Прочитайте онлайн Франческа | Глава десятая

Читать книгу Франческа
14418+5932
  • Автор:
  • Перевёл: У. Сапцина
  • Язык: ru
Поделиться

Глава десятая

Они направились в центр зала, и каждый, кто видел их, невольно думал о том, как подходят друг другу импозантный лорд Карн и холодновато-изысканная мисс Бодон. По их поведению никто не догадался, что Маркус отнюдь не испытывает уверенности в себе, а Франческа старается не думать о других, менее приличных объятиях своего партнера. Она с самого начала знала, как трудно ей будет танцевать с ним, и потому старательно избегала его на балах. И вот теперь пришло время расплаты.

Заиграла музыка, пары закружились по залу. Решив всецело сосредоточиться на танцевальных па, Франческа шагнула к Маркусу. Соблюдая все правила благопристойности, они старательно держались на расстоянии друг от друга.

Наконец Маркус произнес вежливым и безразличным тоном:

— По-моему, оркестр превосходен.

— И танцующих немного, — с тем же безразличием отозвалась Франческа.

После еще одной паузы, за время которой они оказались в углу зала, он вымолвил:

— Лидия чудесно выглядит.

— Прелестное платье!

— Да, на редкость изящное.

Наступила еще одна пауза, во время которой они тщетно подыскивали какую-нибудь незначительную тему для разговора. Наконец Маркус не выдержал и резко выпалил:

— Неужели я вам так неприятен, Франческа?

Франческа сбилась с такта.

— Что вы сказали? — смущенно переспросила она.

— Я спросил: неужели я настолько вам неприятен, что вы согласны беседовать со мной только по прописям светских гостиных?

— Как вы можете так говорить! Я уделяю вам не меньше внимания, чем всем остальным!

— Тогда мне остается лишь пожалеть остальных. Вероятно, они настолько ослеплены вашим блеском, что им не до критики.

— Вы хотите сказать — моим богатством. По крайней мере они вежливы, лорд Карн. — Голос Франчески был холодным, но абсолютно бесстрастным. В прежние времена она давно потеряла бы терпение.

— Я пользуюсь привилегией давнего друга и потому говорю правду.

— Правда — обоюдоострое оружие, лорд Карн. Лучше не обнажать его без причины. Скажите, как вы думаете, лорд Эндкомб подходящая партия для Лидии?

— Лидия еще очень молода. Ей рано делать выбор, но я ничего не имею против молодого Эндкомба. Он вполне безобиден. С другой стороны, вы, похоже, не торопитесь осчастливить кого-нибудь из поклонников… или мои сведения устарели?

Франческа напряглась, но сохранила безукоризненное спокойствие.

— Миссис Кэнфидд много рассказывала мне о том, как добры вы были к ним после смерти ее мужа. Должно быть, это дает вам право проявлять интерес к их будущему…

— Не будем об этом! Питер Кэнфидд был моим близким другом.

— …но по отношению ко мне у вас нет подобных привилегий. А я не намерена обсуждать свое будущее с теми, кто не имеет права интересоваться им, лорд Карн!

— Ради Бога, Франческа, перестаньте меня титуловать! Когда-то, вы звали меня просто Маркусом, так вспомните о давней привычке. Неужели я вам настолько отвратителен, что вы отказываетесь признавать существование любых уз между нами?

— Между нами нет никаких уз.

— Значит, для вас я всего-навсего еще одно лицо в толпе? Заявите об этом прямо, Франческа, глядя мне в глаза.

Рука Франчески на его плече дрогнула. Она побледнела, но не утратила выдержки. Смело глядя в глаза Маркусу, она произнесла:

— Вы просите слишком многого. Было бы неучтиво заявить, что вы мне отвратительны, поскольку я… Во всяком случае, как я могу питать к вам… неприязнь, если вы настолько внимательны ко всем нам? Но я не стану тешить ваше тщеславие ничем, кроме одного воспоминания.

— О чем?

— О том, как человек из другой жизни, некто по имени Маркус, однажды сказал, что любит меня. Уверена, он существовал разве что в девических грезах. А теперь я предпочла бы поговорить о чем-нибудь другом или вернуться к миссис Кэнфилд.

Вальс давно кончился, но они не заметили, что музыка смолкла. Стояли, с вызовом глядя друг на друга, не видя, что привлекают множество любопытных взглядов.

— Нет, так не пойдет! — решительно выпалил Маркус.

Взяв Франческу за руку, он повел ее по залу, но у дверей повернул не туда, где ждали миссис Кэнфидд и Лидия, а повлек свою спутницу в сторону выхода в сад. Франческа высвободила руку. Несмотря на бледность, она была невозмутима.

— Я не хочу выходить в сад, лорд Карн. Прошу вас, отведите меня к друзьям!

— Мне надо поговорить с вами, Франческа.

— Нетрудно представить, что вы хотите сказать, но я не желаю ничего слышать. Во всяком случае, сад леди Хантингтон не место для подобных бесед. — Ее тон остался ровным, она держалась отчужденно.

Ее холодность стала последней каплей. Схватив девушку за руку, Маркус силой повлек ее за собой в сад, где их не мог подслушать никто. Остановившись, он взял в руки обе ее ладони и сердито начал:

— Франческа, видеть вас такой невыносимо. Иная статуя живее вас! Можете сколько угодно обманывать свет неприступным видом, но меня вы не обманете: я слишком хорошо знаю вас. Что с вами стряслось?

— Когда я наконец сумею убедить вас в том, что я уже не та Франческа, которую вы знали прежде? Вы слишком много мните о себе. Я никогда не была и не буду вашей подопечной, Маркус. — Ее голос повысился, и Маркус заметил, что дышать она стала глубже и чаще.

— А, наконец-то подобие эмоций! И вы назвали меня по имени!

Франческа прикусила губу и отвернулась. При виде этого Маркус испытал нелепое удовольствие: первый поединок завершился его победой. Пройдет немало времени, прежде чем она начнет улыбаться ему с той же бесхитростной, дружеской теплотой, которую излучала Лидия, но Маркус не собирался останавливаться на достигнутом. По крайней мере в ее неестественной сдержанности появилась трещина. Эта мысль привела его в возбуждение. Из всех мужчин Лондона он один владел ключом к другой Франческе, о существовании которой не подозревал свет.

— Франческа… — мягко и вкрадчиво произнес он.

Франческа вырвалась из его рук.

— Нет! Я не желаю вас слушать! — выкрикнула она. — Не знаю, что вами движет — желание развлечься, любопытство, задетое самолюбие, — но, как бы там ни было, вы поступаете бесчестно! Десять лет назад вы разбили мое сердце, Маркус; как видите, я не боюсь признаться в этом. Теперь я понимаю причину вашего исчезновения. Вы покинули одинокую и несчастную девушку, и временами мне казалось, что я не переживу эту муку. Но я выжила! Мне понадобилось немало времени, чтобы обрести уверенность в собственных силах, но я добилась успеха. И теперь не собираюсь забывать усвоенные уроки! Я уже никогда не буду прежней — ни для вас, ни для одного мужчины в мире! Повторяю, я не стану вас слушать! — Франческа прикрыла ладонью глаза, резко отвернулась и направилась к дому, склонив голову.

Маркус последовал было за ней, но у дверей его остановили.

— Маркус, старина! Как, ты все еще добиваешься благосклонности прекрасной Франчески? Теперь она достойна и не таких усилий, верно? Бог ты мой, чего только не произошло за несколько лет!

— Фредди! Что ты здесь делаешь?

— Меня привез кузен. Респектабельный и дьявольски скучный малый, но он добился приглашения для меня, и я благодарен ему. Здесь подают отличное вино. Ты его пробовал?

Маркус понял, что Фредди уже попробовал. Его лицо дышало пьяным добродушием.

— Прошу меня простить, Фредди. Мне надо…

— Я иду с тобой, Маркус. Сказать по правде, в этой толпе почти нет знакомых лиц. Похоже, для большинства из них я — персона нон грата.

Меньше всего на свете Маркус нуждался в обществе Фредди Чантри, особенно в эту минуту, но отделаться от него было невозможно, как от расшалившегося щенка. С годами Фредди ничуть не изменился, мрачно подумал Маркус.

— По правде говоря, я изумился, увидев тебя с мисс Бодон. Особенно когда вы направились в сад, — добавил Фредди с понимающим видом.

— Мне надо было поговорить с ней наедине.

— Ну разумеется! Вы беседовали на протяжении целого вальса. Все недоумевали, наблюдая за вами. Прости, дружище, но бал — неподходящее место для подобных бесед. Любая мелочь становится предметом болтовни сплетников. Не удивлюсь, если после сегодняшнего вечера слухи о Денвере прекратятся…

— Слухи о Денвере? Что ты имеешь в виду? При чем тут Джордж? — Маркус заговорил так резко, что Фредди попятился.

— Прости, Маркус… Я думал, ты уже знаешь… В клубах болтают, будто Денвер — самый вероятный претендент на руку нашей наследницы.

— Денвер?

— О, никто ничего не знает наверняка. Прелестная мисс Бодон слишком скрытна во всем, что касается чувств. Но она оказывала явное предпочтение Денверу — до сегодняшнего вечера.

— Она никогда не выйдет за Денвера!

— Почему же? Денвер — весьма презентабельный малый. Он умеет обращаться с дамами, знает, как угождать и ухаживать… и в карманах у него не пусто — еще бы, при таком поместье! Она могла бы сделать и худший выбор. Но чем ты недоволен? Он ведь твой друг, не так ли? Конечно, если вы с очаровательной Франческой решили продолжить с того, на чем остановились в Шелвуде, это совсем другое дело…

Лицо Маркуса потемнело.

— Забудь о прошлом, Фредди! Ты понятия не имеешь, что несешь!

— Я нем как могила, старина! Но если ты опасаешься сплетен, не держись так скованно, танцуя с ней. И не уединяйся в саду с мисс Бодон, прославившейся своим самообладанием!

Маркус отошел от давнего приятеля небрежной походкой, но в душе у него бушевала буря. Он не мог поверить, что Франческа увлечена лордом Денвером. Этого просто не могло быть! За последние несколько недель он часто бывал в ее обществе — и вместе с Джорджем, и в его отсутствие. Ничто не указывало на наличие между ними чувств. Но известие о сплетнях в клубах неприятно поразило Маркуса. Конечно, новая Франческа не выставляла свои чувства напоказ… Но Джордж Денвер? Немыслимо!

Маркус медленно прошел по бальному залу и нахмурился, увидев уже успокоившуюся Франческу танцующей с легким на помине Джорджем Денвером. Некоторое время Маркус мрачно наблюдал за ними, а затем прошел в библиотеку, где были расставлены карточные столы. Здесь, в пустой комнате, он и нашел лорда Бодона.

— Карн! Вы выбрали чертовски удачный момент: я только что обчистил Стендиша и теперь готов к сражению с новой жертвой. Как насчет партии в пикет?

Маркус согласился весьма охотно, но во время игры мысли обоих мужчин были далеки от карт. Они небрежно беседовали о Вест-Индии, европейской политике и Париже, но каждого больше интересовал собеседник, нежели положение в мире. Оба насладились игрой, в которой победил лорд Бодон, а затем по взаимному согласию вышли на балкон, откуда открывался вид на бальный зал. Франческа вновь танцевала с лордом Денвером.

— По-видимому, ваша дочь очарована лондонскими развлечениями, сэр, — заметил Маркус.

— Франческа? Пожалуй, да. Хотя иногда она находит всю эту суету слишком утомительной.

— Как по-вашему, лорд Бодон, Лондон заметно переменился за время вашего отсутствия?

— Свет никогда не меняется, Карн. Это сборище такое же, как прежде. — Последовала непродолжительная пауза, затем лорд Бодон задумчиво добавил: — Впрочем, я удивился, увидев здесь сегодня Чантри. Я считал нашу хозяйку разборчивой особой.

— О, Фредди вполне безобиден!

— Он ваш друг, не так ли? В таком случае приношу свои извинения. Обычно он бывает у Уитема. Кстати, вы водите дружбу и с Чарли Уитемом?

— Да, мы с ним… скажем так, знакомы.

— И вы бывали в Уитем-Корте? — продолжал праздный допрос лорд Бодон. Получив ответный кивок, он продолжал: — В мои времена это был прелестный уголок. А теперь?

— Местность там и впрямь живописная, но поместье запущено.

— Вот как? Значит, вы хорошо знаете его?

— Едва ли, — ответил Маркус. — Я бывал там лишь дважды. — Он слегка нахмурился. — Поместье Уитема расположено по соседству с Шелвудом — должно быть, именно поэтому оно вас так интересует? Несомненно, ваша дочь может рассказать о нем больше, чем я.

Лорд Бодон невозмутимо встретил его взгляд.

— Она редко рассказывает о своей жизни в Шелвуде, а я никогда не расспрашиваю ее. Но иметь по соседству запущенное поместье не слишком удобно. Я уверен, что Шелвуд в прекрасном состоянии — иного моя покойная свояченица не допустила бы.

— Разумеется. Я слышал, сейчас поместье осталось под присмотром управляющего. Разве… мисс Бодон не намерена вернуться туда по завершении сезона?

— Полагаю, это зависит от многих причин. Возможно, она согласится пожить со мной — или выйдет замуж.

— Конечно.

Оба не сводили глаз с пестрой толпы, бурлящей внизу.

— Похоже, моей дочери трудно угодить. Франческа не болтлива, но думаю, она уже получила не одно предложение.

— Она красивая женщина.

— Не спорю, но не будем лукавить, Карн: многих поклонников привлекает не столько ее красота, сколько поместье Шелвудов.

— Полагаю, это неизбежно. Но ей ни к чему обращать на них внимание. Найдется немало других, более достойных людей. — И Маркус небрежно добавил: — Например, Джордж Денвер.

— Да, Денвер, похоже, влюбился. А она явно проводит с ним больше времени, чем с остальными — за исключением вас.

— Меня? Разумеется, я наслаждаюсь обществом мисс Бодон, хотя объектом моей особой заботы являются Кэнфилды. А поскольку мисс Бодон живет в их доме, это естественно…

— Конечно, конечно. Вполне естественно. Еще партию в пикет?

— Я пообещал миссис Кэнфилд побыть с ней во время ужина. Может быть, позднее?

— Я иду с вами, Карн. Надеюсь, Франческа уже освободилась и сможет сопровождать отца.

— Вряд ли. — Собеседники проследили, как лорд Денвер повел мисс Бодон из бального зала. Она улыбалась, и Карн, внезапно помрачнев, вернулся в библиотеку.

Лорд Бодон застыл в дверях, и Маркус удивился, увидев на его лице странное выражение: казалось, он спорит сам с собой, но спустя минуту лорд Бодон улыбнулся и произнес:

— Так мы идем?

Несмотря на жгучее желание поговорить с Франческой наедине, этим вечером такая возможность Маркусу не представилась. За ужином она держалась рядом с отцом или беседовала с лордом Денвером. А когда Маркус вознамерился потребовать второй танец, записанный за ним в программке, Франчески нигде не оказалось. Когда Маркус наконец разыскал ее, она беседовала с леди Клейтон. Пожилая вдова развлекала Франческу рассказами о похождениях лорда Бодона четверть века назад.

— Лорд Карн! Прошу меня простить, — оживленно воскликнула Франческа. — Мне пришлось поправить туалет, а к тому времени, как все было готово, танцы уже начались. Боюсь, я заставила вас искать другую партнершу. Должно быть, вы сочли меня на редкость неучтивой, но уверяю вас, платье действительно требовало починки.

— В таком случае разве я могу не простить вас? — Он поклонился. — Леди Клейтон!

— Полагаю, вы явились, чтобы увести от меня эту очаровательную юную леди?

— Лорд Карн наверняка извинит меня, если я откажусь от его приглашения, — возразила Франческа и повернулась к Маркусу: — Леди Клейтон рассказала мне столько интересного о моем отце!

— Как видите, моя притягательность перевешивает вашу, Карн! — с коварной улыбкой подытожила вдова. — Как вы намерены поступить?

— Сдаться на милость победительницы, мэм, — отозвался Маркус. — Ваши истории по праву снискали себе шумную славу. Вы позволите послушать? — И он уселся в кресло рядом с Франческой.

Черные, похожие на пуговицы глаза леди Клейтон подметили румянец на щеках Франчески, а затем — нетерпеливую гримасу на лице Маркуса.

— Само собой, Карн, — произнесла она. — Но признаться, не понимаю я нынешнее поколение! Балы придуманы для того, чтобы танцевать, а не слушать болтовню старух!

— Но поскольку моя партнерша заслушалась вас, мне придется провести следующие полчаса в одиночестве — конечно, если вы не сжалитесь надо мной. Или ваши истории не предназначены для моего неискушенного слуха?

Леди Клейтон довольно усмехнулась.

— Я могла бы порассказать такое, что у вас волосы встанут дыбом… но не буду. Кстати, я уже исчерпала весь свой репертуар. — Она повернулась к Франческе: — Я немного утомилась. Надеюсь, вы сами выспросите у отца все остальное, милочка. Предложите юной леди освежиться, Карн: она вся горит.

— Я… А как же вы, леди Клейтон?

— А я буду только рада остаться здесь, мисс Бодон. Сюда как раз идет мой сын, он и позаботится обо мне. Спасибо вам за терпение.

— Я была рада беседе с вами. Не могли бы мы продолжить ее в другой раз?

— Конечно, конечно. Навестите меня, когда пожелаете, и прихватите своего отца! В прежние времена мне запрещали общаться с ним.

Когда они отошли, Франческа заявила:

— Мне вовсе не жарко, лорд Карн. Я хотела бы разыскать отца.

Маркус взглянул в ее решительное лицо.

— Отлично. Похоже, мне придется подождать более удобного случая, чтобы продолжить нашу беседу.

— Повторяю, нам с вами не о чем говорить. Почему бы вам не оставить меня в покое?

— Это невозможно! Я привык доводить любое дело до конца и своей привычке не изменю, Франческа. Но теперь не время спорить — я навещу вас завтра или через день.

Больше он ничего не успел сказать: к ним уже приближался лорд Бодон. Маркус откланялся и удалился.

Ночь Франческа провела без сна. По какой-то таинственной причине Маркус решил вновь пробудить в ней чувства, которые, как казалось самой Франческе, она давно поборола. Ближе к утру она наконец с отчаянием поняла: если Маркус захочет вновь испробовать на ней свое неотразимое обаяние, она не сможет противостоять ему. Эта мысль наполнила Франческу ужасом. Она поклялась больше никогда не вести себя опрометчиво, никогда не подчиняться чувствам, оставаться неуязвимой. Но с Маркусом сдержать эту клятву было невозможно.

Что же ей делать? Неужели остался единственный выход — спасаться бегством? Мадам Элизабет вернулась в свой коттедж в Шелвуде после того, как Франческа и Кэнфилды отправились в Лондон, — может, и ей стоит последовать примеру гувернантки? Эта мысль понравилась Франческе. Она могла бы занять себя делами поместья. Маркус вряд ли отважится преследовать ее в Шелвуде.

Но… что скажет отец, если она решит бежать в Шелвуд? За время, проведенное в Паккарде и Лондоне, Франческа с отцом успели полюбить друг друга. Он пожертвовал своими удобствами и жизнью в Париже, чтобы быть с ней. Что он скажет, если она разрушит все их планы?

В конце концов Франческа решила вернуться к прежнему замыслу — найти мужа. Несомненно, ее отец будет доволен. Но брак — серьезный шаг, который не следует предпринимать второпях. Кроме того, из всех предложений, которые она получила, ни одно не соблазняло ее.

Франческа нетерпеливым жестом стиснула пальцы и задумалась. Что за нелепость! По меньшей мере трое, если не четверо, из всех претендентов на ее руку были мужчинами благородными и галантными. А Джордж Денвер казался ей весьма благовоспитанным, привлекательным и даже забавным. Почему же ей так трудно угодить? Она просто дура! Франческа передернулась. В случае промедления Маркус наверняка поставит ее в еще более глупое положение. На этой пугающей мысли Франческу вдруг сморил сон.

На следующий день страстное желание Франчески найти выход из ловушки, в которую она попала, лишь усилилось. Днем прибыл лорд Бодон, которому не терпелось поговорить с дочерью. Но разговор зашел вовсе не о Париже.

— Я долго размышлял о Карне, — с места в карьер начал лорд Бодон. — Ведь он приятель Фредди? Значит, тот самый человек, в которого ты была влюблена когда-то. Тот повеса.

Франческа была слишком ошеломлена, чтобы сдержаться.

— Как ты можешь? — с запинкой выговорила она. — Всем известно, что лорд Карн — воплощенное благородство, а вовсе не повеса!

— Не увиливай от ответа, Франческа. Я прав, не так ли?

— Да, но…

— Значит, он женится на тебе!

— Нет!

— Его не понадобится долго упрашивать. Вчера вечером я беседовал с ним на балу. Лорд Карн весьма заинтересован тобой. Он не сводил с тебя глаз. Он женится, если я переговорю с ним. Ты ведь по-прежнему любишь его?

— Папа, не надо! Ты сам не понимаешь, что говоришь. Нет, я не люблю его.

— А по-моему, ты обманываешь себя. И не желаешь видеть в роли своего мужа никого другого. Карн будет превосходным выбором.

— Но я не могу выйти замуж за лорда Карна, папа. Это нелепость! Я не хочу, чтобы ты говорил с ним об этом.

— Я уже принял решение, так что не пытайся остановить меня.

— Прошу тебя, папа, ничего не говори лорду Карну!

— Но почему, Франческа? Ты опасаешься отказа?

— Да. Но еще больше я боюсь, что он согласится. — Эти слова сорвались с ее губ неожиданно, прежде чем она сумела сдержаться.

Минуту лорд Бодон внимательно смотрел на нее.

— По-моему, все это весьма любопытно, Франческа. Мне не верится, что он чудовище. Он производит впечатление воспитанного… так почему же ты о нем такого мнения? Разве что… Детка, я хочу помочь тебе, чем могу, но я должен знать правду. Что пугает тебя в лорде Карне?

Франческа испустила безнадежный вздох и неловко выговорила:

— Лорд Карн уже однажды просил моей руки.

— Когда?

— В прошлом году. В то время я считала, что он надеется обрести состояние, женившись на мне, и потому ответила отказом. Об этом я тебе уже рассказывала.

— Что за нелепость! Он и сам чрезвычайно богат.

— В то время я об этом не подозревала.

— А теперь тебе все известно. — Лорд Бодон нахмурился. — И все-таки я ничего не понимаю: если он богат, зачем ему понадобилось жениться на тебе? Должно быть, он влюблен в тебя, Франческа!

— Нет. Он просто пожалел меня. Он считал себя в ответе за мою судьбу потому, что много лет назад он бросил меня.

— Чепуха! Мужчины не женятся из жалости!

— Ошибаешься, папа: именно это и собирался сделать лорд Карн. Видишь ли, он увлечен благотворительностью всех сортов, — с горечью добавила Франческа.

— Ну что же… полагаю, это возможно. — Судя по тону, лорд Бодон остался при своем мнении. Он быстро продолжал: — Но это еще не повод, отвергать его сейчас. Он не охотится за состоянием, а ты больше не нуждаешься ни в его жалости, ни в деньгах. Твоя гордость не пострадает. Великолепно!

— Я не стану женой лорда Карна, даже если ты уговоришь его сделать мне предложение, — яростно выпалила Франческа.

— Из него получится добрый, заботливый муж. Разве не к этому ты стремилась?

— Папа, неужели ты ничего не понимаешь? В юности я до помешательства любила Маркуса. И теперь не могу удовлетвориться меньшим. Доброта, внимание, даже дружба — все эти качества я могла бы искать в другом мужчине, но не в Маркусе! Никогда! Такой малостью от него я довольствоваться не стану!

— Понятно…

— Если хочешь, папа, я выйду замуж за кого-нибудь другого, по твоему выбору. Надеюсь, ты будешь счастлив.

Лорд Бодон покачал головой.

— По-моему, дорогая, ты совершаешь ужасную ошибку. Я должен как следует подумать…

— Только обещай мне не встречаться с лордом Карном.

— Хорошо, обещаю — по крайней мере пока.

Покидая гостиную несколько минут спустя, лорд Бодон казался озабоченным. Никто из них ни словом не упомянул о Париже.

Следующим гостем Франчески стал лорд Денвер. Когда он вошел в гостиную, Франческа стояла у окна, устремив взгляд на улицу.

— Мисс Бодон! Надеюсь, вы здоровы? — В его звучном, приятном голосе слышалась неподдельная тревога.

Франческа собралась с духом и обернулась, чтобы поприветствовать гостя.

— Лорд Денвер! Как приятно видеть вас! Благодарю, я совершенно здорова.

— Но вы немного побледнели…

— Только потому, что сегодня утром я пренебрегла прогулкой. А как ваши дела?

— О, я всегда в полном порядке. По правде сказать, я приехал пригласить вас прокатиться. Мой экипаж ждет внизу.

Франческа хотела было отказаться, но вдруг передумала.

— Одну минуту, только надену шляпку, — сказала она.

Лорд Денвер уверенно держал в руках вожжи, направляя экипаж по многолюдным улицам. Наконец они выбрались в зеленые кварталы города, которых Франческа прежде не видела. Лорд Денвер вел ни к чему не обязывающую беседу, приоткрывая новые грани своей личности.

Денвер особенно взволновал ее рассказом о том, как трудно поддерживать в порядке родовое гнездо, бывший замок, который со времен норманнов не обрел почти никаких удобств. На Франческу произвели впечатление его любовь к природе и значительные познания в области флоры и фауны. Денвер был внимателен, но не назойлив, и они вернулись на Маунт-стрит, вполне довольные друг другом. Франческа заметно воспряла духом.

— Вы как-то упоминали о том, что рисовали орхидеи, произраставшие близ Шелвуда, — произнес лорд Денвер. — Вы позволите мне когда-нибудь посмотреть эти рисунки?

— Почему бы вам не взглянуть на них сейчас? Они здесь, в моей комнате. Но не ждите от них слишком многого, лорд Денвер: художественной ценности они не имеют. Я пыталась всего лишь передать характерные особенности растений.

Денвер ответил ей учтивым комплиментом, и Франческа оставила его в салоне, а сама направилась за альбомом. Когда она вернулась, Денвер беседовал с Лидией, только что вернувшейся с верховой прогулки. Ее шляпа с вуалью валялась на соседнем кресле, темные кудри растрепались, на щеках горел юный румянец. С искрами смеха в глазах она описывала события вчерашнего бала. Лидия казалась олицетворением жизни и воодушевления.

— Франческа! Лорд Денвер уверяет, что я подшучиваю над ним. Будь добра, расскажи сама, что случилось с париком леди Портман! Он зацепился за пуговицу сюртука Родни Форрестера, верно?

— Уверяю вас, так и было, лорд Денвер.

— Видите, милорд?

— Я напрасно усомнился в ваших словах, мисс Кэнфилд. Жаль, что я упустил такое зрелище.

— Франческа увела меня, чтобы я не опозорила несчастную леди, расхохотавшись вслух. Впрочем, с ней наверняка случалось и не такое… А теперь прошу меня простить: я должна переодеться. Мистер Эндкомб сопровождает меня в Сомерсет-Хаус, а этот наряд едва ли подходит для такого случая. — Лидия присела и вышла.

— Очаровательная девушка, — с улыбкой произнес лорд Денвер.

— Да, очень мила.

Лорд Денвер вопросительно воззрился на Франческу.

— Вы редко упоминаете о ком-либо с такой теплотой, мисс Бодон. Мисс Кэнфилд сумела завоевать вашу привязанность.

— Она заслуживает ее.

— А я? Могу ли я надеяться со временем заслужить такую же честь?

К подобной прямоте Франческа оказалась не готова. Держа в руках альбомы и нервозно теребя их, она отозвалась:

— Вы очень добры ко мне, лорд Денвер, но я…

Он улыбнулся.

— Я слишком поспешил со своим вопросом. Простите. Вы позволите сопровождать вас сегодня вечером к леди Маршан? Вы говорили, что собираетесь к ней.

— Конечно, я буду польщена, — ласково отозвалась Франческа, радуясь тому, что избежала объяснения.

— Я заеду за вами, До вечера. — Денвер уехал, даже не попытавшись возобновить разговор.

Вечером он вел себя очень тактично, излучая обаяние и учтивость. От леди Маршан они уехали рано, а когда оказались возле дома на Маунт-стрит, Франческа в порыве благодарности пригласила спутника зайти.

— Сегодня днем вы забыли про альбом. Он до сих пор лежит на столе — я запретила слугам убирать его. — Они прошли в гостиную. — Вот и он!

Франческа протянула альбом Денверу, но обложка, истершаяся от времени, разорвалась, и все содержимое выпало на пол. Оба склонились, подбирая рисунки, и Франческа похолодела, узнав один из них — изображение маленькой орхидеи, которая цвела десять лет назад на холме близ Шелвуда. Солнечные блики на воде, листья в голубом небе — счастье, исчезнувшее навсегда…

— Мисс Бодон! Франческа! Что с вами? Позвольте вам помочь!

Франческа ничего не слышала. Она смотрела на рисунок, ошеломленная болью от охвативших ее воспоминаний. Внезапно она поняла, что кто-то осторожно помог ей подняться и усадил на диван у окна.

— Не позвать ли горничную?

Она подняла голову. Рядом стоял лорд Денвер.

— Нет, нет, спасибо… это всего лишь минутная слабость.

— Сегодня утром вы были так бледны… Должно быть, переутомились — прогулка продолжалась слишком долго.

Франческа заставила себя заговорить обычным тоном:

— Нет, дело не в этом. Вероятно, я слишком много танцевала на балу у леди Хантингтон. Но теперь я в полном порядке. Спасибо вам за заботу, лорд Денвер. Вы очень добры.

— Мне следовало быть гораздо добрее к вам, Франческа. По правде сказать, мое заветное желание — иметь право лелеять вас до конца своих дней.

Его искренний тон прогнал боль, терзающую сердце Франчески. Слово «лелеять» утешило ее. Она даже сумела улыбнуться.

— Франческа, вы никогда не задумывались о том, что… вы могли бы стать моей женой?

Она посмотрела в карие глаза Денвера, который придвинулся к ней ближе. Честный, преданный, добрый, внимательный, благородный… искушение было весьма велико. Выйдя замуж за лорда Денвера, она сможет навсегда забыть о Маркусе и муках, которые он ей причинил. Почему же ей так трудно отважиться на такой шаг?

— Вы так добры… Для меня это большая честь, лорд Денвер, но пока… я не уверена…

— Скажите «да», Франческа! Я сумею составить ваше счастье.

— Но… мне надо подумать.

— По крайней мере вы оставляете мне надежду?

— Да, конечно.

Лорд Денвер порывисто взял ее за руку и страстно поцеловал ее.

— Дорогая, благодаря вам я стал счастливейшим из мужчин!

— Но…

Ни один из них не заметил, что дверь вдруг открылась и на пороге возникла рослая фигура.

— Прошу простить меня за непрошеное вторжение. Дело требует спешки, иначе я не стал бы вмешиваться в столь интимную беседу. — Маркус был очень бледен, его голос звучал отрывисто. — Ваш отец занемог, Франческа. Я приехал за вами?