Прочитайте онлайн Франческа, строптивая невеста | Глава 15

Читать книгу Франческа, строптивая невеста
5618+15792
  • Автор:
  • Перевёл: Татьяна А. Осина

Глава 15

– По-вашему, дипломатично швырять посла в ров с водой? – с трудом сдерживая смех, осведомилась Франческа.

– Напыщенный дурак! – вскипел Рафаэлло. – Как смел он разговаривать со мной, словно с капризным и непослушным ребенком? Я знал, что просить помощи у Милана бесполезно. Одно хорошо: он привез тебе письмо от матери. В семье все благополучно?

– Мама пишет, что Лоренцо Великолепный не сможет нам помочь. Террено Боскозо слишком далеко, а потому не представляет для Флоренции серьезного интереса. Медичи сожалеет, что вынужден отказать, – сдержанно ответила Франческа. – Что же нам делать, господин? В Милане явно считают, что мы их предали. Надежда тает с каждой минутой. Ясно, что выдворить французов с нашей земли не удастся. Что же дальше?

– Теперь я понимаю, что размещение военной силы лишь отговорка, но представить истинную причину вторжения пока не могу.

– Граф дю Барри жаждет мести, – пояснила Франческа. – Он, конечно, глуп. Не мы в ответе за судьбу Аселин, а он сам.

– Он горд, любовь моя, а потому никогда не признается, что дело не только и не столько в мести. Такой незначительный человек, как он, не сможет добиться помощи короля в осуществлении своих низких планов. Нет, Людовик XI должен был услышать о чем-то, что мгновенно возбудило его жадность. Но что же это такое?

Пришла осень, и вскоре из-под стен замка донесся крик: французы просили встречи с герцогом. Часовые передали просьбу Рафаэлло, а он, в свою очередь, поручил им передать ответ.

С крепостной стены прокричали:

– Герцог согласен говорить с кем угодно, кроме графа дю Барри.

Услышав об этом, Рауль дю Барри впал в ярость, однако командующий лишь усмехнулся:

– Как и ваша дочь, вы, граф, не вызываете у герцога симпатии.

Он повернулся к передавшему ответ солдату.

– Скажи, что полковник д’Омон готов явиться для переговоров, когда будет удобно герцогу.

Посыльный кивнул и исчез.

– Вы с ума сошли? – возмутился дю Барри. – Отвечаете этому мальчишке так, будто он обладает политическим весом.

– Хотелось бы напомнить, граф, – спокойно возразил командущий, – что пока еще небольшой контингент войск короля Людовика находится в моей власти. У вас с герцогом своя история, и он явно к вам не расположен, а потому разговаривать не согласится. Однако мы вынуждены завоевать доверие, чтобы получить доступ в замок и, как бы отвратительно это ни звучало, покончить и с самим правителем, и с его супругой. Как только это произойдет, герцогство Террено Боскозо вместе со всем его богатством перейдет в руки Людовика XI. Преданность королю заставляет меня выполнить свой долг.

Дю Барри долго молчал, а потом тихо произнес:

– Прежде чем герцогиню убьют, пусть ее изнасилуют на глазах у мужа.

– Что? – изумленно переспросил военный.

– Поведаю вам кое-что такое, д’Омон, о чем еще никому не говорил, – прошептал граф. – После того как Рафаэлло Чезаре выбрал в жены дочку торговца шелком, мою Аселин отправили обратно во Францию, однако не обеспечили достаточной вооруженной охраны. В пути на ее небольшой обоз напали разбойники. Девочку изнасиловали и несколько месяцев держали в плену. Когда же ей вместе со служанкой удалось бежать и вернуться домой, оказалось, что она беременна от своего похитителя и к тому же из-за тяжких переживаний утратила разум. Сейчас и она, и мальчик живут в монастыре. Так вот, пусть, прежде чем перерезать герцогине горло, ее опозорят так же, как опозорили мою Аселин, и убьют первой, чтобы муж испытал те же муки, которые испытал я, потеряв дочь. Путь герцог услышит безумные крики жены, когда ее будет насиловать твой солдат, а потом еще один и еще – не меньше дюжины, – и поймет, что не в силах ей помочь. После этого его следует пороть до тех пор, пока на спине не останется живого места, а он завопит от боли. А потом повесить.

– Таков приказ короля, мсье? – сухо осведомился военный.

– Они должны умереть, а способ умерщвления оставлен на мой выбор, – пожал плечами дю Барри.

– Король Людовик XI не сторонник разнузданной жестокости, граф, – сдержанно, но настойчиво возразил командующий. – Мы убьем пленников как можно быстрее и милосерднее. Ввиду отсутствия наследников герцогство сразу станет нашим. Такова воля Людовика XI.

Боже милостивый! Этот дю Барри горит желанием отомстить, однако месть его невыносима. Нет, герцог и герцогиня должны расстаться с жизнью быстро и без лишней жестокости.

Посыльный вернулся и сообщил, что аудиенция будет предоставлена командующему завтра утром. Он сможет переплыть ров на лодке и будет поднят на крепостную стену, а потом его проводят к герцогу. Мост останется поднятым. Полковник д’Омон по достоинству оценил осторожность герцога, однако слегка удивился: если французское войско беспрепятственно вошло в страну, какой смысл в мерах безопасности?

Вечер он провел без графа, чему был искренне рад. Командующий мог бы разыскать дю Барри и рассказать о предстоящей экспедиции в замок, но не стал этого делать. Утром встал рано, позавтракал и, согласно распоряжению, в одиночестве переплыл на лодке ров. Вышел на берег, дождался, когда сверху спустят веревку, искусно обвязал ее вокруг пояса и взмахнул рукой, показывая, что готов к медленному и осторожному подъему. С крепостной стены его без промедления проводили к герцогу.

Рафаэлло Чезаре приветствовал француза кубком с вином.

– Благодарю, ваша светлость, – поклонился д’Омон, поднял кубок и провозгласил тост: – За короля Людовика!

Только после этого он назвал себя:

– Я – полковник Жан-Поль д’Омон, командующий войском его величества.

Без тени сомнения Рафаэлло тоже поднял кубок.

– За короля Людовика, – ответил он и пригласил: – Присаживайтесь к камину, полковник, и расскажите, что привело вас ко мне. – Он опустился в кресло, пригубил вино и показал на глубокое кресло напротив.

Француз последовал приглашению: сел и тоже отпил из кубка.

– Слышал, что вы отказались поклясться в верности нашему королю, – начал он.

– Я стерпел бы вассальную зависимость, но не смог бы выдержать присутствия на своей земле чуждой армии, – ответил герцог. – И все же чуждая армия здесь. – Он печально усмехнулся.

– Король Людовик всего лишь желает удостовериться, что и Милан, и другие итальянские государства не нарушат границ. Проще обеспечить их спокойствие, разместив в Террено Боскозо небольшой военный контингент, – дипломатично ответил командующий.

– Нонсенс! – воскликнул герцог. – Ясно, что король Людовик крайне заинтересован в чем-то, чем располагает моя страна, однако пока я не в силах догадаться, что именно его привлекает. Это наверняка знал мой отец, предыдущий герцог, к сожалению, он недавно скончался. – Рафаэлло набожно перекрестился.

– Не могу помочь вам в выяснении истинных причин демарша, – солгал д’Омон. – Я всего лишь военный и призван исполнять приказы.

– А что же делает в вашей небольшой армии граф дю Барри? – осведомился герцог.

Прежде чем ответить, командующий на миг задумался и решил, что в данном случае правда послужит более надежным оружием, чем ложь.

– Ищет способ отомстить вам за несчастье дочери.

– То же самое сказала моя жена, но я ей не поверил. В горестной судьбе мадемуазель дю Барри виноват не я, а ее отец. Покойный герцог пригласил ее в Террено Боскозо вместе с двумя другими девушками, чтобы я смог выбрать себе невесту. Но я остановил выбор не на Аселин, поскольку она оказалась высокомерной гордячкой. Как и было договорено заранее, ее отправили во Францию в сопровождении обоза с богатыми подарками от герцога Тита и под охраной того небольшого отряда, который отец прислал вместе с ней. Графу следовало позаботиться о более надежной защите для дочери, тем не менее он этого не сделал. Герцоги Террено Боскозо не виноваты в печальной участи мадемуазель дю Барри.

Когда Аселин заявила, что родившийся мальчик – мой сын, внешность невинного ребенка доказала обратное. Позже ее служанка рассказала правду. Моя супруга устроила несчастную и ее младенца в монастырь, где настоятельницей служит родственница ее матери. Мы не были обязаны помогать графу, но дю Барри был так расстроен, что Франческа его пожалела.

– История несколько отличается от той, которую рассказал он сам, однако это не важно, – пробормотал военный.

– Итак, вы считаете, что единственный интерес короля Людовика заключается в охране своих границ путем оккупации Террено Боскозо, – медленно повторил герцог.

– Не знаю ничего иного, ваша светлость, – пожал плечами д’Омон.

– Значит, даже если я сейчас принесу клятву верности, войско он все равно не выведет, – продолжил Рафаэлло. – В таком случае о чем нам с вами разговаривать? Франция вторглась в мою страну. Всем известно, что Террено Боскозо – мирное государство. Известно и то, что у нас нет собственной армии, чтобы защититься, а потому остается полагаться лишь на милость оккупантов. Причина интервенции на самом деле кроется гораздо глубже, чем вы желаете показать. В ином случае клятвы верности оказалось бы достаточно для вывода войск с территории герцогства. Ваша преданность должна принадлежать вашему королю, а я несу ответственность перед своими подданными за их жизнь и благополучие.

– В вашем городе очень мало жителей, – заметил командующий с многозначительной улыбкой. – Дома стоят пусты. Судя по всему, людей известили о нашем приходе, и они поспешили скрыться в более спокойных местах.

– Известно, что солдаты склонны к мародерству и насилию, – ответил герцог.

– Поверьте, синьор: в домах даже нечего взять, а из женщин остались только древние старухи, которые с ворчанием готовят для постояльцев, – возразил д’Омон. – Возможно, армии у вас действительно нет, но защитить граждан вы все-таки сумели.

Герцог ответил на комплимент снисходительным кивком.

– В таком случае полагаю, что беседа наша закончена. – Он встал, и француз немедленно последовал его примеру.

– Могу ли попросить об одолжении, ваша светлость? Земля полнится слухами о необыкновенной красоте вашей супруги. Не позволите ли засвидетельствовать ей свое почтение? Понимаю, что дерзко с моей стороны просить об этом, и все же… – Он пожал плечами.

Рафаэлло добродушно рассмеялся.

– Маттео! – окликнул он слугу. – Спроси герцогиню, не согласится ли она присоединиться к нам в парадном зале.

– Благодарю за согласие удовлетворить непомерное любопытство, – поклонился француз.

Маттео едва ли не бегом бросился в апартаменты герцогини. Когда Терца открыла дверь, Франческа уже нетерпеливо спешила навстречу.

– Госпожа, герцог просит, чтобы вы спустились в зал к нему и его гостю, – сообщил слуга.

– Скорее расскажи, что там происходит, – попросила Франческа. Она знала, что Маттео умен и не упустит возможности подслушать переговоры.

Слуга покачал головой:

– Ничего не происходит и, кажется, не произойдет. Французский командующий утверждает, что вторжение имеет одну-единственную цель – защиту границ. Держится он вежливо и дипломатично, но если что-то знает, то говорить явно не собирается. Герцог прямо спросил, уйдут ли войска, если он присягнет королю Людовику XI, и полковник ответил отрицательно. Тогда герцог сказал, что Террено Боскозо нужно французам для чего-то другого, и на это командующий заявил, что ничего не знает. Солгал, конечно.

– Чем же наше герцогство так привлекает французов? – вслух задумалась Франческа. – Все, что здесь есть, это леса, поля и единственный город, где процветает самая обычная коммерция. Ничего особенного.

– А как же синьора Донателла и ее мастерицы? – неожиданно вступила в разговор Терца. – Откуда они берут золото для производства своих изумительных украшений?

– На севере герцогства издавна существует небольшой рудник, где когда-то добывали золото, – пояснил Маттео. – Однако уже много лет никто не взял оттуда ни крупицы. Насколько мне известно, драгоценной руды там совсем не осталось. Вряд ли сейчас кто-то помнит о существовании старинного месторождения.

– Пресвятая Дева! – воскликнула герцогиня. – Несомненно, в золоте и кроется основная причина!

– Синьора, герцог вас ждет, – напомнил Маттео.

– Да-да, конечно, – кивнула Франческа и следом за ним спустилась в парадный зал.

Едва завидев даму, командующий вскочил. «Бог мой, – подумал он. – Слухи не преувеличены: она действительно прекрасна. Если бы приехала во Францию, сразу стала бы властительницей королевского двора».

– Вы звали меня, господин, – проговорила Франческа подчеркнуто кротко и присела в глубоком реверансе.

В глазах герцога вспыхнул свет.

– И сам командующий д’Омон, и его манеры значительно приятнее графа дю Барри с его грубостью. Прослышав о твоем очаровании, он захотел убедиться собственными глазами.

Франческа обратила на француза взор прекрасных изумрудных глаз и протянула руку для поцелуя.

Не в силах скрыть восхищения, командующий галантно сжал тонкие пальцы и поднес к губам.

– Госпожа герцогиня, искренне польщен вашим любезным согласием встретиться со мной.

– Спасибо, – мило поблагодарила Франческа и невинно поинтересовалась: – Скажите, мсье, вашему королю нужен золотой рудник на севере Террено Боскозо?

От неожиданности и удивления д’Омон раскрыл рот.

– Рудник на севере? – пораженно переспросил Рафаэлло. – Но там же давно ничего нет! Его не разрабатывали больше пятидесяти лет! Неужели Людовик XI вторгся в мою страну ради заброшенного рудника? Кто, черт возьми, мог сказать ему о месторождении золота?

– Разумеется, наш дорогой и верный друг граф дю Барри, – саркастически ответила Франческа. – Не так ли, командующий?

Француз уже успел совладать с волнением.

– Синьор, я не вправе ни подтвердить, ни опровергнуть смелое утверждение.

– Полковник, никто и ничто не мешает вам отправить в шахту своих людей и убедиться, что все так и есть на самом деле, – настойчиво порекомендовал герцог. – Шахта абсолютно бесполезна, работы не ведутся там уже более полувека. Дерзким вторжением в мое государство дю Барри поставил вашего короля в крайне неловкое положение.

– Обязательно пошлю на вашу шахту надежного человека, – согласился д’Омон. – А потом, убедившись в правоте ваших слов, сообщу Людовику.

– Всем, кто согласится слушать, мы готовы поведать, что граф дю Барри рассказал своему королю, будто бы опекуны герцога миланского угрожают Франции, планируя переход по территории герцогства Террено Боскозо, – предложила Франческа. – После этого решение Людовика защититься и сделать первый ход покажется вполне естественным. Таким образом репутация вашего монарха будет спасена, а граф дю Барри навсегда лишится доверия. А когда французские войска покинут нашу землю, отошения между государствами вновь наладятся. В конце концов, пока солдаты не причинили никакого вреда.

– Ваша супруга необыкновенно умна, – восхищенно признал полковник д’Омон.

– Вы не ошиблись, – подтвердил герцог.

– Возьму с собой полдюжины солдат и сам съезжу на золотой прииск, – решил д’Омон. – После чего отправлю рапорт королю Людовику. – Он поклонился герцогу. – Могу ли надеяться, что меня спустят со стены на веревке, а не швырнут в воду?

Рафаэлло хмыкнул.

– Обаянием и прекрасными манерами вы заслужили немного уважения. Пожалуй, будет лучше, если я сам провожу вас на крепостную стену.

Полковник снова поклонился – в этот раз герцогине.

– Мадам, счастлив с вами познакомиться.

С этими словами он повернулся и вслед за герцогом вышел из зала.

Франческа дождалась возвращения мужа.

– Как ты узнала о золоте? – удивленно сросил Рафаэлло.

– Терца и Маттео рассуждали о том, чего на самом деле хочет от нас Людовик, и Маттео вспомнил о месторождении.

– Удар оказался мастерским, любовь моя, – восхищенно признал герцог. – Вполне возможно, что ты спасла всех нас. Спасибо.

Забрезжила надежда, что через несколько недель оккупация закончится. Французы убедятся, что небольшой золотоносный рудник на севере страны интереса не представляет, и уйдут. Однако вскоре Маттео принес печальную новость. Его бабушка оказалась среди тех немногих пожилых женщин, которые остались в городе. Дом ее конфисковал дю Барри. Ни сам граф, ни его приближенные не обращали на бывшую хозяйку ни малейшего внимания – для них она была лишь поварихой и служанкой – и не считали нужным сдерживать языки в ее присутствии. Так синьора узнала, что Рауль дю Барри получил приказ убить и самого герцога, и его супругу.

Бабушка Маттео подслушала разговор и поняла, что граф намерен исполнить приказ в отсутствие полковника д’Омона. Больше того, прежде чем командующий отправился инспектировать золотой прииск, они с графом долго спорили и пререкались. Приказ следовало исполнить только в том случае, если бы герцог отказался сотрудничать с французами. Полковник д’Омон пытался доказать, что его встреча с герцогом прошла плодотворно, поскольку французы получили приглашение осмотреть месторождение собственными глазами и убедиться в его бесполезности. Граф притворился, что готов пересмотреть свою точку зрения, однако подготовку к убийству не прекратил и в настоящее время пытается найти способ тайного проникновения в замок непосредственных исполнителей приказа.

– Бабушка передала мне весточку с просьбой зайти, а вчера, когда я ее навестил, рассказала обо всем.

– Дю Барри напрасно теряет время, – пожал плечами герцог. – Мост поднят, и никто не сможет попасть в замок. Это исключено.

– Но ведь существует тайный ход в подвал, – напомнила Франческа.

– Он отлично замаскирован, – возразил Рафаэлло, – и никому не позволено им пользоваться. Даже Маттео, чтобы навестить бабушку, пришлось спуститься со стены на веревке и переплыть ров. К тому же, чтобы никто не заметил, вылазку он совершил ночью.

– И все же надо остерегаться, – продолжала беспокоиться Франческа. – Нельзя доверять никому. Даже преданное сердце способно дрогнуть при виде щедрой взятки или угрозы благополучию близких.

– Именно поэтому еще до прихода французов я отпустил почти всех слуг. Остались только повариха, Маттео, Пьеро, Фиделио, Терца и Роза. Верность этих людей сомнений не вызывает.

– Но ведь в замке остались капитан Арналдо и несколько вооруженных охранников, – напомнила Франческа. – Можете ли вы с уверенностью поручиться и за них тоже, мой господин? Положение наших дел мне совсем не нравится.

– Думаешь, мне нравится? – обиделся Рафаэлло.

– Нам нельзя покорно сидеть в этой ловушке и ждать конца, – продолжала настаивать Франческа. – Надо где-то спрятаться до ухода французов, до тех пор, пока угроза со стороны графа дю Барри не исчезнет окончательно. Он жаждет мести, однако, даже разделавшись с нами, облегчения не получит, потому что в глубине души чувствует, что в трагедии дочери виновата его собственная жадность.

– Куда же нам идти? – растерянно спросил герцог. – За стенами замка еще опаснее.

– Разве? – усомнилась Франческа. – Не знаю, надо подумать. – Она решила, что ни за что не позволит вероломному французу разрушить свою жизнь. Особенно сейчас. Несмотря на ужасные обвинения, которые Аселин предъявила Рафаэлло, ее горькая участь рождала жалость и сочувствие. Да и как могло быть иначе, если судьба Аселин была окончательно загублена, в то время как ее собственная жизнь продолжалась и наполнялась любовью?

– У вас опасное выражение лица, – заметила Терца вскоре после этого разговора.

– Почему же опасное? – удивилась Франческа.

– Потому что оно появляется тогда, когда вы задумываете что-то рискованное, – ответила проницательная служанка.

– Здесь, в замке, нас ждет неминуемая гибель, – поделилась тревогой герцогиня. – Французский граф задумал отомстить и добился разрешения своего короля на убийство. Рафаэлло верит, что ничего плохого не случится, потому что замок надежно укреплен, однако мы с тобой флорентийки, а потому не столь простодушны.

Терца понимающе кивнула и, не скрывая страха, спросила:

– Что же делать? Может быть, вернуться во Флоренцию?

– Если бросим Террено Боскозо, народ сочтет нас предателями и не простит измены. Как только французы удостоверятся в бесполезности золотого прииска, сразу уйдут. Но сидеть здесь и дожидаться, пока король Людовик осознает свою ошибку, нельзя.

– Короли своих ошибок не признают, – мудро рассудила Терца. – Не исключено, что, даже несмотря на отсутствие золота, Людовик откажется выводить войска. Просто потому, что не захочет выглядеть жадным глупцом. Чтобы создать видимость величия, он предпочтет сохранить за собой маленькое государство и убрать с дороги лишних людей, то есть герцога и герцогиню. Раз герцог отказался дать клятву верности, значит, его необходимо уничтожить. Думаю, всем нам надо бежать, чтобы спасти жизнь, однако вряд ли герцогу удастся вернуть себе власть. Если король Людовик будет править здесь мирно, преданность семье Чезаре больше не возродится. Так или иначе, граф дю Барри вам отомстит, и единственное, что можно сделать, – это попытаться остаться в живых. Но разве найдется такое место, где вас не знают?

Правдивые и горькие слова преданной служанки еще ярче показали Франческе весь ужас положения. Поначалу верить не хотелось, однако постепенно стало ясно, что Терца, как всегда, права: она смотрела на ситуацию другими глазами. Но как разъяснить печальную истину Рафаэлло? Он не захочет признать правду – не найдет душевных сил. Увы, с течением веков мужчины семейства Чезаре все меньше походили на своего могучего предка, основателя государства и династии. Они жили в мире даже тогда, когда вокруг бушевали войны. Обвинение в слабости оказалось бы несправедливым, потому что они достойно управляли своей страной и вели ее к процветанию. Беда в том, что монархи наивно полагали, что Террено Боскозо останется неизменным даже в меняющемся мире.

На миг Франческу обуял ужас, однако она тут же взяла себя в руки и заставила успокоиться. Да, ответственность за спасение лежит на ней – пусть даже спасти удастся не власть, а саму жизнь. Рафаэлло – ее муж. Любимый муж. И она не позволит графу дю Барри осуществить низкий и коварный план мести. «Пресвятая Дева, как же я изменилась!» – подумала Франческа. Необходимость сохранить семью заставила забыть о стремлении к высокому положению и славе. Если суждено потерять герцогство, значит, так тому и быть. Вот только чтобы убедить в этом Рафаэлло, потребуется больше времени, чем осталось в их распоряжении. Надо немедленно сделать первый шаг: выбраться из замка и спрятаться там, где можно будет жить без страха.

– Куда же мы пойдем? – испуганно спросила Терца.

– В лес, – без колебания ответила Франческа. – Там французы никогда не станут искать. Просто решат, что мы сбежали во Флоренцию.

– А где и как будем жить? – продолжала беспокоиться Терца.

– Спрячемся в гостинице для охотников. Алонза вместе с семьей уехала на юг еще до прихода французов, а незадолго до смерти герцога Тита сказала ему, что уже слишком стара, чтобы заботиться о лесном приюте: пообещала прослужить еще одну зиму и попросила найти замену. Свекор согласился и щедро наградил хозяйку за добросовестную работу. Вскоре он умер, а потом явились французы. Рафаэлло так ничего и не сделал, хотя постоянно собирался. Сейчас осень; скоро охотники потянутся в зимний приют и обнаружат, что бывшая служанка Алонзы взяла гостиницу в свои руки, а помогает ей охотник Карло. Слуги смогут выбрать: уйти вместе с нами или вернуться к семьям. Медлить нельзя, потому что дю Барри попытается покончить с нами до возвращения полковника д’Омона, а тот приедет в город уже через пару недель. Командующий – разумный человек. Верен своему королю, но не готов идти против чести. Бабушка Маттео слышала, как яростно он спорил с дю Барри, пытаясь запретить тому действовать против нас, однако стоило ему уехать на север, как граф вернулся к своему замыслу.

– И это после того, как вы великодушно позаботились о его дочери! – негодующе воскликнула Терца.

– Скаредность отца послужила причиной несчастья Аселин, и вот теперь он хочет загладить вину жестокой местью.

– Нашел способ! – возмутилась Терца, но тут же успокоилась и перешла к насущным проблемам. – Что мы с собой возьмем? – уточнила деловито.

– Подожди, собираться пока рано; прежде надо поговорить с герцогом, – ответила Франческа.

– Убедить его будет нелегко, если вообще удастся, – покачала головой горничная.

– Знаю, – согласилась Франческа. – И все же убедить необходимо.

– Ты с ума сошла? – возмутился Рафаэлло, выслушав жену. – Я не покину свой народ!

– О, конечно! – воскликнула Франческа. – Оставите своему народу память о великой жертве: последний герцог, которого враги даже не позаботились похоронить в семейном склепе. Они убьют вас и повесят красивое тело на городской площади, чтобы ваш народ смотрел, а вороны пировали. Потом – очень не скоро – срежут веревку и закопают. После этого все вас забудут. Оставшись в живых, вы по крайней мере сохраните надежду, хотя это мало что изменит. Французы не могут покинуть герцогство так, как будто ничего не произошло, потому что в этом случае король Людовик XI будет выглядеть нелепо.

– Что ты хочешь сказать? Считаешь, что мне никогда уже не удастся вернуть законную власть? Что моя земля навсегда останется у французов? – Рафаэлло одновременно рассердился и растерялся.

Франческа грустно вздохнула. Наивная страстность супруга обезоружила. В условиях мира он великолепно правил своей страной; жаль только, что герцоги Террено Боскозо веками оставались в плену иллюзий и понятия не имели, как действовать в ситуации, требующей решительных мер. Нет, пожалуй, обвинение несправедливо: Рафаэлло сумел обеспечить безопасность своих подданных. А вот что делать дальше, не знал. Франческа не сомневалась, что присяга французскому королю не спасла бы положения. Истинной причиной оккупации стало золото: Людовик XI верил, что герцогство располагает безмерными запасами драгоценного металла, и спешил завладеть богатством. Он не смог бы принять клятву герцога и вслед за этим бесцеремонно присвоить золото, а был бы вынужден включить Террено Боскозо в состав своего государства под предлогом более удобного доступа к границе в случае угрозы со стороны итальянских государств. В итоге сложилась бы тупиковая ситуация, и Франческа не знала, как объяснить Рафаэлло ее суть.

– Французы оказались в невыносимо нелепом положении, мой господин, – начала она, – а ведь великие монархи не любят садиться в лужу у всех на виду. Оставаться здесь никак нельзя: опасность со стороны графа дю Барри слишком велика. Бегство туда, где он не сможет нас найти, по крайней мере дает шанс выжить. А когда Людовик поймет, что золота в стране нет, что в слепой жажде мести граф его обманул и выставил дураком, дю Барри понесет заслуженное наказание.

– Слабое утешение, – угрюмо проворчал Рафаэлло.

– В конце концов, он может даже расстаться с жизнью, – едва слышно пробормотала Франческа. – Этого человека трудно назвать приличным, а потому не исключено, что он выпьет или съест что-нибудь… не совсем свежее.

Герцог смерил жену пронзительным взглядом.

– Отравление?

– Разве я произнесла это слово? – мило улыбнулась герцогиня. – Нет, мой господин. Однако не следует забывать, что если со слугами плохо обращаются, они порой решаются на месть.

– Особенно если им за это исправно платят, – усмехнулся Рафаэлло. Слова супруги внезапно позабавили: разве можно было ожидать подобных мыслей от благородной, прекрасно воспитанной красавицы? Но, что ни говори, красавица родилась и выросла во Флоренции, да и матушка ее отличалась чрезвычайно изощренным умом. Франческа очень походила на мать, хотя вряд ли согласилась бы это признать. Так же как Орианна, она дорожила семьей и стремилась ее защитить. Вот только теще едва ли доводилось сталкиваться с трудностями такого порядка.

– Идея побега мне совсем не нравится, – спокойно и веско заключил герцог.

– Мы обязаны выжить ради своего народа, – выложила последний аргумент Франческа, хотя, произнося высокие слова, понимала, что лжет: выжить они должны ради себя и, милостью Бога, ради будущих детей. Вряд ли Рафаэлло когда-нибудь доведется вновь править герцогством Террено Боскозо: скорее всего страна превратится в очередную захолустную провинцию Франции. Но сейчас речь шла только о первом, самом важном шаге: выбраться из замка незамеченными и добраться до лесной гостиницы.

– Куда же мы поедем? – недоуменно спросил Рафаэлло. – Даже если окажемся во Флоренции, сразу попадем в центр внимания.

– Никакой Флоренции. Даже не покинем пределы Террено Боскозо, – заверила Франческа, удивив и одновременно обрадовав мужа. – Скроемся в лесу. Ты так и не успел назначить в охотничий приют новую хозяйку, и вот теперь управлять им станет бывшая служанка Алонзы вместе со своим мужем Карло. Там мы будем в полной безопасности; вряд ли французы нас обнаружат, даже если начнут искать.

– Думаешь, кто-то из охотников все еще там? – усомнился Рафаэлло.

– Наверняка. Наша борьба с французами их не затронула: эти люди весь год проводят в лесу. В начале лета на несколько дней приходят в город, чтобы продать шкуры и другую добычу, а потом снова возвращаются к привычной жизни. Гостиница им необходима, чтобы переждать несколько самых холодных и темных месяцев. Сейчас уже глубокая осень, и именно в это время Алонза всегда возвращалась в приют, чтобы подготовиться к приему постояльцев. Охотники искренне обрадуются, обнаружив, что их по-прежнему ждет крыша над головой, теплый камин и вкусная еда. Готова поспорить, что ни один из них никогда не видел молодого герцога. Сколько лет вы развлекались игрой в Карло, мой господин? С юности?

– Если не считать Алонзы, один лишь Бернардо подозревал, кто я такой на самом деле, хотя напрямую ни разу не спросил.

– Он хороший человек и не выдаст, – кивнула Франческа.

– Что ж, лес – отличное место, – подытожил Рафаэлло. – Скоро придет зима, дороги скроются под снегом, и мы действительно окажемся в полной безопасности. Кого возьмем с собой?

– Тех, кто остался с нами в замке; конечно, если захотят пойти. Если же предпочтут вернуться к семьям, значит, так тому и быть. Все они самые верные из верных. Предложим уйти и капитану Арналдо, и его гвардейцам, хотя они вольны наняться на службу к новому хозяину. Условие одно: никто не будет знать, куда именно направляется. Тем, кто отправится вместе с нами, придется полностью на нас положиться.

– А готовить ты умеешь? – с улыбкой поинтересовался герцог.

Франческа пожала плечами.

– Вполне достаточно для того, чтобы прокормить охотников зимой. Правда, придется взять из замка столько провизии, сколько сможем увезти на лошадях. Полагаю, что повариха тоже захочет скрыться в лесу: у нее нет ни близких родственников, ни семьи. Так что голодать никому не придется.

– И когда же думаешь отправиться? – уточнил Рафаэлло.

– Чем скорее, тем лучше. Каждый час промедления подобен смерти.

Герцог не верил в реальность угрозы до тех пор, пока охранники не поймали одного из солдат на месте преступления: изменник спускал веревку с крепостной стены двум чужакам, которые переправлялись через ров на лодке. Герцога немедленно вызвали наверх, и он собственноручно сбросил негодяя в воду, после чего удалился без единого слова. Капитан Арналдо широко улыбнулся, а гвардейцы, увидев барахтающегося во рву предателя, покатились со смеху, а потом по команде капитана подняли луки и сразили двух злоумышленников. Третий, как паук, выбрался на берег и бросился наутек, пытаясь спасти свою шкуру.

С каждым из слуг Франческа побеседовала с глазу на глаз. Мажордом Пьеро и камердинер Фиделио решили присоединиться к семьям. Повариха, Роза и Маттео согласились отправиться вместе с герцогом и герцогиней. Терца, разумеется, отказалась бросить свою госпожу на произвол судьбы, хотя Франческа предложила оплатить дорогу до Флоренции.

– И что же я буду там делать? – обиженно осведомилась горничная.

– Мама возьмет тебя к себе, – заверила Франческа. – Наша жизнь изменится, причем не в лучшую сторону.

– Нет уж, спасибо. – Терца решительно покачала головой. – Лучше буду работать на вас, чем на вашу матушку. К тому же синьоре Пьетро д’Анджело вряд ли понравится кормить еще одну служанку. Если верить ее письмам, жизнь во Флоренции сейчас нелегка.

– Что ж, поступай как знаешь, и пусть Господь благословит тебя за то, что остаешься со мной, – поблагодарила Франческа.

– Куда же мы направимся? – спросила Терца.

– Тебе скажу, но больше никто не должен узнать прежде, чем придем на место, – предупредила герцогиня. – Скроемся в лесу, в охотничьей гостинице. Алонза уехала вместе с семьей, и герцог не успел найти ей замену. Об этом приюте почти никто не знает, и там мы будем в полной безопасности. Скоро охотники придут зимовать. Надо будет их кормить, обстирывать, убирать. Я провела в гостинице зиму, а потому знаю, что и как надо делать.

– Охотники до самого конца не догадались, что вы невеста герцога, – задумчиво произнесла Терца, – так что герцогиню в вас не узнают. Но что же делать с синьором Чезаре?

– Той зимой, которую я провела в лесу, Рафаэлло пришел в гостиницу в образе охотника Карло, чью роль он играл много лет подряд. Карло влюбился в новую служанку Алонзы, Кару, – с улыбкой пояснила герцогиня. – Никому не покажется странным, что он на ней женился и теперь они вместе хозяйничают в гостинице. Осенью и зимой Карло сможет охотиться вместе с товарищами, а когда придет весна, будет видно, что готовит нам судьба.

Терца кивнула. Она понимала, что судьба прикажет оставаться в лесу или, когда французы окончательно обоснуются в Террено Боскозо, уехать во Флоренцию. Никто из соседей так и не помог молодому герцогу, и теперь уже рассчитывать не на что, особенно после бегства из замка. Жаль, конечно, что иного пути нет, но граф дю Барри так же злобен и мстителен, как его дочь, и хочет лишь одного: смерти обидчиков. Семейство французского дворянина почувствовало себя оскорбленным, когда герцог выбрал не благородную мадемуазель Аселин, а дочку флорентийского торговца шелком. Трагедия, случившаяся по пути домой, лишь разожгла ненависть, и теперь герцогу Террено Боскозо предстояло держать ответ. Терца печально вздохнула.

– О чем ты вздыхаешь? – спросила Франческа.

– Увы, госпожа, надежды нет, – мрачно ответила горничная.

– Надежда есть всегда, – тихо возразила Франческа. – А теперь позови Розу: надо собрать необходимые вещи.

Следующие несколько дней прошли в тщательном изучении гардероба Франчески. Помимо белья, ночных сорочек и чулок взять с собой было нечего. Наряды герцогини плохо подходили жене хозяина лесной гостиницы. Решили, что она наденет кожаные брюки. К счастью, из трех плащей только один оказался слишком вычурным, а два других – шерстяные, с опушкой из кроличьего меха – вполне годились в дорогу. Терца и Роза сшили несколько простых юбок и блузок, а также одно простенькое платье – на всякий случай. Кожаные башмачки и ботинки сомнений не вызвали. Полезными показались несколько лент и две простые накидки на голову, да еще несколько пар перчаток. Через пару дней у Франчески появился гардероб, достойный герцогини в образе хлопотливой хозяюшки.

– А что делать с драгоценностями? – спросила Терца.

– Возьму с собой и спрячу в гостинице. Французам ничего не оставлю, – решительно заявила Франческа и положила шкатулку в одну из мягких седельных сумок. – Фиделио уже разобрался с одеждой герцога?

Камердинер и мажордом собирались оставить город только после ухода господ. Поскольку французов в замке не было, отсутствие правящей четы могло оставаться тайной в течение нескольких дней. Капитану Арналдо вместе с воинами предстояло задержаться еще на неделю, а потом выбраться на свободу под покровом темноты. Мост через ров должен был остаться поднятым: когда оккупанты наконец обнаружат, что замок пуст, то, чтобы попасть внутрь, будут вынуждены проявить незаурядную смекалку.

Ночь побега выдалась намного холоднее предыдущих. Герцог пригласил капитана Арналдо отужинать в парадном зале за главным столом. Ели простую, но сытную пищу: мясной суп, оленину, пасту, приправленную маслом и душистыми травами, хлеб, сыр и последние осенние персики. Пили хорошее красное вино. Когда же наконец голод был утолен, герцог негромко обратился к капитану:

– В библиотеке, в нижнем ящике стола, найдете мешочек монет для расчета с солдатами. Знаю, что прежде гвардейцам платили в Михайлов день за год службы, но хочу выплатить им жалованье на год вперед, хотя не сомневаюсь, что каждый найдет себе новое место. Там же лежит мешочек поменьше – специально для вас, друг мой, в благодарность за долголетнюю верную службу. Проследите, чтобы охранники ушли безлунной ночью, в полной темноте. В замке вы в безопасности до тех пор, пока сможете удерживать за его пределами убийц, нанятых графом дю Барри. После недавней неудачной попытки он вряд ли отважится на новую, но все может быть, тем более что осуществить кровавый замысел ему необходимо до возвращения полковника д’Омона.

– Синьор, – отвечал капитан, – не сомневаюсь, что солдаты будут благодарны за доброту. Даже сейчас не спрашиваю, куда вы пойдете, потому что не глуп и понимаю: под пытками может сломаться любой. А тот, кто ничего не знает, ничего не скажет.

– И все же постарайтесь не попасть в лапы французам, – посоветовал герцог, невесело усмехнувшись.

– Отправлюсь на север, в Швейцарию, – поделился планами капитан. – В каком-нибудь приличном семействе найду некрасивую засидевшуюся дочку, готовую выйти даже за старика, женюсь и наконец остепенюсь. Мне уже сорок, синьор, и всю свою жизнь я провел на военной службе. Очень хочется найти теплый дом и завести детей. Швейцарцы – спокойный и трудолюбивый народ.

Герцог кивнул:

– Понимаю и желаю удачи, друг мой.

Мужчины крепко пожали друг другу руки.

– Когда вы намерены выйти, ваша светлость? – осведомился капитан Арналдо. – Похоже, что ближе к ночи соберется дождь.

– Тем лучше, – ответил герцог. – Французы будут сидеть в городе, по домам, и не вспомнят о замке. Возьми самых надежных людей и приведи лошадей к потайной двери – шесть верховых и одну вьючную.

– В котором часу? – уточнил капитан.

– Ровно в полночь, – лаконично ответил герцог.

– Будет исполнено, – пообещал капитан и поклонился. – Желаю удачи вам, синьор, и вашей прекрасной герцогине. Да поможет вам Господь и да благословит Пресвятая Дева.

С этими словами преданный воин встал из-за стола, спустился с подиума и вышел из зала.

Герцог заглянул в кухню, где в одиночестве колдовала повариха.

– Господин! – приветствовала она.

– Отправимся в путь сегодня, Бальбина, – распорядился Рафаэлло. – В полночь спустись в зал, а огонь в печи оставь, как обычно.

– Надеюсь, веревка будет крепкой? – встревожилась повариха. – Я женщина солидная. Что, если порвется под моим весом и я шлепнусь в темный ров?

– То, что ты толста, как пасхальная гусыня, это чистая правда, – поддразнил герцог, – вот только выбираться на волю будем другим путем, так что, если не случится дождя, останешься сухой. На этот счет можешь не беспокоиться, но все-таки подумай еще раз: действительно ли хочешь уйти с нами?

– Конечно, синьор! – воскликнула повариха. – Меня уже трудно назвать молодой, но и старой тоже не назовешь. Должно же в моей жизни случиться хотя бы одно настоящее приключение!

Рафаэлло хмыкнул.

– Верно, каждая женщина должна пережить по крайней мере одно приключение, – согласился он. – С божьей помощью дорога окажется не слишком утомительной, и дня через два-три все мы вздохнем свободно. – Он ободряюще улыбнулся и, прежде чем уйти, напомнил: – Итак, в полночь!

Бальбина удивленно посмотрела вслед. Молодой герцог всегда отличался вежливостью, но сегодня казался особенно общительным и даже дружелюбным.

Рафаэлло вернулся в зал, но там уже никого не было. Он поспешил наверх, в покои жены, и нашел герцогиню в одиночестве сидящей у камина. Склонился, обнял и поцеловал в губы.

– В полночь выходим, – предупредил он и устроился рядом на небольшой оттоманке.

– В темноте? – удивилась Франческа. – Как же мы найдем дорогу?

– Будем освещать путь маленьким масляным фонарем, – пояснил Рафаэлло. – Конечно, двигаться придется медленно, но к рассвету окажемся далеко в лесу, в нескольких милях от замка.

Франческа кивнула:

– Понимаю. А как в темноте переправимся через ров?

– Никто не знает, что в одном месте ров выкопан очень мелко – специально для того, чтобы могли перейти те, кто вышел из замка через потайную дверь. Однако переправа всего четыре фута шириной, так что вести коней придется очень внимательно и осторожно, чтобы не оступились и не упали в воду. Попрошу Маттео помочь Бальбине, потому что повариха не умеет ездить верхом. Переход по воде в полной темноте – рискованное испытание.

– Понимаю, – повторила Франческа и вдруг тихо заплакала.

– Что случилось, любовь моя? – удивился герцог и крепче обнял ее за плечи.

– Ничего, – вздохнула Франческа. – Просто почему-то стало грустно. Да, обстоятельства диктуют свои условия, но мы должны выжить всему вопреки! Ни за что не позволю вероломному французу одержать верх! Он отнял у нас герцогство, дом, но не сможет отнять главное – жизнь. Будем жить и радоваться ему наперекор, а когда-нибудь я обязательно отплачу дю Барри за несправедливость. Не зря же я Франческа Пьетро д’Анджело, дочь Орианны Пьетро д’Анджело! Граф горько раскается в своих подлых кознях!