Прочитайте онлайн Эрос пленных не берет | Часть 8

Читать книгу Эрос пленных не берет
2616+929
  • Автор:
  • Язык: ru
Поделиться

8

Солнце нагрянуло в город с самого утра. Немного повисело в окне, словно предлагало собою полюбоваться, а потом перевалило через подоконник и вкатилось в комнату, затопив янтарные доски паркета. Прикроватный коврик пустился в плавание по ослепительному морю света, захлебнулся и ушел на дно. Маргарита спустила ноги с кровати и поискала его пальцами. Пальцам сразу стало горячо и щекотно.

«Я до сих пор не продвинулась ни на шаг, — неожиданно подумала она, вспомнив о своей розыскной миссии. — Единственное умозаключение, которое я сделала самостоятельно, это то, что у Алисы была красная сумка, которая исчезла. Потом оказалось, что это не сумка, а портфель, и что он вовсе не исчез, а сдан в ремонт. Факт, достойный Пуаро!»

— Не дает мне покоя этот портфель, — сердито сообщила она Томасу и Мартину, которые страшно оживились при ее приближении. — Может, это обычное тщеславие?

Мышей она кормила зерновой смесью из пачки, купленной в зоомагазине, а также всякой всячиной, добытой в собственном холодильнике.

Как бы то ни было, но она вышла из дому на полчаса раньше и поехала на ту станцию метро, возле которой жила Алиса. Жила она недалеко — недаром же они ходили в одну школу! — и поэтому через десять минут Маргарита уже стояла возле длинного ряда павильончиков, где можно было отыскать все, что душе угодно — начиная от коньяка «Наполеон» и заканчивая палёной водкой. Здесь обменивали валюту, подшивали брюки, вставляли молнии в кожаные куртки, выпекали чебуреки, торговали мобильными телефонами, журналами, цветами, китайскими петардами и еще сотней других вещей, жизненно необходимых горожанину.

Мастерская, где чинили сумки, обнаружилась в самом конце торговых рядов, около будки охраны. В мастерской сидел огромный мужик с красным лицом и черными цыганскими волосами, падающими на глаза. Когда Маргарита вошла и на двери брякнул колокольчик, мужик поднял голову и хмуро посмотрел на нее.

— Здрасьте, — поздоровалась Маргарита дрожащим голоском Герды, которую обобрала маленькая разбойница. — А я к вам за своим портфелем.

Она надеялась, что портфель лежал здесь слишком долго, чтобы «цыган» мог с уверенностью вспомнить его владелицу.

— Квитанцию давайте. — У него оказался густой бас, к которому очень подошли бы окладистая борода и пальцы сардельками.

Однако руки у него были довольно красивые, с аккуратно постриженными ногтями. Маргарита облизала пересохшие губы кончиком языка и прохныкала:

— Потеряла я квитанцию-то! Что же мне теперь делать?

— Поискать, — коротко ответил мастер, возвращаясь к своей работе.

— Да я уж сколько месяцев искала! У меня портфель. Красный такой. У него замок был сломан…

— А, так это вы! — протянул мужик таким тоном, словно уже приготовил розги. — Заплатите за работу — я вам его без квитанции отдам. Вообще хотел сдать в бюро забытых вещей, вы ж не приходили и не приходили.

— Так я же и говорю — бумажку потеряла. Она торопливо достала из сумки кошелёк, а мастер слез со своего табурета и нырнул головой под стол. Долго там возился и наконец добыл большой пакет. Маргарита заглянула внутрь и удовлетворённо вздохнула. Однако доставать портфель не стала, так и понесла его в пакете — в «Люкс лайн» кто-нибудь обязательно вспомнит про то, что у Алисы был точно такой же. Зачем ей лишние разговоры?

Добраться до портфеля она смогла только после очередного совещания. Квитковский обожал сгонять народ в свой кабинет и устраивать большую говорильню, мотивируя это тем, что всякий должен иметь возможность высказать свои претензии руководству до, а не после того, как будет / принято стратегически важное решение. Когда совещание закончилось, она бодрым маршем проследовала в туалет. Положила пакет на подоконник и вытащила свою добычу на свет.

Да уж, это портфель Алисы, нет никаких сомнений. Мало того, что он красный, так еще и вызывающе элегантный — с черной ручкой из мятой кожи и шёлковой подкладкой, расшитой лилиями. По краю портфель был отстрочен черными нитками и выглядел модно. Маргарита положила его на коленку — два золотых замка пустили «зайчиков» ей в лицо.

Воровато оглянувшись, она открыла его и заглянула внутрь. Портфель был разделен на несколько отделений. Маргарита проверила их все по очереди и в маленьком кармашке, который закрывался на «молнию», обнаружила листок бумаги. Достала его и повертела перед глазами. Первая радость сменилась разочарованием: всего лишь карточка, где отмечены визиты к зубному врачу. Клиника «Ваша улыбка», адрес, телефон, фамилия доктора. Затем разлинованные строчки и написанные, вероятно, медсестрой, даты посещения врача. В глаза ей бросилось последнее число — десятое июня.

Маргарита на секунду закрыла глаза, потом снова открыла их и посмотрела еще раз. Десятка никуда не делась — она по-прежнему была там: единица приземистая, с коротким хвостиком, а ноль, наоборот, узкий и высокий.

Поспешно засунув портфель обратно в пакет, она вышла из туалета, нашла тихий закуток в длинном пустом коридоре и, волнуясь, набрала номер клиники.

— Могу я поговорить с доктором Дубовым? — спросила она официальным тоном. — Тогда с его медсестрой. — Пауза длилась целую минуту, и за это время Маргарита вспотела так, словно добровольно собиралась идти удалять зуб.

Наконец медсестра ответила, и «сыщица» немедленно сделала стойку.

— Это следователь оперативно-розыскного отдела Кузьмичёва, — уверенно соврала она. — Мы расследуем дело об исчезновении Алисы Терехиной, вашей пациентки.

— Да, к нам уже обращались, — прочирикала /девушка. Когда человек точно знает, что за ним нет никакой вины, он именно так и чирикает, о чем бы ни зашла речь.

— Мне необходимо уточнить, когда в последний раз Терехина была у доктора на приёме. Точно десятого июня? А она не могла просто записаться и не прийти? Четыре часа? С девятнадцати до двадцати трех? Доктор работал во вторую смену, до часу ночи? И вы лично ассистировали? Угу. Понятно…

Закончив разговор, Маргарита захлопнула крышку мобильного и почувствовала, что у нее дрожат пальцы. Итак, что же получается? Получается вопиющее противоречие. В отчете Лагуты чёрным по белому написано, что десятого июня, то есть незадолго до своего исчезновения, Алиса присутствовала на открытии ресторана «Рыба-меч», где положила глаз на бизнесмена Рядникова. Улучила момент и вручила ему свою визитку. Жена бизнесмена, Елизавета — тоже, соответственно, Рядникова, была этим обстоятельством чрезвычайно недовольна. Вызнав каким-то образом, что муж звонил наглой блондинке, она стащила визитку с адресом и заявилась к ней домой. С угрозами, надо полагать.

Все логично, по-житейски понятно и даже забавно. Если бы не одно «но» — десятого июня Алиса никак не могла попасть в ресторан, потому что четыре часа подряд, начиная с семи вечера (как раз время начала банкета!) и до одиннадцати, она просидела в зубоврачебном кабинете, где ей стачивали два зуба под коронки. Рядниковы же, по заявлению ревнивой супруги, уехали в начале десятого: ее муж всего лишь отмечался на вечеринках подобного рода, а по-настоящему гулял только в компании друзей.

Конечно, стоматолог Дубов и его верная медсестра могли оказаться матёрыми преступниками и коварно обмануть Маргариту, но она склонялась к мысли, что врет кто-то другой. Или Лиза Рядникова, по каким-то своим, глубоко личным соображениям, сочинив историю о ревности… Или частный детектив Лагута, написавший липовый отчет.

Пожалуй, у нее кишка тонка прижать к стенке детектива. А вот с Лизой Рядниковой она вполне может поговорить на равных. Чтобы какая-то рыжая фифа обвела ее вокруг пальца? Да никогда в жизни. «Возможно, я не красотка, но голова на плечах у меня имеется», — думала она, выписывая на отдельный листок телефон Рядниковой, который сыщик приложил к отчету.

Через минуту она уже набрала номер и легкомысленным тоном спросила:

— День добрый. Могу я услышать Лизу? Грубый мужской голос немедленно задал контрвопрос:

— А кто ее спрашивает?

— Одна знакомая, а что? — вроде бы обиделась та.

Вместо ответа грубиян положил трубку. А может, вовсе не грубиян? Может, это охранник, который фильтрует все звонки на домашний телефон? И с «просто знакомыми» Елизавете Рядниковой разговаривать решительно не позволяет?

Одна радость — это действительно телефон бизнесмена. Ведь она попросила позвать Лизу, и ей задали вопрос: «А кто ее спрашивает?» Значит, Лиза там имеется. Да и вряд ли Лагута дал бы ей липовый телефон.

Оставалось последнее препятствие — выяснить адрес Рядниковых. Его к своему отчету детектив не приложил. А позвонить ему и спросить — все равно что проинформировать его о своем намерении встретиться с Елизаветой лично. И как же быть? Вроде, существует телефонная служба, выдающая подобные справки за смешную сумму в семь рублей пятьдесят копеек. Маргарита позвонила в справочную, долго дожидалась ответа оператора, но так и не сумела дождаться — в трубке играла мелодия, от которой в конце концов захотелось влезть на стену — одна и та же музыкальная фраза повторялась снова и снова.

Тогда она решила пойти по пути наименьшего сопротивления — отыскать Суродейкина и свалить на него эту почётную обязанность. С лету найти его не удалось. После расспросов персонала на первом этаже Маргарита наконец пошла в нужном направлении и обнаружила искомое лицо в хозблоке. Лицо сидело на высоком табурете над стаканом горячего чая и тупо в него смотрело.

— Жора! — позвала Маргарита, решив, что он снова «лечился» от простуды традиционным для России способом.

Суродейкин поднял голову и уставился на нее. А потом неожиданно трезвым голосом воскликнул:

— Марго! Я пропал.

Она подошла поближе и озабоченно взглянула ему в лицо:

— Почему ты пропал? Что произошло?

— Это Комаров! Ты послала меня на разведку, и я разведал…

— Тебя что, уволили? — испугалась Маргарита.

— Лучше бы меня уволили, — простонал Жора, хватаясь за голову. Маленький чуб встал дыбом, в глазах плескался подлинный ужас. — Не знаю, что и делать!

— Объясни толком, — потребовала она. — Ты пошел на разведку. Куда? В кабинет Комарова?

— Точно. Открыл дверь своим ключом и увидел пустой стол с компьютером и пустую корзину для бумаг. Этот кабинет кто-то вылизывает языком. Не успел я и глазом моргнуть, как появились два мрачных типа — у каждого на правом ухе наушник с микрофоном. И провода уходят за шиворот. От одного этого мурашки по коже. В общем, я им объясняю, что пришел оторвать плинтус, и показываю плоскогубцы, которые я на всякий случай захватил. А они молчат, как рыбы. Неприятно. И тут входит Комаров…

Жора захлебнулся словами и на некоторое время замолчал. Маргарита испытывала душевные муки. Случилось что-то действительно трагичное, раз оптимист Жора так расстроился. Судя по внешнему виду, этот Комаров тот еще фрукт.

— Входит Комаров, — подбодрила она. Жора сделал глубокий вдох и продолжил рассказ:

— Входит Комаров и смотрит на меня, как фашист на Штирлица. Я стушевался…

— Ты? Стушевался? — не поверила она.

— Если бы на тебя так смотрели! И вот я с перепугу говорю ему: «Красивый у вас костюмчик. Где брали?»

— Так и спросил? — ужаснулась Маргарита. Она прекрасно знала Жорины закидоны, но такое грубое нарушение субординации!… — А он что?

— А он улыбнулся и отвечает: «В Лондоне.

Купил на Бурбон-стрит. Вам нравится?» Я киваю — нравится, мол. И тут он спрашивает: «Вы, •значит, электрик? А не могли бы вы завтра подъехать ко мне на дачу и посмотреть, что там мои рабочие с изоляцией натворили? Согласны? В накладе не останетесь». После этого он шагнул ко мне и… — И?!

— И по руке погладил!

Последние Жорины слова сопровождались истерическим всхлипом. Маргарита, которая ожидала какого угодно ужаса — вплоть до угрозы физической расправы, — несколько раз хлопнула ресницами, а потом согнулась пополам и захохотала.

— Смеешься?! — завопил Суродейкин. — А меня завтра на черной машине под конвоем двух немых уродов повезут на дачу к этому… этому…

— Жора, тихо. Служба безопасности не дремлет. Лучше нам обсудить твои похождения дома, в спокойной обстановке.

— Если я скажусь больным, — не слушал ее тот, — меня запросто выкинут из фирмы. А мне тут так понравилось! Нужно что-то очень серьёзное, какая-то уважительная причина. Марго, ты можешь сломать мне руку?

— Прищеми ее дверцей шкафа, — предложила та, сверкая глазами. — Жора, ты что, спятил? Ты взрослый мужик, тебя вряд ли можно совратить силой. А ты трепещешь, как юная одалиска перед грозным султаном.

— Марго, он и есть султан. Что мне делать?

— Да практически что хочешь. Можешь ехать на дачу и проверять проводку, а можешь обесточить весь департамент и в связи с аварийной ситуацией остаться на рабочем месте.

Жора сделал скорбное лицо:

— Я хочу приносить людям радость! А ты предлагаешь мне стать диверсантом. Боже, как я расстроен!

— Ну, прости меня, — пробормотала Маргарита, обняв Суродейкина за плечи. — Я и понятия не имела, что втяну тебя в дело, которое обернется угрозой твоей мужской чести.

— Мы приедем на дачу, там не окажется никаких рабочих, и Комаров начнет ко мне приставать.

— Хочешь, я тебя отмажу? — предложила Маргарита. — Схожу к этому Комарову…

Жора отрицательно покачал головой:

— Тебе нельзя привлекать к себе внимание. Кстати, как вообще продвигается твоё расследование?

Маргарита рассказала ему о нестыковке с десятым числом, и Суродейкин мгновенно воодушевился. Он вообще вспыхивал, как порох.

— Эх, ладно! Была не была. Раз такое дело — поеду. Нельзя, чтобы меня уволили. Не оставлю тебя одну, поняла?

Маргарита поцеловала Жору в мягкую щеку и попросила:

— А адрес Рядниковых для меня не узнаешь?

— Проще пареной репы. Забегу к компьютерщикам на второй, они мне быстренько все выяснят.

— Выбери самого продвинутого, — посоветовала она. — Такого, который плохо знает жизнь и мало общается с людьми. Так безопаснее.

К концу рабочего дня Жора явился с адресом и весёлым лицом.

— Я тут полазил в Интернете, — сообщил он, — и нашел такую штуку, закачаешься. Называется — пояс верности. Вообще-то он для женщин, но я подумал, что в крайних обстоятельствах…

— Господи, где ж ты его раздобыл?

— В интернет-магазине «Интим». И знаешь что, Марго? Там еще столько всего удивительного продается! Я и понятия не имел, что секс может быть настолько увлекательным делом. Там презервативы, не поверишь — и с усиками, и с шишечками, и с ушками, и с шариками… Я посмотрел и понял, что жизнь прошла зря.

— Да она еще не прошла, — ободрила Маргарита. — Не валяй дурака, не нужен тебе никакой пояс. Ты Комарову не обязан дачу электрифицировать. Поэтому плюнь и забудь.

— Я подумаю, — пообещал Жора. — А ты, выходит, сейчас поедешь к этой Рядниковой? Это чтоб я знал, где тебя искать, если что.

— Что — если что? — насупилась Маргарита.

Жора помялся немного и ответил:

— Мало ли что может случиться, Марго? Дело это тёмное. Подруга твоя бесследно исчезла. Ее дядя, богатый тип, тебя обманывает, частный сыщик что-то скрывает, все себе на уме. И ты среди всех этих акул капитализма — настоящий младенец.

Но Маргарита совсем не боялась. В тот момент она вообще не понимала, как это — бояться за свою шкуру? Бояться так, что внутренности закручиваются в морские узлы и позвоночник, словно раскалённый прут, пронзает голову. И совершенно невозможно спать, и есть тоже — ты жуешь пищу и не ощущаешь ни запаха, ни вкуса, а внутри у тебя сидит трусливый заяц, который постоянно трясется, и вместе с ним трясется все тело — мелкой, противной дрожью, которую невозможно победить самоуговорами.

— Я с ней быстренько поговорю — и домой. Кстати, можно сегодня напроситься к тебе на яичницу с ветчиной?

— Легко, — ответил Жора, который, кроме яичницы, хорошо готовил только салат из помидоров. — Придёшь и все мне расскажешь. — И тут же сам себя осадил: — Ой, сегодня не получится. Я дежурю до полуночи, совершенно из головы вылетело. Давай лучше завтра. Суббота все-таки, выходной. Приходи прямо с утра, идет?

— Идет, — ответила Маргарита, впервые ощутив смутное беспокойство. Как будто она забыла дома зонт и вдруг услышала по радио сообщение о штормовом предупреждении. То ли будет гроза, то ли нет — непонятно. И если будет, то когда? Однако всегда остается надежда, что ты успеешь добраться до дома, закрыть поплотнее окна и завернуться в плед. Именно с такой надеждой она вышла на улицу и направилась в сторону метро.