Прочитайте онлайн Говорящий ключ | Глава пятаяВстреча в тайге

Читать книгу Говорящий ключ
2012+3078
  • Автор:
  • Язык: ru

Глава пятая

Встреча в тайге

Большаков не успел далеко отойти от лагеря экспедиции, как его догнали Саня и Виктор. Оба были с ружьями и рюкзаками за плечами. Кирилл Мефодиевич довольно усмехнулся. Он не напрасно приучал своих юных помощников всегда держать наготове ружья, припасы и продукты в вещевых мешках.

С неделю назад проводник разбудил ребят на рассвете, сказал, что надо идти охотиться, захватил ружье и тотчас ушел со стана.

— Догоните... я потихоньку пойду, — сказал он.

Ребята стали торопливо собираться и в спешке не заметили даже, в какую сторону ушел старый таежник. Как всегда в таких случаях, между ними возник спор.

— Вниз по реке! — уверял друга Саня. — Знаешь, там тропка такая.

— Эх ты... тропка такая! — передразнил Виктор. — Если хочешь знать, он не по реке, а по ключу ушел, там тоже тропка... еще лучше той.

— По реке!

— По ключу!

— О чем спорите, найдите его следы, — надоумил Антип Титыч, разбуженный их сборами. — Посмотрим, что вы за следопыты... Только где вам! — он так презрительно махнул рукой, что ребята тотчас забыли спор и бросились разыскивать следы проводника. Через час, запыхавшиеся и довольные, они стояли перед Большаковым, поджидавшим их на поваленном дереве.

— Нашли, дедушка Кирилл! — воскликнул Саня, отирая капли пота со лба. — Ох, как вы петляли... будто олень.

— Какой там олень, совсем прямо шел, как кабан... напролом! — рассмеялся таежник. — Потому и след заметный остался. Отдыхайте, однако.

Когда ребята расположились рядом с ним, Кирилл Мефодиевич предложил им позавтракать перед дальним походом. Он сказал, что вернутся они на другое утро, достал из вещевого мешка хлеб, консервы, ложку, разложил все рядом с собой и стал с аппетитом закусывать. Ребята переглянулись. Саня начал старательно протирать ижевку, а Виктор заинтересовался своим патронташем.

— Вы чего же, особого приглашения ждете? — скрывая усмешку, спросил проводник. — День долгий, скоро проголодаетесь.

Ребята сознались, что они забыли продукты, и даже вещевые мешки с собой не взяли.

— Лопнула, значит, наша охота! — с огорченным видом протянул Большаков, отправляя в рот последнюю ложку консервов. — А я, однако, на вас понадеялся, думаю, захватят хлеба, а дичи мы подстрелим... Э-э-э, а где же у тебя патронташ? — спросил он Саню.

Тот объяснил, что захватил патроны в карман. Кирилл Мефодиевич проверил припасы у обоих мальчиков и укоризненно покачал головой. Оказалось, что у Виктора, временно пользовавшегося ружьем Юферова, все гильзы заряжены мелкой дробью на птиц, а у Сани, наоборот, пулями, словно он собрался идти на крупного зверя.

— Мы хотели поменяться, — начал было оправдываться Саня, — он мне дробовых даст, а я ему пулевых.

— У него ружье шестнадцатикалиберное, а у тебя двенадцати, как же ты будешь заряжать?— сказал проводник. — Разве колотушкой забивать? — Он посоветовал ребятам всегда держать наготове охотничье снаряжение, а в вещевых мешках — дневной запас продуктов. Собрав остаток еды, Большаков не спеша пошел обратно к лагерю экспедиции. За ним нехотя поплелись смущенные друзья.

На этот раз придирчивый взгляд Кирилла Мефодиевича не смог обнаружить оплошности в охотничьем снаряжении ребят. На обоих были патронташи, в гнездах которых поблескивали медные гильзы. Вещевые мешки за плечами даже казались перегруженными. Проводник одобрительно оглядел обоих и, ни слова не говоря, зашагал дальше по тропе, ведущей в глубь тайги. Впереди его бежал Хакаты, то и дело оглядываясь назад. Уши верного пса настороженно двигались, улавливая лесные шорохи. Иногда он приостанавливался и, ловя еле заметное движение воздуха влажным носом, а затем, удостоверившись, что зверя или птицы близко нет, снова бежал вперед.

Охотники отошли за километр от стана, не встретив дичи. Они углубились в тайгу, плотно обступившую их со всех сторон. Внезапно Хакаты остановился, поднял вверх морду и заскулил, словно месячный щенок. Шерсть на нем вздыбилась. Большаков мгновенно вскинул ружье, всматриваясь в низко нависшие ветви деревьев. Сзади него, тоже с ружьями наготове, стояли Саня и Виктор.

— Рысь, наверно, — шепнул проводник. — Взять ее, Хакаты, взять!

Собака медленно пятилась к людям, все так же повизгивая. Наткнувшись на ноги Большакова, Хакаты прижался к нему и вдруг тихо завыл. Большаков, видя, что вблизи никакого крупного зверя нет, опустил ствол ружья и положил руку на взъерошенный загривок пса. Ему был непонятен страх Хакаты. Раньше собака смело бросалась на медведя, загоняла на дерево рысь. Такой ужас мог внушить Хакаты лишь тигр... Но откуда тигр в предгорьях Джугджура?

— Ну чего, ну чего испугался? — успокоительно произнес проводник, поглаживая спину Хакаты. — Видишь, все... — он умолк.

В лесу стало быстро светлеть, откуда-то донесся нарастающий гул, подобный гулу приближающегося поезда.

— Пожар! — крикнул Саня, а Хакаты, окончательно испуганный непонятным явлением, метнулся в сторону и скрылся в таежной чаще. Вслед затем вековые деревья закачались под бешеным напором горячей волны воздуха. Оглушенные гигантским взрывом, охотники попадали на землю, инстинктивно закрывая головы руками. В тайге творилось что-то невероятное. Гнулись и ломались деревья, летели сучья, хвоя, все вокруг трещало, рушилось. И хотя длилось это недолго, людям показалось, что они по крайней мере с полчаса пролежали в низинке, удачно прикрывшей их.

— Саня! Витя! — позвал Большаков поднимаясь. Тотчас рядом с ним возникли фигуры мальчиков, с ног до головы запорошенные какой-то красноватой древесной трухой и иглами хвои.

— Здесь мы! — испуганно отозвался Виктор.

— Все в порядке, — отряхиваясь добавил Саня.

— Идемте на стан... что-то там взорвалось! — тревожно сказал Большаков.

— Дальше взрыв был, дедушка Кирилл, — высказал свое мнение Виктор.

— Нет, ближе! — возразил Саня. — А на стане у нас взрываться нечему.

— Почем знаешь — нечему? — сердито оборвал проводник. — Может, у начальника есть чему, у Нины, может, есть... там радио, ящики разные.

— Так то аппаратура, она не взрывается, — сказал Саня.

— Хватит спорить... Если вы с Витькой оба тонуть будете, то обязательно поспорите, какая вода — теплая или холодная. Где Хакаты? — Проводник свистнул. Вслед за ним начали пронзительно свистеть оба мальчика, но собака не появлялась.

— Испугался, забежал далеко. Ладно, сам придет! — решил Большаков.

Местность вокруг неузнаваемо изменилась. Многие деревья были выворочены с корнем или сломаны. Еле заметная тропа, по которой до этого шли охотники, совсем исчезла, заваленная древесным мусором. Чтобы не сбиться с пути, проводник взял направление в сторону реки, рассчитывая быстро выйти к ее берегу. Так оно и случилось. Скоро тайга стала редеть, уменьшилось количество сваленных небывалым взрывом деревьев, начались кусты, а за ними блеснула озаренная солнцем река.

Охотники вышли к изгибу берега, откуда на расстоянии в полкилометра был виден лагерь экспедиции. Большаков облегченно вздохнул, различив людей, ставящих палатки. Значит, на стане все в порядке, заключил он, палатки конечно, сбросило на землю и их приходится заново ставить. Проводник больше не спешил. Он принялся раскуривать трубку, а ребята снова взялись звать Хакаты.

— Он давно уже в лагере, — свистнув несколько раз, заявил Саня. — С перепугу забился где-нибудь в уголок... отлеживается.

Виктору почему-то лезли в голову мрачные мысли. Воображение рисовало ему Хакаты, придавленного сваленным деревом. Собака скребет лапами землю, жалобно визжит, призывая на помощь людей, а вблизи никого нет.

— Вы идите, а я позову его еще... Ладно, дедушка Кирилл? — спросил Виктор.

— Останьтесь оба, — согласился Большаков.

— Говорят тебе, он уже в лагере... Оставайся, если хочешь, а я пойду. — Саня демонстративно направился к стану. Он был уверен в своей правоте и не хотел напрасно терять времени. Виктор, наоборот, был убежден, что Хакаты остался в тайге, поэтому, не став спорить с другом и звать его с собой, пошел обратно по своим же следам.

— Далеко не заходи! — крикнул ему вслед Большаков. — Слушай хорошенько, если Хакаты дома, то я дам выстрел. Понял, однако?

— Понял... я буду близко. — Виктор скрылся в зарослях кустарника.

***

Николай Владимирович был окончательно успокоен, когда в лагерь вернулись Большаков и Саня. За полчаса до их прихода прибежал весь взъерошенный, облепленный репьями Хакаты. Несколько минут он носился от одного к другому, норовя всех лизнуть в лицо, чтобы выразить свою беспредельную радость. Он лизнул Юферова в самые усы. Разгневанный Антип Титыч дал ему пинка. Обиженный пес забрался в укромный угол и начал старательно очищать зубами свою шерсть. Завидя Большакова и Саню, Хакаты побежал к ним навстречу. Собака была уже рядом с проводником, когда тот, подняв ружье, выпалил в воздух. Хакаты опрометью бросился назад в лагерь. Близкий выстрел, наверное, показался Хакаты новым взрывом. Большаков, объяснив Николаю Владимировичу причину выстрела, внимательно выслушал его объяснения о падении метеорита.

— Какой небесный черт таким камнем кидается? — Большаков поднял руку и погрозил пальцем в небо. — Плохо, совсем плохо, надо бросать в реку, в море, зачем в тайгу кидает, однако?

К вечеру в лагере все приняло прежний порядок, лишь мачты радиостанции больше не было. Аппаратура станции оказалась безнадежно выведенной из строя. Николай Владимирович распорядился разобрать ее и упаковать для отправки. Дня за два до этого Андрей Ефимович Постриган сообщил радиограммой, что в экспедицию в скором времени будет прислан гидросамолет летчика Ефремова с грузом продуктов. Постриган приказал Воробьеву отослать с самолетом Саню и Виктора. С тем же самолетом можно будет отправить радиостанцию. Нина с помощью Афанасия и Павла упаковала аппаратуру, после чего заявила Воробьеву, что теперь она не радистка, а только коллектор и поэтому обязана сопровождать его во всех изыскательских походах.

Ушедший за Виктором Саня вернулся лишь к закату солнца. Он пришел один, чем сразу заронил тревогу. Саня дошел до того местам где застал охотничью команду взрыв метеорита. Он терпеливо свистел, кричал, расстрелял все захваченные с собой патроны — Виктор не отзывался. К довершению всего куда-то исчез Хакаты, который все время был с Саней, пока тот не повернул обратно. Саня пытался разыскать следы Виктора, но безуспешно. Сомнения не оставалось: Виктор заблудился в тайге, разыскивая Хакаты, а Хакаты убежал от Сани, найдя след Виктора. Большаков, укоризненно покачав головой, сказал огорченному мальчику, что нужно было взять собаку на поводок и тогда она повела бы его по следам. Старый таежник заверил всех, что особых оснований для беспокойства нет. Виктор сбился, потерял направление, только и всего, Он переночует в тайге, а днем поднимется на ближайшую сопку и сориентируется. Сейчас Хакаты вместе с ним. У мальчика есть ружье и продукты. Завтра к полудню его можно ждать на стане. Если он к этому времени, или самое позднее — к вечеру, не придет, тогда придется организовать поиски.

На всякий случай Николай Владимирович приказал разжечь яркий костер и поддерживать его до полуночи. Саня рьяно принялся за это дело. Он разложил такой костер, что его можно было бы увидеть за несколько десятков верст. Разведчики, проведшие самый беспокойный день за все время экспедиции, в эту ночь долго не спали. Около Саниного костра было людно. То один, то другой отходили в сторону от жаркого пламени, пристально вглядывались в темноту ночи, надеясь увидеть ответный огонь где-нибудь на склонах сопок. Больше всех волновались Саня и Нина. Они решили дежурить у костра всю ночь, хотя Большаков считал, что Виктор давно уже спит где-нибудь под деревом в обнимку с Хакаты. Глубокой ночью, когда все уже заснули, Нина разбудила Николая Владимировича.

— Костер, — коротко сказала она.

Геолог вышел из палатки и сразу же увидел далекий огонек, то затухающий, то снова вспыхивающий. Это несомненно был костер, разложенный на склоне сопки севернее стана. Геолог долго смотрел на него, стараясь запомнить направление, чтобы лучше ориентироваться днем.

— А где Саня? — спросил он.

Нина молча показала. Саня крепко спал у костра, положив голову на руки. Геолог вернулся в палатку, принес одеяло и осторожно накрыл им мальчика.

***

Виктор совершенно выбился из сил, пробираясь сквозь высокую, гораздо выше его роста, траву. Направление, по которому надо идти, он давно потерял, даже не заметив, как это случилось. Вначале думал зайти в лес недалеко, но вдруг услышал далекий лай. Он остановился, прислушался, — какие-то неясные звуки снова донеслись до него. Виктор пошел на них, то и дело останавливаясь и свистя. Выстрела Большакова он не слышал. Порой мальчику казалось, что он ясно слышит визг Хакаты, и он менял направление. Так повторялось несколько раз, пока Виктор неожиданно вышел на широкую поляну, посредине которой виднелось болото. Стайка уток, испуганная его появлением, сорвалась с воды и, резко свистя крыльями, умчалась в сторону. Виктор не успел даже прицелиться, хотя ружье держал в руках.

«Надо возвращаться, — решил он, — а то скоро вечер». Сделав пару выстрелов в надежде, что Хакаты прибежит на них, мальчик повернул назад, стараясь идти по своему следу. След почему-то вывел его к маленькой горке, густо поросшей березняком. Этой горки Виктор раньше не видел. Он пригляделся и понял, что идет по следу какого-то зверя, наверное, оленя. Рассчитав примерно в какой стороне должна быть река, мальчик пошел в ту сторону и скоро попал в такое высокое разнотравье, что затерялся в нем с головой. Тайга здесь была разреженная, светлая, как говорят охотники. Раздвигая исцарапанными до крови руками упругие стебли какой-то колючей травы, Виктор упорно двигался вперед. В траве часто попадались полусгнившие деревья, высокие кочки, ямы. Мальчик часто падал и выбрался из этой травяной заросли вконец обессиленным. Перед ним была болотистая ложбина, за которой начинался лесистый склон сопки. Виктор понял, что заблудился.

Крякали утки, проносясь над головой, а мальчик, не обращая на них внимания, сидел у болотца, раздумывая над тем, как выйти к реке. Солнце опускалось за лес, окрашивая верхушки деревьев в пламенный цвет. Казалось, что тайга горит необычно ровным пламенем. Виктор по стволам деревьев, обросшим с северной стороны мхом, легко определил, где север, где юг. Но как раз на юге, там, куда надо было, по его расчетам, идти, стояла сопка, а между тем, в сторону реки сопок не могло быть. Значит, река в другой стороне, но в какой?.. Виктор окончательно запутался. Привычный к тайге мальчик не испугался. Он был уверен, что все равно выйдет к реке, а по ней — к лагерю экспедиции, разве проблудит лишний день в тайге, но выберется. Запас продуктов в вещевом мешке да заряженная двустволка в руках делали Виктора спокойным. Он обошел болото и стал приглядывать место для ночлега. Внезапно сзади раздался подозрительный шорох. Виктор обернулся. Никого... только качается вершинка куста, будто кто-то зацепил ее. Мальчик прошел несколько шагов, и снова за спиной зашелестело, снова никого... лишь мрачнее стала тайга, потемнела, нахмурилась. Мальчик понял, что солнце закатилось, надо останавливаться на ночь, а то в тайге быстро темнеет. Как назло, вблизи не было подходящего удобного места, под ногами сыро, а справа виден пригорок. Виктор повернул к нему, решив заночевать рядом с большим сухостойным деревом без вершины.

Место оказалось очень удобным, а главное, рядом был целый завал сухих дров — наверное, вершина дерева сломана бурей много лет назад. Виктор поставил к стволу дерева ружье, снял рюкзак, в его карманчике были спички. Разжигая костер, Виктор встал на колени. Спичка уже вспыхнула в его руке, когда сзади зашуршала трава под чьими-то быстрыми ногами, и какой-то зверь бросился на мальчика, свалив его на землю.

Неожиданность нападения ошеломила юного таежника. «Рысь — мелькнула мысль. — Надо притвориться мертвым, может быть, оставит». Упав лицом вниз, он остался лежать неподвижно, с ужасом прислушиваясь к шумному дыханию зверя. Вдруг что-то холодное, наверное нос зверя, ткнуло мальчика в щеку, а затем горячий шершавый язык лизнул его в самые губы. Раздалось радостное собачье повизгивание.

— Хакаты! — вскрикнул Виктор, переворачиваясь на спину и хватая собаку обеими руками. — Будешь меня пугать, будешь?.. Я вот тебе задам!..

Обрадованный мальчик, забыв испуг, повалил Хакаты на траву. С минуту они катались по траве в веселой борьбе, пока мальчик не пригвоздил противника на обе лопатки.

— Ага!… Попался! Вот я с тебя сейчас спущу шкуру да повешу сушить... Трус несчастный... Испугался, убежал. Совесть у тебя собачья... — выговаривал Виктор четвероногому другу, прижав его к земле — Негодный ты после этого... Вот я тебе что скажу... понял?

Хакаты норовил лизнуть мальчика, всем своим видом показывая, что целиком с ним согласен и все понял.

— Хватит. Повозились! — Виктор, оттащив Хакаты, поднялся. — А спички где... спички! Потеряли... ищи вот теперь в траве. Ищи, Хакаты, ищи!

Поиски спичек оказались тщетными. Хакаты не понимал, что надо искать, и лишь мешал мальчику. Проползав по траве с полчаса, Виктор, поругивая Хакаты, бросил поиски. Стало быстро темнеть. Мальчик, наспех устроив себе постель из травы под деревом, отломил кусок хлеба собаке, поужинал сам и, почувствовав, что веки смыкаются, зарылся в траву. Хакаты лег рядом с ним, согревая его своим горячим телом.

Предутренний холод разбудил мальчика. Хакаты рядом не было, его приглушенное рычание доносилось из темноты. Затем собака залаяла. Виктор мгновенно схватил ружье, взвел курки, настороженно вглядываясь во мглу.

«Хакаты не станет лаять даром» — подумал он, оборачиваясь в другую сторону.

— Костер! — невольно вскрикнул мальчик, сразу же увидя причину беспокойства верного пса.

Яркий огонек горел, казалось, совсем недалеко, но на него приходилось смотреть снизу вверх. Виктор сообразил, что костер разложен на склоне сопки, к которой он подходил вчера вечером. Мальчик предположил, что костер зажжен кем-нибудь из экспедиции, отправившимся на его розыски. Ведь там давно догадались, что Виктор заблудился, и теперь ищут его. Может быть, у этого костра сидят Саня с Большаковым. Мальчик, кликнув Хакаты, взял его за ошейник, чтобы тот не убежал один, и двинулся к костру. Он правильно рассчитал, что собака и в темноте выберет самый удобный путь.

— Тише, тише, Хакаты, — шептал он, придерживая собаку, — мы их сейчас напугаем... крикнем: «Руки вверх!»

Хакаты, словно понимая мальчика, перестал рычать. Он сильно тянул вперед, помогая мальчику взбираться на довольно крутой склон сопки в непроглядной темноте. На счастье лес окончился, а за мелкие кусты удобно было цепляться. Одолев подъем, Виктор выбрался на сравнительно ровное место. Костер куда-то исчез, отчего темнота стала еще гуще. Виктор устал и весь вымок от обильной росы. Он остановился, чтобы отдохнуть. Хакаты, поворачивая, тянул его вправо. Виктор догадался, почему не виден огонь. Костер горит в распадке и сейчас скрыт склоном. Придерживая Хакаты, он снова пошел за ним. Через четверть часа мальчик опять увидел мерцающий огонь, теперь уже близко и немного ниже. Увлеченный своей затеей незаметно подкрасться, Виктор стал перебегать от дерева к дереву, шепотом успокаивая Хакаты, Здесь, на склоне распадка, появился лес. Огонек то скрывался за стволами деревьев, то снова просвечивал между ними. Мальчику удалось подойти незамеченным на полсотни шагов. Притаившись за деревом, он всмотрелся и с огорчением увидел, что у костра никого нет, да и огонь явно затухает. Виктор открыто вышел из-за дерева. Вдруг Хакаты сильно рванулся, мальчик упал, выпустив его ошейник, а собака с громким лаем устремилась к костру.

— Уберите собаку! — раздался откуда-то из темноты спокойный мужской голос, совсем не знакомый мальчику.

Растерянный мальчик с трудом отозвал Хакаты, с яростным лаем метавшегося в стороне от костра. Понимая, что скрываться от незнакомого человека теперь бесполезно, Виктор с некоторым страхом подошел к костру. Навстречу ему из мглы вынырнул пожилой охотник с патронташем вместо пояса и двустволкой в руках. Из-под сросшихся бровей на мальчика глянули веселые, насмешливые глаза.

— Эге, брат, да ты весь вымок! — оглядел охотник мальчика. — Ну, иди... иди к огню... грейся, да отпусти собаку-то, чай, не разорвет при хозяине. Вот так... Ну ты, дурачок, нечего рычать! — охотник подбросил в костер дров, повернулся к Виктору. — Значит, говоришь, заблудился?

— Откуда вы знаете? — удивился Виктор.

— Мудреного ничего нет... Вижу, у вас в лагере всю ночь костер жгут, ну и я зажег, думаю, может, на мой огонек выйдет блудящий-то.

Виктор взглянул в ту сторону, куда показывал охотник, и тотчас увидел далекий костер. Он горел внизу, совсем в другом направлении, чем то, где, по соображению мальчика, должен был находиться лагерь.

— Запутался, таежник? — усмехнулся охотник, присаживаясь ближе к огню. — Ничего. Это со всяким может случиться. Отсюда, с этой сопочки, хорошо реку видно... теперь выберешься. Ты чего же ко мне крался вроде разбойник? За полкилометра слышно было! Нет, парень, не годишься ты в разведчики — шумишь.

— А вы зачем спрятались? — в свою очередь спросил Виктор.

— От греха подальше, люди разные бывают. Думаю, может быть, другой кто, а не из экспедиции. Значит, говоришь, не нашли доброго золотишка?

— Нет, не нашли еще, да вы почему знаете, что мы ищем?

— Мало ли чего я знаю. К примеру, знаю, как тебя зовут, как собаку кличут. Эй, Хакаты, возьми вот косточку. — Он пошарил в траве и бросил собаке кость. — Видишь, проголодался твой пес, да и ты, наверное, тоже. А я вчера кабанчика завалил, мяса нажарил прямо на костре. Подвигайся ближе, закусим...

— Значит, вы охотник? — Виктор, окончательно осмелев, подсел к валежине, на которой незнакомец разрезал ножом аппетитно пахнущее мясо. — А я думал, мы одни здесь в тайге работаем.

— Работают и другие.

— Тоже экспедиция?

— Как тебе сказать... ни то ни се... Одним словам, люди работают. Ты вот что, паренек, — он подвинулся ближе. — Увидишь своего начальника Воробьева, шепни ему по секрету — пусть ищет Говорящий ключ...

— Говорящий ключ? — удивленно перебил Виктор, много раз слышавший разговор об этом легендарном ключе.

— Вот-вот. Пусть ищет внизу по реке, у самых порогов тот ключ в реку падает. Богатеющее место! — Он помолчал, угрюмо сдвинул брови. — Да скажи ему: в устье ключа людей нет, а повыше пусть один не ходит, поостережется... Так-то, Виктор. А теперь давай спать, — решительно закончил он и растянулся у костра. — Спать, спать! — повторил он, видя, что мальчик хочет еще что-то спросить. — Утро вечера мудренее, набалакаемся еще. — Он закрыл лицо воротником ватной куртки.

Виктор проснулся, когда солнце уже начало пригревать. Кроме него да лениво потягивающегося Хакаты, рядом никого не было. Костер погас, а незнакомый охотник, видимо, ушел. Мальчик торопливо собрался в путь. Теперь он видел реку и знал, как выйти к стану, Свистнув собаку, он стал спускаться с сопки. Вдруг до его слуха донесся выстрел, затем другой. Виктор разрядил в воздух оба ствола ружья. Через минуту он услышал ответный выстрел и пошел в том направлении. Хакаты, насторожив уши, постоял, прислушиваясь, затем скачками бросился вперед.

— Эгей... эге... ге... Виктор! — ясно долетел зов. Мальчик поторопился. Достигнув подножия сопки и оглядев болотце, он увидел Воробьева, выходящего из зарослей кустарника.