Прочитайте онлайн И снова о любви | Глава 9

Читать книгу И снова о любви
2418+1097
  • Автор:
  • Перевёл: О. Корчевская
  • Язык: ru
Поделиться

Глава 9

В канун Нового года на нижнем этаже дома Саймонов полным ходом шла вечеринка. Мы с Саммер сидели наверху, в ее комнате. Она хмуро рассматривала мой наряд — блузку из искусственного атласа, подарок к рождеству от Эвелин и Патрика.

— Тоска зеленая, Ари.

Она полезла в шкаф и стала бросать на кровать вещи, пока не нашла нечто, на ее взгляд, подходящее — черную замшевую мини-юбку и топ-бюстье.

— Не люблю критиковать, но обычно ты не отказываешься от моих советов. Просто хочу помочь.

На ней самой тоже был топ-бюстье — розовый, украшенный цветочками лаванды, на поддерживающих грудь «косточках». Я не представляла, как в таком виде выйти из дома.

— Не могу, Саммер. Это не для меня.

— Ну, возможно, и так. Да, грудь у тебя несимметричная. Но это почти незаметно.

Она снова отвернулась к шкафу, а я почувствовала, как кровь отливает у меня от лица. «Почти незаметно!» Но ведь она заметила. И Эвелин тоже. И бог знает кто еще.

Захотелось плюнуть на все и уйти, но Саммер отвлекла меня, надев мне на шею жемчужное колье.

— Вот. Модно и элегантно. Знаю, ты любишь вещи в консервативном стиле, Ари.

«Вещи в консервативном стиле». Настроение мгновенно поднялось. Мне стало еще лучше, когда она заявила, что брюки мне великоваты, а туфли слишком скучные. Я вняла ее советам — в моде моя подруга разбиралась неплохо. Итак, когда я вышла из ванной, на мне была моя блузка, ее колье, замшевая юбка и черные лакированные лодочки, которые Саммер ни разу не надевала, потому что они ей были велики.

Мы пробрались через толпу гостей на кухню.

— Уже уходите? — спросила Тина, не отходя от духовки.

В доме изумительно вкусно пахло, а Тина выглядела уставшей.

— За нами приехали, — ответила Саммер. — Вернусь не слишком поздно.

Тина поджала губы и повернулась к столу. Сняв вощеную бумагу с уставленного фаршированными яйцами противня, она покачала головой:

— Хорошо, Саммер, сегодня я тебя отпускаю. Но в следующий раз, когда у нас в доме будут гости или клиенты закажут банкет, я надеюсь на твою помощь.

— Необязательно столько пахать, — сказала Саммер. — Папа зарабатывает кучу денег.

Тина ровным кружком выкладывала яйца на блюдо.

— Деньги тут ни при чем… У меня бизнес, и я за него отвечаю. Репутация, если ты понимаешь, о чем я…

Они продолжали перебранку, пока на кухне не появился Джеф: гости желали знать, куда подевалась Тина. Та сказала, что будет через минуту, и оставила Саммер в покое.

В машине мы уселись на заднее сиденье, Саммер вручила водителю листок с адресом ее парня. Когда Кейси присоединился к нам, мне пришлось пересесть вперед, но это к лучшему — в зеркальце пудреницы я увидела, что они тут же принялись целоваться и тискать друг друга. Саммер отбросила его руку, только когда он потянулся к ее груди.

— Не сейчас, — прошептала она. — Нахал!

Нахал? Такого она о нем не рассказывала… Однако долго размышлять об этом мне не пришлось: вскоре мы прибыли на Западную Двадцать третью улицу.

Перед клубом Дэла собралось много машин и людей, так что водитель высадил нас довольно далеко. Саммер шла между мной и Кейси и приговаривала: «Потрясающе! Потрясающе!», а ее волосы ветром сдувало мне в лицо. Саммер была права: вид и в самом деле ошеломлял. В окнах двух нижних этажей вспыхивали огни, а на улице стояла длиннющая очередь. Обогнув ее, мы поймали на себе завистливые взгляды людей, оставшихся за барьером из бархатного каната.

Вход был устроен не через переднюю дверь, которой мы с Ли воспользовались в прошлый раз, а сбоку. Мы дожидались Ли, чтобы она провела нас мимо грозного бритоголового вышибалы.

— Как называется клуб? — спросила Саммер.

— «Cielo». — Неожиданно рядом со мной возникла Ли. — По-испански значит «небо».

Название подходило как нельзя лучше. Перед тем как появилась Ли, я рассматривала остроконечную крышу здания, думая о том, что она едва не достает до луны. Интересно, видны ли в ясную ночь звезды через стеклянную крышу в мансарде Дэла?

Ли что-то сказала охраннику, тот отступил в сторону и пропустил нас. Музыка играла так громко, что мои барабанные перепонки, казалось, вот-вот лопнут: ударные, синтезатор и голос певца с британским акцентом. В дымном воздухе пульсировали голубые и желтые огни, парни и девушки, подняв руки, отрывались на танцполе. Хорошо, что перед выходом из дома я догадалась проглотить таблетку от мигрени: от света и шума моя голова раскололась бы от боли.

Мы с Саммер и Кейси пробрались через толпу вслед за Ли к барной стойке в форме полумесяца. Возле нее на высоких стульях, покрытых искусственными шкурами зебры, сидели люди. В баре горели свечи, на стене висело зеркало, три бармена разливали по бокалам «Столичную» и «Джонни Уокер».

Ли что-то сказала одному из них. Я не расслышала, что именно, но через мгновение мы оказались позади барной стойки и вошли в темную комнату, судя по всему, офис, потому что там находился рабочий стол с телефоном. Перед нами стоял Дэл — в черных брюках и шелковой рубашке, три верхние пуговицы которой были расстегнуты.

Он пожал руки Кейси и Саммер, поцеловал Ли, а затем меня, и я почувствовала его руку в самом низу спины, отчего по телу пробежала дрожь.

— Только без алкоголя, пожалуйста, — попросил он, — а то у меня в первый же вечер отберут лицензию.

Мы кивнули. Дэл сказал, что у него еще остались дела и он встретится с нами позже. Ли, Саммер, Кейси и я пошли обратно в клуб, где Кейси занял свободный стул у бара, потому что танцевать он не любил.

В отличие от нас. Мы освободили себе место и танцевали под музыку «Wham!» и «Duran Duran», пока не заныли ноги. Тогда мы сняли туфли и принялись ими размахивать. Саммер то и дело бегала к Кейси, а мы с Ли оставались в толпе, чтобы не потерять место.

Вдалеке я заметила Дэла, а потом и Рейчел, танцевавшую то с одним, то с другим мужчиной. В кожаных брюках и серебристом топе она смотрелась сногсшибательно. Я поймала ее взгляд, и она помахала мне рукой, тряхнув браслетами на запястье.

— Кто это? — спросила Саммер.

От нее несло алкоголем. Я посмотрела на Кейси, который сидел у бара с бокалом руке, и догадалась, что он весь вечер подливал туда вовсе не пепси. Видимо, у него было поддельное удостоверение личности, и он делился напитками с Саммер. Плевать им на Дэла и его лицензию.

— Мама Ли, — бросила я.

Она вытаращила глаза:

— Ты шутишь!

Мы танцевали и танцевали, а Саммер все так же отлучалась к Кейси и вскоре стала слишком часто заливаться смехом. До меня дошло — она пьяна. Потом нам надоело танцевать, мы пошли к бару и уселись рядом с Кейси.

— Почему твой кузен назвал этот клуб «Cielo»? — спросила Саммер, поддернув бюстье, которое начало сползать вниз.

Ли потягивала похожий на «Розовую леди» безалкогольный коктейль с ломтиком апельсина на ободке бокала.

— Его девушка из Испании. Это ее идея.

Саммер кивнула и подкрасила губы, Ли съела апельсин, Кейси заказал следующий бокал, а для меня вечеринка была закончена. У Дэла есть девушка-испанка, а я — дура!

— Эй! — Саммер, перегнувшись через меня, потянула Ли за рукав. — Ари тебе говорила, что я считала Дэла твоим парнем?

Ли покачала головой. Последовавшие за этим слова Саммер были сказаны вовсе не со зла — наверное, она хотела проявить сочувствие и свои навыки психолога. Она выразила сожаление, что парень Ли погиб, потерять близкого человека в ужасной катастрофе — это такая трагедия, бла-бла-бла… Глаза у Саммер заблестели, щеки вспыхнули, и она никак не могла остановиться, пока Ли ее не перебила.

— По-моему, алкоголя с тебя достаточно, — заявила она. — Если мне не изменяет память, мой кузен вежливо попросил вас не употреблять.

Ли отвернулась и стала разглядывать толпу. Саммер немного притихла. Наверное, придумывала достойный ответ. Так делают люди в машине по пути домой с вечеринки, на которой их сильно обидели, — мысленно перебирают бесчисленные варианты остроумных реплик.

— Кто бы говорил! — наконец буркнула она, и в это мгновение бюстье у нее съехало вниз. — По крайней мере я сегодня не собираюсь везти своего парня домой.

Ли побледнела, и мне показалось, что ее верхняя губа дрогнула.

— Поправь топ, — выдавила она. — Ты ведь не хочешь, чтобы тебя приняли за шлюху?

Лучше бы она этого не говорила. Ли ничего не знала о наклеенных на шкафчик презервативах и о надписи лаком для ногтей в школьном туалете. Однако Саммер об этом никогда не забывала, и теперь ее грудь от обиды заходила ходуном. Она вновь перегнулась через меня.

— Это, конечно, не твое собачье дело, Ли… но я спала только с одним парнем. И я его не убивала.

Я съежилась. Глаза Ли наполнились слезами. Она вскочила и пошла сквозь толпу к Рейчел, а Саммер бросила ей в спину:

— Сука!

Кейси накинул ей на плечи пальто.

— Сейчас возьмем такси, да, Ари? Поехали отсюда, — сказала Саммер.

Я смотрела, как она одевается. Уходить не хотелось. Мне необходимо было найти Ли и убедиться, что с ней все в порядке. Саммер злилась, нервничала и считала, что я с ней солидарна. Я продолжала сидеть, пока она не застегнула пальто и не подняла глаза на меня.

— Да, Ари? — повторила она. — Поехали отсюда.

Я прикоснулась к колье, которое она мне дала.

— Я пока не могу уйти, Саммер. Мне надо поговорить с Ли.

У нее вытянулось лицо.

— С Ли?! С какой стати тебе говорить с Ли после всего, что она сказала твоей подруге?

«А разве ты ей ничего не наговорила?» — подумала я, но промолчала. Саммер и так уже была не на шутку расстроена.

— Она тоже моя подруга. У меня ведь могут быть две подруги?

Саммер захлопнула рот. Она выглядела так, словно я ее ударила.

— Какие это две подруги? Твоя подруга — я. И нужда тебе всегда была только во мне.

Я не знала, что ответить. На барной стойке лежала соломинка, я схватила ее и принялась гнуть. Теперь я понимала, почему Саммер ненавидела Ли с самого начала: Саммер важно знать, что она — моя единственная подруга. Она была права, когда сказала, что была нужна мне. Наверное, ей очень хотелось, чтобы в ней нуждались. Пожалуй, все этого хотят.

— Я никогда тебя не бросала, — продолжала Саммер, перекрикивая музыку. — Когда я перешла в Холлистер… и завела там друзей… то не отвернулась от тебя. Не перестала с тобой дружить.

Я кинула соломинку на стойку и взглянула на Саммер. Ее глаза блестели. Опять она была права. Она не бросила меня, как поступило бы большинство девчонок на ее месте. Пригласила меня на день рождения и не дала мне весь вечер просидеть в ванной комнате. Даже пошла со мной к гробу дядюшки Эдди и вложила мою благодарственную записку в его холодную руку.

Выяснения отношений меня утомили. Оглушительно грохотала музыка, и мне уже хотелось сесть в такси и уехать домой, но я не могла так поступить с Ли.

— Знаю, — устало произнесла я и стиснула плечо Саммер. — Просто хочу остаться подольше, вот и все. Сегодня же новогодняя ночь… а я — ты сама знаешь — никогда нигде не бываю.

Саммер натянула розовые перчатки, презрительно скосив на меня ярко накрашенные глаза.

— Почему ты не на моей стороне?

— Нет ничьих сторон, — ответила я. Оказывается, иметь двух подруг куда более сложно, чем я представляла.

Она покачала головой:

— Нам всегда приходится вставать на чью-то сторону, Ари. И я надеюсь, ты остаешься только потому, что сегодня новогодняя ночь.

Я была уверена, мы обе знаем, что причина не в этом, но больше мы не говорили. Кейси попрощался со мной, и они с Саммер стали пробираться к ярко-красному знаку «Выход». Я осмотрела толпу и увидела Рейчел и Ли. Рейчел обняла дочь за плечи и повела прочь. Я смотрела им вслед, пока они не исчезли в мерцающем огнями море людей.

Потом я увидела Дэла. Он здоровался за руку с мужчинами, целовал в щечку женщин, при этом каждую женщину он обнимал за талию. Этого было достаточно, чтобы мне захотелось поскорее очутиться дома, на Флэтбуш-авеню, доедать мамино печенье и ждать, когда на Таймс-сквер начнут спускать дурацкий шар.

Не помню, как меня занесло на лестницу, ведущую в апартаменты Дэла. Я долго сидела одна в баре, наблюдая, как гости танцуют, и целуются, и смотрят друг другу в глаза. А на меня никто не обращал внимания. Никто, кроме неряшливого толстяка, вознамерившегося угостить меня коктейлем «Алабама сламмер».

Я этого не заслуживала. Не заслуживала, чтобы меня клеил такой тип. У меня блестящие волосы, ухоженные брови, я стройная, и рост у меня выше среднего. Может, я и не такая сексуальная, как Саммер или девушка Дэла, экзотический образ которой я пыталась нарисовать в воображении последний час, но я лучше этого жирного придурка с тремя подбородками и дешевой серьгой в ухе.

Оставив мысль найти Ли, я бросилась прочь. С трудом пробравшись сквозь толпу, я наконец толкнула какую-то дверь, через которую надеялась выйти на свежий воздух, к такси. Но очутилась на лестнице в вестибюле, к которому с улицы вел центральный вход.

— Ничего, малышка, — услышала я голос Рейчел.

Они с Ли стояли на ступенях ниже, Ли уткнулась лицом в шею Рейчел, а та ее утешала. Они напомнили мне вдову с ребенком, которых выгнал на улицу жадный домовладелец. Вдвоем против целого мира.

Я попыталась незаметно пройти мимо, но, услышав свое имя, обернулась. Они не двинулись с места, так и стояли обнявшись. Ли попросила прощения за то, что оставила меня одну.

— Сейчас я вызову машину, и мы поедем по домам, Ари, — сказала она. — А ты, мам, возвращайся в клуб. Я испортила тебе праздник.

Рейчел взяла в ладони лицо Ли.

— Ничего ты не испортила, малышка.

Но Ли продолжала настаивать.

Рейчел ушла, и Ли посмотрела на меня.

— Пойдем к Дэлу, от него позвоним.

Мне не хотелось идти к Дэлу, в его мансарду с кирпичными стенами и стеклянной крышей, с чудесным видом на звездное небо. Нужно было быстрее забыть о нем. С чего вообще я решила, что такой парень, как Дэл, может заинтересоваться мной? Какая глупость! Скорее бы закончилась эта ночь.

Сказать об этом Ли я не могла, и мы пошли. Она открыла красную дверь собственным ключом, сняла трубку с телефона, а я села на диван.

В помещении не было перегородок между жилыми зонами. Я уставилась на кровать Дэла в дальнем конце мансарды — черную, лакированную, с зеркальным изголовьем и смятыми простынями, спадающими на деревянный пол. Через окно рядом с кроватью виднелись горгульи на соседнем здании. Или, возможно, драконы. Со своего места я не могла разобрать точно, подошла к окну и прижалась лбом к стеклу, но не увидела ни драконов, ни горгулий. Это были призрачные лица ангелов с щечками-яблочками и пухлыми, как у Эвелин, губками.

Я осмотрела комнату. Сидя ко мне спиной, Ли разговаривала по телефону. У меня появился шанс пошпионить. Я потихоньку выдвинула ящик комода: там лежали сигареты и отделанные рюшками трусики, которые — я была в этом уверена — принадлежали испанке. Наверное, у нее ровные зубы, приятный акцент и абсолютно симметричные груди.

— Скоро за нами приедут, — сообщила Ли с другого конца мансарды.

Я закрыла ящик.

— Хорошо.

Минуту спустя ладонь Ли легла на мою руку. Она опустилась на кровать, и я села рядом.

Мне стало неудобно. Из головы никак не шла мысль, отчего здесь такие мятые простыни. Интересно, как бы я чувствовала себя, если бы рядом был Дэл, а не Ли?..

— Послушай, — начала она, — мне нужно, чтобы ты кое-что знала.

И она рассказала мне о своем парне. Он специализировался на зоологии, мечтал стать ветеринаром. Каждый раз, когда она приезжала к нему в Осуиго, он давал ей поводить свою машину для практики. И всегда все было в порядке. А когда в одну из суббот в декабре прошлого года они ехали к нему в общежитие после кино, машина заскользила на обледеневшей дороге. Он ударился грудью о приборную панель и умер до приезда «скорой помощи».

— Повреждения внутренних органов, — вздохнула Ли. — Проклятый несчастный случай. В школе могут болтать что угодно, но это чистая правда.

Я ей поверила. Вероятно, именно из-за сплетен Ли часто пропускала занятия. И ходила в одежде своего парня потому, что так ощущала его присутствие. Действительно, какой смысл красиво одеваться, если твой любимый больше никогда тебя не увидит?

— Саммер понятия не имеет, о чем говорит, — сказала Ли. — Я его не убивала, это не моя вина. И я никогда с ним не спала, потому что боялась забеременеть. Боялась, что тогда он сбежит, исчезнет навсегда. Так случилось с моей мамой. Он был такой понимающий и терпеливый, но я все равно заставляла его ждать, и это оказалось самое ужасное решение в моей жизни. Второго шанса не будет. Не уверена, что мне вообще когда-нибудь кто-то понравится. Большинство парней — ничтожные лицемеры.

Я закатила глаза:

— Знаю. Раздают пустые комплименты…

Ли пристально посмотрела на меня:

— Ты Дэла имеешь в виду?

Я пожала плечами. Мне совсем не хотелось себя выдавать, но слова сами сорвались с языка.

Она откинулась назад, на смятые простыни, и сказала, что ей не следовало бы говорить о Дэле плохо, но придется, ведь я должна узнать правду. Он расстался со своей девушкой, и помирились они всего несколько дней назад.

— Дэл свинья, Ари. Тебе он не нужен. Поверь мне.

— Дэл?.. — Я не была уверена, что правильно расслышала слово.

— …свинья, — повторила она. — Это мой кузен, и я люблю его, но он ужасный бабник. Постоянно обманывает свою девушку, водит сюда кого попало. Потаскушки — так их называет Идалис. Отвратительные шлюхи, которых по утрам вышвыривают на улицу.

Кто такая эта Идалис? Я не могла поверить, что все, кого Дэл сюда приводил, — потаскушки. Наверняка некоторые из них — обычные девчонки, которые думают, что нравятся ему. Перед глазами возникла неприятная картинка. Я вообразила, как симпатичная девушка на высоких каблуках, с размазанным по лицу макияжем, бредет по покрытому копотью тротуару после ночи, проведенной на этих соблазнительно мягких простынях. Елка, оставленная после праздника в мусорном ящике, или отслуживший свое ковер — такие сравнения пришли мне в голову.

— Идалис? — переспросила я.

Ли кивнула:

— Его девушка. Он даже не предохраняется. Два года назад подхватил венерическую болезнь, не знаю точно какую. Лечился пенициллином. Я слышала, как мама разговаривала об этом с дядей Стэном. Но ведь так можно и СПИД подцепить. Им болеют не только геи, но и такие неуемные гетеросексуалы, как Дэл. Когда ты спишь с одним человеком, ты спишь со всеми, с кем спит он…

— Да, — согласилась я.

Нам рассказывали об этом на занятиях по половому воспитанию.

Но я не была уверена, что все остальное тоже правда. Мне казалось, Ли пытается пощадить мои чувства. Как мама, когда одноклассница однажды не пригласила меня на день рождения. Помню, мама сказала тогда: «Сдалась тебе эта выскочка и ее чертов день рождения! Кто она такая? Насколько я знаю, ее папаша два года сидел в тюрьме за неуплату налогов».

Но все же в глубине души я верила Ли. И чувствовала теперь облегчение, словно она отвела мою руку от симпатичного пса с острыми как бритва зубами, который мог изуродовать меня на всю оставшуюся жизнь.