Прочитайте онлайн Грымза с камелиями | Глава 9 Делюсь впечатлениями с девчонками и знакомлюсь с дедом Остапом

Читать книгу Грымза с камелиями
4716+2162
  • Автор:

Глава 9

Делюсь впечатлениями с девчонками и знакомлюсь с дедом Остапом

    На нашей кухоньке за столом сидела Вероничка и нагло ела семечки. Собственно, ела она как обычно, в этом она не изобрела ничего нового, но вот на пол она сорила огрызками совершенно нагло. Я с трудом могла понять гостеприимство, оказанное ей, и уж совсем не могла понять, с чего это девчонки терпят такое свинство.

    Вот оставь их на пару часов – и кругом царят вседозволенность и хаос. И где эти сиротки мои?..

    – Приятного аппетита, – радушно начала я, доставая из угла общипанный веник и совок.

    – Прибраться хочешь? – хохотнула Вероничка.

    Смейся, детка, почему бы не посмеяться в последний раз?

    Веник с совком громко шмякнулись на стол прямо перед ее носом.

    – Подметай! – рявкнула я и пошла в девичью спальню.

    Альжбетка с Солькой сидели на моей кровати, спло– ченно прижавшись друг к другу плечами. По их испуганным взглядам я поняла, что рявкнула на Вероничку весьма значительно.

    – Ты только не ругайся, – запищала Солька, – она пришла, а нам что делать...

    – Гнать в шею, хотя, если ты решила ей отдать своего плотника, то, конечно, пусть приходит в гости, – фыркнула я.

    – Как-то неудобно выгонять, – замялась Альжбетка, прижимаясь к Сольке еще сильнее.

    – Это почему неудобно?! – заорала я.

    Раздался звук падающего совка, видно, нервы Веронички тоже не железные.

    – Мы вообще-то не пускали, но она все равно пролезла... и сказала, что будет Славку ждать, – забубнила Солька, – она такая настырная...

    – А где этот казанова? – поинтересовалась я.

    Иногда Солька меня изумляет, то вроде решительная, а то невозможная мямля...

    – Он не такой, это она... – стала оправдывать любимого упавшая духом учительница ботаники.

    – В деревню пошел прогуляться, дома посмотреть, вернее, то, что от них осталось, – сказала Альжбетка.

    – А где маман?

    – Она пригласила Осикова на свидание к реке, он покраснел и согласился, – ответила Солька.

    Открылась дверь, и Вероничка вошла в комнату. Оголенное плечико, джинсовые бриджи и надпись «я твоя» на футболке – и такое чудо спокойно восседало на нашей кухне?!

    – Что же вы мне не сказали, что Слава пошел в деревню, я там все знаю, и ему было бы со мной интересно!

    Вероничка почти возмущенно хлопала глазами. Мне кажется, она вообще не понимала, что здесь со своей страстью немного лишняя.

    – Ты пол подмела?

    Вероничка в ответ только фыркнула.

    – Тогда топай домой, наше гостеприимство подошло к концу.

    – Да, топай домой, – осмелела Солька и попыталась пригрозить кулачком, но осеклась на полпути.

    Вероничка повела плечом и, уходя, сказала:

    – Я пойду в деревню, встречу там Славку и покажу ему такие укромные места...

    – Иди, – благословила я.

    Солька испуганно посмотрела вслед уходящей красотке.

    – Ты отчего ее отпустила? – возмутилась она.

    – Не бойся, твои укромные места все равно Славку интересуют намного больше.

    – Что с работой? – поинтересовалась Альжбетка, распуская свои длиннющие ногти веером.

    Наконец-то кто-то тут поинтересовался мной.

    – Ну, девчонки, усаживайтесь в партере поудобнее, я расскажу вам сказку.

    Я плюхнулась на кровать, довольно улыбаясь.

    – Поздравляю нас всех, в воздухе уже пахнет бриллиантами!

    – Ты что, их уже нашла?! – девчонки подскочили до потолка. Солька даже на миг позабыла про Славку и Вероничку.

    – Нет, не все сразу, – слегка я их огорчила, – отгадайте, кому принадлежит этот дом?

    Тишина.

    – Воронцову, – объявила я, счастливо улыбаясь.

    – Не может быть! – стройный хор голосов.

    – Может.

    – Ух ты! – воскликнула Солька.

    – Знаешь, – засуетилась Альжбетка, – это судьба! Вот точно тебе говорю – судьба!

    – Вы уже целовались? – спросила Солька, и ее нос задергался от любопытства.

    Я тяжело вздохнула.

    Усадив девчонок на кровать и дав им немного успокоиться, я рассказала все, как было. Особенный упор я сделала на то, что, по всей видимости, жить без меня Виктор Иванович просто не может, скучает, горюет и страдает...

    – Как в кино, – блаженно улыбаясь, сказала Солька, и тут ее взгляд упал на сумку, которую я принесла. – А это что?

    – Еда.

    – Так что же ты раньше не сказала!

    Я со своей новостью была тут же забыта, а Солька погрузилась в сумку по пояс. Ну что за человек – Родину продаст за кусок колбасы.

    – О! Да! О! Да! – доносились звуки из пакета.

    Нет, Вероничка ей не конкурент.

    – Почему так мало? – поинтересовалась Солька, выкладывая награбленное на кровать.

    – Скажи спасибо, что это принесла, я с такой мымрой буду работать... На что только мне приходится идти ради нашего благосостояния!

    – Ты, Анька, молодец, – горячо закивала Альжбетка. – Настоящий герой, нам надо брать с тебя пример.

    – Угу. Видела охотничью халупу, в ближайшее время планирую перебрать ее по бревнышку, а то Воронцов сносить ее собрался.

    Хлопнула дверь, и раздался голос моей маман:

    – Девочки, мы принесли укроп.

    Вот радость-то, прямо добытчики, интересно, что они собрались есть с этим укропом? Повидло или конфеты?

    Лицо мамы светилось. Осиков был помят и смущен – тяжело ему, видно, пришлось.

    – А где вы укропчик нарвали? – спросила я, поглядывая на Арсения Захаровича. Неужели он все же станет моим отчимом?

    – Там, – махнул он рукой в сторону деревни и покраснел.

    Значит, маман приставала. Понятно.

    – А Славку моего не видели? – жуя укроп, поинтересовалась Солька.

    – Видели, – обрадовала мама, – с девицей этой ненормальной у колодца хихикал.

    – Что?! – воскликнула Солька, забыв про продукты. Все же против любви не попрешь!

    Через секунду она уже неслась в сторону деревни, а Альжбетка кричала ей в окно: «Убей ее, убей ее!!!» Никакого воспитания!

    – Мама, сообщаю тебе новость: я устроилась на работу, так что вы здесь будете проживать без меня.

    – Это что еще такое, и какая может быть работа в лесу?

    – Мария Андреевна, – решила мне помочь Альжбетка, – если Ане хочется работать, то давайте ей не будем мешать.

    Осиков сверлил меня глазами, как бы спрашивая – неужели получилось? Я еле заметно кивнула. Мне кажется, от счастья он стал еще толще.

    – Значит, так, меня ждут новые обязанности, так что объяснения все потом, я принесла продукты, с голоду вы теперь не умрете и, к сожалению, не похудеете...

    При слове «продукты» Арсений Захарович разомлел и привалился к косяку двери.

    – Но все же, кем ты будешь работать... я ничего не понимаю, – возмущалась маман.

    Я достала из-под кровати сумку и стала складывать в нее необходимые на первое время вещи. Какое же это счастье – жить подальше от маман и поближе к Воронцову!

    Второй раз за сегодняшний день я направилась к своему новому месту работы. Настроение бодрое, предчувствие удивительного и прекрасного не покидает мою осоловелую душу.

    Около старой скрюченной березы на пеньке сидел старичок; увидев меня, он пригладил волосы и улыбнулся.

    – Куда путь держишь, дочка?

    Чего не поговорить с хорошим человеком? Я махнула рукой в сторону дома Воронцова и сказала:

    – Вот, работать устроилась, спешу на место службы.

    Старичок усмехнулся в бороду, потеребил дырку на ватных штанах и сочувственно ответил:

    – Изведет тебя Петровна, как есть изведет.

    – Так вы ее знаете?

    – А чего не знать, я у нее остатки со стола беру.

    – И почем берете? – поинтересовалась я, слабо веря в бескорыстность Екатерины Петровны.

    – Я ей травку приношу.

    Мое воображение разыгралось. Я представила Екатерину Петровну Глушакову в клубах наркотического дыма...

    – А что за травка? – спросила я, в надежде, что это пригодится для дальнейшего шантажа противной грымзы.

    – Лекарственная, разбираюсь я в этом деле, если тебе что надо, скажи.

    – А приворотное зелье можете сделать?

    – Могу, да только зачем тебе это... ты и так свое возьмешь... глаза у тебя горькие, как почки на деревьях весной, горькие, а жизнь несут...

    – Нет, с приворотным зельем как-то спокойнее, – сказала я, пытаясь скрыть неловкость от последних слов старичка.

    – Сделаю тебе зелье, только ведь ты не воспользуешься им.

    – Почему?

    – Ты настоящим огнем гореть привыкла, душа такая, тут уж ничего не поделаешь.

    – Вам бы сказки слагать, – улыбнулась я, – вы приходите к дому почаще, я уж вас просто так накормлю, зачем нам какие-то посредники в лице Екатерины Петровны, я теперь там за главную буду.

    Дед опять усмехнулся в бороду.

    – А вы из деревни?

    – Из нее.

    – А я слышала, что никого там уже не осталось.

    – Так и есть, какой я человек, уж и нет меня вовсе, так, хожу... землю топчу.

    – Не скажите, – возразила я, – вы тут хозяин, это мы понаехали, не выгонишь.

    – Тебя звать-то как?

    – Аня.

    – Доброе имя, – закивал старичок, – а меня дедом Остапом кличут, так и зови.

    – Договорились. А вы не видели здесь никого подозрительного? – поинтересовалась я, вспоминая неряшливого субъекта в поезде.

    – А кто же в наше время не подозрительный? Все чудные.

    – Может, кто-нибудь незнакомый появлялся на днях? Такой неряшливый парень, лет тридцати пяти...

    – Нет, не видел вроде. Люди новые приезжают, но редко, чего здесь интересного, рыбалка-то уже не та, вот санаторию отстроят, народу много будет. А ты с Петровной-то поосторожней, вредная она баба.

    – Это я уже поняла, буду бороться.

    – Правильно, в обиду-то себя не давай.

    – Спасибо за беседу, но мне пора, я за вещами ходила, – я потрясла в воздухе сумкой.

    – Иди с Богом.

    Мне стало как-то легко и спокойно и, отбросив все сомнения и страхи, я устремилась к Победе.