Прочитайте онлайн Империя полураспада | Глава 9

Читать книгу Империя полураспада
4016+806
  • Автор:
  • Язык: ru
Поделиться

Глава 9

– А ты вовсе недаром меня встретил, – глаза у Ксюши сверкали удивительным внутренним огнём, таким же сверкает штормовая волна, грозовая туча или же сумасшедшая ледяная метель. Именно этот блеск выдаёт неуёмную силу стихии, либо душевной бури.

На этот взгляд Родион давно уже обратил внимание – каждый раз внутреннее пламя, таящееся в глубине души девушки, пронизывало его, будто огненная вспышка во время пожара. Но с ней он чувствовал себя совсем не так, как в экстремальных ситуациях. Вместе с Ксюшей приходило спокойствие, уверенность. Даже не просто уверенность, а убежденность, что рядом с ней Родион никогда не сделает никаких досадных промахов или ошибок.

Интуитивно чувствовалось, что в душе девушки таится огромная сила, способная дотла выжечь сознание мужчины. Но как ни странно, Родиону хотелось верить и доверять этому огню. Он знал, что тут бояться нечего, что здесь – часть того мира, который ждёт его уже давно, как настоящего хозяина, а не гостя.

Каждый человек в борьбе с самим собой уничтожает образ. Возможность выражать себя в необычных ситуациях – это, по большому счёту, борьба с собственными комплексами. И в такой необыкновенной борьбе любой запросто может погибнуть, может исчезнуть бесследно.

А Ксюшин огонь полыхал энергией победы над всеми внутренними и внешними комплексами. Причём, победа могла быть вовсе не растаптыванием или загонкой под каблук чего-либо. Победа могла выражаться и в умении умереть.

Возможность и умение умереть – это тоже особое завоевание, без которого человечество не смогло бы существовать. Человек получает жизнь и приходит в этот мир только тогда, когда согласится на будущую смерть, потому что настоящая жертва равна Богу во всём.

Когда Родион понял эту истину, то понял также, что действительно недаром встретил Ксюшу на своём жизненном пути. И неслучайно они оказали особое внимание друг другу, когда их дороги неожиданно пересеклись.

– Я не думаю, что ты об этом пожалеешь когда-нибудь, – продолжила Ксюша начатый разговор. – Каждый человек получает заслуженное, остальные остаются холостыми.

– Чего? – ошалело переспросил Родион.

– Только не думай, что я тебя хочу в ЗАГС затащить, – взглянула на него Ксения. – Это исключено. Ни мужчина женщину, ни наоборот, никогда не удержит какими-то чернильными штампами или «любовью в законе». Если нами и будет сделан выбор, то исключительно по собственной воле.

– А если я тебя в церковь под венец потащу? – выпалил Родион и тут же испугался.

Ксения снова внимательно посмотрела на него, потом отвернулась и принялась усиленно разглядывать танцующие в соседнем зале ресторанные пары. Каждой девушке важен именно этот долгожданный миг.

Она может долгие годы переносить беззаветную любовь бабушек и дедушек, беспрестанную воркотню пап и мам, зависть братишек, сестрёнок или сверстников. Но в один из самых главных дней своей жизни она вдруг поймёт, что с Неба было послано только для неё одной то существо, признающееся ей в любви и готовое ради неё на любые рыцарские подвиги.

– А ты можешь исполнить моё желание? – глаза Ксении озорно блеснули.

– Любое и даже сию секунду!

– Тогда встань на уши, – снова улыбнулась девушка.

– На уши? – озадаченно переспросил Родион.

– Мне не надо Луну с неба, не надо убивать дракона, не надо мешок тугриков. Просто встань на уши. Сможешь?

Растерянность Родиона стала проходить: он наморщил лоб, что-то соображая и прикидывая. Потом покопавшись у себя в карманах, вытащил блокнот, пару авторучек. Затем, что-то придумав, Родион быстро вырвал из блокнота пару листков чистой бумаги и, скрывая от Ксюши, принялся делать какие-то зарисовки. Потом бросил листки на пол. Ксения увидела два изящно изображённых уха, под которыми красовались надписи: «правое» и «левое». Родион следил за выражением её лица и когда понял, что девушка прочла надписи, встал своими лакированными туфлями на оба рисунка.

– Желание дамы для меня – закон! – скромно потупившись, произнёс капитан.

Ксюха залилась восторженным смехом и захлопала в ладоши.

– Молодец! Именно такой выдумщик мне и нужен, если только…

– Что «если только»? – тут же переспросил Родион.

– …если только я ему буду нужна.

Взгляд девушки не отрывался от глаз капитана, и Родион понял, что она примет без обиды любой ответ, но только немедленно.

– Конечно, нужна, – глаза Родиона непроизвольно увлажнились. – Ты ещё в этом сомневалась?

Ресторан, с заманчивым названием «Краб-хауз» был воистину живописен и необыкновенен. Может быть, из-за этой особенности Родиону захотелось пригласить Ксюшу именно сюда. Об оригинальной «столовке», недавно открытой возле Манежной, он слышал и раньше благодаря широкой рекламе, передаваемой исключительно по «сарафанному радио». Так что в посетителях недостатка не было. Проблему создавали цены: здешние блюда стоили вдвое, а то и втрое дороже, чем в остальных московских ресторанах. Зато нигде нельзя было найти то, что запросто подавали здесь.

Некоторые кушанья готовили прямо на глазах у заказчика. Это ничуть не шокировало публику. Наоборот, новшество легко вписалось в ресторанный быт, поскольку многие из владельцев дорогих ресторанов по достоинству оценили новшество и начали вводить всякие «прибамбасы» в своих заведениях, стараясь поразить и переманить уважаемую публику.

Ксюша согласилась посетить диковинную ресторацию, и была поражена не меньше своего кавалера. На втором этаже, куда они поднялись, прямо в полу красовались два проточных бассейна с перекинутыми над ними деревянными мостиками. В одном бассейне шныряли хищные мурены, в другом валялась на островке парочка настоящих живых кайманов.

Девушка, увидев такое, непроизвольно схватила за рукав своего спутника. Во всяком случае, она не ожидала увидеть экзотики в таком количестве, но хозяева оригинального кабачка, видимо, твёрдо решили всегда удивлять посетителей.

Уединение влюблённой пары нарушил подоспевший официант. Ксюша, не теряя времени, углубилась в мудрёное морское меню. Ей нравилось здесь всё, особенно названия блюд.

– А что вот это – «Хвост дьявола», – подняла она на официанта искромётные глаза.

Тот, вероятно, тоже заметил необычный огонёк во взгляде посетительницы и непроизвольно передёрнул плечами.

– Знаете, я сам его ещё не пробовал этой рыбы, но говорят, блюдо из неё получается восхитительное, – пояснил официант. – Причём, готовить будут прямо у вас на глазах.

– Это как?

– Очень просто, – официант позволил себе улыбнуться. – Прямо сюда подвезут стол с расположенной на нём горелкой. «Хвост дьявола» извлекается из прозрачной кастрюльки. Печётся у вас на глазах, укладывается в тарелку и подаётся к столу.

– Ой! Я его хочу! – Ксюша посмотрела вопросительно на Родиона. – Можно?

– Это самое дорогое наше блюдо, – посчитал нужным предупредить официант. – Но, уверен, вы останетесь довольны.

– Любезный, – прервал его Родион, – мы ведь не торговаться сюда приехали.

Скажите-ка лучше, что это за «Монетка Св. Петра»?

– Эта рыбка водится только возле северного берега Сицилии, – официант сделал неопределённый пасс рукой в воздухе. – Говорят, что Святой Пётр держал монетку в вытянутой руке, и тень от неё падала на морскую гладь, где в это время лежала на боку рыбка. Тень монетки навсегда отпечаталась на боку рыбки, и она получила впоследствии это имя.

– Надеюсь, её приготовят на обычной плите?

– Да, конечно.

– Тогда моей даме продемонстрируйте поджаривание «хвоста», а мне будет достаточно рыбки Святого Петра.

Официант улыбнулся, но поклонился и несколько раздумчиво добавил:

– Я бы рекомендовал предварить основные блюда оригинальным шашлыком из морепродуктов.

– Такое бывает? – удивилась Ксюша.

– Ещё как, – оживился официант. – На шампурах очень быстро поджариваются тонкие ломтики осьминога, тигровой акулы, кита, омара, Карибского угря, Тихоокеанского окуня и ещё десятка два кусочков различных рыб. Подаётся блюдо быстро под морскую капусту под соусом Марешаль вместе с языками пресноводного карпа. Всё это – предварительная закуска к обеду под выдержанный Шардене.

– Впечатляет, – несколько озадаченно произнёс Родион. – Знаете, мы очарованы вашим consommé impromptu и безоговорочно согласны. А что у вас здесь с танцами?

– Как видите, музыка играет почти постоянно, – кивнул официант на соседний зал. – Там, в центре экзотических прудов площадка, специально оборудованная для танцев. Танцуете, сколько душе угодно… Причём, для гостей у нас поёт восходящая звезда Московской эстрады, певец и композитор Сергей Светлов.

– Музыка и песни у нас подобраны такие, что никаких меломанов не огорчит.

– Это любопытно, – отметил Родион. – Я полагаю, какой-нибудь напиток, сок и мороженное с фруктами вы подберёте нам на свой вкус?

– Хорошо, – официант сделал у себя пометку в блокноте и отправился выполнять заказ.

Над пустым ещё столом повисла краткая пауза. Некоторые посетители уже танцевали, отдаваясь приятной музыке, подавая заманчивый пример. В это время на сцену вышел молодой, элегантно одетый певец и под ресторанными сводами разлился его чистый голос, ещё не испорченный мишурой, славой и громкими выступлениями:

Я приду на рассвете, лишь растают снега,и заплещется ветер о круты берега.И запросится песня, словно птица, на взлёт.Я приду, я воскресну, только солнце взойдёт…

– Пойдём потанцуем? – осторожно предложила Ксюша. – Песня удивительная. Такое навряд ли услышишь на московских попсовых танцплощадках.

Для Рожнова это оборачивалось проблемой: танцевать давно ни с кем не приходилось, и он боялся опозориться. Последний раз сие событие произошло на собственной свадьбе с уже бывшей женой.

На свадебном сейшене Татьяна устроила для уходящего в Лету девичества профессиональное танго с театральным выходом. Что её муж не умеет танцевать, не заметил почти никто из гостей, поскольку невеста овладела всеобщим вниманием. Впрочем, завладеть вниманием окружающих, было для Татьяны смыслом, целью и даже принципом жизни.

Свадебный танец она исполняла намного лучше обычных невест, поскольку увлекалась танцами всю свою сознательную жизнь. В детстве их танцевальную группу даже одарили гастрольной поездкой по забугорным странам. А сейчас заполученный муж играл в данной ситуации только ненавязчивую фурнитуру бразильского танго.

Тогда Татьяна показала всем, на что она способна. А стоило ли показывать, когда к семейной жизни она была практически не готова? Или просто для многих женщин полиандрия – смысл жизни? Так не стоит ли для наших капризных дамочек официально на депутатских уровнях принять закон полиандрии? Ведь ни в одной стране ещё не существовало мужских гаремов, а у нас будет!

Возможность переплюнуть братанов-американов, упускать нельзя! Никак нельзя!

В тот раз танцевальное неумение Родиона деликатно не было замечено, а сейчас? Ну, как он ей ноги отдавит, или такого плясуна просто поднимут на смех? Ксюша, будто догадавшись о его сомнениях, пришла на выручку:

– Проблема с танцами? Не смущайся. Я тоже не умею, даже не училась никогда танцевать, но… очень хочется.

– Что ж, – подыграл Родион. – Если женщина хо-о-очет…

Они, взявшись за руки, прошли по деревянному горбатому мостику, соединяющему танцевальный зал с обеденными островками, и присоединились к танцующим. Длинное вечернее платье Ксении отливало завораживающей синевой, было идеально пригнано к фигуре и сшито без лишней помпезности.

Особую причёску для такого случая девушка не делала, но волосы её пахли сеном, морской свежестью утреннего бриза и горько-сладким берёзовым соком. От смешения ароматов у Рожнова закружилась голова, и он сам не заметил, как нырнул с головой в этот пьяный океан. А любая женщина сильна вовсе не красотой, воспитанностью, макияжем, вкусом и так далее. Настоящая женщина сильна запахом своего тела. И то, как она умеет подать собственный аромат, служит ей для покорения не только сердец, но и умов.

Ксюша улыбнулась, ощущая свою власть над мужчиной. Тем более таким, который приходил иногда ночами, неумело поглаживал, тревожа и ожидая ответной ласки… Как же долго пришлось ждать его!!

Ксения почувствовала, что Родион именно тот, из её одиноких снов и мечтаний, ещё там, в Останкинской телебашне. Скорее всего, боялась поверить своим ощущениям, догадкам, надеждам. Но Родион долго не сопротивлялся. И Ксюша не сопротивлялась. Вернее, оба они ничуть не сопротивлялись попасть друг другу в плен. И сейчас они танцевали красивый блюз с удивительной лёгкостью, с увлечением, с чувственной самоотдачей.

Ксюша снова нечаянно взглянула в глаза своего избранника, и снова по телу пробежали непрошеные волнительные мурашки. Может быть, любовь и является самым опасным заболеванием человека: Ксюша прислушивалась к своим чувствам осторожно, можно сказать, с оглядкой. Но когда поняла, что без них, этих удивительных ощущений остальная жизнь теряет всякий смысл, кинулась в сладостную прорубь с головой, не оглядываясь, не оставляя никаких мостов для отступления.

Она верила и знала, что вызвала в сердце Родиона точно такие же чувства. Что этому мужчине можно доверять и довериться.

Родион тоже приглядывался к неожиданно появившейся на его пути неординарной женщине. С одной стороны доставала боль утраты: всё-таки семью потерять – не копейку обронить! Это мгновенно переродилось в осторожные отношения с женщинами, но возникшая настороженность ещё не успела превратиться в ненависть.

Что говорить, женоненавистники очень часто возникают именно из-за таких вот изменчивых коллизий.

Но нашу новую парочку подобные жизненные перипетии не касались и вряд ли коснутся, поскольку оба нашли друг в друге то, что искали, без чего не может сложиться никакая семья. Оба в который раз принюхивались к новому состоянию, осматривались, оглядывались и по-щенячьи радовались. А если люди научатся дарить только радость, то жизнь всей планеты мгновенно исправится – это закон жизни, закон природы.

Первым танцем для них стала песня Сергея Светлова «Рассвет». Родион вспомнил, что официант обещал совершенную музыку без каких-либо проходных и шаблонных мелодий, но именно эта песня понравилась обоим. Тем более, что для Родиона и Ксении эта песня прозвучала как первый танец встретившихся сердец и создавала удивительную неповторимость жизни.

С молодых лет Родион мечтал встретить ту, которая станет настоящей его половиной. А Ксения станет? Сумеет? И он сам сумеет ли стать для неё долгожданным любящим мужем? Ведь ожегшись на молоке – на воду дуют. Но счастья хочется всем, только никто не знает – где оно? какое? придёт ли? и стоит ли искать?

Тем не менее, танец получался без излишних неуклюжих телодвижений и наступаний на ноги. Оказывается, чтобы получался танцевальный дуэт, необходимо всего лишь чувствовать партнёра.

– Ксюша, не обидишься, если задам вопрос? – прошептал девушке на ушко Родион.

Та от неожиданности вздрогнула, но, не задумываясь, ответила:

– Конечно, нет! Спрашивай.

– Просто я хотел узнать… хотел узнать, почему ты такая?

– Какая? – удивилась Ксения.

– Ну, скажем, не такая, как все? Необыкновенная, с очень необычным женским характером? – осмелел Родион. – Ведь девяносто девять процентов девушек совсем другие! И по уму, и поведению, и по интересам, даже по разговорам…

– Ага, понятно, – кивнула Ксения. – Я – прелесть что такое и вообще недевственно чиста – это мне понятно. Сразу могу огорчить, ты не первый задаёшь подобный вопрос.

– Не первый? – насторожился Рожнов.

– Ага, – снова кивнула Ксюша. – Не первый. Но не подумай, у меня никого нет, и не было. Просто подобными вопросами меня замучили папа и дедушка. В их интерпретации это звучит примерно так: «Что ты себе думаешь? Почему не такая, как все? Ведь уже не маленькая, не хочешь подумать о будущем?».

Я терпела, терпела, да однажды им обоим и выдала, чтоб отстали или хотя бы оставили в покое:

– Я взрослая и пора устраивать жизнь? – спросила я. – Что вы имеете в виду? Подцепить мужчину, выйти замуж, нарожать кучу детей, взять на себя квартирно-кухонные вопросы? Обсуждать с соседками цены на картошку, огурцы и скотское поведение её мужа-пьяницы? Если в один прекрасный момент я приду к такому выводу, и приму как данность. Я смирюсь с этим, а это будет смертью, настоящим отречением от жизни, от себя живого ради только того, что все так делают. Вы этого хотите? Но я не из стада баранов, не из толпы зомбированных послушников. Пусть дура! Пусть идиотка! Но это я – настоящая, а не такая, как благополучные «все».

Папа с дедушкой растерялись, но навсегда оставили меня в покое. Меня это вполне устраивало. А ты? Хочешь ли услышать ответ на свой вопросик?

– Не очень, – мотнул головой Родион. – Ты мне нужна, какая есть. Не больше, не меньше. Только… – Родион на секунду замешкался, пытаясь взглянуть Ксюше в глаза, но на этот раз у него ничего не получилось. Ксения была рядом, запах её тела кружил голову, и совсем не хотелось нарушать эту идиллию. Чувствуя, что девушка вот-вот задаст встречный вопрос, капитан по своей армейской привычке решил сразу же сжечь мосты.

– …только, – продолжил он. – У меня есть небольшая проблема.

Ксюша чуть отстранилась от него, мимолётно улыбнулась:

– И как же её зовут?

– Кого? – растерялся Родион.

– Проблему, – снова улыбнулась Ксения. – У мужчины, к тому же офицера, проблема может быть только одна – женщина. А я очень ревнивая и не хочу тебя ни с кем делить. Ну, так как же её зовут?

– Татьяна.

– Татьяна? – нахмурила брови Ксюша. – Имя хорошее, доброе. Но его владелица, похоже, не такая уж добрая. Так?

– Может быть, она добрая, только в её понятии это выглядит несколько диковато, а я жить в дерьме просто не желаю.

– Всё понятно, – кивнула Ксюша. – Татьяна изменила и попалась на месте преступления. Любовь в куски, карета набок, а кони в небо унеслись. Измена – старо, как мир. Но если ты её любишь, зачем я тебе?

– Кто сказал «любишь»? – тут же взъерепенился Родион. – Я жил до сих пор с ней, надеясь, что всё как-то сладится, утрясётся, всё будет путём, как у всех. Только какой же тут путь? В полиандрию? В добропорядочную «шведскую семейку»? Благодарю покорно.

– Планы у Кутузова были воистину наполеоновские, – усмехнулась Ксюша. – А вдруг и я такая же? Ведь мужики любят козырнуть фразой, мол, у всех женщин мозги расположены не выше гениталий. Так? И когда у женщины происходит несварение мозгов от несвежих новостей, она, как слепой котёнок, тыкается везде носом, ища путь к пропитанию. Представь, что я такая же, обычная, с несварением мозгов. Зачем же мне рушить наполеоновские планы?

– Ты не такая, – убеждённо сказал Родион. – Это я раньше, как котёнок, тыкался носом в несвежую шерсть этого мира, пытаясь обустроить свою жизнь, и доверился той, которая как раз вышла на охоту: кто попадётся.

– И я такая же. Вышла на охоту: кто попадётся, а тут подранок ползёт! Как же его не добить? Жалко ведь.

– Ты не такая, – прищурился Родион. – Я чувствую. Я тебе верю. Вернее, хочется верить. Просто пришло понимание. Я понял, что сейчас рядом со мной именно та женщина, которую мечтал встретить, которая сможет меня понять, которую сам смогу понять, ну, и… В общем, много чего пришло в голову в самый критический момент.

– Какой?! – ахнула Ксюша. – Неужели у мужчин бывают критические дни или моменты?

– Критический. Острый. Экстремальный, – принялся перечислять капитан. – В общем, как хочешь назови, но за несколько секунд до перехода в потусторонний мир, нас посещает обычно госпожа Истина. Вспомни Останкино. Ведь мы были на грани взрыва… в общем, на грани ухода в небытие.

– Огонь Останкино нас соединил, – Ксюша попыталась переменить тему. – А у тебя какая природная стихия по Зодиаку?

– Именно огонь, – обрадовался Родион. – Я в августе родился. Так что с лёгкой руки китайцев – Огненный Лев или Львиный Огонь – это уж как понравится.

– Не знаю, китайцы ли это заметили, – глубокомысленно заметила Ксюша. – Только мудрецы испокон веков утверждают, что огнём проверяют золото, золотом – женщину, а женщиной – мужчину.

– Ты готова меня испытать? – усмехнулся Родион.

– Вообще-то я – Вода, но тоже легче воздуха, – подыграла ему Ксюша. – Есть опасность погашения. Не боишься?

– Вода легче воздуха?! Ты соображаешь, что говоришь? – проворчал Родион, не обращая внимания на угрозу потушения бурным потоком воды.

– Соображаю, – усмехнулась Ксения. – Послушай, огонь легче воздуха и совершенно иная инстанция. Не воздух помогает огненному существованию, а просто обязан слушаться огненных повелений. Ведь при большом лесном пожаре среди дыма никакого кислорода отыскать просто-таки невозможно. Там только углекислый газ. Однако огонь не думает потухать. Наоборот, такие пожары до сих пор наводят ужас и не только на зверей. Как профессиональному пожарному, тебе должно быть это известно.

Рожнов утвердительно кивнул, и Ксения продолжила:

– Так вот. Огонь, хоть и недоступный, но более интересен человеку. Наверно, по своей недоступности. А вода – вон она: литрами, океанами, дождями и не кусается к тому же, как огонь. Но тот же дождь падает на землю откуда-то сверху, из атмосферы. Как же он там держится, если тяжелее воздуха? Ведь вода парит над землёй даже в кристаллическом состоянии и не слушается силы притяжения планеты. И только достигнув критической концентрации, вода обрушивается на землю. Так что и огонь, и вода значительно легче воздуха и о том, как они соединяются, я много думала раньше.

Взглянув на озадаченное лицо пожарника, девушка мило улыбнулась:

– Как здорово! Я тебя в одно мгновенье заболтала! Но подожди, песня кончилась, и я попробую договориться с тутошним певцом об одном одолжении.

Ксения оставила ничего не понимающего Родиона недалеко от сцены, а сама поднялась на подмостки. После недолгого упрашивания певца, Ксения подошла к микрофону, а Сергей Светлов объявил посетителям:

– Дорогие друзья! Сейчас перед вами выступит, скажем так, непрофессиональная певица Ксения. Правда, посетители у нас не выступают, это первый случай. Но Ксении очень хочется сделать музыкальный подарок своему любимому в собственном исполнении. Я посчитал, что даме можно уступить в таком случае! Итак, поприветствуйте Ксению!

Родион услышал от столов дружные жидкие аплодисменты. Сергей Светлов принялся аккомпанировать самодеятельной певице на гитаре, а Ксюша, глядя на Родиона большими влажными глазами, запела:

– Не люби меня, милый, я твоя не надолго,я твоя до исхода этих солнечных дней.Не люби меня, милый. Это бес толку. Только,это долгие годы без тепла и огней.Не люби меня, милый, я ничьею не стану,и погасну как отзвук, как тоска журавлей.Но сегодня, мой милый, доверяйся обмануэтих глаз, этих рук, этой ласки моей…Не люби, не люби, не люби меня, милый.Не люби, не люби, не люби меня, милый.Не люби, не люби, не люби меня, милый.Не люби, не люби, не люби меня…

Надо сказать, Рожнов стоял перед сценой просто ошарашенный. Но от ресторанных столиков раздались на этот раз действительно дружные аплодисменты. И было за что. Ксюшин голос, поддержанный музыкальным сопровождением, выдал на суд зрителей довольно неординарную песню и новая певица, сходя со сцены, была вознаграждена зрительскими симпатиями.

– Что скажешь? – Ксения вопросительно заглядывала в глаза капитану. – Ты стоишь так, как будто на расстреле возле каменной стены.

– Почти так и есть, – кивнул Родион. – Своим талантом ты меня добила, и я готов сдаться на милость победителя. Но только почему – не люби?..

– Считай, что это для красного словца, – засмеялась девушка. – Пойдём за стол. Тем более что к нам уже повара в гости пожаловали.

Между оконной витриной и стеклянной стеной аквариума, где приютился их столик, стоял повар в настоящем классическом колпаке с жаровней на колёсах и поджидал посетителей, пожелавших откушать «Хвост дьявола».

Ксюха и Родион перебежали через мостик и, оказавшись радом с поджидавшим их итальянским поваром, извинились за своё недолгое отсутствие.

– Да чего уж там, – на чистом русском заговорил тот и принялся ворожить над походной жаровней.

Зрелище было воистину удивительным. Повар снял стеклянные колпаки с нескольких маленьких кастрюлек, отправил их на полку под жаровней, зажёг огонь, вспыхнувший каким-то голубым пламенем, сделал над ним несколько колдовских пассов, и принялся доставать откуда-то из железных недр жаровни приготовленные для жаркого «прибамбасы». Потом из одной открытой кастрюльки ловко выудил здоровенный кусок рыбы, плюхнул его на стеклянную сковородку, попутно посыпая будущее жаркое приправами, поливая соусами и бормоча при этом что-то под нос.

Наконец, кушанье для Ксении было уже изготовлено и подано. Повар откланялся и укатил жаровню в свою поварскую берлогу.

Вечер разгорался. Среди столиков откуда-то возникла парочка клоунов, потом их сменили скрипачи. Парочка выкидывала скоморошьи прибаутки, чудом дожившие до наших времён. Ресторанная публика охотно смеялась, поощряя артистов аплодисментами.

Вечер удался на славу. Только всё когда-нибудь кончается, и Родион с Ксюшей, плотно поужинав, не дожидаясь закрытия заведения, решили отбыть восвояси. Правда, ни она, ни он не знали, где находятся эти свояси, и всё же пора было уходить.

Выйдя на улицу, Родион принялся ловить попутку или на худой конец такси.

Ксюша стояла рядом, прильнув к плечу спутника. Вдруг прямо перед ними резко притормозила зелёная «Мазда». Стекло задней дверцы машины опустилось.

Оттуда показалась рука с зажатым в ней довольно большим пистолетом, нацеленным Родиону в грудь.

Ксюша инстинктивно кинулась в пространство между машиной и капитаном. Тут же раздался выстрел. Ксения успела увидеть «Мазду», рванувшую с места происшествия, услышать крик Родиона, больше похожий на свирепое рычание льва, и потеряла сознанье.

Родион успел подхватить девушку – сработала молниеносная реакция капитана.

Дальше – как в калейдоскопе суматохи и хаоса: крики людей, визг тормозов, менты, размахивающие оружием, и взявшаяся откуда-то «Скорая помощь»…

Всё это Родион перебирал в сознании, покидая место преступления в милицейской машине: служивые согласились подвезти его к приёмному отделению Склифосовского на Сухаревку.

Предварительный анализ происшедшего ничего не дал. По милицейскому запросу был получен ответ, что Ксюша – в операционной, что она жива, но в сознание так и не пришла. Именно сейчас ей уже должны сделать операцию по извлечению пули. Родион выстраивал множество разных предположений, но так ничего толком сообразить не смог: кому понадобилось покушение? Кому он помешал настолько, что физическое устранение – единственное решение чьей-то проблемы?

Вопросы громоздились один на другой безответно и беспросветно.

И если бы не Ксюша… Ксюша заслонила его от пули!..

Стоп! Может, это именно на неё совершалось покушение?

Глупость какая!.. Неужели женщина-журналистка насобирала столько грехов, тянущих на негласный смертный приговор?

Значит – он, капитан Рожнов? Кому он перебежал дорогу, и необходимо было убрать свидетеля?

И что же всё-таки в этой долбаной стране делается – никуда не ступить, не проехать, всюду либо менты, либо мафия, либо чеченцы, либо чужие, либо киллеры… Каждой твари по паре, и все страдают непереносимой, невыразимой любовью к ближнему.

И вдруг, как иллюстрация к жизни в посткоммунистической России откуда-то из-под пространства прозвучал чистый голос Ксении:

– Не люби, не люби, не люби меня, милый…

Родион съёжился и оглянулся. Но в тесном ментовском «козлике» можно было увидеть только решётки на окнах и невозмутимый затылок шофёра.

Милицейская машина свернула в Грохольский переулок и затормозила возле приёмного отделения. Дальше Рожнов отправился сам и вскоре узнал, что операция закончилась успешно, что Ксения – в реанимационной палате. Врач, проводивший операцию, был ещё на месте и через несколько минут вышел в коридор.

– Вы родственник раненой? – первым делом спросил доктор.

– Да…, – неуверенно ответил Родион.

– Так родственник или нет?

– Я – муж Ксении. Что с ней?

– Муж? Это меняет дело, – доктор внимательно смотрел на Родиона. – С ней пока что всё терпимо. Вы в момент выстрела были вместе?

– Конечно, – кивнул капитан. – Стреляли, собственно, не в неё. Ксюша закрыла меня своим телом. Пуля попала ей в грудь… дальше я всё помню сумбурно…

– А что милиция говорит?

– «Разборка полётов» не состоялась, потому что я ничего толкового сказать не могу, они тоже… Завели дело, сюда меня подвезли – вот пока всё, что мне известно.

– Вы случайно мистикой не увлекаетесь? – неожиданно задал вопрос доктор. – С эзотерикой не знакомы? Или, скажем, с шаманизмом?

– Зачем? – не понял Рожнов. – Я офицер. Капитан. И никакой мистикой, шаманизмом, колдовством и прочей белибердой не занимался. Понятия не имею.

– Вы так считаете? – доктор как-то странно посмотрел на офицера. – Знаете, чем в вас стреляли?

Он вытащил из кармана халата маленькую коробочку, повертел её в руках и, наконец, осторожно открыл крышку. Там лежала блестящая пуля. «Девять граммов в сердце…», как поётся в одной песне. Ничего в этом кусочке металла необыкновенного не было, разве что блеск придавал ей какую-то необычность, и для девяти грамм она была довольно большой. Она походила, скорее всего, на охотничий жакан.

– В вас стреляли серебряной пулей, – доктор внимательно следил за реакцией собеседника. – Подобными пулями испокон веков стреляли только в определённых людей. То есть…

Доктор на минуту замялся, подбирая, видимо, более мягкие слова для объяснения. Но Родион догадался, кое-что о вампирах, вурдалаках, упырях, оборотнях и прочей нечисти он всё-таки слышал. В нечисть положено было стрелять только серебряной пулей, либо пригвоздить осиновым колом.

– То есть, – подхватил Родион, – вы можете сказать, что стреляли в нелюдя?.. Предположение, конечно, довольно смелое!

– Бросьте ерунду пороть! – досадливо отмахнулся врач. – Дело совсем не в вас, а в покушавшихся. Они, похоже, верят во всякую чертовщину. Поэтому и припасли серебряную пулю, да ещё и весом в двадцать граммов. Не мешало бы об этом следователю сообщить. Хотя…

– Хотя, – перебил Рожнов. – Для любого следователя это не аргумент, а, скорее всего, довесок к совершённому покушению. Не примет он такое во внимание.

Даже в дело не внесёт. Это я вам, как «сапог», говорю, потому что всю жизнь – в армии и всякого навидался.

– Прекрасно, – удовлетворённо кивнул доктор. – Вы чётко отдаёте себе отчёт, что такие убийства абы кто совершать не будет. Дело, на мой взгляд, серьёзное, хотя и нельзя его назвать неразрешимым.

– Согласен.

– Вот и славно, – обрадовался доктор. – Сейчас здесь вам всё равно делать нечего. Приезжайте утром. Я буду ждать вас и сообщу, как дела у нашей подстреленной. А вам советую съездить к одному человеку, который владеет всякой информацией по поводу таких вот убийств. Это мой близкий родственник Анатолий Силыч.

– Анатолий Силыч?.. Но… сейчас ночь. Ведь не ехать же к нему ночью?

– Почему нет? – глаза доктора задорно блеснули. – Он уже ждёт.

– Меня? – ахнул Родион.

Доктор внимательно посмотрел на Родиона:

– Это мой двоюродный брат. И я, увидев серебряную пулю, сразу ему позвонил. Он сейчас в нетерпении, жаждет побеседовать лично с вами. К тому же, я на дежурстве. А вы до утра свободны. Так что вот ключи от моей машины, вот адрес, и чтоб через две секунды я вас больше не видел.

– Так вы тоже Силыч? – не утерпел Рожнов.

– Нет. Мы чуток помельче – Яншин Дмитрий Викторович. Годится?

– Вполне, – согласился Родион, забирая ключи и клочок бумаги с адресом. – Утром мне во сколько быть здесь?

– Жду вас к восьми. Всего доброго.