Прочитайте онлайн Искушение ирландца | Глава 10 Начало

Читать книгу Искушение ирландца
3618+4004
  • Автор:
  • Перевёл: Елена Ф. Левина
  • Язык: ru

Глава 10

Начало

В субботу днем Деклан, держа Мару за ручку, шел по дорожке Грин-парка. Он попросил Полетту Гамильтон встретить его здесь и понимал, что безопаснее будет взять с собой дочку.

Им повезло, это был еще один прекрасный летний день, и в чистом синем небе ярко светило солнце. Парк был переполнен людьми, пришедшими насладиться чудесной погодой. Дети бегали и кричали, играя в траве, а молодые леди, заслоняясь от солнца зонтиками пастельных тонов, степенно прогуливались, опираясь на руку молодых джентльменов. Мара вприпрыжку бежала рядом с отцом. На ней было розовое вышитое платьице с кружевами и соломенная шляпка с широкими полями. Она крепко держалась за руку отца, и ее золотые локоны весело подпрыгивали.

Она очень перепугалась в тот вечер, когда он поздно пришел домой из-за того, что провожал Полетту. Это огорчало и тревожило Деклана. Возможно, то, что он увез Мару из Дублина, далеко от дома и всего, что она знала, было не лучшим решением и именно из-за этого она так легко пугалась. Но глядя, как она радуется хорошей погоде, он видел, что дочь счастлива. Однако в глубине души он знал, что она никогда не будет по-настоящему счастлива, пока не прольет слезы, зажатые в ней, и не заговорит вновь.

А еще тут была Полетта Гамильтон.

Она сидела на скамейке в тени серебристого клена. На ней было бледно-сиреневое платье и соломенная шляпка с сиреневыми лентами. Она выглядела как картинка. Заметив их приближение, Полетта улыбнулась и помахала рукой.

– Добрый день! – крикнул ей Деклан.

Мара рядом с ним резко остановилась, заставив Деклана удивленно посмотреть на нее и тоже остановиться.

– В чем дело, Мара? – Он опустился на колени, чтобы их глаза оказались на одном уровне. – Ты помнишь мисс Гамильтон из книжной лавки? Она показала тебе книгу сказок. Я подумал, что ты будешь рада увидеть ее снова.

Дочь бросила на него взгляд, потрясший его до глубины души. Словно она была старше и мудрее своих лет и понимала… Знала, что он привел ее в парк не просто повидать мисс Гамильтон. Было очевидно, что она разгадала его примитивную хитрость. Мара знала, что это сам Деклан хотел повидать мисс Гамильтон. Она внимательно посмотрела на отца, но возражать не стала. Мара выпустила его руку и направилась к скамейке… без него.

Деклан завороженно наблюдал, как Полетта приветствовала его дочь с теплой улыбкой на лице:

– Добрый день, Мара. Ты меня помнишь? Я мисс Гамильтон. У меня есть кое-что для тебя.

Мара кивнула и сделала еще шаг к Полетте.

Полетта взяла лежавший рядом сверток в коричневой оберточной бумаге, перевязанный зеленой лентой, и подала его Маре. Девочка нерешительно протянула руку, с вопросительным видом принимая подарок.

Деклан с Полеттой обменялись взглядами, и он снова был потрясен ее красотой. Ласковый ветерок шевелил выбившиеся из-под шляпки золотистые локоны. Полетта выглядела свежей, юной, полной жизни. Деклан двинулся к скамейке, на которой она сидела.

Полетта сосредоточила внимание на Маре, подбадривая ее:

– Можешь развернуть. Это подарок тебе. Давай я помогу. Садись рядом. – Полетта приглашающе похлопала по скамейке, и Мара поспешила вскарабкаться, не выпуская сверток из рук.

Они вместе развязали зеленую ленту и развернули обертку. Там была книжка «Красавица и Чудовище».

– Это книжка-игрушка, – объяснила Полетта, помогая Маре перевернуть первую станицу. – Смотри, если мы потянем за эту полоску, картинка задвигается.

Мара зачарованно глядела. Маленькие пальчики очень осторожно потянули полоску, и сцена на картинке переменилась. От удивления и восторга малышка открыла рот. Даже Деклан был заинтригован.

– Ох как хитро! – воскликнул он.

– Мы только вчера получили новый заказ с этими книжками, я знала, что Маре это понравится.

– Спасибо, что подумали о ней, – прошептал Деклан, тронутый ее заботливостью.

– Я делаю это с удовольствием. – Полетта подняла на него глаза и улыбнулась. – Она такой милый ребенок.

– Мара, пожалуйста, поблагодари мисс Гамильтон.

Может быть, его дочь и не говорила, но он верил, что она сумеет как-то выразить благодарность.

Малышка подняла на Полетту взгляд и широко улыбнулась искренней счастливой улыбкой. Деклан одобрительно кивнул.

– Я рада, Мара, что она тебе понравилась. Я сразу подумала о тебе, как только увидела эту книжку. – Полетта склонилась к девочке и показала другую картинку. – Посмотри на эту страницу. Если потянешь за другую полоску, Чудовище затанцует. Разве не забавно? Но тянуть нужно очень осторожно. Ты ведь не хочешь ее оторвать?

Осторожные пальчики Мары потянули полоску, и Чудовище на странице сдвинулось. Мара весело хихикнула. Совершенно завороженная происходящим, Мара снова и снова заставляла Чудовище двигаться на одной и той же странице книги.

Деклан ошеломленно опустился на колени рядом со скамейкой и уставился на дочь. Мара только что засмеялась! Он не слышал этого чудесного звука почти год. Красота ее легкого смешка пробудила в нем радостную надежду, которую до сих пор не давали ему самые знаменитые врачи. Он сердцем чувствовал, что, когда придет время, Мара снова заговорит. Он погладил ее по головке, но девочка, поглощенная новой игрушкой, книжкой с танцующим Чудовищем на яркой картинке, словно и не заметила.

– Все в порядке? – спросила Полетта, озабоченно сдвинув тонкие брови.

– Все просто замечательно, – промолвил он и, поднявшись с колен, протянул Полетте руку. Ухватившись за нее, Полетта встала со скамейки.

Они отошли на три шага, оставив Мару блаженно погруженной в новую книжку.

– Как приятно снова видеть вас, Полетта, – сказал он. Неужели прошло всего два вечера после их разговора в книжной лавке? Неужели только позавчера он страстно целовал ее за книжными полками? С того момента он не переставая думал о ней. Полетта так отличалась от всех девушек, которых он знал ранее. И она была совершенно непохожа на Маргарет.

– Мне тоже очень приятно снова видеть вас. – Полетта слегка покраснела и внезапно робко добавила: – Деклан.

Поскольку он все еще продолжал держать ее руку в своей, то мог думать лишь о том, как хочет ее поцеловать. Ему безумно хотелось заключить Полеттув объятия и прямо тут, в сиянии этого чудесного дня, целовать ее сладкие губы. Но, разумеется, это было невозможно в присутствии стольких посторонних людей, не говоря уже о дочери. Вместо этого Деклан сделал единственно возможное: слегка пожал ее затянутые в перчатки пальчики.

Полетта весело улыбнулась и в ответ пожала его пальцы.

– Может быть, прогуляемся?

– С удовольствием. – Он повернулся к скамейке. – Пойдем, Мара.

Мара с большой неохотой закрыла книжку и, крепко прижав ее к груди, со стуком спрыгнула со скамейки. Она подбежала к ним, встала со стороны Полетты и вложила маленькую ручку в ее руку.

– По-моему, вы ей нравитесь, – прошептал Деклан на ухо Полетте.

– Она мне тоже нравится, так что это взаимно, – заулыбалась Полетта.

Он предложил ей руку, и они медленно пошли по извилистой дорожке. Медленно, чтобы Мара не отставала.

– У меня к вам один вопрос, – произнес он.

– Какой?

– Я никак не пойму, откуда у вас всех эти французские имена.

В воздухе прозвенел мелодичный смех Полетты и наполнил грудь Деклана каким-то непонятным чувством. Тяжкий холод, комом застывший в нем, вдруг растаял. Он ощутил, как его наполнило теплое чувство покоя, которого он давно не испытывал.

– Это из-за моей матери: она француженка, – объяснила Полетта.

– Тогда все ясно, – кивнул он. – Я так и подумал.

– Но вторые имена у нас английские.

– И какое же у вас?

– Виктория.

– В честь королевы?

– Да. Я ведь такая величественная. Правда? – мило рассмеялась Полетта.

– Да. Я вижу, что это имя вам очень подходит. – И он игриво подмигнул ей. – Значит, все ваши сестры тоже работают в книжной лавке?

– Большинство. Джульетта, вторая по старшинству, и Иветта, самая младшая, никогда не проявляли к этому интереса и проводили там мало времени. Лизетта всегда очень помогала, но главным образом лавкой занимаемся Колетта и я. Мы занялись лавкой после смерти отца, переоборудовали ее и все там изменили, с расстановки книг и до выбора их тематики. Теперь наша лавка работает так успешно, что мы открываем еще одну.

– Это прекрасно. – Он глядел на нее с возрастающим восхищением. Ему нравилось, что дело Полетты процветает. И хотя он знал, что лавка принадлежит всем сестрам Гамильтон, в его голове она была связана только с Полеттой.

– Да, мы собираемся открыться к концу октября. Мой зять Куинтон Роксбери, женатый на Лизетте, спроектировал для нас новое здание. Мы помогали ему своими идеями. Мне никогда раньше не приходилось это делать, так что это стало чуть ли не самой интересной частью всего предприятия. Все изготавливалось специально для нас, по нашим требованиям и для нашего удобства. Эта книжная лавка будет очень красивой и современной.

– Мне хочется как-нибудь прийти посмотреть на нее.

– О, я буду очень рада вам ее показать! Все почти готово. Куинтон считает, что я смогу осмотреть законченное помещение уже на следующей неделе. После этого мы сможем расставить мебель, определить книжный ассортимент и нанять служащих.

– Она будет называться так же – «Книжная лавка Гамильтона»? – спросил он, заинтригованный ее страстью к своему занятию. Энтузиазм бурлил в ней, заставляя глаза сверкать и делая ее еще красивее.

– Это пока секрет. Пока название знаем только Колетта и я, и мы сохраним его в тайне до дня открытия.

– Могу я получить хотя бы намек? – игриво улыбнулся Деклан.

Она рассмеялась, но не пошла навстречу.

– А еще я начал читать книжку, которую вы для меня выбрали. – Он понимающе усмехнулся. – «Закон и женщина».

– Что вы о ней думаете?

– Я думаю, что вы что-то пытаетесь мне сказать ею.

И снова мелодичный смех Полетты согрел ему душу.

– Возможно, пытаюсь. Дайте мне знать, что думаете, когда закончите.

Прогуливаясь об руку с Полеттой и Марой, Деклан решил, что окружающие воспринимают их как одну счастливую семью. Он не мог вспомнить, чтобы когда-нибудь гулял в парке с Маргарет и их дочерью. Пребывание в Лондоне было таким контрастом давящей обстановке жизни с Маргарет в Кэмелмор-Мэноре. Горестный последний год был достаточно тяжким, но гнев и напряжение, сопутствовавшие его браку, были просто невыносимы.

У Деклана не было выбора: ему пришлось покинуть Ирландию… ради Мары и ради него самого. Каждый день, который он проводил в той тягостной атмосфере, лишь укреплял его в правильности своего решения. Здесь Мара выглядела немного счастливее. Он сам ощущал себя спокойнее и легче, чем раньше.

Простое удовольствие – прогуливаться летним днем по парку в компании с красавицей – возродило в нем надежду, почти утраченную в той кошмарной сумятице, которой стала его жизнь. Они шли по тенистой аллее, иногда останавливаясь, чтобы Мара могла полюбоваться цветами. В конце концов Мара собрала букетик маргариток, а Деклану пришлось нести ее книжку. Выйдя из парка, они оказались около небольшого ресторана, хорошо известного Полетте, в котором, по ее словам, подавали лучшее мороженое в городе. Они уселись за столик на открытой веранде и стали наслаждаться ванильным мороженым в красивых разноцветных вазочках. Маре так понравилось сливочное лакомство, что она съела больше, чем обычно.

– По-моему, ей нравится мороженое, – рассмеялась Полетта.

– Мара, кажется, у тебя капля мороженого на носике, – заметил Деклан и потянулся с салфеткой, чтобы стереть.

Однако прежде чем он успел это сделать, Мара подхватила сладкую каплю пухлыми пальчиками и облизала их. Восторженный смех, сорвавшийся с ее уст, заставил сжаться сердце отца. В этот миг он убедился, что правильно поступил, увезя ее от печального дома в Кэмелморе, что бы ни думала об этом семья Маргарет.

В этот день Мара засмеялась уже дважды. Это было проявлением чисто детской радости, и его душа наполнялась счастьем. А ведь они всего-навсего прошлись по парку, посмотрели книжку с картинками и поели мороженого. Сама обыденность и нормальность этого дня на воздухе вызвала в Маре перемену.

– Тебе хорошо, дорогая? – с чувством спросил он. Он так ее любил!..

Мара подняла на него большие зеленые глаза и широко улыбнулась.

– Полетта Гамильтон?!

Деклан и Полетта разом удивленно обернулись на оклик. Перед ними стоял высокий, необычайно красивый темноволосый джентльмен. На его руку опиралась шикарная блондинка в платье с кричащими розовыми оборками.

– Полетта, неужели это ты! – воскликнул джентльмен. – Что ты здесь делаешь, плутовка?

Деклан поднял брови. Кто был этот джентльмен, так фамильярно обратившийся к Полетте?

– Джеффри! – воскликнула Полетта. Она выглядела донельзя изумленной и несколько растерянной. Деклану даже показалось, что она немного занервничала. – Какой сюрприз видеть тебя здесь, – продолжала Полетта. – Когда ты вернулся из Франции?

– Только вчера. У меня подарки для всех вас. Но сначала позвольте представить вам мою приятельницу, мисс Франсин Хантер. Мисс Хантер, хочу познакомить вас с мисс Полеттой Гамильтон и… – Джеффри несколько скептически уставился на Деклана. Выражение его лица было почти собственническим, что мгновенно вызвало у Деклана раздражение.

– Рада познакомиться с вами, мисс Хантер. Позвольте представить вам графа Кэмелмора из Ирландии и его дочь леди Мару Ривз. – В голосе Полетты теперь звучал смех. – Лорд Кэмелмор, это добрый друг нашей семьи, лорд Джеффри Аддингтон.

Деклан обменялся с мужчиной рукопожатиями, размышляя о том, какие права он имеет на Полетту.

– Вы здесь, в Лондоне, на отдыхе, лорд Кэмелмор? – осведомился лорд Аддингтон.

Деклана покоробил пристальный взгляд собеседника.

– Нет, не на отдыхе.

– Значит, вы планируете здесь остаться?

– Я не знаю, сколько пробуду здесь, – сухо ответил Деклан. Тон вопроса звучал неприязненно. Было очевидно, что лорд Аддингтон неодобрительно смотрит на знакомство Деклана и Полетты.

Мара, широко распахнув глаза, уставилась на красивого незнакомца.

Тогда лорд Аддингтон промолвил:

– У вас очень милая дочь, лорд Кэмелмор. Могу спросить, почему в такой приятный день с вами нет жены?

– О, Джеффри, – торопливо прошептала Полетта. – Лорд Кэмелмор – вдовец.

Деклан яростно сверкнул глазами на Аддингтона. Они с Полеттой не делали ничего недозволенного, и Деклану не понравилось, что этот человек намекал на нечто подобное.

– Прошу прощения, я не знал, – с искренним сочувствием произнес Аддингтон. – Приношу мои соболезнования вам и вашей дочери.

Деклан кивнул, едва принимая его симпатию, и атмосфера явно напряглась. Как смел этот человек, который явно общался с низкопробной девицей, судя по платью, танцовщицей или актрисой, допрашивать его подобным образом? Кем он приходится Полетте? Совершенно очевидно, он не был ее кровным родственником, в противном случае она его так бы и представила. Тем не менее он имел наглость вести себя как ее старший брат.

– Мы просто угощаем Мару мороженым после прогулки по парку, – пробормотала Полетта, пытаясь исправить неловкое молчание. – Вы раньше пробовали здешнее мороженое, мисс Хантер? Оно очень хорошее.

– Нет, – покачала головой леди. – Но слышала, что оно чудесное.

– Мы как раз направлялись в театр, – сказал Аддингтон. – У мисс Хантер сегодня днем спектакль. Но как замечательно было встретить тебя, Полетта. Я так редко вижу тебя не в книжной лавке. Пожалуйста, скажи Люсьену и сестрам, что я навещу Девон-Хаус завтра в течение дня. – И, снова обратив внимание на Деклана, добавил: – Было очень приятно познакомиться с вами и вашей дочерью, лорд Кэмелмор. Приятного вам пребывания в Лондоне. Возможно, мы еще встретимся.

Деклан пожал плечами:

– Возможно. Приятно было познакомиться с вами, мисс Хантер, лорд Аддингтон. Успешного спектакля.

После того как эта парочка удалилась, Деклан вернул книжку Маре, которая поспешно открыла ее и зачарованно погрузилась в разглядывание картинок. Тогда он повернулся к Полетте.

– Кто это был?

– Я только что вас познакомила, – безразлично проговорила Полетта. – Это лорд Аддингтон.

– Нет. Я имею в виду, какое отношение он имеет к вам? Он держался так фамильярно.

– Ну-у, после того как Колетта вышла за Люсьена, он стал нам кем-то вроде брата. Люсьен и Джеффри вместе выросли. Они как братья, – объяснила Полетта. – Так что мы тоже приняли его как часть нашей семьи. Он очень милый и обаятельный. Веселый.

– И явно не женат.

– Джеффри? – рассмеялась Полетта. – Нет, он не женат. Пока. Однако многие дамы хотели бы его женить на себе!

– Ему, совершенно очевидно, не понравилось, что он увидел нас вместе. Он даже не пытался этого скрыть.

– Он вас даже не знает. Но меня он знает с ранней юности и чувствует себя защитником всех нас, сестер Гамильтон. Я думаю, он удивился, увидев меня на прогулке с… – Она замолчала в поисках точного слова. – На прогулке с… Вообще на прогулке.

– С кем-то вроде меня? – уточнил Деклан.

– Думаю, вообще с кем бы то ни было. – Она мило покраснела. – Не сомневаюсь, на взгляд Джеффри, получилось, что вы и я… вы и я…

Уже не в первый раз Деклан задумался, что он делает, встречаясь с Полеттой. Возможно, этот Аддингтон был прав, отнесясь к нему подозрительно. Потому что каковы, в сущности, были его намерения в отношении Полетты? Черт побери, Деклан сам этого не знал!..

– Ваша семья знает, что вы сейчас в парке со мной? – поинтересовался он.

Деклан почувствовал, что она колеблется с ответом, еще до того как его услышал.

– Ну-у… в общем-то нет… – несколько смущенно промолвила она. – Я сказала им, что иду на прогулку в парк, но не сочла нужным говорить, что встречаюсь здесь с вами.

– Почему?

Она задумалась, а затем прошептала:

– Не знаю. Наверное, побоялась, что они этого не одобрят.

Деклан посмотрел на Мару, которая увлеченно любовалась картинками в лежащей перед ней книжке, и тоже понизил голос:

– Из-за всех этих слухов обо мне?

Полетта, опустив глаза, кивнула.

Его сердце заколотилось.

– Но вы ведь не верите этим слухам?

Она подняла глаза и прямо встретила его взгляд:

– Я уже говорила вам вчера вечером, что не верю.

– Но поверит ли мне ваша семья, если вы скажете им, что верите мне?

– Полагаю, поверит, – не слишком уверенно ответила Полетта и прикусила губку. – Джеффри наверняка расскажет им, что встретил нас.

– И это вас тревожит?

– Только из-за того, что я предпочла бы сама сказать им об этом… когда сочту нужным. Просто теперь мне зададут множество вопросов, на которые у меня пока нет ответов.

Взгляды их встретились, и на какое-то время они оба задумались. У них хватало вопросов. Один Бог знает, сколько вопросов относительно Полетты было у самого Деклана. И он тоже не мог найти ответы на них. Он поставил ее в неловкое положение.

– Хотелось бы мне знать, Полетта, как на них ответит.

– Наверное, когда-нибудь ответ сможете дать вы. Однако сейчас для этого не время и не место.

– Согласен, – кивнул он.

Их внимание привлекло легкое посапывание. Уставшая Мара заснула, положив головку на раскрытую книжку.

– Милая малышка, наверное, уже прошло время дневного сна, – прошептала Полетта. – Мы должны поскорее доставить ее домой.

Деклан обратил внимание на ее «мы», но не знал, как это понять. Вместо этого он просто взял спящую девочку на руки. Головка Мары склонилась на его плечо. Полетта подобрала ее книжку, букетик и сумочку, и они вместе покинули ресторан.

– Вы живете далеко отсюда? – спросила она.

– Вовсе нет. В конце квартала, – ответил он, когда Полетта поравнялась с ним.

Они шли к его дому, и Деклан ощущал удивительное умиротворение от ее присутствия. В холле их встретил дворецкий Робертс, а миссис Мартин поспешила навстречу и разахалась над спящей девочкой.

– Как же она устала!

Деклан довольно торопливо представил их друг другу, заметив, с каким живейшим любопытством смотрела на Полетту гувернантка. Робертс проводил Полетту в гостиную, а Деклан понес Мару наверх, в детскую, где миссис Мартин раздела ее и уложила в кровать. Вернувшись в гостиную, он застал там ждавшую его Полетту. Она, сняв перчатки и сиреневую шляпку с лентами, сидела на диване, обитом тканью с вышивкой в виде роз. Она выглядела здесь гораздо непринужденнее и уютнее, чем Деклан мог себе представить.

Когда он закрыл за собой дверь гостиной, они оказались абсолютно одни.

– У вас очень милый дом, Деклан, – промолвила она.

Он рассеянно оглядел комнату.

– Пока сойдет. Могу я предложить вам чаю? Я сейчас позвоню…

– Нет, спасибо, – покачала головой Полетта.

– Я должен поблагодарить вас за доброту к Маре. Ей очень понравилась книжка. – После легкого колебания Деклан сел на диван рядом с Полеттой, и на него пахнуло сладким цветочным ароматом ее духов. Это было чудесно. – Пребывание в Лондоне уже благотворно сказалось на Маре. Сегодня она засмеялась впервые со дня смерти матери. Это был всего лишь смешок, но для меня это так много значило.

– Значит ли это, что она снова заговорит?

– Да. – Деклану понравилось, что Полетта поняла его мысли. – Сегодня в парке она была счастлива. По-моему, она почувствовала себя в безопасности и на какое-то время забыла о кошмаре той ночи. Однако это, кажется, утомило ее.

– Думаю, да. Но когда у нее будет больше таких дней, она постепенно раскрепостится. – И лицо Полетты озарилось сияющей улыбкой. – Вы не думали о других детях?

– Простите? – недоуменно переспросил он.

Одно время, когда они с Маргарет только поженились, он мечтал о большой шумной семье с большим количеством детей. О том, чего был лишен, когда рос. Но теперь… Теперь он едва справлялся с одной Марой. Мысль о других детях не приходила ему в голову, что было очень печально. Его жизнь шла совсем не так, как он планировал.

Полетта растерялась и даже как-то смутилась.

– Простите меня, я хотела сказать, не приходило ли вам в голову позвать других детей поиграть с Марой? Она, кажется, проводит все дни одна или со взрослыми. Общение с другими детьми может побудить ее к разговору.

Деклан был поражен столь простой идеей.

– По правде говоря, я об этом не подумал. Возможно, потому что других детей я не знаю. Ни один врач мне ни разу не предлагал такого, но то, что вы говорите, несомненно, имеет смысл. Если бы у Мары были знакомые дети, один или двое, возможно, это помогло бы.

– Очень жаль, что здесь сейчас нет моей племянницы Сары. Она почти ровесница Мары и была бы ей прекрасной подругой. Но она с Джульеттой живет в Америке. Однако у Колетты есть два сына, Филипп и Саймон, очень милые маленькие мальчики. Они могли бы поиграть с ней. Они тоже близки ей по возрасту. Может быть, мы как-нибудь днем познакомим их в книжной лавке?

– Это грандиозная мысль, Полетта. Думаю, Маре это понравится и не будет выглядеть навязчиво. Благодарю вас. – Он порывисто схватил ее за руку и слегка пожал. Ее ладонь была теплой, и пальцы сами по себе сплелись с его пальцами.

– Вот и хорошо.

Деклан посмотрел в ее синие глаза и увидел в них искренность, теплоту и ум. Золотые локоны Полетты слегка растрепались во время их прогулки и выбились из прически, очаровательно обрамляя ее нежное личико. Деклан продолжал держать ее руку, и Полетта не отстранялась.

– Вы очень красивы, Полетта Гамильтон.

– Благодарю вас… И насчет вопросов, которые наверняка зададут мне мои родные, – прошептала она чуть слышно. – Может быть, мы сейчас обсудим ответы на них?

Она смотрела на него с напряженным вниманием, которое он не мог не понять. Сердце вдруг забилось часто и тяжело. Между ними возникло уже знакомое напряжение, а он продолжал держать ее руку, и их пальцы оставались сплетенными.

– Конечно.

Полетта молчала, устремив на Деклана пристальный взгляд.

Деклан придвинулся ближе, вдохнул сладостный аромат ее волос, поднес к губам ее руку, ощутив нежную гладкость ее кожи, запечатлел страстный поцелуй на ее пальчиках и прошептал:

– Какие у вас вопросы?

Она растерянно заморгала и еле слышно пролепетала:

– Простите, о чем вы?

Он наклонил к ней голову.

– Вы хотели получить какие-то ответы?

– Я… я не… не помню.

Он почти мог коснуться губами ее щеки, так близко к ней находился. Ее кожа казалась такой нежной… он жаждал коснуться ее.

Полетта облизнула губы. Розовый язычок пробежал по сочному ротику. Сердце Деклана бешено забилось, он не мог оторвать глаз от этих губ.

Воздух вокруг них накалился. Она не сказала ни слова, только глядела Деклану в глаза.

Он накрыл ее рот своим, прежде чем смог сообразить, что намеревается сделать. Эффект был мгновенным. Полетта, словно только этого и ждала, буквально растаяла, прильнув к Деклану гибким и нежным телом, а ее руки обвились вокруг его плеч. Он вдохнул ее цветочный аромат, наслаждаясь теплотой губ. Она страстно ответила на поцелуй, и это еще больше воспламенило его чувства. Когда ее рот приоткрылся, его язык скользнул в эту сладостную влажность, и Деклан чуть не потерял всякий рассудок, когда ее язычок в ответ коснулся его. Деклан обнял ее покрепче и притянул к себе, грудь к груди.

Они целовались, целовались и целовались. Деклану казалось, что он может целовать Полетту бесконечно, никогда не насыщаясь.

Ее дыхание стало прерывистым… Его тоже.

Выпустив ее пальчики, он скользнул ладонью по руке до плеча и погрузил пальцы в шелковистые белокурые локоны. Он запрокинул ее головку и поцеловал еще глубже. Боже, он чувствовал, что может утонуть в ней. Вся она – нежная кожа и томные стоны. Ее руки растрепали его волосы, и Деклан затаил дыхание.

В жажде большего он наклонился так, что Полетта полулежала на диване, а он навис над ней. Она идеально соответствовала ему по пропорциям, словно была создана только для него и ни для кого больше. Деклан гладил ее щеки, продолжая неотрывно целовать.

Он, казалось, не мог сдержать вторую руку, которая гладила и ласкала Полетту, каждый дюйм ее тела под летним шелковым платьем. Он взял в горсть ее груди, скользнул под край ее платья, касаясь обнаженной теплой плоти. Полетта выгнулась ему навстречу, ее поцелуи становились все требовательнее. Они целовались и целовались. Время будто остановилось, и весь окружающий мир куда-то исчез.

Деклан забыл, что они находятся в его гостиной. Забыл, что наверху спит его дочь. Забыл, что в доме полно слуг. Забыл о прошлом… об Ирландии. Значение имела только Полетта. Он мог сосредоточиться лишь на этой невероятно милой и прелестной красавице, лежавшей в его объятиях.

Он продолжал целовать и ласкать ее, и его желание обладать ею лишь возрастало. Его руки бродили по ее телу, и он прижимался к ней, с каждой минутой жаждая большего. Ее дыхание стало частым, она страстно обнимала его.

Полетта испустила легкий стон наслаждения, и Деклан содрогнулся от нарастающего неудовлетворенного желания.

Со дня смерти Маргарет он не был с женщиной, и это вдруг показалось слишком долгим сроком.

Так что сейчас он хотел Полетту больше, чем что-либо в жизни. Это было безумие. Откуда она вообще взялась? Он едва ее знал. Он приехал в Лондон вовсе не для того, чтобы ввязаться в отношения с невинной девицей вроде Полетты Гамильтон! Такая красавица ждет замужества, а он завязал с брачными узами. Не годился он для брака.

Разрываясь между бурлившим в нем желанием и осознанием последствий, к которым приведет их удовлетворение, Деклан зарычал и попытался отстраниться.

Однако Полетта льнула к нему, не желая отпускать, и бороться с собой стало труднее. Так легко было поддаться ей… но если он не остановится немедленно, они зайдут слишком далеко. И обратной дороги не будет. Поэтому как бы сильно он ни хотел ее, как бы ни жаждал почувствовать под собой ее обнаженное тело, Деклан не мог себе этого позволить.

– Полетта, – хрипло прошептал он и поцеловал ее в щеку.

– Деклан, пожалуйста, остановись, – пролепетала Полетта на грани слез. – Пожалуйста, я больше не вынесу. Мы должны остановиться… я еле дышу…

Это был конец. С большой неохотой Деклан отпустил ее.

– Прости. Мне очень жаль, – пробормотал он и слез с дивана. Сделав несколько глубоких вдохов, чтобы прийти в себя, он постарался овладеть кипящими эмоциями.

Он помог ей сесть. Боже, какой же соблазнительной она выглядела в полурасстегнутом платье, с глазами, потемневшими от желания, и рассыпавшимися по плечам золотыми локонами. Если бы не полный ужас на ее лице, он снова уложил бы ее на диван и закончил то, что начал.

– Прости меня, Полетта.

– Дай мне только минутку, чтобы отдышаться, – пролепетала она, приложив руки к пылающим щекам.

Деклану это тоже было необходимо. О чем, черт побери, он думал? Он не должен был оставаться с ней наедине, да еще в этом доме, не должен был ее целовать, не должен был к ней прикасаться…

– Обещаю, в следующий раз не буду такой дурочкой, – промолвила она, закрыв глаза и делая глубокий вдох.

– Прости? – Деклан растерянно посмотрел на нее. – В какой следующий раз?!

Она широко распахнула свои синие глаза и посмотрела на него.

– Когда мы станем заниматься этим в следующий раз, обещаю, что не попрошу тебя остановиться.

Деклан почувствовал, что весь воздух покинул его легкие и ему стало нечем дышать.

– Господи боже! Полетта!.. Что ты говоришь?!

– По правде говоря, я и сейчас не хотела тебя останавливать, но просто не могла дышать. Я подумала, что упаду в обморок от удовольствия. У меня никогда раньше так не кружилась голова… Но, думаю, в следующий раз я уже буду знать, чего ожидать, и не буду так…

– Прекрати, – оборвал он, потрясенный этими словами и с трудом перебарывая желание снова поцеловать ее. – Следующего раза быть не должно. Не должно было произойти и сегодня. Прежде всего с моей стороны неправильно было целовать тебя, и я счастлив, что мы сумели вовремя остановиться. Если бы это зашло дальше, мы должны были бы… – Он резко замолчал.

– Ах, вот о чем ты, – прошептала она, медленно кивая. Ее губы тронула легкая улыбка. – Ты думаешь, что должен был бы жениться на мне, если бы мы… если бы мы что-то сделали. Но ты, Деклан, не понимаешь. Я счастлива, занимаясь книжной лавкой, и не хочу никакого мужа. Я не хочу замуж! Так что в следующий раз…

– Полетта, пожалуйста, прекрати! Ты меня убиваешь. – Сколько еще может выдержать мужчина?! То, что эта красавица без малейших уговоров призналась, что хочет его, почти убило Деклана. – Ты не понимаешь, о чем говоришь!

Поправляя лиф платья, она решительно повторила:

– Понимаю.

Он встал и протянул руку, помогая ей подняться с дивана.

– Нет, не понимаешь. Но должен сказать тебе, Полетта Гамильтон, что ты самая красивая и самая желанная леди, которую мне довелось встретить в жизни.

Полетта нахмурилась и не сделала даже попытки подняться с дивана.

– Это звучит так, словно вы прощаетесь со мной.

– Будь я человеком мудрым, я так бы и поступил. – Деклан постарался улыбнуться. – Но я не мудр. Я только думаю, что лучше всего будет сейчас не медля проводить тебя домой.

На ее лице появилась гримаса разочарования.

– Но сначала поправь прическу. – И хотя ему нравилось видеть Полетту с распущенными волосами, он не мог вернуть ее домой в таком виде.

А если он сию же минуту не вернет ее домой, то отнесет наверх в свою постель и займется с ней любовью. И это будет катастрофой… Для них обоих.

Вместо этого он приказал подать экипаж.