева хотела помочь Ренно, она медленно и четко произнесла:

– Мы рады видеть вас снова, Ренно. – Придворные были потрясены внешним видом Ренно, но, когда он заговорил, все от удивления раскрыли рты.

Стоя у подножия помоста, он поднял вверх правую руку и сказал:

– Приветствую тебя, великий сахем англичан. – И, молниеносно вскочив на помост, пожал локоть короля.

Гвардейцы не успели даже глазом моргнуть.

Вильгельм был потрясен, он уже не чувствовал скуки. На какое-то мгновение ему показалось, будто этот полуголый дикарь хочет на него напасть, но он тут же понял, что это индейская форма приветствия, и ответил:

– Приветствую тебя, Ренно из племени сенеков.

Поднявшийся было смех замер. Король вел себя с таким же достоинством, как и его гость.

Ренно был доволен. С первого взгляда Вильгельм ему не очень понравился. Ренно заметил, что у короля дряблое тело, в отличие от ирокезских вождей и старейшин, которые до конца своих дней оставались могучими воинами. Но Вильгельм вел себя как настоящий вождь, а это самое главное, и Ренно успокоился. В этом зале достаточно прохладно, и это тоже ему нравилось. Обычно в английских домах Ренно было слишком душно. Ренно решил, что король намного разумнее остальных англичан.

Король спросил, что означают перья, которые Ренно воткнул в свою единственную прядь на макушке. Ренно объяснил, что это знаки отличия старшего воина, что каждое перо означает определенный боевой подвиг. Тут он вспомнил, что забыл взять с собой подарок для великого сахема англичан. Ренно внутренне содрогнулся, ведь нельзя приходить к сахему с пустыми руками. Машинально он снял с пояса один из скальпов и передал его Вильгельму.

Дамы в зале ахнули, некоторые даже закрыли лица руками. Несколько джентльменов чуть не упали в обморок.

Но Вильгельм снова сумел не ударить в грязь лицом. Он принял полоску высохшей человеческой кожи с волосами, внимательно осмотрел ее и поблагодарил гостя за подарок. Потом подозвал к себе офицера свиты и что-то шепнул ему.

Офицер быстро вышел из приемной.

– Вы, наверное, прекрасно владеете оружием, – сказал Вильгельм. – Не покажете ли нам, как индейцы пользуются ножом?

Ренно кивнул и огляделся. Некоторые придворные содрогнулись под его взглядом.

– Полковник Черчилль, – подозвал командира дворцовой гвардии Вильгельм, – помогите нам, пожалуйста.

Командир гвардейцев слегка растерялся, но тут он заметил, что фаворитка герцога была в короткой накидке из бобровых шкурок. Полковник попросил у женщины одолжить на время накидку, накинул ее на стул и поставил стул у самого входа в зал.

– Если мишень слишком далеко расположена, – заметил король, – можно ее передвинуть ближе.

Ренно покачал головой и улыбнулся. Он вынул из-за пояса нож и повернулся к мишени спиной, лицом к королю.

Один из молодых офицеров дворцовой гвардии машинально потянулся к шпаге. Дикарь стоял на расстоянии вытянутой руки от короля и спокойно мог убить его. Полковник Черчилль перехватил взгляд своего подчиненного и покачал головой.

Неожиданно Ренно развернулся и бросил нож. Казалось, он даже не целился.

Нож вонзился в накидку прямо посредине и пригвоздил ее к стулу. Все замерли, король Вильгельм зааплодировал первым.

Полковник Черчилль вернул нож Ренно, потом передал молодой даме немного подпорченную накидку.

Вильгельм был потрясен.

– Если можно… – сказал он, – покажите нам, пожалуйста, как вы орудуете этим… хм-м… топором.

– Томагавком, – поправил его Ренно, вытащил его из-за пояса и снова оглядел зал. Примерно в сорока футах от помоста на фоне стены ярким пятном выделялась мужская широкополая бархатная шляпа алого цвета. Украшена шляпа была большим белым пером – как раз то, что нужно. Ренно не обратил внимания на то, что владельцем шляпы был мрачный граф Линкольн.

Ренно протянул в знак вежливости томагавк королю. Вильгельм внимательно осмотрел оружие и заметил:

– Он тяжелее, чем я думал.

Ренно взял у него томагавк, крепко сжал его в руке и, неожиданно спрыгнув с помоста, издал устрашающий боевой клич воинов-сенеков. Он сделал сальто вперед в воздухе и метнул томагавк, едва снова коснулся ногами пола.

Через секунду с алой шляпы графа Линкольна слетело срезанное томагавком белое перо.

Раздались оглушительные аплодисменты. Королева Мария, забыв о приличиях, громко выражала свой восторг, многие из придворных последовали ее примеру.

Младший офицер подобрал томагавк и вернул его Ренно. Оружие он нес на вытянутых руках, словно боялся, что томагавк может в любую минуту ожить.

Но граф Линкольн был в ярости.

Король Вильгельм сидел, впившись руками в ручки трона, и покачивал головой.

Ренно вернулся на королевский помост. Ему было странно, что все эти люди восторгаются такими обыкновенными вещами. Он решил показать им нечто действительно сложное с луком и стрелами, сел на пол у ног короля, вынул из колчана стрелу и вставил ее в лук.

Все замерли и замолчали. Король Вильгельм даже поднялся на ноги. Ренно жестом показал королю, чтобы тот отошел в сторону. Монарх послушно подвинулся к позолоченному трону королевы.

Ренно вскочил на ноги и стал крутиться на помосте, подобно волчку. Не прекращая кружения, он выпустил стрелу. В зале было так тихо, что слышно было, как звенит в полете стрела.

Первыми поняли, что произошло, те, кто стоял рядом с графом Линкольном. Стрела прошла насквозь через тулью бархатной шляпы, стянула ее с головы графа и пригвоздила шляпу к стене. Поднялся невероятный шум. Дамы кричали, степенные джентльмены стучали ногами об пол и хлопали друг друга по спине.

Все смолкли, только когда заговорил король.

– Ренно, – сказал Его Величество, – вы показали нам настоящий урок боевого искусства.

Сам Ренно прекрасно помнил, что проделал весь долгий путь в Англию совсем не для этого.

– В землях сенеков, – ответил он, – около двух тысяч воинов. И еще около трех тысяч воинов из других ирокезских племен. Все они пользуются томагавками, ножами, луками и стрелами. И дружат с английскими колонистами.

– Я рад это слышать, – сказал Вильгельм. Ренно сложил руки на груди и продолжал:

– Но скоро воинам-ирокезам суждено погибнуть. Погибнут и солдаты колонистов. Их убьют французы и их союзники. Алгонкины. Гуроны. Оттава.

Король пытался понять, что хочет сказать Ренно.

Даже среди сенеков Ренно никогда не блистал красноречием, ему было далеко до ораторского мастерства Гонки. Но теперь в него словно вселились сами маниту, они развязали ему язык и подсказывали нужные слова.

– Ирокезские воины и английские поселенцы обречены на гибель! – заявил он. – Умрут и ирокезские женщины, и английские женщины-колонистки. Умрут и их дети. Но тем, кто погибнет, еще повезет по сравнению с теми, кто останется жить. Потому что живые станут рабами. Рабами французов!

Вильгельм побледнел и замер на троне. Вперед быстро вышел лорд Бомон, он подошел к помосту и обратился к королю:

– Ваше Величество, разрешите мне объяснить вам, что пытается сказать Ренно. С вашего позволения, я зачитаю два письма. Оба они написаны вам, одно от губернатора Массачусетса, второе – от моего брата, командира милиции колонии.

Король медленно кивнул.

Бомон вслух прочитал письма. Губернатор и полковник детально описывали бедственное положение английских колонистов в Новом Свете.

– Почему мне до сих пор об этом не докладывали? – спросил монарх.

Никто не осмелился сказать, что оригиналы писем были задержаны бюрократами различных государственных министерств.

– Если Франция опередит нас в Новом Свете, она станет в два раза могущественнее! Мы не должны этого допустить. – Король остановился. – Расскажите мне подробнее об их новой крепости Луисберге. Сколько там солдат, сколько кораблей? Каков точный размер укреплений крепости и сколько у них пушек?

Последовало неловкое молчание.

– Насколько я понимаю, Ваше Величество, – наконец ответил лорд Бомон, – никто из наших колонистов ни разу не бывал на острове Кейп-Бретон. Французы хорошо охраняют свою крепость.

Вильгельм снова посмотрел на индейца:

– А вы знаете что-нибудь про эту крепость, Ренно?

– Нет. На острове бывают только друзья французов.

– Значит, нужно добыть необходимую информацию, – сказал король.– Я выдвину этот вопрос на обсуждение Тайного совета и Военного совета. Сэр Гарольд Фиппс здесь?

К помосту вышел седовласый генерал-лейтенант, главнокомандующий Королевской армией. Он отдал честь королю:

– Ваше Величество.

– Надо будет отправить в колонии регулярные части, оружие, а также другие необходимые припасы. Мы подробно обсудим все на Военном совете, но я хочу, чтобы вы занялись этим немедленно. Нельзя допустить, чтобы Ренно вернулся в Америку с пустыми руками.

Генерал снова отдал честь. Монарх не успокоился:

– Лорд Каттон?

Вперед вышел подтянутый и аккуратный первый лорд Адмиралтейства.

– Слушаю вас, Ваше Величество.

– На заседании Военного совета мы обсудим состав военно-морской экспедиции в Америку. Но мы и так потеряли много времени, так что подумайте, какие корабли вы можете отправить прямо сейчас. Небольшой конвой, чтобы доставить в Новый Свет изначальный запас оружия и припасов.

Лорд Каттон отдал честь королю и занял свое место.

Король подозвал офицера из свиты. Тот подал королю деревянный ящик продолговатой формы. Король повернулся к молчавшему белому индейцу.

– Ренно из племени сенеков, – сказал король, – и я, и мой народ многим обязаны тебе. Благодаря тебе мы осознали, наконец, какая опасность грозит всем нам в Новом Свете. Я приношу извинения за то, что заставил тебя так долго ждать аудиенции. Уверяю, что накажу всех виновных в промедлении. Как только мы соберем необходимое оружие и припасы, мы тут же отправим конвой кораблей в Америку. Ты и твои друзья можете отплыть на родину вместе с этим конвоем.

Ренно склонил голову в знак благодарности. Только перед великим сахемом склоняет голову старший воин-сенека.

– Сегодня ты преподнес мне дары. Самый главный из них – ты раскрыл нам глаза на проблемы, о существовании которых мы и не подозревали. Я хочу преподнести ответный подарок. – На секунду король замолчал. – Тебе знакомы пистолеты?

Ренно кивнул.

– Много лун тому назад я научился стрелять из маленьких огненных дубинок, – ответил он.

Король улыбнулся, доказав, что не лишен чувства юмора.

– Не нужно демонстрировать нам свое умение. Я уверен, что стреляешь ты великолепно. – И он протянул деревянный ящик Ренно.

Ренно открыл его и увидел два дуэльных пистолета. Он не считал себя большим знатоком огнестрельного оружия, но сразу понял, что эти пистолеты особенные. Дула у них были короткие, рукоятки инкрустированы перламутром. Позже, когда пистолеты посмотрит Джефри, они обнаружат, что спусковые механизмы у них необыкновенно чувствительные.

– Я тоже хочу преподнести тебе небольшой подарок, Ренно, – сказала королева Мария. Изящным движением она сняла с шеи золотой медальон размером с женский кулачок и протянула его Ренно.

Придворные дружно зааплодировали.

Аудиенция была закончена. Король и королева спустились с помоста и прошли по пурпурной дорожке. Придворные дамы низко приседали, мужчины склоняли головы. Только Ренно стоял, гордо подняв голову, как и подобало сыну великого сахема.

Тут же к Ренно подскочил возбужденный Джефри, а вслед за ним и лорд Бомон, и лорд Черчилль и другие придворные, которых волновала судьба колоний.

– Все прошло замечательно, – сказал Джефри. – Ты не только привлек к себе внимание короля, ты добился от него всего, о чем можно было лишь мечтать!

– Ваше умение владеть оружием настолько покорило Его Величество, что он не мог не обратить на вас внимания, а потом вы произнесли такую проникновенную речь, – сказал лорд Бомон. – Никто еще так не говорил королю о жизни колоний и наших союзников, индейцев. Все колонисты теперь в долгу перед вами.

Полковник Черчилль присоединился к сердечным поздравлениям.

Адриана стояла немного в стороне. Тут она не так сильно выделялась в толпе. Она улыбалась и явно была довольна успехом Ренно.

Сам Ренно был намного более спокоен, чем окружающие его люди. С его точки зрения, он не сделал ничего особенного. Он сказал чистую правду и не ожидал от великого сахема англичан какой-либо другой реакции. Самое главное сделали маниту, ведь это они показали ему в том сновидении Адриану, они с ее помощью уговорили его отправиться в Англию.

Единственное, что волновало его, это перспектива скорого возвращения в свои любимые леса. Он понятия не имел, сколько времени может потребоваться на снаряжение конвоя, но король Вильгельм говорил решительно и конкретно, так что, наверное, все произойдет в ближайшем будущем.

Вместе с друзьями он вышел из дворца и подошел к экипажу.

Вдруг к ним приблизились трое мужчин. Среди них был граф Линкольн, с красным лицом и без шляпы. Он преградил путь Ренно и грозно сказал:

– Ты оскорбил меня в присутствии короля, королевы и всего двора!

Бомон и Черчилль пытались вступиться за Ренно, но граф яростно оттолкнул их.

– Я хочу драться с этим проклятым дикарем, а не с вами, – сказал он. – Он уже второй раз насмехается надо мной, и я этого не потерплю!

Он медленно стянул с руки перчатку и ударил ей молодого индейца по лицу. Потом развернулся и ушел.

Ренно не знал обычаев англичан, но граф, таким образом, вызвал его на дуэль.