Прочитайте онлайн Элементарно, Васин! (сборник) | Чудовище

Читать книгу Элементарно, Васин! (сборник)
3016+1577
  • Автор:
  • Язык: ru
Поделиться

Чудовище

Вечер был в самом разгаре. Оркестр играл блюзовую мелодию, и празднично одетые пары кружились в облаках конфетти. Другие гости стояли вокруг столов небольшими группками, болтали и смеялись. Время от времени к ним подплывали черно-белые официанты с полными подносами. Благотворительный вечер проходил именно так, как задумывали его устроители — спокойно и приятно.

Стеклянные двери ресторана, выходившие на великолепный балкон, были распахнуты настежь. Кое-кто из присутствующих, прихватив выпивку, отправлялся на воздух, чтобы немного развеяться и поглядеть на звезды.

Молодая женщина в узком длинном платье выскользнула из зала и, подойдя к перилам, оперлась о них обеими руками, зачарованно глядя в небо. У нее было прелестное лицо с тонкими чертами и выразительные глаза. Несколько минут она простояла в одиночестве, углубившись в собственные мысли, но потом услышала шаги за спиной, обернулась и коротко вздохнула.

К ней подходил мужчина — сердитый и хмурый. Кулаки его были сжаты. При взгляде на него у любительницы свежего воздуха заныло сердце. Валерий Худяков был очень привлекателен, и любая женщина с радостью составила бы ему пару. Она первая встала бы в очередь. Если бы… Если бы не муж.

— Добрый вечер, доктор, — сказала она, постаравшись совладать с голосом. — Рада тебя видеть.

— Черт возьми, Лиза, — пробормотал тот, сверкая глазами. Он подошел достаточно близко, чтобы уловить исходящий от нее запах духов. — За этот вечер я постарел лет на десять. Не могу видеть тебя с ним…

— Валера, пожалуйста! — умоляюще пробормотала женщина. — Не начинай. Я хотела остаться дома, но Алекс попросил. Для него важно появляться на людях и… и блистать.

— Тогда ты совершенно напрасно оставила его одного, — бросил Худяков. — Он снова напьется и будет распускать руки. Кстати, Лиза, почему ты сегодня выбрала именно это платье?

— Мне не идет? — нервно облизав губы, спросила та, оглаживая двумя руками тонкую ткань, которая переливалась в отблесках света, падающего из окон.

— Оно закрывает тебя по самую шею, у него длинные рукава… А на улице настоящее пекло.

Лиза поежилась под его пристальным взглядом.

— Ну и что? Мне нравится этот цвет.

— Тогда почему ты не смотришь мне в глаза?

Худяков был на голову выше, пришлось вздернуть подбородок, чтобы встретиться с ним взглядом. Впрочем, долго выдержать этот взгляд Лиза не смогла. Ресницы упали вниз, скрывая блеснувшие слезы.

— Пожалуйста, — пробормотала она жалобно, — не нужно меня допрашивать.

Однако тот не собирался отступать. Он придвинулся ближе и схватил Лизу за руку чуть выше локтя. Она непроизвольно поморщилась, и Худяков простонал:

— Господи! Снова?! Ты наверняка вся в синяках. Сколько это будет продолжаться?! Позволь мне вмешаться. Только кивни головой, хорошо? Только кивни.

— Нет, Валера, не нужно.

— Но ты же не любишь Алекса! Разве я не вижу? Это все видят. Почему ты терпишь? Ради чего? На дворе двадцать первый век. Существуют разводы, между прочим. Ведь ты не религиозный фанатик, да вы и не венчаны, ничто не мешает тебе подать заявление…

Он не успел закончить фразу, когда услышал позади звучный голос:

— А, так вот ты где, дорогая!

Лиза подобралась, задышав неглубоко и часто.

— Это Алекс. Тебе лучше уйти.

Вместо того чтобы последовать ее совету, Худяков обернулся, вызывающе глядя на приближающегося к ним человека.

Алекс Фокин был выше Худякова и гораздо мощнее. Синеглазый брюнет, который ловко управлял своим большим телом, двигаясь легко и изящно. Белоснежная рубашка натягивалась на его широкой груди, а улыбка была красивой и наглой. В его внешней привлекательности чувствовалось нечто порочное. Это всегда завораживало женщин, ищущих приключений на свою голову. В их брачном союзе он был охотником, а Лиза — дичью.

— А, доктор Худяков… Приветствую вас, — бросил Алекс, подбоченившись. — Ты что, заболела? А я-то думал, что на благотворительных вечерах врачи не консультируют.

— Ваша жена скучала, и я всего лишь составил ей компанию, — ровным голосом ответил Худяков, подчиняясь тревожному взгляду Лизы.

— Ты скучала? — брови Алекса изумленно взлетели вверх. — Это моя вина. Ну, ничего. Сейчас мы это исправим. Правда, милая?

Алекс Фокин подошел к жене сзади и обхватил ее руками за талию. Потом наклонился и приник губами к шее, не сводя при этом глаз со стоящего рядом соперника. Лиза зажмурилась, и две быстрые слезы скатились по ее щекам. Худякова замутило. Он глубоко вздохнул и отступил на несколько шагов. Однако все еще медлил, дожидаясь, пока девушка посмотрит на него. Наконец, она подняла глаза и, поймав его вопросительный взгляд, едва заметно покачала головой. «Нет», — беззвучно сказали ее губы.

Худяков отступил. Он отступал уже не в первый раз, не в силах понять, почему Лиза не желает ничего менять в своей жизни.

— Приятного вечера, — сдержанно сказал он на прощание.

— И вам того же, — усмехнулся Фокин и, повернув Лизу за плечи, демонстративно прижал к себе.

Она подчинялась с обреченностью, которая делала ее похожей на тряпичную куклу — податливую, но неживую.

На деревянных ногах Худяков прошествовал через зал, на ходу кивая знакомым. В таком настроении не стоит ехать домой. Он снова не заснет и наутро будет ни на что не годен. А пациенты не признают за врачами право иметь личные проблемы и неприятности. Пытаясь отвлечься, Валерий танцевал с красивыми девушками, беседовал с приятными людьми, однако ничто не могло развеять его дурного настроения. Время от времени в поле его зрения попадала Лиза, которая сопровождала мужа. На лице ее была написана покорность. Фокин опрокидывал один бокал за другим и, как всегда, не пьянел. Вернее, казалось, что он не пьянеет.

Худяков изо всех сил старался не поддаваться эмоциям. Фантасмагория с браком Лизы продолжалась уже слишком давно, чтобы вызвать в нем неконтролируемые вспышки ярости. Скорее, им владела холодная ненависть. Она омывала его сердце, каждый раз подталкивая действовать на свой страх и риск.

— Только попробуй еще раз хоть пальцем ее тронуть, поддонок, — процедил он сквозь сжатые зубы. — И, клянусь, ты не жилец на этом свете.

Толик Левашов корпел над отчетом, который упорно не желал быть законченным. Стоило Толику собраться с духом и усесться за компьютер, чтобы добить его, как случалось что-то из ряда вон выходящее, и отчет приходилось откладывать до лучших времен. Шеф неистовствовал. В частном сыскном агентстве писанины было больше, чем в иной бухгалтерии.

Вот и теперь, сформулировав очередную мысль и уже занеся руки над клавиатурой компьютера, Толик внезапно подумал, что сейчас дверь распахнется, и мысль бесследно улетучится. Он кашлянул и нажал на одну клавишу, напечатав заглавную букву. Ничего не случилось. Тогда он допечатал фразу до запятой. Было тихо. Он сделал глубокий вдох и приготовился закончить предложение. Дверь распахнулась, и на пороге возник его напарник Денис. Физиономия у него была глумливой.

— Бросай все, у нас новый клиент, — заявил он, отлично зная, что Толик сражается с отчетом, которого шеф ждет, как голодный кролик капусту.

— Иди к черту, — бросил тот, вцепившись в клавиатуру. — Я остаюсь здесь.

— Ничего не выйдет. Мы единственная свободная бригада. Шеф уже дал отмашку.

— И почему я должен сочинять эти бумажки? — вознегодовал Толик, вскочив и досадливо лягнув ногой кресло. — Мы вдвоем работаем, давай отписываться по очереди.

— Давай, — легко согласился Денис. — Мы раньше так и делали.

— Как же, как же, помню. Твои отчеты напоминали фильмы ужасов. Помнится, шеф как-то раз прочитал один из твоих опусов на ночь и лишил нас тринадцатой зарплаты.

Денис хихикнул.

— Ты уже видел нового клиента? — спросил Толик, надевая пиджак.

— Клиентку.

— Ну и?

— Пока ничего не знаю. Такая маленькая воинственно настроенная девица лет двадцати пяти. Умная. У нее на лбу написано. Из тех, что не расстаются с книгой даже в постели. Грудь вперед, подбородок заострился, ноздри трепещут. Думаю, она действует по чьему-то поручению.

— С чего ты взял?

— Не нервничает, не стесняется… Рвется в бой.

— Отлично, — пробормотал Толик. — Люблю женщин с характером. Их только охмурять трудно. Зато в делах они на высоте.

Когда напарники вошли в комнату, женщина с характером оценивающе оглядела их с ног до головы. Вероятно, осмотр ее удовлетворил, потому что она сказала:

— Добрый день. Меня зовут Софья. Софья Виноградова. Я пришла по очень важному делу.

— Будем рады помочь, — вежливо ответил Денис.

Впрочем, вежливость его была сомнительного свойства. Ободряя клиенток, он всегда смотрел на их ноги. По всем законам жанра коренастая Софья Виноградова должна была сразу же натянуть юбку на колени и, защищаясь, сложить руки перед грудью. Однако она не сделала ни того ни другого. Строго посмотрев на Дениса, она заявила, обращаясь прямо к его переносице:

— Речь идет о моей двоюродной сестре Лизе. Она замужем за Алексом Фокиным.

— Тем самым Фокиным? Телевизионным ведущим? — уточнил Толик, бросив выразительный взгляд на своего напарника.

Они понимали друг друга без слов. Телевидение. Тусовка. Грязные отношения.

— Да, за тем самым, — ответила клиентка, презрительно скривив губы. Было ясно, что красавчик Фокин не пользуется ее расположением.

— Он, конечно, звезда целого дециметрового канала, — желчно продолжала она. — Красив, удачлив, знаменит. Однако в реальной жизни — жуткая сволочь. Моя сестра вышла за него замуж два года назад. Алекс оказался не просто никудышным мужем. Он настоящий садист. Когда он ночует дома, что случается, к счастью, не слишком часто, то издевается над Лизой, как хочет. Она ветеран семейного фронта, у нее все тело в шрамах.

Напарники недоуменно переглянулись.

— Она что, мазохистка? — спросил Толик. — Ей нравятся издевательства?

— Совершенно точно не нравятся, — решительно заявила Софья. — И она не любит своего мужа. Я предвосхищу ваш следующий вопрос. Я понятия не имею, почему моя сестра не разводится с Алексом. Возможно, он пригрозил, что тогда убьет ее.

— А ее некому защитить? — тотчас поинтересовался Денис, сам обожавший рыцарствовать и уважавший подобные качества в других.

— Есть кому, — кивнула Софья. — Давний поклонник, за которого она собиралась замуж, Валерий Худяков. Он врач, кстати. Получил отставку прямо накануне свадьбы. Сообщив ему о разрыве, Лиза рыдала неделю. Не знаю, в чем причина. Никто не знает.

— Значит, доктор готов защищать вашу сестру?

— До последней капли крови, — кивнула Софья, и Денис криво улыбнулся в ответ. — Только вот вся загвоздка в том, что Лиза не желает, чтобы ее защищали. Она не хочет разводиться. Хотя Алекс ее бьет.

— Прямо средневековье какое-то, — заметил Толик. — А в милицию ваша сестра не обращалась?

— Нет. Хотя если бы захотела… Они живут в коттеджном поселке. Дома там стоят довольно близко друг к другу, заборчики низкие. Соседи наверняка слышат ужасные вещи. А возможно, кто-то из них видел все своими глазами. Ну, как Алекс мучает жену. Сечет ремнем, прижигает кожу окурками… Один раз на несколько суток запер ее в подвале без еды и воды. Он настоящее чудовище.

— Возможно, она любит это чудовище.

— Черта с два! Она любит доктора.

— Так, значит, кузина попросила вас обратиться к частным детективам?

— Нет, это я сама решила, — нахмурилась Софья. — Я люблю Лизу и хочу ей помочь. С этим ведь нужно что-то делать, вы не находите?

— И что вы придумали? — спросил Толик, разглядывая ее с неподдельным интересом.

На ней были старые туфли со стертыми каблуками и недорогие бусы. Но она явно не дура и знает, сколько стоят услуги частных сыщиков. Значит, кто-то платит за это расследование. Может быть, доктор Худяков.

— Я все очень хорошо придумала. Нужно добыть доказательства того, что Алекс Фокин издевается над своей женой. Записать все на видео. Тогда Лиза сможет потребовать у него развода в обмен на пленку. Этот тип не захочет, чтобы пострадала его карьера. Сейчас-то он уверен в своей безнаказанности!

Толик поднялся со своего места, достал из кармана зубочистку и принялся ожесточенно ее жевать.

— А вы в курсе, что пленка не является доказательством…

— Достаточно будет припугнуть Фокина публичным скандалом.

— По-моему, в нашей стране публичные скандалы идут всем только на пользу, — пробормотал Денис. — Впрочем, нам все равно, что вы собираетесь делать с этой пленкой.

— Чтобы установить аппаратуру в доме Фокиных, нужно согласие как минимум одного из хозяев, — напомнил Толик.

Софья выставила руку вперед:

— Я обещаю решить все вопросы. А вы начинайте готовиться к операции. Завтра Алекс уезжает на два дня, вернется во вторник. Насколько я знаю, после отлучек он обычно особенно изощряется.

Заручившись согласием детективов и без звука оплатив счет, Софья поднялась на ноги. Она была довольна, что все так хорошо устроилось и, уходя, постаралась по-мужски пожать обоим детективам руку. Правда, ладонь у нее оказалась хрупкой. Толик подумал, что если проявить деликатность, он испортит Софье все удовольствие, поэтому так стиснул ее пальцы, что она едва не взвизгнула.

Когда за ней закрылась дверь, он пробормотал:

— Не завидую тому типу, который решится пригласить ее на свидание.

— Такие женщины не ходят на свидания, — мрачно заметил Денис. — Они прямиком ведут своего избранника во дворец бракосочетаний. И в первый же день медового месяца заводят семейный фотоальбом. Жуть во мраке.

— Ты где? — спросил Толик, подбородком прижимая трубку к плечу, потому что руки у него были заняты проводами и зажимами. Он занимался установкой аппаратуры в доме Фокиных и почему-то ужасно нервничал.

— Я в ресторанчике «Римский дворик», — откликнулся Денис.

— Заделался любителем итальянской кухни?

— Не я, а Фокин. Я лишь следую за ним. Как тень.

— Небось, набиваешь брюхо деликатесами, тень, — буркнул Толик. — Лучше бы я сам за ним следил.

— Ну, я тебе скажу, он и фрукт… Не хотел бы я, чтобы он пронюхал о нашей внезапной активности. Размышляю, кого он в таком случае убьет первым.

— Согласен, мы рискуем.

— В смысле? — насторожился Денис.

— В смысле, я уверен, что Лиза Фокина понятия не имеет о затее своей кузины.

— А как же ты попал в дом?

— У нашей клиентки есть свой ключ. Когда Алекс Фокин разъезжает, она частенько ночует у Лизы. Думаю, она обманом заставила эту женщину дать согласие на установку аппаратуры. Наверное, подсовывая ей бумаги, проходимка сказала, что это счет за починку посудомоечной машины или еще что-нибудь в этом роде. Ты ведь видел ее!

— Да, она настырная… Горчица с хреном.

— Иди к черту со своими кулинарными метафорами! Я за весь день съел один-единственный пирожок. Купил на остановке, долго думал, что там внутри. Но был такой голодный… Теперь вот переживаю.

— Я бы тоже переживал, — согласился Денис. — Значит, ты так и не познакомился с женой Фокина?

— Даже издали не видел. Но, судя по фотографиям, которые стоят на камине, это совершенно безответное существо.

— Ангельское лицо и все такое?..

— Точно.

Денис фыркнул:

— Ладно, я отключаюсь. Фокин кого-то ждет. Хочу выяснить, кого конкретно.

— Думаешь, у него есть пассия?

— Не смеши меня, дружище. Да если собрать всех девиц, с которыми он заводит интрижки, и выстроить в ряд, получится очередь от Москвы до Новосибирска.

— Этот тип смазливый?

— Самец. Крупный, ловкий и, по-моему, довольно неглупый.

— Как считаешь, он действительно способен издеваться над женой?

Денис посмотрел на Алекса Фокина, с увлечением жевавшего салат, и ответил без колебаний:

— Безусловно.

Спрятав мобильный в карман, Денис подозвал официанта и заказал кофе с пирогом. Когда заказ принесли, к Фокину как раз присоединился улыбчивый блондин с пивным брюшком. Из их разговора стало ясно, что они коллеги и в сегодняшнюю поездку отправляются вместе.

— Ты перед отъездом еще заскочишь домой? — спросил блондин.

— Нет.

— А, ну да. Я и забыл, что Лиза — всего лишь жена, а ты любишь профессионалок.

— Кто это тебе наплел? — ухмыльнулся Фокин. — Я специализируюсь на так называемых порядочных девушках. Которые только что приняли предложение руки и сердца. Или вот, например, совершенно особая категория — женщины в разгар медового месяца… Не представляешь, как приятно вскружить такой цыпочке голову. И потом наблюдать за раскаяньем… М-м… Это настоящий кайф.

— Слушай, да ты просто маньяк!

— А твоя благоверная, говорят, сбежала к мамочке? А, Борь? — тем временем спросил Фокин, скатав шарик из хлебного мякиша и подбрасывая его на ладони.

— Ты лучше за своей следи, — потемнел лицом тот. — Про нее тоже кое-что говорят.

— Да? Что же говорят про малышку Лизу? Что она путается с доком Худяковым?

— Так ты в курсе? — Борис был откровенно разочарован. Он думал, что пустил отравленную стрелу, а она оказалась безвредной. Обидно.

— Конечно. Все знают, что док на ней помешался.

— И ты ничего не предпринимаешь?

— Зачем? Она мне не изменяет. Не смеет. И знаешь, мне нравится смотреть, как она страдает.

— Да уж, — промямлил Борис. — Ты умеешь обращаться с женщинами. Я так не могу.

— Как?

— Ну… Говорят, ты бьешь свою жену.

Алекс Фокин помолчал, вероятно, соображая, как лучше ответить, потом лениво сказал:

— Бывает, не сдержусь. Ты же знаешь, какая у нас собачья работа. Выматываешься, словно портовый грузчик. Не до нежностей, знаешь ли.

— И тебя не задевают их с доком отношения?

— Говорю тебе, там одни романтические сопли. Худяков втюрился в нее, но на этом все закончилось. Она не пошла за него замуж. А за меня пошла.

— А почему бы тебе не развестись с ней?

— С Лизой? — Фокин замер, пораженный вопросом. — Ты что, Борь, спятил? Я ведь люблю ее.

— Хочешь сказать, мы будем сидеть здесь и наблюдать за тем, как Алекс Фокин избивает свою жену? — спросил Денис, возмущенно поглядев на напарника. — Если так, то я не хочу в этом участвовать.

— Тебе не нужно ни в чем участвовать. Мы должны быть в фургоне, когда Фокин явится домой. Вот и все.

— Вот и все! — передразнил Денис. — Я, конечно, понимаю, работа и все такое… Только ни у одного нормального мужика духу не хватит хладнокровно следить за тем, как здоровенный ублюдок издевается над беззащитной женщиной.

— Ты, выходит, нормальный мужик?

— Выходит, да.

Напарники сидели в специально оборудованной машине, которая позволяла им не только видеть, но и слышать все, что происходит в гостиной дома Фокиных. Сейчас на маленьком экране картинка была неподвижной — всего лишь пустая красиво обставленная комната.

На улице стремительно темнело. В коттеджах одно за другим вспыхивали окна. К счастью, неподалеку от жилища Фокиных располагался бар с большой открытой верандой. Здесь было многолюдно, и напарники могли не опасаться, что привлекут к себе внимание. Они поставили фургон на самом краю просторной стоянки, откуда до нужного дома было рукой подать. Всего-то перейти через дорогу.

— Ты, конечно, захватил бинокль? — спросил Толик, когда белая «Тойота» свернула к дому Фокиных.

— Конечно. Хочешь взглянуть, кто это? — Денис достал бинокль и передал его напарнику.

— Женщина, — сообщил тот, приникнув к окулярам. — Хорошенькая.

— Наверняка это Лиза. Сейчас она войдет внутрь и появится на нашем экране.

Лиза Фокина действительно вошла в дом, включила свет и бросила сумочку на диван. Подошла к стереосистеме и нажала на кнопку. Из динамиков полилась приятная музыка. Лиза через голову стянула с себя платье и, оставшись в нижнем белье, скрылась в ванной комнате.

Денис присвистнул. Еще раз он присвистнул примерно через полчаса, когда Лиза вышла из ванной, завернутая в полотенце. Затем напарники наблюдали за тем, как она ужинает возле телевизора, сидя на диване и закинув ноги на подлокотник кресла. Это могло бы стать волнующим зрелищем, если бы не гнетущее ожидание. Вот-вот должен был появиться ее муж.

Время тянулось медленно. Улица постепенно пустела. На стоянке тем не менее оставалось не меньше дюжины машин. Они подъезжали и уезжали, время от времени слышался смех и оживленные голоса парочек или целых компаний, выходящих из бара.

Внезапно Денис толкнул напарника локтем в бок:

— Эй, смотри сюда!

Через дорогу к дому Фокиных направлялся человек.

— Это ее муж? — спросил Толик, который видел Алекса только на фотографиях.

— Нет, не он. Тот выше и крупнее. Не знаю, кто это.

— Сколько времени?

— Двенадцать. Без двух минут.

— Зловещее время для визита.

Тем временем неизвестный поднялся на крыльцо. Он не стал нажимать на кнопку звонка, а постучал костяшками пальцев в дверь. Лиза, тревожно выпрямилась, вскочила на ноги и медленно, явно неохотно, отправилась открывать.

— Она думает, вернулся муж. Он действительно вот-вот должен появиться. Какого черта этот парень притащился ночью? Это может нам все испортить.

Между тем Лиза открыла дверь и с испугом прижала руки к груди:

— Господи, Валера! Что ты здесь делаешь?! Ты с ума сошел! Алекс едет домой…

— Вероятно, это Худяков, — сообщил Толик напарнику, вглядываясь в изображение на экране.

— Если доктор именно сегодня решил вступиться за Лизу, сцены избиения не будет, — откликнулся тот. — Будет драка.

— Возможно, ей удастся выставить этого типа, — пробормотал Толик. — Думаю, у нас еще есть шанс.

Лиза между тем бегала по комнате вокруг скрестившего на груди руки Валерия Худякова и умоляла:

— Ради бога, Валера! Я не хочу, чтобы Алекс застал тебя здесь. Он тебя убьет!

— Я не уйду. — Напарники не видели лица упрямца, но, судя по голосу, он не собирался сдаваться.

— Но я сама могу себя защитить.

— Как? — насмешливо спросил тот.

— У меня есть пистолет. То есть это пистолет Алекса, конечно. Но я знаю, где он лежит. В тумбочке, возле кровати. В верхнем ящике. Если что — я просто достану его, и Алекс уймется.

— Ерунда, — отмахнулся Худяков, ероша волосы. — Он в два счета отберет у тебя оружие.

В самый разгар их страстного диалога на дороге появился автомобиль Алекса Фокина. Прошла минута, и Лиза тоже услышала шум мотора.

— Валера! — взмолилась она, едва сдерживая слезы. — Прошу тебя, уходи, пока еще не поздно!

— Я уйду только в одном случае, — ответил тот. — Если ты скажешь мне, почему ты вышла замуж не за меня, а за него. Ведь ты меня любишь.

— Люблю, — прошептала Лиза, вытирая слезы обеими руками. — Слышишь, он уже заглушил мотор, открывает гараж.

— Я жду.

— Господи, это все из-за Софьи! Алекс знает что-то ужасное про нашу семью, про Соню… Так получилось…

— Про Соню? Твою двоюродную сестру?

Напарники переглянулись в своем фургоне.

— Я так и знал, что она замешана по самые уши, — процедил Толик. — Вот тебе и горчица с хреном.

— Алекс шантажировал меня, — зачастила Лиза. Она стояла перед Худяковым, ломая руки. — Он обещал, что до тех пор, пока мы женаты, он будет хранить тайну. А это страшная тайна. Она просто убьет Софью… Ее родители… Она их безумно любит, а они…

— И что же они сделали?

— Софья — не их ребенок. Их ребенок умер, и тогда они… они украли девочку…

— Твои дядя и тетя двадцать пять лет назад украли ребенка, потом воспитали его в любви и достатке, и вот из-за всего этого ты решила угробить свою жизнь?! И мою тоже?!

В этот момент они услышали, как лязгнули ворота гаража.

— Я буду на кухне, — непререкаемым тоном заявил Худяков. — Сейчас мы посмотрим, как ты сумеешь за себя постоять.

В фургоне Толик с чувством ударил себя по коленке:

— Разрази меня гром! И надо же было этому случиться именно сегодня!

— К сожалению, никто еще не научился прогнозировать неприятности.

— Слушай, подойду-ка я поближе к дому. Мало ли что? Вдруг придется вмешаться? Прелестная женщина и два мужика… Такая ситуация испокон веков была взрывоопасной.

Денис потер переносицу, потом махнул рукой:

— Давай!

Толик выбрался из фургона и быстро перебежал через шоссе. Минуту спустя он уже скрылся в тени кустарника, отделявшего участок Фокиных от соседнего. Денис между тем смотрел на экран. Лиза, сев на диван и сцепив руки, пыталась совладать с собой. Однако у нее это плохо получалось. Было ясно, что она на грани нервного срыва.

— Милая! Я вернулся, — крикнул с порога Алекс Фокин, ставя на пол большую спортивную сумку.

Денис поджал губы. Фокин выглядел великолепно. Типичный отрицательный персонаж, достойный противник положительного героя. Кстати, положительный герой прятался в кухне и не подавал признаков жизни.

— Лиза, — сказал Фокин, легкой походкой приблизившись к дивану, на котором сжалась в комочек его жена. — Почему ты не встречаешь меня поцелуем, киска?

Обманчиво ласковой рукой он взял ее за волосы и, потянув, заставил поднять вверх лицо.

— Вижу, ты напугана до смерти. Боишься меня? А, милая? Знаешь, как я соскучился?

Он продолжал тянуть ее за волосы, и Лиза, застонав, вынуждена была подняться на ноги.

— Отлично, — пробормотал Алекс. — Ты приготовила мне вкусный ужин? Где стол с кружевной скатертью, свечи, вино? Или ты старалась для кого-то другого? Говорят, док не против провести с тобой ночку. Это правда, милая?

С момента появления Фокина его жена не проронила ни слова. Вероятно, это был единственный способ смирить его гнев. Денис догадался, что Фокин слегка навеселе, и любая ерунда может разжечь его ярость.

— Не молчи, Лиза, ответь мне, — прорычал Фокин, встряхивая ее изо всех сил за волосы, которые он намотал на руку.

Голова Лиза запрокинулась назад, было ясно, что ей очень больно. Денис приплясывал возле экрана, нервно потирая ладони. Монолог полупьяного Фокина все продолжался. В конце концов, он все же рассвирепел.

— Отвечай, чертова баба, кого ты принимаешь здесь по вечерам, когда меня нет?

— Никого, успокойся, — дрожащим голосом ответила наконец Лиза, пытаясь освободиться. — Ты всегда спрашиваешь об одном и том же…

— Я знаю, что ты меня не обманываешь, — пробормотал Фокин, отпустив ее. — Поэтому твоя голова все еще держится на этой нежной шейке!

В этот самый момент на кухне что-то громыхнуло. Может быть, упал стул. А может, Худякову надоело прятаться, и он специально уронил на пол какую-нибудь поварешку. Фокин вздрогнул и повернулся на звук. Потом снова посмотрел на жену и сузил глаза:

— Не понял… У тебя что, в самом деле кто-то есть?

Он сделал стремительный шаг в сторону кухни, а Лиза, не выдержав напряжения, метнулась в другую сторону и через секунду скрылась в спальне. Почти сразу же на пороге гостиной появился Худяков. Он был бледен и подобрался перед неминуемой схваткой.

Все произошло слишком быстро, чтобы Денис успел вмешаться. Увидев соперника в своем доме, Фокин разразился проклятьями и бросился на него. С рычанием он вцепился в Худякова и одним мощным рывком притиснул его к стене. В этот момент из спальни выскочила Лиза с пистолетом в руке.

— Отпусти его, Алекс! — крикнула она звенящим голосом. — Иначе я выстрелю!

— Пошла прочь, идиотка чертова! — прорычал Фокин.

Отпустив Худякова, он резко развернулся, сделал молниеносный выпад и схватил жену за запястье. Пистолет упал на пол. Не теряя времени, Худяков метнулся вперед, и в следующую секунду оружие оказалось у него в руках. Отшвырнув Лизу в сторону, Фокин кинулся на доктора, железной хваткой вцепился в пистолет, и тут прогремел выстрел.

Алекс Фокин замер, некоторое время пустыми глазами смотрел на отлетевшую в угол жену, потом покачнулся и рухнул на пол. Пуля попала ему в грудь.

Бледный и взъерошенный Худяков присел на корточки. Не понадобилось много времени для того, чтобы понять — Фокин мертв.

— Мы убили его, — прошептала Лиза, глядя на неподвижно лежащего мужа. Она сидела на полу, сжавшись в комочек, и дрожала, как осиновый лист.

— Лиза, не паникуй, — повелительным тоном сказал Худяков. Он привык приказывать в ситуациях, когда на кону стоит человеческая жизнь. — Это произошло случайно. И ты в любом случае ни в чем не виновата. Это ведь я нажал на курок. Нужно вызвать милицию. Пойдем на улицу. Лучше тебе здесь не оставаться.

Он вывел ее на веранду и придвинул к ней плетеное кресло. Однако она не захотела садиться и стала наблюдать за тем, как он достает мобильный телефон и нажимает на кнопки.

— Черт! Связи нет. Откуда я могу позвонить?

— Н-нам еще не провели линию, — пробормотала Лиза, стуча зубами… А где мой мобильный, я не знаю.

— Давай я позову кого-нибудь из соседей. — Худяков подошел и обнял ее, тесно прижав к себе. Потом поцеловал в макушку. — Прости меня.

— Нет, пожалуйста! — взмолилась Лиза. — Только не соседей. Они такие милые… Я не смогу сейчас с ними разговаривать…

— Но как же я тогда позвоню в милицию?

— Пожалуйста, пожалуйста, — повторяла Лиза, как заведенная. — Я пойду к нему, не зови соседей.

Она скрылась в доме. Худяков в растерянности огляделся по сторонам. Потом решил выйти на шоссе и доехать до ближайшего поста ГАИ, который находился недалеко отсюда. Там он все объяснит, и гаишники вызовут оперативников. Или — нет, лучше пойти в бар, что через дорогу, и позвонить. Так будет быстрее.

Сердце стучало повсюду — в голове, в руках, в горле… Чувствуя, как шумит кровь, Худяков метнулся через газон и, не сбавляя скорости, выскочил на дорогу. В это время мимо пролетал «БМВ».

Толик Левашов, все это время прятавшийся среди кустарника, смачно выругался. Сначала он услышал звук удара, а потом увидел, как доктор отлетел на обочину, прокатившись по траве. «БМВ» с визгом затормозил, из него, голося и причитая, вывалились две девицы в коротких юбках. Но вместо того чтобы вызвать «скорую помощь», они, продолжая голосить, в мгновение ока затащили пострадавшего в машину. «БМВ» рванул с места и через минуту исчез из поля зрения.

Денис в своем фургончике сходил с ума. На экране он видел гостиную, тело Фокина, лежавшее на ковре и неподвижно стоящую у стены Лизу. Вот и все. Напарник не появлялся.

А не появлялся он потому, что в это самое время из соседнего дома вышли мужчина и женщина, и осторожно подкрались как раз к тем кустам, в которых прятался Толик. Ему оставалось только затаить дыхание и не шевелиться.

— И все-таки это был выстрел, — прошептала женщина, дергая мужа за рукав. — Давай не пойдем. Просто вызовем милицию.

— Я только загляну в окно.

Мужчина пробрался через кустарник и тут же бегом возвратился обратно.

— Вика, ты не поверишь: она все-таки убила его!

— Да ты что?! — ахнула его жена. Потом глубоко вздохнула и добавила: — Я рада, что это она его убила, а не наоборот. Что же теперь будет?

— Не знаю. Послушай, Вика. Надо ей помочь.

— Конечно, я пойду туда…

— Я не в том смысле.

— А в каком?

— Надо что-то придумать. Иначе ее будут судить и посадят за убийство. А это несправедливо. Мы должны сочинить для нее алиби.

— Дим, ты что, с ума сошел?

— Вика, мы ей обязаны. Помнишь тот день, когда Аленка пробралась в гараж? Она могла бы задохнуться в машине, если бы Лиза просто прошла мимо…

— Я знаю, знаю! Но что мы можем сделать? Это же убийство! Там же труп.

— Когда приедет милиция, я скажу, что видел какого-то типа, который бежал прочь от дома. Пусть они думают, что это был неизвестный грабитель. Главное — не выдай меня. Поддакивай.

— Ладно, — проблеяла Вика. — Ты иди к ней, а я вызову милицию.

Войдя в дом и увидев мертвенно-бледную Лизу, которая стояла, прижавшись к стене, у самого порога, сосед Дима заговорил с ней преувеличенно ласковым тоном. Однако Лиза не обратила на него никакого внимания, как будто ничего не видела и не слышала вокруг. Сосед тем временем осторожно подошел к Фокину, вороватым движением схватил пистолет и, подышав на него, тщательно протер носовым платком, который достал из кармана своих спортивных штанов. Потом он снова опустил оружие на пол.

— Это ведь был какой-то бандит, правда, Лизонька? — приговаривал он, подводя потрясенную женщину к стулу. — Не волнуйся, он уже далеко. Теперь все будет хорошо, все будет просто отлично…

Дом был оцеплен, неподалеку группками стояли люди. Толик и Денис постарались слиться с толпой. Они вполне могли сойти за зевак, из тех, которые непременно останавливают машину на обочине, если видят подозрительное скопление народа. Кроме Димы и Вики, разговор которых Толик подслушал, сидя в своем укрытии, здесь были и другие соседи — супруги Куприны, пожилая пара в одинаковых пижамах, поверх которых они набросили плащи, а также Макс Гордеев, модный молодой фотограф с рыжей козлиной бородкой, которая ему совсем не шла. Он нервно курил, поглядывая на Лизу.

Дверь в дом была распахнута, тело уже увезли. На месте преступления работали эксперты. Окаменевшая Лиза стояла возле клумбы с анютиными глазками. Судя по всему, оперативникам так и не удалось добиться от нее объяснений. Зато соседи говорили довольно охотно.

— Мы с Викой смотрели старый фильм с Михаилом Жаровым, — рассказывал Дима. — И тут вдруг услышали выстрел. Я тут же выскочил на крыльцо и увидел, что какой-то мужчина убегает прочь от дома. Он бежал вот так, прямо по газону.

— Как он бежал? — уточнил оперативник.

— Он бежал огромными прыжками. И сам он был огромный, ну просто великан. Метра два ростом, не меньше.

Лиза вскинула глаза и изумленно посмотрела на разливавшегося соловьем соседа. В ту же секунду тот поймал на себе внимательный взгляд Макса Гордеева, однако упрямо наклонил голову, продолжая живописать преступника:

— Мне показалось, что руки у него длинные, как у гориллы.

— А лицо? — напористо спрашивал оперативник. — Ведь он должен был пробежать вон там, прямо под фонарем.

— Так и было, — подтвердил Дима, энергично кивнув. — Он пробежал. Но лицо я не очень хорошо разглядел. Далеко все-таки.

— Какие у него волосы? — настаивал оперативник.

— Совсем короткие. Мне так показалось.

— Он был обрит наголо, — неожиданно вмешался Макс Гордеев, стряхивая пепел со своей сигареты в пустую пачку. — Я в это время вышел покурить, — объяснил он оперативнику. — И тут раздался выстрел. Я увидел мужика, который явно убегал из дома Фокиных. Дима очень точно его описал. Только я был ближе и успел рассмотреть его физиономию.

— Вы узнаете его, если увидите?

— Без сомнения! — уверенно заявил Макс. — Я ведь фотограф. У меня профессиональная память на лица. Он был такой… страшный. Маленькие глазки, густые брови, небритый. В общем, типичный уголовник.

— Во что он был одет?

— В мятые коричневые брюки и зеленую куртку, — немного подумав, сказал Макс. — Хотя я могу и ошибаться.

Лиза стеклянными глазами смотрела в одну точку. Оперативник схватился за телефон — решил узнать, не сбежал ли из тюрьмы заключенный или, на крайний случай, какой-нибудь псих из лечебницы. Сделав несколько звонков, он повернулся к супругам Куприным.

— Что вы можете добавить к сказанному?

— Мы уже спали, — растерянно сказала Арина Никодимовна и замерла, сообразив, что соседи сверлят ее взглядами.

— Но как раз незадолго до происшествия я проснулся и подошел к окну, — вмешался ее муж. — Я забыл его закрыть на ночь. Наверное, меня разбудил шум у соседей. Хотя точно не знаю.

— Но, Серафим! — прошептала жена. Он толкнул ее локтем и продолжал: — Я увидел, что дверь дома Фокиных открыта и изнутри доносятся голоса. Потом я узнал голос Алекса Фокина. Он крикнул: «Руки вверх!», послышался шум борьбы, а потом — выстрел.

— Если верить вашим соседям, громила должен был пробежать вот здесь. Это совсем рядом с вашим окном.

— Так и было.

— Вы разглядели его лицо?

— О, да! Оно будет сниться мне в страшных снах.

— А поконкретнее?

— У этого типа огромный нос, величиной со сливу. А лоб такой узенький, в два ваших пальца. И еще у него «заячья» губа. Такое лицо трудно забыть, поверьте!

— Вероятнее всего, дело было так, — подвел первые итоги оперативник, обращаясь к своим товарищам, подтянувшимся к крыльцу. — Какой-то громила постучал в дверь, и хозяйка дома открыла ему. Он напал на нее и ударил. Тут из спальни с пистолетом в руке выскочил ее муж. Бандит бросился на него. Завязалась драка. Громила, — а судя по показаниям свидетелей, это человек здоровый и сильный, — отобрал у Фокина пистолет и выстрелил ему в сердце.

— Оружие проверили?

— Да, пистолет принадлежит убитому. На нем искали отпечатки пальцев, но зря. Видимо, нападавший — дока в таких делах.

Когда Валерий Худяков пришел в себя, медсестра подарила ему ослепительную улыбку:

— С возвращением, док! С вами все будет в порядке.

— Я… Кажется, я попал под машину, — пробормотал тот, проверяя, двигаются ли у него руки и ноги.

— Сотрясение мозга, ушибы, синяки, но ни одного перелома! — задорно сказала девушка, поправляя его подушку. — Ну и шок, конечно.

— Выходит, я цел?

— Целы, не беспокойтесь.

Худяков сразу же вспомнил о событиях, которые предшествовали несчастному случаю. Тень легла на его лицо. Он огляделся по сторонам. Возле постели на тумбочке стоял роскошный букет цветов.

— От кого это? — прохрипел он.

— От девушки, которая была за рулем. Она просидела тут целые сутки.

— А больше никто не приходил?

— Никто.

— А милиция?

— Сначала вам нужно прийти в себя, — строго сказала медсестра. — Никуда не денется ваша милиция.

Худяков беспокойно зашевелился.

— Сколько времени я тут нахожусь?

Медсестра заметила, что пациент с каждой минутой становится все мрачнее.

— Всего сутки. Сегодня четверг. Утро четверга, — уточнила она.

— Включите, пожалуйста, телевизор. Я хочу посмотреть десятичасовые новости, — пациент сел в постели.

— Хорошо, хорошо. Только не нужно делать резких движений. — Сестра оправила халатик и протянула ему пульт дистанционного управления. — Скоро придет ваш лечащий врач, и вы все с ним обсудите подробно.

Худяков только махнул рукой.

— Ну что за существа эти мужчины! — кокетливо вздохнула медсестра, прикрыв за собой дверь. — Сначала кидаются под колеса, а потом, едва придя в себя, интересуются свежими новостями.

Кусая губы, Худяков с трудом дождался криминальных новостей.

— Преступник, застреливший известного телеведущего Алекса Фокина, до сих пор не найден, — говорил диктор. — Дюжина свидетелей видела нападавшего, который, выстрелив Фокину в грудь, бросился бежать. Соседи хорошо запомнили внешность этого человека. По их описаниям был составлен фоторобот. Сейчас он появится на ваших экранах.

Худяков застонал. Через секунду он увидит собственное лицо. И все остальные тоже увидят. Все его знакомые, родственники, коллеги… Господи, как там Лиза? Ему хотелось повидаться с ней до ареста. Он избавил ее от Алекса Фокина, но, к сожалению, теперь не может предложить себя взамен. Он сядет в тюрьму.

В это время на экране возникла ужасная лысая рожа с узким лбом, огромным носом, маленькими злобными глазками и «заячьей» губой. Дверь палаты в тот же миг распахнулась, и раскрасневшаяся Лиза влетела внутрь. Раскинув руки, она бросилась ошарашенному пациенту на грудь.

— Ах, Валера! Я еле-еле тебя нашла! Я так люблю тебя! С тобой все хорошо? Ты такой смелый, такой умный, такой красивый! — Она целовала его лицо, смеясь и плача одновременно.

— Насчет умного и смелого ничего не скажу, — пробормотал Худяков сквозь поцелуи. — Но если это ты давала милиции описание моей внешности, то с чувством прекрасного у тебя явно какие-то проблемы, любимая.

Софья Виноградова стремительно ворвалась в комнату, в которой Толик Левашов тщетно искал уединения, пытаясь дописать проклятый отчет. Денис вошел вслед за клиенткой и прикрыл дверь.

— Итак, я вернулась! — сообщила та и опустилась в кресло для посетителей. — В поездке я постоянно думала о том, как у вас тут идут дела. Вам уже удалось что-нибудь сделать?

— О, да! — кивнул Толик, стараясь не встречаться с напарником взглядом. — Мы тут кое-что выяснили.

— Что же?

— Ваши родители… Они ненастоящие, — глупо сказал Толик. — Когда вы были маленькой, они украли вас из коляски. А их настоящий ребенок умер.

Целую минуту Софья смотрела на него, не мигая, потом тряхнула головой и с негодованием воскликнула:

— Боже мой, что вы такое несете?!

— Мы не несем, — оскорбился Денис. — Мы отчитываемся. Это была именно та семейная тайна, которой Фокин шантажировал вашу кузину. Он поставил ей условие: либо она выходит за него замуж, либо он рассказывает вам всю правду. Так сказать, открывает глаза. Уверенная, что это разобьет ваше сердце, она согласилась на брак, а потом безропотно сносила все издевательства мужа.

— Господи, какая семейная тайна? Мои родители — не мои родители… Ничего не понимаю! А где Лиза? Я хочу немедленно с ней поговорить.

— Она в больнице, — сообщил Толик.

— В больнице?!

— Сидит со своим доктором. Он попал под машину.

— Час от часу не легче! Док попал под машину! Сильно пострадал?

— Нет, ничего страшного. Его скоро выпишут.

— А Алекс? Как это он позволил Лизе сидеть у постели дока?

— Как позволил? Так и позволил, — пробормотал Денис.

— Дело в том, что пока вы были в отъезде, Фокина кто-то пристрелил, — сказал Толик. — То есть его убили.

— Как?!

— Пуля в сердце — и готово.

Софья растерянно переводила взгляд с одного детектива на другого.

— А вы где были все это время? — наконец поинтересовалась она.

— В фургоне сидели, — нашелся с ответом Денис. — Мы все на пленку записывали. Только запись плохая получилась, некачественная.

— Пленку зажевало, — подсказал Толик. — Так что мы в милицию даже не пошли. Зачем нам светиться, правда? Вы ведь не хотите, чтобы ваше имя трепали газетчики?

— Но…

— В конце концов, чем вы недовольны? Вы пришли к нам с проблемой. А теперь ее нет. Кстати, если захотите заняться поисками своих настоящих родителей — обращайтесь. Правда, дело давнее, но — кто знает? Возможно, вы вспомните цвет своей коляски или еще что-нибудь… Мы с радостью поможем. Клиенты всегда остаются нами довольны, разве не так?