Прочитайте онлайн Франческа | Глава восьмая

Читать книгу Франческа
14418+5850
  • Автор:
  • Перевёл: У. Сапцина
  • Язык: ru
Поделиться

Глава восьмая

Они ушли, оставив Франческу кипеть от возмущения. Сознавать, что она стала предметом подобного разговора, слышать, как мужчины делают ставки, было невыносимо, и ей потребовалось несколько минут, чтобы взять себя в руки. В первом порыве негодования она решила немедленно покинуть Карлтон-Хаус, но трезвое размышление привело ее к выводу, что это невозможно. Как объяснить причины подобной неучтивости царственному хозяину? Заявить, что ее оскорбил близкий друг принца? Немыслимо!

Кроме того, недавно стало известно, что лорд Карн намерен посетить Карлтон-Хаус после возвращения из Парижа, и по этой причине Лидия весь день пребывала в волнении. Франческа не могла лишить девушку шанса вновь встретиться со своим героем. Нет, спастись бегством невозможно — следовательно, остается отыскать миссис Кэнфилд и не покидать ее весь вечер ни под каким предлогом.

К сожалению, план Франчески был погублен в зародыше. Заметив миссис Кэнфилд в дальнем конце зала, она поднялась и направилась к ней, но не успела сделать несколько шагов, как перед ней вырос тот самый человек, встречи с которым она опасалась.

— Мисс Бодон!

Франческа холодно кивнула.

Ее собеседник улыбнулся.

— Я искал вас повсюду. Мне не терпелось объяснить…

— Прошу меня простить, лорд Кокер, но я спешу присоединиться к миссис Кэнфилд. — Франческа сделала попытку обойти его.

— В таком случае я провожу вас. Столь элегантной юной леди не пристало пробираться сквозь эту толпу без охраны. — Подняв бокал, он с презрительным видом оглядел гостей особняка. — Странно, как сквозь нее пробираются лакеи?

— Уверяю вас, я обойдусь без…

Лорд Кокер перебил ее, крепко взяв под руку:

— Пойдемте, мисс Бодон. От ваших друзей нас отделяет всего несколько ярдов.

Обходя группы гостей, лорд Кокер продолжал:

— Конечно, вы правы. Объяснения утомительны. Забудем о них. А вот и миссис Кэнфилд. Я привел вашу прелестную протеже и теперь нахожусь в затруднительном положении.

— Отчего же, лорд Кокер?

— Видите ли, принц-регент по своей безграничной доброте попросил меня опекать одну из ваших спутниц во время ужина. Но едва ли я осмелюсь увести от вас мисс Бодон, не испросив вашего позволения. Она слишком скромна, чтобы согласиться.

— Уверяю вас, лорд Кокер…

Пропустив мимо ушей протест Франчески, он продолжал, одарив обаятельнейшей улыбкой миссис Кэнфилд:

— А может, мне следует предложить покровительство вашей прелестной дочери? Видите ли, я не привык пренебрегать распоряжениями принца. — Он приподнял бровь.

— Но я… Это слишком большая честь, лорд Кокер. Принц чрезвычайно любезен, но…

— Он ценит повиновение. — Улыбка лорда Кокера стала жесткой. Миссис Кэнфилд бросила отчаянный взгляд на Франческу. — Лично я затрудняюсь в выборе, мадам. Кого предпочесть — златокудрую богиню мисс Бодон или… — он обернулся к Лидии, стоящей рядом с матерью и с трепетом взирающей на прославленного лорда Кокера, — …или мисс Кэнфилд — очаровательную наяду в зеленом одеянии, которая к тому же восхитительно молода?

Лидия вспыхнула и потупилась, успев похвалить лорда Кокера за лесть мимолетной улыбкой.

Миссис Кэнфилд настороженно молчала, и Франческа поспешила вмешаться:

— Насколько мне известно, Лидия уже приглашена на ужин, сэр. Однако если принц распорядился…

— Клянусь честью, так и было, мисс Бодон. — В словах лорда Кокера прозвучал вызов. — Может быть, вы хотите спросить у него?

Франческа ответила ему непроницаемым взглядом.

— Нет, таких хлопот я вам не доставлю. Я уверена, что принц — преданный друг.

— В таком случае позвольте мне увести вас? — Лорд Кокер предложил ей руку, и после минутного колебания Франческа приняла ее, предварительно поклонившись миссис Кэнфилд.

По пути Франческа погрузилась в напряженные раздумья. Ее тревожила легкость, с которой лорд Кокер выиграл пари. В ту же минуту, как они присоединятся к танцующим, лорд Кокер станет на десять гиней богаче, и она невольно поможет ему в этом. Можно ли как-нибудь помешать ему пригласить ее на танец в следующие полчаса? Франческа решила попытать удачу.

— Но позвольте, сэр, — начала она с очаровательной улыбкой, — разве не вы сказали, что принц попросил вас опекать меня за ужином?

Он остановился.

— Я.

— Значит, нам следует направиться в столовую?

— Нет, — спокойно возразил ее собеседник, — я решил побаловать себя, мисс Бодон. Я не в силах отказать себе в удовольствии потанцевать с вами — скажем, вальс. Пойдемте. — Он сдвинулся с места, но Франческа высвободила руку из его пальцев и осталась стоять.

— Прошу вас, лорд Кокер, — заговорила она с обворожительной улыбкой, — не потакайте своим прихотям за мой счет. Я равнодушна к танцам, но люблю поболтать, а вас мне представили как лучшего собеседника в Лондоне. Вдобавок меня мучает жажда. — И Франческа бросила на него из-под опущенных ресниц кокетливый взгляд.

Услышав умоляющие нотки в ее голосе, лорд Кокер слегка раздвинул тонкие губы в самодовольной усмешке и крепко взял Франческу за руку.

— Дорогая, мы будем болтать, сколько пожелаете, — пообещал он. — Уверен, нам найдется что сказать друг другу.

— В таком случае…

— Но сначала мы потанцуем.

Франческа почувствовала, что теряет терпение.

— Я не желаю танцевать, сэр!

Его пальцы сжались, превратившись в стальные тиски.

— Вздор! Вы будете танцевать. — Заметив, что Франческа продолжает вырываться, лорд Кокер добавил: — Неужели вы готовы устроить здесь сцену, дорогая? Подумайте, как она отразится на репутации ваших друзей… — Не договорив, он увлек Франческу в толпу танцующих.

Этот танец стал для Франчески не удовольствием, а тяжкой повинностью. Лорд Кокер танцевал весьма умело, но ухитрялся нагло, с показной интимностью прижимать ее к себе в вихре вальса. Но и после танца он ее не отпустил. Не успела Франческа опомниться, как он повлек ее прочь из зала.

— Лорд Кокер, остановитесь! Куда мы идем? — воскликнула она, оказавшись в безлюдном коридоре.

— Вы ведь хотели освежиться? Это самый свободный путь в столовую. Мы не заблудимся — Карлтон-Хаус я знаю как свои пять пальцев.

Франческа не стала спорить, но держалась подозрительно, шагая по коридору. Он был уставлен изысканной мебелью и предметами искусства, но лорд Кокер не дал Франческе времени оценить их.

Они прошли холл, затем еще один коридор и наконец остановились у дверей, по обе стороны которых застыли лакеи, по кивку лорда Кокера распахнувшие двери. Франческа очутилась в прелестнейшей комнате из всех, какие ей доводилось видеть, — мебель, обитая синим бархатом с золотой нитью, великолепная люстра. Позабыв о своих подозрениях, Франческа вошла внутрь, разглядывая картины и украшения, подобранные с изысканным вкусом. От восхищения она лишилась дара речи.

— Вижу, вам здесь нравится. — Лорд Кокер подошел к ней сзади и положил руки на плечи.

Франческа вздрогнула и обернулась.

— Спасибо за то, что вы показали мне эту прекрасную комнату, сэр. А теперь, если вы не против, я хотела бы попасть в столовую.

— Позже.

— Нет, немедленно!

— Полно вам, мисс Бодон! Неужели вы вообразили, что я привел вас в это укромное местечко на экскурсию? Вы весьма лестно отозвались о моем… таланте собеседника. Пожалуй, разговор получится удачнее, если нам никто не помешает. — Он поцеловал ее руку. — Восхищение, которое вы выразили перед танцем, позволило мне надеяться на большее. — Он спесиво усмехнулся. Франческа метнулась к двери, которая оказалась запертой. Сдерживая панику, девушка холодно произнесла:

— Лорд Кокер, вы ошиблись на мой счет. Не в моих привычках беседовать по принуждению. Я требую немедленно открыть дверь!

— Отлично сказано! Что ж, я отпущу вас…

Со вздохом облегчения Франческа взялась за узорную ручку двери. Внезапно Кокер привлек ее к себе и заключил в объятия.

— Но лишь после того, как вы выслушаете меня.

— Пустите меня сейчас же! — вскрикнула она, тщетно пытаясь высвободиться. — Должно быть, вы спятили, сэр!

— Нет, обезумел — от любви.

Не будь Франческа так перепугана и рассержена, она посмеялась бы, услышав эти слова, произнесенные бесстрастным тоном. Лорд Кокер заявил о своих мотивах более чем недвусмысленно. Страх перед этим человеком, боязнь скандала, который наверняка вспыхнет, если ее обнаружат с ним в этой уединенной комнате, негодование, вызванное его наглостью, — все эти чувства боролись в душе Франчески. Победил гнев. Отступив как можно дальше, она холодно произнесла:

— Если вы сию же минуту не отпустите меня, лорд Кокер, весь свет узнает о вашей низости. У меня найдутся защитники.

— Мои намерения благородны, мисс Бодон, — я хочу жениться на вас. А если вы вздумали распускать обо мне грязные слухи, значит, вы переоцениваете свое влияние в обществе. Все видели, как вы смеялись и флиртовали со мной в бальном зале. Вы охотно последовали за мной. Нет, дорогая, подобные слухи погубят не меня, а вас. А теперь выслушайте меня — о том, как я восхищаюсь вами, как страстно мечтаю стать вашим мужем. Забудьте о своих суровых словах. — Он привлек ее к себе и поцеловал.

Рассвирепев, Франческа схватила с ближайшей консоли вазу и ударила ею лорда Кокера. Ваза разбилась, противник Франчески пошатнулся. На миг она обрела свободу и бросилась в дальний угол комнаты, молясь, чтобы дверь, увиденная там, оказалась открытой. Дверь и вправду была не заперта. Выбежав из комнаты, Франческа захлопнула дверь за собой как раз в ту секунду, когда рычащий от ярости лорд Кокер метнулся за ней. На бегу он изрыгал проклятия и угрожал навсегда погубить репутацию Франчески.

Франческа не стала слушать угроз. Выбежав во вторую комнату, а затем в третью, она оказалась возле лестницы и заставила себя быстро, но спокойно подняться по ней. Хотя присутствие посторонних обеспечивало ей относительную защиту, Франческа сомневалась, что сумеет сдержать дрожь в ногах. Ей требовалось отыскать какой-нибудь тихий уголок и прийти в себя. Двери в глубине оранжереи вели в сад, и Франческа направилась туда, мечтая о глотке свежего воздуха и одиночестве. На ходу она ухитрилась украдкой оглянуться.

Лорд Кокер появился вдалеке, у лестницы. Он о чем-то спросил лакея, который лишь покачал головой и указал в другую сторону. Франческа поняла, что должна бежать, прежде чем преследователь повернется и заметит ее.

Пренебрегая всеми правилами приличия, Франческа ускорила шаг и поспешно спустилась в сад. Справа виднелись кусты. Она остановилась, вновь стремительно оглянулась, убеждаясь, что ее никто не видит, метнулась в сторону — и налетела на высокого джентльмена, который, по-видимому, наслаждался свежим воздухом и сигарой. От сильного толчка он пошатнулся, но успел отшвырнуть сигару и крепко взять Франческу за плечи, иначе оба потеряли бы равновесие.

Франческа услышала низкий, добродушный знакомый баритон:

— Вот это да! Какой приятный сюрприз! А я-то думал, вы больше не желаете меня видеть, мисс Бодон.

Это было уж слишком. Франческа в ужасе уставилась на Маркуса. Какое унижение! Он стал свидетелем ее панического бегства, но, если бы на его месте оказался кто-то другой, она сумела бы сдержать чувства, несмотря на недавнюю омерзительную сцену с лордом Кокером. Однако встреча с Маркусом при таких обстоятельствах окончательно выбила девушку из колеи. Франческа разразилась слезами.

Когда первый приступ изумления миновал, Маркус крепче прижал ее к себе и держал в объятиях, пока всхлипы Франчески не утихли, а она не обрела дар речи.

— Не надо… Прошу вас, отпустите меня… Мне жаль, что вы увидели меня в столь неприглядном свете…

Маркус немедленно разжал руки.

— Что случилось? — коротко спросил он.

На миг Франческой овладело искушение рассказать ему всю правду. Ощущение безопасности и уверенности, которое она испытала в его объятиях, было слишком соблазнительным. Однако новая мысль остановила ее. Если рассказать Маркусу, что произошло в бархатной комнате, еще неизвестно, чью сторону он примет. Лорд Кокер — влиятельная особа. Вероятно, он будет взбешен, если такое ничтожество, как Маркус, осудит его поведение. Франческа не хотела причинять Маркусу неприятности.

Хуже того, сам Маркус мог почувствовать неловкость и покинуть ее под каким-нибудь предлогом, а такое вынести невозможно. Поэтому Франческа неловко выговорила:

— Там… было слишком жарко. Мне стало дурно…

— Франческа, я не слепой: дело не только в духоте. Произошло нечто чрезвычайное, что выбило вас из колеи. Прежде я никогда не видел вас в слезах.

Близость этого человека и недавние события развязали Франческе язык. Ответ вырвался у нее почти невольно.

— Разве? — сухо осведомилась она. — Уверяю вас, в прошлом я пролила немало слез. Впрочем, об этом вы и вправду не подозреваете.

Они смотрели друг на друга, чувствуя, как возвращается прежнее ощущение душевного родства. Когда Маркус взял Франческу за руки и привлек к себе, она не стала противиться. Обмякнув, она уткнулась головой в его плечо и мгновенно испытала такое чувство, словно здесь было ее законное место.

О, Маркус, в отчаянии думала она, почему я не чувствую подобной близости ни с одним другим мужчиной? Может быть, именно потому я отказала остальным, хотя видела, что они добры, порядочны и более чем достойны моего внимания? Они никогда не причинили бы мне такую боль, как ты, однако я не испытываю никаких чувств ни к одному из них. Что же ты наделал, Маркус? Зачем мы встретились?

— Дайте-ка взглянуть на вас, Франческа.

Она подняла голову. Маркус не утратил прежней привлекательности, а тусклый свет из окон Карлтон-Хауса придавал его лицу суровое, почти угрожающее выражение. Синие глаза оставались в тени, выразительные губы были строго сжаты. По спине Франчески пробежал холодок, она вздрогнула. Маркус крепче сжал руки.

— А теперь расскажите мне, что повергло вас в такую панику.

— Не могу! Я должна уйти отсюда. Прошу вас, отпустите меня, Маркус. — Он не послушался, и Франческа во внезапном порыве высвободилась из его объятий и запальчиво воскликнула: — Ну уж нет! Я еще не спятила! Не для того я спаслась от одного соблазнителя, чтобы тут же броситься в объятия второго!

— Черт возьми, я не соблазнитель! — выпалил Маркус. — Никогда еще не видел такой упрямой женщины…

Франческа не стала выслушивать его излияния, направившись к дому, но тут же застыла на месте, увидев посреди лужайки рослую фигуру лорда Кокера. Спрятаться от него было немыслимо: синее платье Франчески поблескивало в темноте.

— Кого это мы имеем счастье лицезреть? Несомненно, прелестную мисс Бодон. — Несмотря на елейные слова, в голосе Кокера сквозила злоба. — Вы совершили роковую ошибку, дорогая: бегство добычи лишь пробуждает охотника в каждом мужчине. А может, вам это уже известно, колдунья? И вы ждали меня здесь? Должно быть, вы уже выбрали восхитительный и уединенный уголок…

Лорд Кокер направился к Франческе, а она застыла, парализованная ужасом, понимая, что оказалась в ловушке.

— Так мы продолжим нашу увлекательную беседу, мисс Бодон? Или изведаем других удовольствий? Скажем, в качестве расплаты за причиненное мне увечье. — Его белые зубы сверкнули в темноте. — Клянусь, на этот раз я вас так просто не отпущу.

Маркус шагнул вперед, оставаясь в тени. Его движение привлекло внимание лорда Кокера, и он негромко выругался:

— Дьявол! Значит, бежать из моих объятий вас заставила не только скромность, но и романтическое свидание в саду! Ну и ну! Оказывается, добродетельная мисс Бодон многое унаследовала от своего папочки!

— Кокер! — резким тоном произнес Маркус.

Франческа прижала ладони к щекам. Ссора, которой она опасалась, все-таки началась и должна была стать бедствием для Маркуса. Физически он был более чем достойным соперником его светлости, но наверняка не имел и толики политической власти и влияния Кокера.

— Какого дьявола?.. — Лорд Кокер застыл на месте и с удивлением, смешанным с досадой, вгляделся в стоящего перед ним мужчину. Он перевел взгляд на Франческу, затем вновь на Маркуса. — Ясно! Вы сказали, что у вас найдутся защитники, и не солгали. Неудивительно, что вы остались равнодушной к моему обаянию, дорогая. Такой победой гордилась бы любая юная леди. — Повернувшись к Маркусу, он процедил: — Позвольте поздравить с блистательной победой и вас, мой друг. Но когда же вы вернулись из Парижа?

— Несколько часов назад, — коротко сообщил Маркус.

— Странно, когда вы только успели очаровать мисс Бодон? Впрочем, ваше рвение понятно. Девица не умеет вести себя, зато внешне весьма привлекательна, да и ее состояние…

Маркус негромко прервал его:

— Не понимаю, о чем вы говорите, сэр.

Услышав угрозу в его голосе, Франческа похолодела.

Двое мужчин смотрели друг на друга в упор. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем лорд Кокер рассмеялся.

— Я не замышлял ничего дурного. Прошу простить мою естественную досаду оттого, что я лишился возможности продолжить знакомство с одной из самых достойных юных леди Лондона. Особенно потому, что препятствием стал человек, который едва ли нуждается в… достоинствах мисс Бодон. Вы же богаты, как набоб. Но подумайте, какую шумиху произведет это известие! Несравненный Карн назначает тайные свидания в садах Карлтон-Хауса!

— Если я хотя бы раз услышу имя мисс Бодон в связи с моим собственным, вы за это поплатитесь, Кокер. Поэтому попридержите язык. — Эти слова Маркус произнес столь безапелляционным и холодным тоном, что Франческа ахнула, с беспокойством взглянув на лорда Кокера. Неужели Маркус лишился рассудка? Подобное обращение к фавориту регента грозило катастрофой. Но, к полному изумлению Франчески, вместо того чтобы пригрозить Маркусу, лорд Кокер промолчал. В чем же дело?

Предложив ей руку, Маркус продолжал:

— А теперь я завершу начатое — а именно провожу мисс Бодон к ее компаньонке, прежде чем кто-нибудь заметит ее отсутствие. Вас, как близкого друга хозяина дома, несомненно, шокирует известие, что какой-то мужлан вынудил ее искать убежища в саду… Принц наверняка придет в ярость, узнав, каким оскорблениям подвергаются его гости. И если ему станет известно имя этого смутьяна, он может лишить его покровительства. Полагаю, разумнее всего будет хранить молчание.

— Вы правы! — нехотя выговорил лорд Кокер.

— Вот и хорошо. А теперь, надеюсь, вы позволите нам вернуться к прерванной беседе, Кокер.

— Я запомню это, Карн! — Переведя взгляд на Франческу, лорд Кокер небрежно поклонился, круто повернулся на каблуках и широко зашагал к дому.

Маркус смотрел ему вслед. Прошло некоторое время, прежде чем он обернулся к Франческе, которая успела высвободить руку и растерянно смотрела на него.

— Вы хотели, чтобы я вызвал этого негодяя на дуэль, Франческа? Простите, если я разочаровал вас, но мне казалось, вы предпочитаете замять скандал, а в случае дуэли он будет неизбежен. Кокер больше не причинит вам вреда.

— Нет, нет, об этом лучше навсегда забыть, но… Лорд Кокер назвал вас Карном!

— Да. А почему вас это удивляет? Это моя фамилия.

— Но… этого не может быть! Лидия без умолку болтает о лорде Карне! По-моему, более щедрых похвал еще никто не удостаивался. — В голосе Франчески прозвучало столь искреннее недоумение, что Маркус не выдержал.

Он расхохотался, но вскоре посерьезнел и произнес:

— Вы должны простить Лидии такое пристрастие. Видите ли, она обожает своего отца, а я был его другом. В свое время она узнает страшную правду.

— Речь идет не только о Лидии! А миссис Кэнфидд и мой отец! Да и остальные благосклонно отзываются о вас! По правде сказать, вами восхищаются решительно все!

— Я не менее высокого мнения о миссис Кэнфилд. А ваш отец… кажется, я с ним не знаком. Что же касается остальных… — Он пожал плечами и приподнял бровь. Франческа недоверчиво качала головой.

Скривив губы в усмешке, Маркус продолжал:

— Уверяю вас, я действительно лорд Карн. Титул я унаследовал неожиданно, через несколько лет после нашей первой встречи.

— Но лорд Карн богат, а вы…

— Я был беден, это верно. Богатство я унаследовал вместе с титулом. Говорить о подобных вещах не принято, но, поскольку мы всегда были откровенны друг с другом, признаюсь: я чрезвычайно богат. Как сказал Кокер, богат, как набоб.

— Понятно… Полагаю, это в какой-то степени объясняет…

Маркус вздохнул и невесело подсказал:

— …мой успех в обществе — ведь вы это хотели сказать? Да, вы правы, но еще никто не указывал мне на это с такой безжалостной прямотой. Вы умеете объясняться без обиняков.

Но Франческа не слушала его, пытаясь осмыслить ошеломляющее известие.

— Успех в обществе — само собой, но… я слышала, как достойные люди, которых я уважаю, восторженно отзывались о вас, описывая как человека высоких принципов. — Она вновь озадаченно покачала головой. — Вы можете это объяснить?

Неожиданно Маркус понял, что он радуется этому разговору.

— Они слишком добры ко мне. Разумеется, я ценю уважение достойных людей, но… не беспокойтесь, Франческа. Я не страдаю излишним самомнением — тем более что вы умеете спускать меня на землю.

При этих словах Франческа застыла и с упреком вымолвила:

— Да вы смеетесь надо мной, лорд Карн!

Он с улыбкой ответил:

— Только самую малость. Поверьте, мне очень приятно найти в Лондоне даму, которая не смотрит мне в рот и не ловит каждое мое слово. Но мне и вправду пора отвести вас к миссис Кэнфилд. Кокер не станет болтать, по крайней мере пока, но остальные могут заметить, что вы отсутствовали слишком долго. Так мы идем? — Он вновь предложил ей руку, и Франческа нехотя приняла ее.

Медленно шагая по лужайке к дому, Маркус заговорил:

— Должно быть, и ваша судьба разительно переменилась, Франческа. Насколько я понимаю, вы помирились с лордом Бодоном? Он признал вас дочерью?

— Он никогда и не отказывался от меня. На самом деле… это моя тетя не хотела верить, что он женился на ее сестре, и все соседи, в том числе обитатели Уитем-Корта, поверили этому вслед за ней. Но тетя Кассандра… заблуждалась.

— Заблуждалась? Вряд ли, — скептически пробормотал Маркус, но Франческа не обратила внимания. Голова у нее шла кругом. Ей было мучительно больно поднимать давнюю тему, но многочисленные вопросы требовали разъяснения.

— Лорд Карн, после смерти тетушки, когда вы вернулись в Шелвуд и… предложили мне…

— И что же? — Он даже не сделал попытки подбодрить ее.

— …в то время вы были богаты?

— Я же говорил вам: я унаследовал состояние четыре года назад. Но почему вы спросили об этом?

На щеках Франчески проступил румянец. Не дождавшись ответа, Маркус усмехнулся:

— Я не стану спрашивать, передумали ли вы: что было, то прошло. Но неужели вы отнеслись бы к моему предложению более благосклонно, если бы знали, что я богат? В таком случае вы обошлись бы со мной иначе?

— Разумеется!

На лице Маркуса появилась циничная гримаса, но Франческа не заметила ее. Она не только не замечала воздействия своих слов на Маркуса — она едва сознавала, что говорит, поглощенная раздумьями. Ее раздражение, гнев, категорический отказ были вызваны убеждением в меркантильности Маркуса. А теперь она обнаружила, что впала в очередную ошибку — в отличие от прежних, роковую. Каковы бы ни были мотивы его давнишнего предложения, в намерения Маркуса не входило завладеть ее состоянием.

А она не только нанесла ему непростительное оскорбление, но и была чудовищно несправедлива к нему. Ей до сих пор с трудом верилось, что мужчина, идущий рядом, которого она считала повесой и охотником за состояниями, похитителем и соблазнителем, на самом деле оказался влиятельным членом общества, человеком богатым и уважаемым. Должно быть, он сделал ей предложение, повинуясь долгу чести. Миссис Кэнфилд называла лорда Карна завидной мишенью для всех лондонских свах. «Да у тебя больше шансов выйти замуж за человека с луны!» — уверял ее отец.

Но в таком случае почему он явился в Шелвуд? Неужели она ошиблась насчет его чувств? Может, он действительно любил ее много лет назад? И любовь проснулась в нем, когда они встретились на дороге в Уитем? Взгляд Франчески смягчился, на ее губах появилась робкая улыбка. Но Маркус не ответил на нее. Его лицо быстро каменело.

Франческа не позволила себе мечтать о несбыточном. Разве он мог вновь влюбиться в нее? В убогой одежде, заляпанной грязью из придорожной канавы, она едва ли могла служить идеалом красоты. Предлагая ей стать его женой, он вовсе не выказывал восхищения, не производил впечатления влюбленного. И действительно у нее сложилось мнение, что своим отказом она уязвила его достоинство, а не чувства.

Но если он не стремился завладеть состоянием, зачем вообще примчался в Шелвуд? Франческа должна была узнать правду. Она уже собралась напрямик спросить об этом, но скептическое, если не циничное, выражение на лице Маркуса удержало ее от откровенности.

— Почему… что это вы… почему вы так смотрите на меня, лорд Карн? — запинаясь, спросила она.

— Потому, что я рассчитывал на лучшее.

— На лучшее? Что вы имеете в виду?

— Отказав мне в Шелвуде, вы без обиняков высказали нелицеприятное мнение обо мне. Я был удивлен вашей мстительностью, но решил, что я вам недостаточно нравлюсь. А теперь я испытал разочарование, услышав, как вы отнеслись к известию о моем богатстве… Но не будем об этом. В конце концов, я знал, что вы когда-нибудь изменитесь. Позвольте мне проводить вас к миссис Кэнфилд.

Франческа густо покраснела, но сдержала желание ответить резкостью и ледяным тоном произнесла:

— Вы считаете, что я приняла бы ваше предложение, если бы знала, что вы богаты? Приняла бы, каким бы ни было мое мнение о вашем характере?

— Разве не вы только что заявили об этом?

— Отнюдь! Вы спросили, обошлась бы я с вами иначе, если бы знала, что вы богаты. Но вы не спрашивали, изменила бы я свое решение или нет.

— Разве вы не раскаиваетесь в нем?

Выдержка наконец изменила Франческе.

— Неужели вы и впрямь уверены в том, что ни одна женщина в мире не в силах отказать несравненному лорду Карну? Так вот, позвольте сказать вам, милорд, что вы на редкость самонадеянны!

— В прошлом вы наговорили мне столько нелестных вещей, Франческа, что ваши оскорбления давно перестали трогать меня.

Эти слова напомнили Франческе о том, что ей следует принести извинения. Глубоко вздохнув, она произнесла официальным тоном:

— Да, я отвратительно вела себя во время последних встреч, и, кроме того, я слишком поспешила со своими выводами. Теперь я сожалею о том, что наговорила столько лишнего, особенно в библиотеке Шелвуда, и надеюсь, вы простите меня.

Маркус раздраженно кивнул.

— Забудем об этом.

— Да, забудем, но я должна понять еще кое-что. Теперь мне известно, что в Шелвуд вы явились совсем не по тем причинам, которые я подозревала. Но… я по-прежнему озадачена. Почему вы просили моей руки после смерти тетушки? — Франческа затаила дыхание, ожидая ответа. Последовала пауза, и она продолжала: — Вы вовсе не производили впечатления влюбленного.

Маркус медлил. Этот разговор он завел, будучи настроен почти цинично. Его гордость была уязвлена оскорбительным отказом Франчески, и он стремился заставить ее признать, что она ошиблась, отвергнув столь великодушное предложение. Но до сих пор Франческа ни в чем не призналась, и Маркус уже сожалел, что напомнил о прошлом. Врожденная честность побудила его сказать правду:

— Ваше положение казалось мне безнадежным. Да, я не был влюблен в вас, но и не любил никого другого. Вспомнив наше прошлое, я решил, что мы могли бы…

— Стало быть, вы пожалели меня, — перебила Франческа. В глубине души она подозревала, что Маркус не питал к ней любви, тем не менее его признание больно укололо ее. Скрывая истинные чувства, она произнесла: — Прошу вас, не продолжайте, сэр. Какими бы ни были недоразумения с любой стороны, они, к счастью, помешали нам сделать ложный шаг — заключить брак, который стал бы бедствием для нас обоих.

Она глубоко вздохнула. Происходящее было мучительным. Ей не следовало заводить этот разговор. Маркус жалел ее! Жалел! Знаменитый лорд Карн задумал очередной жест милосердия — осчастливить без памяти влюбленную в него глупую девчонку! О нет! Как она могла предположить, что им движут иные мотивы! Франческа понимала, что, если она желает сохранить уважение к себе и душевный покой, в будущем ей следует избегать этого человека.

— Франческа, вы так и не сказали, каким бы в этом случае было ваше решение.

— Вы едва ли вправе требовать от меня ответа. — Они уже приблизились к дверям, выходящим в сад. — Я не могу… и не стану… — Она запиналась, точно девчонка! Глубоко вздохнув, Франческа взяла себя в руки и холодно начала: — Лорд Карн, прошу вас забыть все, что было сказано сегодня. Надеюсь, вы простите мои прежние выходки. Я жестоко ошиблась в вас. В будущем… — Она осеклась, не в силах продолжать.

Маркус взглянул на нее с очередной циничной усмешкой.

— Вы будете благосклоннее? Вы хотите доказать, как вы изменились? И потому предлагаете продолжить знакомство?

— Что вы имеете в виду?

— Разумеется, вы совершенно правы. «Маркус» был вам не пара. Зато вам пойдет лишь на пользу общество лорда Карна, достойного представителя света, предмета вожделений всех респектабельных мамаш Лондона!

Франческа ощутила новый прилив ярости, но теперь светская выучка оказала ей добрую услугу. Понимая, что их могут увидеть, Франческа сохранила бесстрастное выражение лица и невозмутимо произнесла:

— Ошибаетесь, лорд Карн. Очевидно, не в моих силах поколебать ваше чудовищное самомнение, более того — я совершенно не расположена заниматься этим. Я благодарна вам за то, что сегодня вы защитили меня, и вынуждена признаться, что стыжусь воспоминаний о памятном событии в библиотеке. И хотя неистребимое самомнение вряд ли позволит вам поверить мне, должна сказать, что ради собственного душевного покоя мы должны в будущем избегать друг друга. Помня о прошлом, я никогда не буду чувствовать себя свободно в вашем обществе.

Они уже стояли у подножия лестницы. Повысив голос, Франческа учтиво добавила:

— Благодарю вас за прекрасную прогулку по саду, лорд Карн, а теперь мне пора вернуться к своим спутницам. Уверяю вас, я смогу сама найти миссис Кэнфилд. — Вежливо присев, она удалилась по лестнице.