Прочитайте онлайн Флорентийская трагедия | Оскар УайльдФлорентийская трагедия

Читать книгу Флорентийская трагедия
4916+606
  • Автор:
  • Перевёл: П. Н. Петров
  • Язык: ru
Поделиться

Оскар Уайльд

Флорентийская трагедия

(Входит муж.)

СИМОНЕ

Жена моя, ты не спешишь. Не лучше ль

Бежать, встречая мужа? Вот мой плащ.

Возьми сперва мешок. Не полегчал он.

Одну лишь мантию в мехах я продал –

Сын кардинала приобрел, в надежде,

Что вскорости осиротеет.

Кто здесь?

Здесь друг с тобою. Родич наш, наверно?

Недавно возвратясь из дальних странствий,

Попал он в дом пустой! Не мог хозяин

Его приветить. О, прости мне, родич.

Дом без хозяина уныл, и чести

Лишен, совсем как чаша без вина,

Как ножны, не держащие оружья,

Заглохший вдовий сад, лишенный солнца!

Прости, прости мне, милый мой племянник!

БЬЯНКА

Не родич он и не племянник тоже.

СИМОНЕ

Не родич, не племянник? Это странно.

Так кто же он, что оказал нам честь

И посетил наш дом гостеприимный?

ГВИДО

Зовусь я Гвидо Барди.

СИМОНЕ

Что? Вы сын

Флоренции отца и властелина,

Чьего дворца серебряные башни

Отсель я вижу каждой лунной ночью?

О Гвидо Барди, здесь желанный гость вы!

Желанный дважды, ибо я надеюсь,

Что честная жена моя (она

Честна, хотя не хороша собою)

Не утомила женской болтовней вас.

ГВИДО

Твоя супруга, что красой своею

Звезд и луны сиянье затмевает,

Меня здесь так любезно принимала,

Что если ей, да и тебе угодно,

В твоем дому я стану частым гостем,

И стану утешать ее в те дни,

Когда ты будешь по делам в отъезде,

Развеивать ее тоску по мужу.

Что скажешь, друг Симоне?

СИМОНЕ

Господин мой,

Вы дарите меня такою честью,

Что мой язык, как раб, застыл, повязан,

И нужных слов он вымолвить не в силах.

Но как мне не благодарить? Всем сердцем

Благодарю.

Такими-то делами

И крепко государство: славный принц,

Великий по природе и рожденью,

Презрев слепой судьбы несправедливость,

Приходит в честный дом простолюдина

Честнейшим другом.

Все же я боюсь,

Что слишком дерзок. После, может быть,

Придете вы как друг, но в этот вечер

Пришли вы в дом ко мне как покупатель,

Не правда ль? Шелк и бархат, что угодно!

Я знаю, что найдется у меня

Товар по вкусу вашему. Уж поздно,

Но, бедные купцы, мы день и ночь

О скудной нашей прибыли радеем.

Налоги высоки по городам,

А подмастерья бестолковы. Жены –

И те не помогают! Но сегодня

Есть у меня богатый покупатель –

Благодаря жене. Не правда ль, Бьянка?

Но что я трачу время? Где мешок?

Открой его, жена. Ну, развяжи же!

Встань на колени на полу, так лучше.

Нет, нет, не тот, другой! Давай скорее!

Нетерпелив бывает покупатель.

Задерживать не смеем мы. Вот это!

Подай, да осторожней. Вещь бесценна!

Касайся осторожней. Господин мой!..

О нет, простите. Вот! Дамаст из Лукки.

Как сплетены серебряные нити!

А розы! Надели их ароматом –

Покажутся живыми! – Прикоснитесь.

Нежней воды, прочнее стали, правда?

И розы, розы! Вышивки тончайшей.

Влюбленные в цветенье роз холмы,

У Беллосгвардо или у Фьезоле,

Я думаю, не так цветут весною –

А если так же, то их цвет недолог.

Уж такова судьба всего живого,

Танцующего средь воды иль ветра:

Сама природа губит, как Медея,

Своих детей – идет на них войною!

Но посмотрите, здесь, в дамасте этом,

Все лето, навсегда, и хладным зубом

Зима цветов прелестных не коснется.

Мне стоил золотого каждый локоть

Атласной вышивки.

ГВИДО

Мой друг Симоне,

Довольно, я прошу. Они прекрасны.

Я завтра же пришлю к тебе слугу,

И он заплатит вдвое.

СИМОНЕ

Щедрый принц!

Целую руки вам. Еще, я вспомнил,

Есть у меня сокровище; его вы

Должны увидеть: мантия вельможи.

Венецианский изготовил мастер:

Из бархата, узор на ней – гранаты,

Их семена – жемчужины, и в крупных

Жемчужинах весь воротник – крупнее,

Чем бабочки под фонарями летом,

Белее лун, увиденных безумцем.

Большой рубин углем горит в оправе –

Такого камня нет у Папы в Риме,

И в Индиях не сыщется подобный.

Сама застежка сделана искусней

Любой из чудных тех вещей, что делал

Челлини для великого Лоренцо.

Она должна быть вашей. Вы достойней

Всех в нашем городе! Сатир рогатый

Из золота на правой стороне

Преследует серебряную нимфу.

На левой стороне стоит фигурка

С кристаллом – меньше зернышка – в руке.

Она символизирует Молчанье.

Так совершенно вышита, что всякий

Готов сказать: она ведь дышит!

Бьянка!

Не правда ль, этот дорогой наряд

Синьору Гвидо должен быть к лицу?

О, попроси его! Он не откажет

Тебе ни в чем, будь велика цена,

Как выкупы, что требуют за принцев.

БЬЯНКА

Я что, твой подмастерье? Я не стану

Просить его.

ГВИДО

Прекраснейшая Бьянка,

Куплю я мантию, и все куплю,

Чем он богат. За принца платят выкуп,

И счастлив принц, которого пленил

Такой прекрасный враг.

СИМОНЕ

Вы оба правы.

А я… Но купите ли вы товар мой?

Согласны ль вы? Чтоб окупился он,

Пятидесяти тысяч крон не хватит,

Но вам отдам за сорок. Слишком много?

Свою скажите цену. Почему-то

Я в этой мантии хотел бы вас

Увидеть в окруженье дам придворных –

Цветок среди цветов!

Мне говорили,

Что вас, сиятельнейший принц, они

Повсюду окружают, будто мухи,

В надежде на вниманье ваше.

Также

Я слышал про мужей, что гордо носят

Рога: вот удивительная мода.

ГВИДО

Попридержи язык, Симоне! Верно,

Ты позабыл о даме? Для ее

Ушей нежнейших эти речи грубы.

СИМОНЕ

И правда, я забылся. Я не буду

Так говорить. Но вы, мой господин,

Купить согласны мантию, не правда ль?

Всего лишь сорок тысяч крон – пустяк

Для сына самого Джованни Барди.

ГВИДО

Договорись с моим дворецким завтра.

Его зовут Антоньо Коста. Сам он

Придет к тебе. Когда сто тысяч крон

Тебя устроят, столько ты получишь.

СИМОНЕ

Сто тысяч крон! Сто тысяч, вы сказали?

О, навсегда отныне и во всем

Я ваш должник. О да! Теперь мой дом

И все, что в нем ни есть, навеки ваше,

И только ваше!

О! Сто тысяч крон!

Возможно ль это? Стану я богаче

Всех остальных купцов. Приобрету

Сады, и виноградники, и земли.

Скуплю все мастерские от Милана

И до Сицилии! Все жемчуга

Из тихих гротов всех морей арабских!

Мой щедрый принц! Любовь моя безмерна!

Просите что хотите – все отдам вам,

Ни в чем не откажу!

ГВИДО

А если Бьянку

Я попросил бы?

СИМОНЕ

Вам шутить угодно.

Она вниманья принца недостойна.

Ее удел – домашние заботы

И пряжа. Так, жена? Не так ли? Так.

Смотри же, прялка заждалась тебя.

Садись за пряжу. Жены не должны

Сидеть без дела дома. В праздных пальцах

Родится сердце праздное. Садись же

За пряжу.

БЬЯНКА

Что мне прясть?

СИМОНЕ

О, что угодно.

Какую-нибудь мантию. В пурпурный

Окрасить цвет и в черный день надеть.

Иль одеяло с бахромою – в нем

Младенец нежеланный может плакать

Неслышим. Или саван благовонный,

Чтоб завернуть покойника. Что хочешь

Пряди, мне все равно.

БЬЯНКА

Порвалась нитка.

И колесо изношено. Не стану

Сегодня прясть.

СИМОНЕ

Сегодня или нет –

Не важно. Значит, завтра. И за пряжей

Тебя застанет новый день. Когда-то

Так и застал Лукрецию Тарквиний.

Так, может быть, Лукреция ждала

Тарквиния? О женах я слыхал

Немало странного. А что там слышно

Из-за границы? В Пизе говорили,

Английские купцы хотят дешевле

Шерсть продавать, чем можно по закону,

И подали в Синьорию прошенье.

Скажите, хорошо ли это? Разве

Купец купцу не брат, а волк? И разве

Возможно, чтоб пришельцы нас лишили

Законной выгоды?

ГВИДО

Что мне за дело

До выгоды купцов? Ужель я должен

Просить за вас Синьорию? Надеть

Наряд того, кто продает глупейшим

Что куплено у глупых? Нет, Симоне.

Продажа шерсти – ваше дело. Мне

Иных забот хватает.

БЬЯНКА

Господин мой,

Простите мужа моего. Душою

Он весь на рынке. По цене на шерсть

Считает он удары сердца. Все же

По-своему он честен.

Ну а ты?

Тебе не стыдно ль? Благородный принц

Пришел в наш дом, а ты его тревожишь

Своей заботой низкой. Попроси же

Прощения.

СИМОНЕ

Прошу его смиренно.

Мы о другом поговорим. Я слышал,

Король французский получил от Папы

Письмо: святейший просит короля

Пройти с войсками через снежный щит

Альпийских гор и в Италийских землях

Установить кровавый мир, похуже

Любой войны.

ГВИДО

Король французский! Вечно

Он обещает к нам прийти, и вечно

Он не приходит. Что мне до него?

Важнее мне другое, друг Симоне.

БЬЯНКА

Я думаю, ты утомляешь гостя.

Что нам король французский? Что твои

Купцы английские со всей их шерстью!

[ГВИДО

Что нам весь мир? Исчезни он совсем,

Теперь мне дела нет. И для меня

Есть только эта комната, а больше

Нет ничего, а все, что есть, не важно.]

СИМОНЕ

Есть только это? Весь огромный мир

Уменьшился до комнаты, в которой

Лишь три души? И правда, временами

Вселенная сужается, как ткань

В котле плохих красильщиков. Возможно,

Сейчас как раз такое время. Что же,

Да будет так! Пусть комната простая

Послужит нам огромной сценой, где

Монархи умирают и судьбою

Простых людей играет Бог.

Не знаю,

Зачем я это говорю. Устал я

С дороги. Трижды конь мой спотыкался –

Примета скверная.

Увы, синьор!

Как мало стоит жизнь! Как зол и грязен

Тот рынок, где торгуют нами! Плачет

Мать при рождении ребенка – смерть

Оплакать некому. Никто не плачет.

(Удаляется вглубь сцены.)

БЬЯНКА

Как грубы речи мужа моего!

Он ненавистен мне душой и телом:

Его чело, где трусости печать,

И белые, как листья тополей,

Дрожащие весной от ветра, руки,

Уста, что льют прерывистым потоком

Слова пустейшие, как воду.

ГВИДО

Бьянка,

Не стоит, милая, о нем и думать.

Не стоит он того. Он честный малый

И полон фраз, годящихся для рынка,

Чтоб продавать дороже что он ценит,

И что не ценим мы. Я не встречал

Еще глупца такой высокой пробы.

БЬЯНКА

Ах, если б смерть взяла его сейчас!

СИМОНЕ

(оборачивается)

Кто говорит о смерти? Пусть никто

Не говорит о смерти. Что ей делать

Здесь, где лишь трое муж, жена и друг

Ее могли бы встретить? Пусть приходит

В те домы, где живут прелюбодейки,

Уставшие от верности мужьям,

Предавшиеся беззаконной страсти

На ложе оскверненном и нечистом.

Да, так бывает. Это странно, но

Бывает так. Не знаете вы жизни.

Вы слишком одиноки и достойны.

Я знаю, я. Была бы жизнь иной!

Но нет, синьр, зимой приходит мудрость.

Седеет голова моя… Но полно!

Мы будем веселиться. Разве может

Не радоваться всей душой хозяин,

В чей дом желанный, благородный гость

Пришел нежданно?

(Берет лютню.)

Что это, синьор?

Вы лютню принесли, чтоб нам сыграть.

Сыграйте, милый принц. А если слишком

Я дерзок, то простите – но сыграйте.

ГВИДО

Нет, не сейчас, Симоне.

(Бьянке)

Для тебя

Одной, и звезд холодных, и ревнивой

Луны.

СИМОНЕ

Сыграйте, от души прошу вас.

Я слышал, что, перебирая струны,

Вдыхая звуки в тонкую свирель

Иль мощно дуя в горло звонкой меди,

Возможно, обладая мастерством,

Привлечь и бедных узников в застенках.

Я слышал также, что волшебным звуком

Возможно отворить любые двери,

Очаровать саму невинность так,

Чтоб в пляс она пустилась, как менада.

Но что я говорю? Я знаю, лютня

У вас в руках чиста и благородна.

Сыграйте мне. Душа моя томится

В застенке. Исцелите мой недуг.

Сыграйте! Попроси же гостя, Бьянка!

БЬЯНКА

Возлюбленный наш гость, не сомневайся,

Сам выберет, когда ему играть.

Сейчас и не проси его.

ГВИДО

Симоне,

Сыграю я, но не теперь. Сегодня

Довольно мне той музыки, которой

Полны слова прекрасной Бьянки. Звук их

Всю землю заставляет обращаться

Вкруг красоты ее.

СИМОНЕ

О, вы ей льстите.

Она хорошая жена, но все же

Не блещет красотою. И, быть может,

Тем лучше.

Милый принц, вы не хотите

Играть на лютне и волшебным звуком

Мне душу исцелить, но, может быть,

Вы выпьете со мной?

(Усаживает Гвидо.)

Вот ваше место.

Ты, Бьянка, принеси мне стул. И ставни

Закрой. Не сможет любопытный мир

Подсматривать за нами в этот вечер

Глазами неучтивыми.

Синьор,

Скажите нам свой тост за полной чашей.

(Отшатывается.)

Что это за пятно? Оно пурпурно,

Как рана на груди Христа. Вино

На скатерти, и только? Я слыхал,

Что есть примета: где вино разлито,

Прольется кровь. Но это вздор.

Вино

По вкусу вам, синьор? Оно пылает,

Как горы близ Неаполя. В Тоскане

У нас вино добрее.

ГВИДО

Мне по вкусу

Твое вино. И если ты позволишь,

То выпьем мы за Бьянку. Пусть она

Коснется алыми губами чаши

И подсластит вино. Попробуй, Бьянка.

(Бьянка пьет.)

О, весь сладчайший мед иблейских пчел

Перед напитком этим горек!

Друг мой,

Симоне, ты не пьешь.

СИМОНЕ

Да, это странно.

Я с вами не могу ни есть, ни пить

Сегодня вечером. Недуг какой-то

В моей крови, всегда такой спокойной,

Иль мысль какая-то, что проползает

Гадюкой, пробираясь, как безумец

Из клетки в клетку, от вина и пищи

Меня сегодня отвращает.

(Отходит в сторону.)

ГВИДО

Бьянка,

Потоки слов его мне так несносны,

Что должен я уйти. Приду я завтра.

Скажи мне час.

БЬЯНКА

Приди с зарею первой!

Пока ты не придешь, мне жизни нет.

ГВИДО

О, распусти же ночь твоих волос

И в звездах глаз твоих дай мне увидеть

Себя как в зеркале. Пусть это тень,

Но, милая, пусть я останусь в тени,

И пусть твой взор не видит ничего,

Что не напомнит обо мне. Ревную

Тебя к тому, что видишь ты.

БЬЯНКА

Поверь мне,

Твой образ будет вечно предо мною.

Любой, ничтожнейший предмет напомнит

О милом. Но прошу тебя, приди

Пока еще не пробудится мир

От песни жаворонка. Буду ждать

Я на балконе.

ГВИДО

И ко мне навстречу

Ты спустишься по лестнице из шелка,

Ступая по жемчужно-алым нитям,

Как снег спускается на розы.

БЬЯНКА

Милый,

Приду я. Я твоя, в любви и смерти.

ГВИДО

Симоне, должен я домой вернуться.

СИМОНЕ

Так скоро? Но зачем? Еще полночи

Не пробил колокол собора. Стража,

Что дует в горны на луну, еще

На башнях дремлет. О, не уходите.

Боюсь, что мы вас больше не увидим,

И этот страх мое печалит сердце.

ГВИДО

Не бойся же, Симоне. Нашей дружбе

Я буду верен. Но теперь иду я

К себе домой. Я ухожу немедля.

До завтра, Бьянка, милая.

СИМОНЕ

Ну что же,

Да будет так. Хотелось бы мне с вами

Полней поговорить, мой новый друг,

Мой благородный гость, но нет – так нет.

К тому же ваш отец, не сомневаюсь,

Вас ждет и ждет услышать звук шагов

И голос ваш. Не правда ли, вы сын

Его единственный, нет у него детей

Других? Вы столп в дому его, цветок

Средь плевелов. Племянники его

Не любят, говорят. По крайней мере,

Так говорят. Завидуют они

Наследству вашему и в тайне смотрят

На ваши виноградники со злобой,

Как царь Ахав на землю Навуфея.

Но это только слухи, только слухи.

Прощайте, доброй ночи. Принеси

Сосновый факел, Бьянка. Не в порядке

Ступени старой лестницы. Луна

Как скряга бережет свой бледный свет,

Лицо под маской прячет, словно девка

Продажная. Сейчас я принесу вам

Ваш плащ и меч. Позвольте, господин мой,

Я прислужу вам. Вы мне оказали

Такую честь, придя в мой бедный дом,

Вина отведав моего и хлеб

Мой преломив! Теперь вы милый друг мой.

Моя жена и я, не раз мы вспомним

Прекрасный этот вечер.

Что за меч!

Феррарской стали, гибкий, как змея,

Притом куда опаснее. С таким

Клинком ничто не страшно в этой жизни.

Я не держал еще в руках такого.

Есть меч и у меня, но он ржавеет.

Мы, мирные, научены смиренью,

Научены безропотно сносить

Несправедливости и униженья.

И мы, как терпеливые жиды,

Находим в этом выгоду.

Но помню,

Однажды на дороге падуанской

Хотел мою навьюченную лошадь

Отнять грабитель. И злодею горло

Я перерезал. Я могу снести

Бесчестие, позор и оскорбленья,

Обиды и презрение. Но если

Кто у меня попробует отнять

Мое – хотя бы малую тарелку,

С которой я обедаю – о! страшной

Угрозе подвергает он и душу,

И тело, и за малый грех умрет.

Как странно мы устроены!

ГВИДО

Зачем ты

Так говоришь?

СИМОНЕ

Я думаю о том,

Чей лучше выкован клинок – мой или

Ваш, славный принц. Нельзя ли нам проверить?

Иль недостоин я сразиться с вами –

Шутя, или всерьез?

ГВИДО

Всего на свете

Сильней хотел бы я с тобой сразиться –

Шутя, или всерьез. Подай мой меч.

Свой принеси сюда. И мы проверим,

Который выкован из лучшей стали –

Меч принца или меч купца. Не так ли?

Где меч ваш, сударь? И чего вы ждете?

СИМОНЕ

Синьор, вы моему пустому дому

Великой чести много оказали,

Но эта величайшая.

Ты, Бьянка,

Подай мой меч. Стол отодвинь и стулья.

Для поединка нужно много места.

А Бьянка будет нам светить, чтоб шутка

Осталась шуткою.

БЬЯНКА

(Гвидо)

Убей его!

СИМОНЕ

Держи же факел, и свети нам, Бьянка.

(Начинают поединок.)

Так защищайтесь! Ха! Ну что?

(Гвидо ранит его.)

Царапина, пустое. Свет в глаза

Мне помешал. Не огорчайся, Бьянка.

Твой муж не сильно ранен, все пустое.

Перевяжи мне руку. Слишком туго.

Ослабь повязку и – не огорчайся,

Прошу тебя. Но нет, сними ее.

Мне рана не мешает.

(Срывает повязку.)

Ну же! Вот вам!

(Обезоруживает Гвидо.)

Вы видите, мой принц, что я был прав.

Клинок мой крепче, он из лучшей стали.

Сравним кинжалы?

БЬЯНКА

О, убей его!

СИМОНЕ

Не нужен факел. Погаси.

(Бьянка гасит факел.)

И пусть

Один из нас умрет, а может, оба,

Иль все мы трое.

(Бьянка гасит факел.)

Ну, держитесь! Вот вам!

О, дьявол! Что? Теперь ты не уйдешь!

(Симоне пересиливает Гвидо и валит его на стол.)

ГВИДО

Глупец! Прочь руки! Отпусти мне горло!

Я у отца единственный наследник,

Надежда государства, и французы

Того и ждут, чтоб род отца прервался,

Чтоб захватить Флоренцию!

СИМОНЕ

Молчи!

Бездетным твой отец счастливей будет.

А государству нашему не нужен

Прелюбодей негодный во главе.

Удобришь ты цветы его!

ГВИДО

Прочь руки!

Проклятье! Руки прочь! Пусти, сказал я!

СИМОНЕ

Нет, ты попался крепко в сеть порока.

Спасенья нет, и сжалась жизнь твоя

В одно пятно позора, и с позором

Окончится.

ГВИДО

Священника! Позволь мне

Пред смертью исповедаться!

СИМОНЕ

Зачем же?

Ты все свои грехи расскажешь Богу,

Перед которым ты сейчас предстанешь

И в первый, и в последний раз! Ему,

Кто справедливей всех, неумолимей

И милосердней всех. Что до меня…

ГВИДО

О, помоги мне, Бьянка, помоги мне!

Ты знаешь, милая, что я безвинен!

СИМОНЕ

Еще не смолкли лживые уста?

Умри, как пес, захлебываясь лаем!

Умри! Твой труп безмолвная река

Послушно поглотит и смоет в море.

ГВИДО

О Господи, прими мой бедный дух!

(Умирает.)

СИМОНЕ

Аминь! Ее черед.

(Поднимается и смотрит на Бьянку. Она подходит к нему в изумлении, протягивая руки.)

БЬЯНКА

Зачем ты мне

Не говорил, что так силен?

СИМОНЕ

Зачем

Не говорила ты, что ты прекрасна?

(Целует ее в уста.)

ЗАНАВЕС.