Прочитайте онлайн Германия. Свой среди своих | 4. Немцы, такие немцы

Читать книгу Германия. Свой среди своих
2916+2619
  • Автор:
  • Язык: ru
Поделиться

4. Немцы, такие немцы

Я совершенно убеждена, что самое интересное при посещении новой страны — это знакомство с менталитетом, медленное, вдумчивое узнавание чужой культуры, ежедневные маленькие открытия сродни тем, что делает ребенок, только-только начинающий ходить. Эти открытия могут быть сопряжены как с искренним восторгом — «Сколько же у нас общего!», так и с не менее искренним удивлением — «Да такого же просто не может быть!». У каждого из нас существует свой набор ценностей, свои собственные ориентиры, своего рода опознавательные знаки, согласно которым мы отличаем своих от чужих и делаем выводы о том, подходит нам данная культура или нет.

Я никоим образом не претендую на абсолютную истину. Расскажу лишь о ключевых моментах, поразивших лично меня много лет назад или продолжающих поражать до сих пор. Какие-то эмоции со временем притупились, что-то продолжает удивлять и восхищать по сей день, а некоторые вещи мне так и не стали близки.

Так как обо всем рассказать просто не представляется возможным, остановлюсь лишь на самых ярких впечатлениях.

Давайте начнем с взаимоотношений полов. Россия — все же патриархальная страна или, во всяком случае, была таковой на момент моего переезда в Германию. У нас было принято, что, даже если в семье работают оба супруга, домом и бытом занимается женщина. Мужчина в лучшем случае покупает продукты, иногда может помочь жене убраться, но от случая к случаю. Матерей-одиночек в нашей стране, насколько я помню, было хоть отбавляй, а вот отцов, которые самостоятельно воспитывали детей, на моем личном пути не встречалось. Разумеется, они были и есть, но все же это не массовое явление.

В Германии в этом смысле совершенное равноправие. При разводах дети нередко остаются с отцами. Существуют целые группы отцов-одиночек, которые собираются вместе и помогают друг другу. В благополучных браках мужчины наравне с женщинами участвуют в воспитании детей, папы так же, как и мамы, берут отпуск по уходу за ребенком. Прямого разделения на «мужские» и «женские» обязанности просто не существует. То есть если уборка, то пополам, если приготовление ужина, то обычно этим занимается тот, кто пришел домой раньше, а не априори женщина, «потому что она хозяйка».

История, о которой я хочу рассказать, не типична, но и чем-то выдающимся не является. Познакомилась я по работе с одним физиотерапевтом. Немолодой, подтянутый мужчина с лучистыми, немного грустными глазами.

Разговаривали о работе, о том, как нам скоординировать планы, и вдруг он мне говорит: «Хорошо, что вы напомнили. Я на этой неделе буду отсутствовать в четверг и в пятницу. Мне нужно с сыном посидеть».

А на вид ему — хорошо за пятьдесят. А может, и к шестидесяти уже. Хотя в Германии это совсем не показатель, но все же.

— Сыну моему тридцать лет. Тридцать один почти. Он у меня инвалид.

Я промолчала, не стала дальше расспрашивать. Но он заговорил сам.

С мамой мальчика Ян познакомился в каком-то походе, они достаточно быстро сошлись, и она забеременела. Во время родов что-то пошло не так, и врачи предложили кесарево. А мама возьми да и упрись. Не буду, говорит, и все. Хочу, чтоб все натурально было. Женщина я или кто? Ну, натурально так натурально. Заставлять никто не имеет права. Только рекомендовать.

Маме становилось все хуже, но, несмотря на уговоры отца ребенка, она отказывалась от хирургической помощи, и в конце концов пришлось применять щипцы. Дальше все пошло совсем плохо, наступило кислородное голодание, и врачи не делали никаких положительных прогнозов. Но ребенок родился, и его надо было воспитывать.

У мамы началась тяжелейшая послеродовая депрессия, и молодой отец вынужден был самостоятельно выхаживать больного ребенка. Он говорит, что принял эту ситуацию сразу и больше никогда не возвращался к вопросу о том, почему же так вышло и почему именно с ним.

Через год жена, оклемавшись, решила от него уйти вместе с малышом. Вроде как влюбилась. Ян пытался ее уговаривать, объяснял, что вдвоем будет много проще, но ничего не вышло. Она ушла. Ян постоянно виделся с мальчиком, помогал чем мог, перехватывал ребенка, когда мать была занята, и при этом строил свою собственную карьеру. Сначала работал в клиниках и реабилитационных центрах, а лет пятнадцать назад открыл частную практику.

Когда ребенку исполнилось пять, стало окончательно ясно, что прогнозы оправдались и лучше не будет. И мать неожиданно заявила, что не может положить всю свою жизнь на то, чтобы возиться с инвалидом, и пусть Ян его забирает. Но только неофициально, так как если делать все через суд, то пропадут деньги, которые в Германии платят по уходу за инвалидами. Деньги эти получает тот, кто живет с ребенком. Ян отказался от такого варианта, и дальнейшее общение они продолжили в суде. В конце концов суд оставил сына ему.

С тех пор маму никто не видел. Ян двенадцать лет воспитывал мальчика в одиночку, прежде чем встретил другую женщину и женился на ней. С сыном все было очень непросто. Необходимы были специальная школа, помощники, обеспечивающие социализацию мальчика, бесконечные терапии. Успехи были крошечными, но они были. Ребенок, которому врачи отпустили около пятнадцати лет жизни, дожил до тридцати. Его умственное развитие остановилось на уровне двенадцатилетнего человека, но он окончил вспомогательную школу, научился читать и писать и сейчас работает в специальных мастерских для инвалидов. Пять раз в неделю по четыре часа.

Отец с самого начала пытался приучить его к максимальной самостоятельности, аргументируя это тем, что рано или поздно его не станет и молодой человек должен уметь сам позаботиться о себе. В результате парень умеет готовить простейшие блюда, обращаться с компьютером, зарабатывает свои собственные деньги.

Ян с новой женой построили дом, где у сына есть квартира с отдельным входом. Таким образом он, с одной стороны, под присмотром, а с другой — имеет свое личное пространство.

«В четверг и в пятницу мастерские на этой неделе закрыты, а моей жены не будет дома, поэтому я должен подстраховать ребенка», — закончил Ян свой рассказ.

Совершенно обыденная по местным меркам, типовая история. Но меня она потрясла. Это к вопросу о гендерных ролях. Они в нашем, традиционном понимании в Германии совершенно перемешаны.