Прочитайте онлайн Гроза чужих морей | Эпилог. Западная Россия, 1944 год

Читать книгу Гроза чужих морей
2116+1622
  • Автор:
  • Язык: ru
Поделиться

Эпилог. Западная Россия, 1944 год

Сергей Федорович Плотников вошел в свою каюту и, аккуратно положив фуражку и повесив китель, вздохнул. Устал он сегодня, да, не молоденький уже. Впрочем, выглядит и сейчас молодцом. Плотников пригладил короткий ежик седых волос и подмигнул своему отражению в зеркале. Вот так-то, у кое-кого помоложе уже брюхо размерами бочку посрамляет, и голова лысая, как колено, а он еще ничего. И фигура спортивная, зря, что ли, до сих пор по утрам бегает, и на голове полный ажур. Даже когда надевает парадный китель стоит прямо, не сутулясь, хотя под тяжестью орденов и медалей, покрывающих грудь, словно кольчуга, не то что сутулым – горбатым можно стать.

Хотя все это сейчас, конечно, не более чем остатки былого великолепия. Это раньше он стоял на мостике и вел когда корабль, а когда и эскадру, сейчас же отставной адмирал Плотников – пенсионер, не более того. Хорошо еще, при деле – заведует военно-морским музеем, в который превратился "Мурманск", легендарный крейсер, первым проложивший дорогу в новый мир. Музей, конечно, состоит не только их этого корабля – огромное, в старинном стиле здание занимает целый квартал, а в экспозиции два десятка кораблей разных эпох, но все же "Мурманск" в нем занимает центральное место. И в своей каюте Плотников проводит намного больше времени, чем в шикарном загородном особняке. Фактически, он здесь и живет, возможно, подспудно надеясь, что когда-нибудь вновь придет приказ выйти в море. Ведь корабли, хоть и являются музейными экспонатами, поддерживаются в полном порядке и даже экипажи, пусть и сокращенные до минимума, на них имеются – так уж заведено, что любой корабль, не выведенный из состава флота, должен быть в полной боеготовности, а раз музей принадлежит флоту, то и корабли числятся боевыми единицами. Хотя, вообще-то, с кем воевать?

Плотников вздохнул, почесал гладко выбритую щеку, приготовил себе кофе… Нет, все же он устал. Как ни молодись, как ни старайся казаться сильнее, чем ты есть, но все равно годы берут свое. Восьмой десяток – пора уже и о покое думать, честно говоря. Как ни неохота себе в этом признаваться, но все мы не молодеем – истина сколь банальная, столь и верная. Пора начинать передавать опыт молодым – ему ведь, если вдуматься, есть, о чем вспомнить.

Говоря по чести, карьеры Сергей Федорович так и не сделал – дослужился до вице-адмирала, третью звезду на погоны получил, уже выходя в отставку. Да он и не обижался, честно говоря, прекрасно понимая и отдавая себе отчет в своих возможностях и способностях. Ну, не был он военным гением, не был, чего уж там, да и особыми талантами как штабист тоже не блистал. Но служил честно, воевал храбро. К первой Звезде Героя, той, что была получена за успешное осуществление операции "Прорыв", в скором времени добавил еще одну, за выполнение боевой и ужас какой секретной задачи, окончившейся кучей трупов, морем крови и многочисленными подписками о неразглашении. С этого дела гриф "Совершенно секретно" снимут, может быть, лет через сто, а может, и вовсе никогда не снимут. Ну и что с того? Плотников и без этих подписок был в секретах государственной важности, как щука в сетке, с ног до головы запутан. Секретом больше, секретом меньше – какая теперь разница?

А вообще, веселое тогда было время, лихое. Сейчас, когда вроде бы все, что можно и нужно было, уже сделано, начинаешь понимать – да, пожили… И сражаться умели, и пьянствовать… Да-да, после того, как после легализации "Мурманск" пришел во Владивосток, их экипаж ставил на уши все заведения в городе. Ну и что? Заслужили! И воевали, и гуляли, и любили… Здесь, в этом мире, Плотников нашел и свою судьбу. Из местных, кстати, ну и что с того? Две дочери и сын, семеро внуков, уже одно это говорит о том, что жизнь прожита не зря. Хотя, конечно, семье он всегда уделял не так уж много времени – служба, отдыхать тогда было некогда. Это вам не то, что сейчас, когда молодежь…

Поймав себя на старческом брюзжании, Плотников усмехнулся про себя, посмотрел на не успевший еще остыть кофе и, подумав, сдобрил его небольшой порцией коньяку – для поднятия тонуса и снятия усталости. Сел, отхлебнул, зажмурился от удовольствия. Да уж, во все времена для стариков и солнце в молодости ярче кажется, и трава зеленее, и сами они были чудо-богатырями, по сравнению с которыми нынешние хлюпики и рядом не стояли. А на самом-то деле ничего, по сути, не изменилось, да и молодежь, если вдуматься, ничем не уступит им прежним.

Хотя, конечно, вряд ли нынешней молодежи потребуется нырять в неизвестность на одиноком крейсере, с единственной целью спасти свой народ. Уж они-то постарались, чтобы в будущем до этого не дошло. Вот он, Плотников, и постарался. Башни "Мурманска" еще помнят и врагов, которых они тогда ловили в прицелы, и волны тайфунов, сквозь которые пришлось как-то продираться к цели. Но это уж кому как повезет, и дай Бог, чтобы его детям не пришлось сражаться за свое будущее так, как пришлось когда-то им.

А вообще, нормальная молодежь, чего уж там. Вон, сегодня экскурсия была – интересуются. Таких экскурсий каждую неделю по десятку – это хорошо, что ребята не забывают своих корней. И у него есть, что им рассказать.

Сорок лет – не такой и большой, кажется, срок, а как все изменилось! Первые годы были адовы. Ресурсы, взятые с собой, таяли, как снег под солнцем, а инфраструктуру на новых территориях пришлось создавать практически с нуля. Заводов нет, поля всегда засаживались по технологиям, от которых у агрономов волосы дыбом вставали, животноводство в зачаточном состоянии. Жили не впроголодь, конечно, но очень скудно. Плюс сепаратисты всех мастей. А главное, надо было удержать дорвавшийся до свободы и власти народ от того, чтобы не сорвались в анархию, не стали ощущать себя новыми римлянами а прочих рабами, чтобы не расползлись по планете, утратив и этническую, и культурную целостность… Хотя, кстати, поддержке порядка очень способствовали те же сепаратисты – не то чтобы они были круты, но страшилкой работали исправно.

И все же справились. Запустили привезенные с собой мобильные атомные станции – их строили на базе кораблей, очень удобно получилось. Вывели на орбиты спутники связи, благо морские стартовые платформы имелись, построили заводы. В Техасе начали бурить нефтяные скважины, благо там нефть располагалась неглубоко, это дало и топливо, и сырье для химической промышленности. Поля засеяли элитными сортами хлеба – привезли посевной материал с собой. В общем, пахали все, как проклятые, но справились. И, к чести своей, ни разу ни у кого не попросили помощи, и ни у кого не пытались ничего отнимать, только покупали, тратя золотой запас. Не такой уж и нужный, если вдуматься – очень скоро золото утратило большую часть своей стоимости, но в тот момент никто вокруг об этом не знал. В Южной Америке тогда разводили огромное количество скота – вот его и закупали, корабли-рефрижераторы туда-сюда так и сновали. А потом заработали собственные животноводческие комплексы, да и Австралия стала в тот момент огромным производителем сельхозпродукции. В общем, на восьмом году экспорт продовольствия прекратился, а потом начался устойчивый рост импорта. Ну а промышленную продукцию, как ни странно, начали продавать намного позже – вначале обеспечили полное насыщение внутреннего рынка.

А ведь параллельно еще и тянули Российскую империю из того болота, в которое она залезла и вылезать не стремилась. Огромные заводы, которые были перевезены из соседних стран и сданы, что называется, "под ключ", просто некому было включать в производственный цикл. Грамотных людей катастрофически не хватало, крестьяне предпочитали вести полунищенское существование в деревнях, но не отказываться от образа жизни предков. Чиновники всех уровней, и гражданские, и военные, воровали со страшной силой и готовы были, кажется, распродать все, что имелось – с подобными масштабами коррупции сталкивались разве что в лихие девяностые, и это стало для новичков настоящим шоком. Причем все это считалось само собой разумеющимся, даже как преступление не рассматривалось. По сути, империя прогнила настолько, что все революции, которые должны были бы случиться, были абсолютно закономерны. И с этим тоже надо было как-то бороться.

А самое паршивое, что император, вполне радостно вцепившийся на первых порах в протянутую ему руку помощи, сдал назад, как только понял, что манны небесной не ожидается. Будет работа – огромная работа, трудная, когда не хватает время не то что на доступные развлечения, а даже на поспать. Плюс жена-англичанка, непрерывно стонущая по поводу того, как несправедливо обидели Британию, плюс братья-сестры разной -юродности, дяди-тети и прочие представители разросшейся до неприличия семьи Романовых, которым не хотелось от ходить от кормушки. А ведь есть еще и те же самые чиновники, есть промышленники – клан богатых людей, зачастую монополистов, не заинтересованных в том, чтобы чего-то производилось больше, а цены, соответственно, становились ниже. И вся эта кодла прямо-таки с неистовым рвением пыталась затормозить процесс, вернуть все на круги своя, упорно отказываясь понимать, что это – путь в никуда. Бороться с такими было в разы сложнее, чем с врагом внешним – тех хоть атомным зарядом можно было положить, если обычных снарядов не хватает, а здесь… Хоть создавай расстрельные бригады, а к ним армию обеспечения, что патроны успевали подвозить да стволы у пулеметов менять.

И тут работали, работали, работали, организовывали школы для крестьян, чуть ли не насильно вытаскивали детей в интернаты, где давали им возможность получить хотя бы урезанное образование, обеспечивали всяческие преимущества для тех, кто шел после обучения на заводы. А ведь рабочих тоже надо было учить, и целая сеть ПТУ для этого требовалась. Создавали на селе аналоги сталинских МТС, чтобы внедрить хоть какую-то, пусть и самую примитивную, механизацию и поднять производительность труда, строили больницы и зернохранилища, завозили нормальный посевной материал… Одни электростанции чего стоили! В общем, проще перечислить то, что не пришлось делать, вырывая ресурсы из собственных, небогатых пока закромов. Но первое – это, конечно, образование, и здесь справились. Да еще смогли выделить наиболее талантливых, не всех, конечно, но многих, и отправить учиться к себе, ибо они, люди, умеющие и работать, и думать, а главное, стремящиеся вверх становились в будущем золотым фондом России.

А параллельно велась работа по обеспечению эффективного управления. Очень разная работа – к примеру, один из великих князей даже не подозревал о вшитой в спинку его любимого кресла ампуле с радиоактивным материалом. А другой в это же самое время получал нормальное образование, и из него вышел в будущем очень хороший математик. Не блестящий, конечно, но в учебниках отметившийся, и это оказалось для него, как не удивительно, намного интереснее, чем спускать деньги на балерин. Но великие князья – это все же частные случаи, а с теми, кто был рангом пониже, пришлось повозиться – они, казалось, плодились не хуже тараканов и, вдобавок, не выводились никаким дустом. Но ничего, справились, не зря же в России двадцать первого века имелись специалисты по решению самых разных проблем. Кого-то устранили тихонечко, кого-то подвинули, но нормальных, грамотных и здравомыслящих управленцев воспитали.

Кстати, помимо тех проблем, что были раньше, завезли и новые – никто почему-то не подумал, что болезни, которые в двадцать первом веке проходят по разряду "ретро" здесь еще не появлялись, а простой грипп, который в родных местах вызывает лишь слабое недомогание, может привести к вымиранию целых губерний. И это был не единственный пример, когда пришлось с матюгами исправлять то, что сами же по недомыслию и сотворили. Но ничего, эпидемии задавили в зародыше, с аллергическими реакциями справились, не попадать под колеса грузовиков научили. Рабочий процесс, чтоб его, и никуда от накладок не денешься.

А ведь были еще и обиженные всех мастей, которые активно пытались если не устроить какую-нибудь пакость, то хотя бы интриговать. Британцы, к примеру, извернулись и даже на оставшихся у них двух верфях построили целую эскадру линейных крейсеров, а немцы, как ни удивительно, присоединились к этой гонке. Великобритания, очевидно, планировала все же тем или иным способом подчинить себе остальную Европу – там были не дураки и хорошо понимали, что в одиночку теперь ни с Россией, ни с наглыми пришельцами не справиться, а вот если объединить ресурсы, то шансы есть. Вернее, шансов не было, но британцы-то об этом не знали и продолжали на что-то надеяться. Вот только британцы считали (а пришельцы незримо поддерживали у них такой ход мыслей), что объединяться все должны под властью британской короны. Остальные же (и это тоже поддерживалось извне) были убеждены, что они и сами с усами. В результате двадцать лет страшных и кровопролитных локальных войн по всему миру было обеспечено. Ну а русские обеспечивали противоборствующим сторонам поставки вооружения, пришельцы же следили за тем, чтобы спрос на них не исчезал. В общем, все были довольны, и европейский пар вышел в свисток.

Неплохо устроились, кстати, американцы – все же они были народом энергичным. Вытесненные в Мексику, они ее попросту захватили, подмяв, до кучи, еще несколько небольших южноамериканских стран. И неплохо там устроились, став новыми белыми господами. Правда, уровень общественных отношений скатился примерно до середины девятнадцатого века, даже рабство восстановить додумались, но это уж были только и исключительно их проблемы. Тем более что новое государство им пришлось создавать изначально аграрным, и мысли о реванше были отложены на неопределенный срок. А потом подросло поколение, родившееся уже в тех местах, для которых прародина была уже чем-то абстрактным, и теперь им большой войны с сильным соседом не особенно-то и хотелось. Хотя, конечно, раздавались периодически вопли о том, что надо вернуться, покарать, и прочее… Вот бы удивились те, кто на эти лозунги велся, узнай они, что их провоцируют сами пришельцы, точнее, их спецслужбы, вычленяя наиболее опасных и одиозных деятелей, чтобы впоследствии поступить с ними… ну, скажем так, по ситуации. И еще, были у ушедших на юг буквально перед носом примеры тех семей, которые не ушли, остались на захваченной чужаками территории. И что? Да все нормально, неплохо они жили, просто следующее поколение становилось уже русскими – русский язык, русская культура… Программа ассимиляции действовала вовсю, пусть и принудительно, но вполне эффективно.

А тут еще и Бразилия, Аргентина и прочие венисуэллы не слишком жаловали янки, и в результате вся Южная Америка постоянно была в состоянии вялотекущего конфликта. В общем, это было именно то, чего пришельцы и добивались, просто не допуская миграции с юга на север и жестко пресекая любые попытки проникновения на свою территорию чужаков. Довольно просто пресекая – пулеметами. Нелегалы, разумеется, были, куда же без них, но… Нарушивший границу совершал одно из тягчайших преступлений, не имеющих срока давности, а пулемет – штука универсальная.

Сложнее было не дать появиться новым серьезным державам – тому же Китаю, к примеру. Вот не понимают они и не хотят понять, что такое планирование семьи и не более одного ребенка. Вколачивать это пришлось жестко – ну а как иначе объяснишь, что этот мир пришельцы зарезервировали под себя. Тем не менее, сумели если не решить проблему, то хотя бы несколько ее стабилизировать, заодно уж разделив Китай на несколько увлеченно грызущихся между собой, а заодно с Японией и Кореей государств.

Возник, что закономерно, и пресловутый еврейский вопрос. Решили, опять же. Просто собрали наиболее, так сказать, весомых представителей, живущих в обеих Россиях, и честно предложили два выбора: или создаем вам государство Израиль, кто хочет – пускай убирается, вернуться не получится ни под каким соусом даже у потомков, или ассимилируйтесь себе. Нашлись желающие и на то, и на другое. Израиль просуществовал, не имея поддержки извне, ровно четыре года, после чего выжившие в столкновениях с арабами евреи разбрелись, кто куда. Оставшиеся честно пытались (а попробовали бы они обмануть!) ассимилироваться на предложенных условиях. Процесс был долгим, грозившим растянуться не на одно столетие, но выглядела задачка вполне решаемой. Во всяком случае, негатив по отношению к "своим" евреям преодолели без особых проблем.

Были, конечно, и военные конфликты, и не всегда справиться было легко – но ведь справились же! Плотников, кстати, участвовал в них практически во всех. Больших сил ему, конечно, никто не доверял – тоже понимали, что уровень свежеиспеченного адмирала не так высок, как хотелось бы, однако эскадрой быстрого реагирования он командовал долго, и ни разу не провалил ни одной операции. Да и вообще, профессия военного оставалась почетной даже сейчас, после десятилетий жизни на этой земле. И ничего удивительного в том не было, человек, защищающий свою страну и свой народ, по определению стоит на самом верху социальной пирамиды, и право на это надо было еще заслужить. В принципе, на этом постулате в немалой степени была построена идеологии новой России.

В общем, пахали, пахали и еще раз пахали. До кровавых мозолей урабатывались, строя новую жизнь. А тем временем еще и наблюдали, что творится в оставленном мире. Не все, разумеется, наблюдали – тайны из этого не делали, просто были дела поважнее, но военные следили тщательно. Институт межпространственных исследований, первое научное учреждение, которое начало действовать в этом мире, отслеживал ситуацию на прародине постоянно. Все-таки головастики во главе с академиком Соболевым не зря ели свой хлеб и смогли оставить там системы наблюдения, пробивающие восстановившийся со временем барьер. Неприглядная, кстати, картинка получилась.

Плотников имел доступ ко всей информации. Вначале, конечно, вышестоящее начальство по этому поводу насупилось и поворчало – мол, не по чину лезешь, но потом решили, видать, что у молодого адмирала и так уже секретов в голове больше, чем у них у всех вместе взятых, и махнули рукой. Так что Плотников наблюдал за всеми творящимися процессами, можно сказать, вживую. Не все ему нравилось, разумеется, но ситуация там была вполне ожидаемой, и неожиданностью ни для кого не стала.

Когда русские уходили, осталось довольно много народу – в основном преступники всех мастей, а также те, кто, именуя себя "либералами", на деле были просто мерзавцами. Нет, были среди либералов и те, кто хотел своему народу добра, просто не понимал, как это сделать. Такому дай в руки автомат, ткни пальцем во врага – и сражаться за свой народ будет не хуже прочих. Но все же очень большой процент среди них составляют люди, ненавидящие свой народ, и считающие, что без этого народа (ну, исключая их самих, естественно) наступит рай на Земле. Ну что же, им дали шанс построить такой рай. Вот только, когда весь мир пришел в себя от шока, что русские куда-то делись, как вместо того, чтобы начать слушаться мудрых советов оставшихся, тут же посоветовал им заткнуться и принялся делить наследство. Вот тогда и стало ясно, что вопить и требовать, выступать на западном радио и с почетом приниматься западными политиками можно только в одном случае – если позади тебя стоит пусть и преданная и оболганная тобой, но все же могучая страна. Страна, в которой есть армия, заставляющая с собой считаться, и так нелюбимые "демократами" ядерные арсеналы, которые в любой момент способны показать соседям кузькину мать. А вот когда защищать их стало нечего, то западные "друзья" просто отмахнулись от них. Обидно, конечно, было, но куда деваться – любой народ чего-то стоит лишь тогда, когда способен защищаться, а человек, отказавшийся от своего народа и добровольно ставший изгоем, обречен изначально.

Однако дело было еще не закончено. Остались колоссальные просторы, остались серьезные ресурсы. Что дальше? Как делить? Американцы заявляли, что все это должно принадлежать человечеству. Если переводить с дипломатического языка на нормальный – это все должно принадлежать США, как самому сильному светочу демократии. Однако тут вполне резонно возмутились остальные, особенно страдающие от перенаселения Китай с Индией. Да и вроде как бы союзники, такие как Британия, Франция, Германия и прочие, те, что помельче, деликатно спросили: а нам? Мы-то что получим? Мужской половой орган? Или, для разнообразия, женский? Результат не замедлил сказаться – войска всех стран мира были приведены в полную боевую готовность. Хотя нет, не всех – разнообразные африканские тумба-юмбы никого не интересовали, да и сами ничего не могли, но те, кто посерьезнее, готовы были потягаться за свой кусок даже с американцами.

В этот момент и произошло то, чего никто не ожидал, но что послужило катализатором последующих процессов. Русские всегда умели на прощание хлопнуть дверью, и сейчас этим хлопком послужил старт нескольких десятков баллистических ракет. Естественно, сразу замеченный. И того, что начинки ракеты не несут, никто не знал. А в тот момент, когда у всех пальца дрожат на курках, достаточно и меньшего. Как был достигнут столь точный выбор времени, Плотников так и не дознался, хотя подозревал, что нашлись добровольцы, оставшиеся в родном мире, чтобы выполнить последнюю миссию. В общем, апокалипсис вышел на загляденье.

Хотя, разумеется, грустно было видеть фактическую гибель своего мира. Только вот еще раз подтвердилась простая истина: ворованное до добра не доводит. Ну, пусть не ворованное, пусть отнятое – какая, в сущности, разница? Те, кто открыл пасть, подавились слишком большим куском, и цивилизация погибла от того, что могло ее спасти, дать отсрочку глобальному кризису и еще один шанс человечеству. Но – не срослось, не сдали экзамен. Сами виноваты, в принципе, надо было думать, прежде чем тянуть руки.

Ну а в этом мире все шло куда лучше. В кои-то веки русским не надо было класть цвет нации то в бесчисленных локальных конфликтах, то в больших войнах, спасая человечество от всевозможных Чингисханов с Гитлерами. Зачем? Если весь остальной мир желает иметь проблемы – это будут только его проблемы, а если попытается перевести стрелки на русских, то у тех в качестве ответа всегда найдется что-нибудь большое, тяжелое и позволяющее не рисковать зря своими людьми. Сейчас население Западной России и Российской империи вместе насчитывало уже больше четырехсот миллионов человек. Людей, которые называли себя русскими, говорили по-русски, и думали тоже как русские. Через какое-то время их число достигнет миллиарда, и тогда, Плотников точно это знал, наступит второй этап плана – неторопливая ассимиляция соседей, в первую очередь, европейцев. До остальных дело не факт, что дойдет, но этими займутся точно – грешно терять человеческий ресурс. И никуда не денутся благо их численность непрерывно сокращалась. Происходило это из-за непрекращающихся локальных войн, революций и общего падения уровня жизни. А что вы хотели, если мировая банковская система рухнула? Единственная мировая валюта рубль, и право работать с ней имеют только российские банки, вся торговля идет через них, а остальным, простите, остается лапу сосать. Впрочем, до второго этапа было еще далеко, а сейчас были и дела более близкие.

Правда, вся эта мелочь активно пыталась интриговать, дабы перессорить между собой два русских государства. Наивные, ведь во главе Российской империи, не формально, а по факту, давно находились выходцы из Западной России. Не обязательно родившиеся там, но получившие в ней образование. Лучшее в мире образование, открытое только для граждан этих стран. А образование – это еще и формирование мировоззрения. Да что там, мало кто знал, но сейчас даже спецслужбы у двух стран были общими.

Сложилась невероятная, невозможная в том мире ситуация – не требовалось вкладывать львиную долю средств в военные разработки и производства, а значит, можно было заняться чем-нибудь другим. Любому государству нужна сверхзадача, иначе оно захиреет. Мировое господство? Да вот оно, по факту, уже достигнуто. Нужно что-то новое. И нашли ведь! Уже лет десять русские осуществляли космическую экспансию, причем в колоссальных, невозможных ранее масштабах. Вообще, наука сейчас рвалась вперед семимильными шагами, все-таки научились грамотно использовать человеческий энтузиазм. Марсианская экспедиция, во всяком случае, уже стартовала, и, как было точно известно старому адмиралу, готовилась первая межзвездная. Если все пойдет по плану, она уйдет через семь-восемь лет. Конечно, с невеликими скоростями, конечно, все примитивно, но главное – цель! Откуда Плотников знал, что она начнется? Да все просто, его старший внук, пилот и выпускник военно-космического училища, должен был идти с ней. Разумеется, когда он вернется, самого адмирала уже не будет в живых, но главное, что его потомки, как пели когда-то, оставят свои следы на пыльных тропинках далеких планет и, как бы пафосно это ни звучало, дадут человечеству хороший пинок для дальнейшего развития.

Иногда старый адмирал спрашивал себя, стоило ли все то, что они сделали, туманных перспектив? Ведь было и много крови, и много жестокости, колоссальный труд, а немалая часть тех, кто пришел в этот мир, умерла, не увидев даже того промежуточного этапа, который видит он. И каждый раз, спрашивая себя, был ли смысл в том, что они делали, он твердо отвечал: был.