Прочитайте онлайн Джейн Остин и поцелуй под омелой

Читать книгу Джейн Остин и поцелуй под омелой
2218+445
  • Автор:
  • Перевёл: Ксю
  • Язык: ru
Поделиться

1816 год, канун Рождества

Элинор Карсхолт поблагодарила слугу, закрыла за ним дверь коттеджа и, нахмурившись, посмотрела на выпотрошенного гуся, вино и корзину на кухонном столе. Со стороны сэра Николаса Дэнверса было очень любезно регулярно посылать им гостинцы из своего поместья, но даже спустя год ее гордость протестовала против подобной благотворительности.

В комнату заглянула ее семнадцатилетняя дочь Эми.

— Кто приходил? — Она подбежала к столу. — О, гусь! Апельсины, орехи. Теперь у нас будет приличное Рождество.

— У меня есть кусок свинины и пирог со сладкой начинкой, — запротестовала Элинор.

— Знаю, мама, но это же лучше. Будет почти как в Фортлинге.

Воспоминания об их прежнем доме омрачили обстановку в комнате. Они потеряли Фортлинг-Холл, когда в прошлом январе муж Элинор погиб на охоте. Не слишком неожиданный конец для безрассудного, помешанного на охоте Барни Карсхолта, однако, из-за этого Элинор в тридцать шесть лет осталась вдовой без средств к существованию. Спустя почти год суровая действительность не просто просочилась в их жизнь, а оставила на ней свой глубокий отпечаток. В определенной степени период траура немного смягчал удар, но вскоре он должен был закончиться, и их ожидало принятие неприятных решений.

Эми, скорее всего, придется принять одно из предложений друзей, которые желали им помочь. Вместо того, чтобы танцевать на балах в Лондоне, красавица Эми со своей жизнерадостностью, добросердечием и блестящими темными кудрями станет платной компаньонкой какой-нибудь требовательной старой дамы. Это было невыносимо, но бессонные ночи не приносили чуда. Эми придется работать и отсылать домой часть своего жалования.

— Сэр Николас очень добр, правда, мама?

Элинор взяла гуся, чтобы убрать его в кладовую.

— Иногда даже слишком.

— А разве так бывает? И коттедж этот он нам сдает, не взимая платы.

Барни не оставил после себя сына, а это означало, что теперь Фортлинг перешел его брату. Поскольку у самого Тоби было шестеро детей, о том, чтобы Элинор и ее три дочери остались, при всем желании не могло быть и речи. Он предложил им домик на территории поместья, но гордость Элинор восстала против перспективы жить в бедности там, где она когда-то была полноправной хозяйкой.

Вместо этого она нашла приют у дальнего родственника Барни, аж в целых трех графствах от Фортлинга. Однако вдовья часть наследства едва ли могла обеспечить им здесь нормальное проживание. Убирая гуся в кладовую, Элинор пыталась смириться с тем фактом, что ее милым дочкам придется пойти в услужение. Нет. Должен быть какой-то иной выход.

Она бы снова вышла замуж, если бы новый муж был добр к ее девочкам, но какой мужчина захочет взять в дом немолодую женщину с тремя дочерьми? Она посмотрела в зеркало. Всего год назад она слышала, как ее называли привлекательной, однако она выглядела на свой возраст. Ее единственной надеждой был какой-нибудь вдовец, ищущий мать для своих детей, а таких в окру́ге не наблюдалось.

— Сэру Николасу не обязательно быть таким любезным, если он не хочет, — настаивала Эми, перекладывая апельсины в вазу. — Не обязательно слать подарки или приглашать нас собирать фрукты в его саду…

Материнский инстинкт почувствовал неладное. К чему это Эми вела?

— …или давать нам возможность беспрепятственно пользоваться своей библиотекой. Я очень надеюсь, что ты позволишь, мама.

— Не слишком прилично приходить в Дэнверс-Парк в его отсутствие.

— Или беспокоить его, когда он там.

— Эми, не дерзи.

Эми повернулась от вазы, которую ставила на сервант, к матери.

— Прости, мама, но он сейчас дома. Я слышала в деревне. Он приехал три дня назад со своей сестрой, леди Уитстейбл, и ее семьей. И со своим братом, капитаном Дэнверсом, героем битвы при Ватерлоо.

Элинор надела фартук.

— Мне бы не хотелось, чтобы ты сплетничала с деревенскими, Эми. Иди сюда и помоги мне готовить пирог со свининой.

Эми послушалась, но пробормотала себе под нос:

— А с кем мне еще разговаривать?

Элинор пододвинула к ней несколько морковок, чтобы Эми их порезала; она сочувствовала дочери. Здесь, в Чотэне, они были ни рыба ни мясо. Они не могли притворяться, что они ровня остальным жителям деревни, и не могли позволить себе жизнь мелкопоместного дворянства.

Эми поскребла морковку ножом.

— Капитан Дэнверс — герой, но разве работа сэра Николаса в парламенте и в качестве мирового судьи не столь же важна?

Элинор замерла с луковицей в руке и посмотрела на дочь.

— Тебе нравится сэр Николас? — осторожно спросила она.

Эми подняла взгляд, ее глаза сияли.

— Да, я думаю, он чудесный!

Господи! Что это, благословение или трагедия? Элинор хотелось защитить Эми от сердечной боли, но если она любила сэра Николаса и он отвечал ей взаимностью, то это было даже больше того, о чем она осмеливалась мечтать. Эми, милая Эми получит стабильное положение в обществе, удобства и лучшего из возможных мужей, а младшие девочки будут обеспечены.

— Чудесный? — переспросила Элинор, возвращаясь к процессу нарезки овощей. — Это высокая похвала.

— А ты так не думаешь, мама? Он такой красивый, всегда добр, даже ко мне с девочками. В деревне все тоже хорошего о нем мнения. Он ведь не только нам помогает.

Опасаясь выдать свои надежды, Элинор пыталась придумать, как ей копнуть поглубже. Но вдруг все это показалось ей таким естественным. Какая девушка не влюбилась бы в Николаса Дэнверса? В свой тридцать один год он был мужчиной в самом расцвете сил и обладал всеми перечисленными Эми качествами и даже сверх того. И почему бы ему не влюбиться в самую хорошенькую девушку в окру́ге? Тем более в девушку с хорошими манерами и добрым сердцем.

Подумать только, как часто он по воскресеньям сопровождал семейство Карсхолтов по дороге из церкви домой. И как часто он заходил, чтобы убедиться, что им удобно в Берри-Коттедже. И как легко его было убедить остаться на чай. Иногда он даже играл с ними в карты.

Пытаясь сдержать слезы от лука и проблеск надежды в душе́, Элинор старалась вспомнить, уделял ли он Эми какое-то особое внимание. Наверняка, но она не могла припомнить, потому что ей и самой нравилась его компания. Было весело обсуждать что-то, не касающееся деревни. Барни тоже был членом парламента, а с этим миром она была хорошо знакома.

— Ну что, мама…

Элинор подняла глаза.

— …разве ты не думаешь, что из сэра Николаса получится хороший муж?

Эми затаила дыхание, ожидая ее ответа, и Элинор стала опасаться, что просто потеряет сознание от радости.

— Милая моя девочка! Да самый лучший в мире!

Улыбка Эми была словно фонарь, осветивший темноту.

— Тогда, думаю, нам надо набрать немного омелы!

— Омелы? — Но тут Элинор поняла. Должен был придти сэр Николас. Поцелуй под омелой дал начало не одному хорошему браку.

Она посмотрела на недорезанные овощи и бросила их в кастрюлю с водой.

— Да, конечно. Еще нужны остролист и плющ как символ новых начинаний.

— Я позову остальных. — Эми поспешила наверх за младшими сестрами, двенадцатилетней Мариан и восьмилетней Маргарет, оставив Элинор в смятении.

Та прижала руку к груди и постаралась взять себя в руки. Она и думать не могла, что все так великолепно обернется, но все это имело смысл. Сэр Николас влюбился в Эми с первого взгляда, но траур помешал ему начать ухаживать за ней. Так что вместо этого он пользовался любым предлогом, чтобы зайти к ним, и был так добр к их семейству.

Но, когда Элинор сняла фартук и стала искать ножницы, она слегка нахмурилась. Чтобы достичь такой стадии, Эми должна была видеться с сэром Николасом в ее отсутствие. Она была разочарована в Эми, а в нем — еще больше. Все хорошо, что хорошо кончается, убеждала она себя, надевая плащ, но теперь до свадьбы она будет держать Эми поближе к себе.

Вскоре они уже шли по дороге, где морозный воздух и яркое солнце вполне соответствовали радостному настроению Элинор.

— Мама, плющ растет вдоль забора в конце сада, — сказала Маргарет.

— Глупая, разве интересно срезать плющ в саду? — запротестовала Эми. — Мы должны пойти в Дэнверс-Парк.

По блеску ее глаз Элинор догадалась, что у дочери была там назначена встреча.

Неужели она тайком от нее читала романы? Сентиментальные романы вроде тех, что писала живущая по соседству дама, мисс Джейн Остин? По настоянию сэра Николаса, Элинор прочла один из них и лишь укрепилась в своем неодобрении. Героиня была дерзкой, а одна из ее сестер — вообще распущенной. Тем не менее, обе они были вознаграждены замужеством, в одном из случаев — даже блестящей партией.

Элинор пришли в голову образы Лидии Беннет и ее соблазнителя, мистера Уикхэма. Но нет, сэр Николас никогда бы так себя не повел.

Тогда она честно высказала ему свое мнение о «Гордости и предубеждении»:

— Временами довольно забавно, сэр, но, как я и подозревала, чересчур романтично. В реальной жизни обедневшие леди не выходят замуж за богатых мужчин.

Она вспомнила его насмешливую улыбку, когда он произнес: «Неужели?», и ее тревоги улеглись. Оказывается, уже тогда он намеревался сделать предложение Эми, не имевшей ни гроша.

Грохот и стук копыт заставили ее посмотреть на дорогу. А вот и сама романистка в своей повозке, запряженной осликом.

— Девочки, отойдите в сторону немного. Пусть мисс Остин проедет.

Элинор приготовилась к мимолетному обмену праздничными приветствиями, но мисс Остин остановила повозку.

— Веселого вам Рождества, миссис Карсхолт.

Мисс Джейн Остин было, вероятно, за сорок, и она никогда не была красавицей, но ее большие, красивые глаза наверняка всегда влекли к ней людей. Элинор даже думала, что она могла бы ей очень понравиться, если бы не писала сентиментальных романов.

— Желаю вам и вашей семье того же, мисс Остин.

— Мы идем за омелой! — вмешалась Маргарет, заставив Элинор вздрогнуть.

Однако, прежде чем она успела отчитать дочь, мисс Остин улыбнулась девочке.

— Ты надеешься на поцелуй, милая?

Маргарет порозовела и захихикала, но потом добавила:

— Эми надеется!

— Наверное, от сэра Николаса, — поддразнила сестру Мариан.

— Замолчи! — оборвала ее Эми, чей яркий румянец только подтвердил тайные надежды Элинор. — Если он и поцелует кого, то это будет мама.

Элинор рассмеялась, разделив веселое удивление с мисс Остин.

— Я слишком стара для поцелуев под омелой.

Мисс Остин наклонила голову.

— Стыдно в этом признаваться, но я еще старше. — Ее глаза искрились весельем, но Элинор почувствовала, что сказала что-то не то. — По-моему, сэр Николас говорил, что вам всего тридцать шесть, миссис Карсхолт. Думаю, вы должны дать омеле шанс.

— Шанс? — переспросила Элинор.

— Разве вы не знаете этой легенды? Если паре, целующейся под омелой, судьбой назначено быть вместе, то они сразу это поймут.

Элинор позволила себе холодно улыбнуться.

— Очень мило, но, боюсь, чересчур романтично.

— Да, но, как вы, без сомнения, знаете, я верю в подобную магию. И что опасного в попытке, если вы все равно в это не верите? — Она посмотрела на Эми. — Считается, что в фруктовых садах Дэнверс-Парка растет самая лучшая омела. Рекомендую пойти туда. Вы будете вознаграждены с лихвой.

Кивнув на прощание, мисс Остин продолжила свой путь, оставив Элинор в смятении. Она не любила фантазий и глупостей, а слова мисс Остин сделали ее новые надежды похожими на романтические. Такого не случается в настоящей жизни. В ней есть только глупые мужья, мизерные деньги, выделяемые вдовам, и дочери с неясным будущим.

Однако Эми уже перелезла изгородь и шла по дорожке к Дэнверс-Парку, за ней бежали младшие сестры. Элинор последовала за ними, стараясь не испортить одежду и жалея, что они не остались дома. С чего сэру Николасу ухаживать за Эми, когда он может жениться на любой девушке с большим приданым и хорошими связями? Из-за любви? В этом мире так не бывает.

Бедняжка Эми, ее сердечко будет разбито.

Несмотря на это, когда они пришли в сад и обнаружили там только несколько мальчишек из деревни, Элинор ощутила разочарование. Она посмотрела на славный, золотистый особняк со средниками на окнах, в которых отражалось солнце, так непохожий на построенный из серого камня Фортлинг. Так и хотелось придумать предлог, чтобы в него зайти. На всякий случай.

Но нет, она не настолько глупа.

— Мама! — позвала ее Мариан. — Здесь дерево, на котором полно омелы!

Элинор подошла ближе и посмотрела наверх.

— Тут, конечно, ее очень много, милая, но все растет чересчур высоко. Давай поищем кусты, которые растут пониже.

— Все те, что росли пониже, уже собрали, — сказала Эми. — А там стоит лестница.

Элинор схватила ее за плащ.

— Никто по этой лестнице никуда не полезет.

— Но что же нам делать? Хотела бы я, чтобы здесь был какой-нибудь мужчина, чтобы нам помочь.

— И вот я здесь.

Элинор обернулась и увидела темноволосого молодого человека, вышедшего из-за дерева. Его алая военная форма с галунами ярким пятном выделялась на фоне зимнего пейзажа.

— Капитан Дэнверс! — воскликнула Эми, и тон ее голоса развеял в дым все надежды Элинор.

Ах, Эми! Как обманчивы военная форма да репутация удальца. Этот негодник разом заставил Эми позабыть о сэре Николасе, и Элинор вновь вспомнила про Лидию Беннет и Уикхэма. Ей хотелось кричать. Даже если намерения этого бравого молодого офицера были благородными, он был всего лишь третьим сыном. Какую жизнь сможет он предложить жене, которая могла бы заполучить сэра Николаса?

Тем не менее, она решила быть вежливой.

— Вы появились как раз вовремя, капитан Дэнверс. Нам нужна ваша помощь.

— Я целиком и полностью в вашем распоряжении, мэм. Только укажите на нужную вам ветку, и она будет вашей.

— Тогда пусть девочки выберут по одной.

Мариан взволнованно указала на высоко растущую ветку, и капитан любезно принес лестницу, залез на нее и, спустившись, с поклоном преподнес девочке. Он так же приятен в общении, как и его брат, признала Элинор, но не слишком хорошая партия. Маргарет указала на ветку еще выше.

— А вы не хотите тоже выбрать, мэм?

Элинор удивленно обернулась и увидела, что в сад пришел сэр Николас. На ее взгляд, его удобная одежда сельского джентльмена: бриджи из буйволовой кожи и коричневый сюртук — была гораздо привлекательнее любой формы с галунами; его аккуратная стрижка «под Брута» нравилась ей больше, чем более свободный стиль его брата.

— Вы, кажется, потеряли дар речи, — с искрившейся в глазах улыбкой заметил сэр Николас, подходя к ней.

У нее заколотилось сердце.

— Надеюсь, вы не против, что мы вторглись в ваш сад, сэр. — «Или что Эми флиртует с вашим братом». А ведь бедняга сэр Николас так старался завоевать ее своими подарками и визитами.

— Ничуть. Но знаете ли вы, милая леди, что вы стоите прямо под огромным кустом омелы?

Элинор нервно рассмеялась и сделала шаг в сторону.

— Я уже вышла из возраста, когда играют в подобные игры, сэр.

— Какая чушь!

Но Элинор потрясло поразительное открытие. На какой-то краткий миг она возжелала этого поцелуя, отчаянно захотела, чтобы ее поцеловал именно он, самый красивый и восхитительный мужчина из тех, что она знала. Она хотела заполучить сэра Николаса для Эми, потому что хотела его сама.

Как печально. Она была вдовой с тремя детьми и на пять лет старше него. Она обуздала свои разбредающиеся мысли, стараясь ничем их не выдать.

— Это мисс Остин предложила нам придти сюда, — выпалила она, чтобы заполнить неловкую паузу. — Я имею в виду мисс Джейн Остин.

— Как любезно с ее стороны. А мой брат настоял, что нам нужно больше омелы. — Он бросил удивленный взгляд на капитана Дэнверса, который в ответ лишь широко улыбнулся.

Сэр Николас тоже улыбнулся Элинор.

— Чарльз боялся, что до конца святок у нас закончатся ягоды, поскольку после каждого поцелуя люди срывают по одной, а у меня в канун Богоявления будет прием. Могу я убедить вас, миссис Карсхолт, на время смягчить ваш траур и придти? Вас и мисс Карсхолт? Жизнь должна продолжаться, — тихо добавил он.

Элинор пыталась найти в его словах и лице хоть какие-то особые чувства к Эми, но ее сбитый с толку рассудок не находил ничего. Вместо этого она обнаружила, что смотрит он именно на нее. Но могла ли она поверить в то, что нашептывало ей сердце?

— Я знаю, танцевать вы не станете, — сказал он, — но я бы очень хотел иметь возможность провести время в вашем обществе. — Затем он серьезно добавил: — Оно всегда мне нравилось. Очень.

У Элинор заколотилось сердце и пересохло во рту, но главным образом, как весной сок начинает течь по деревьям, ее пронизала радость. Радость, которая никак не была связана с его богатством или положением в обществе, которое он мог обеспечить, а только с ним самим. Она взглянула на своих дочерей, особенно на Эми, чьи вопросы о сэре Николасе теперь стали ей понятны. Она говорила о нем, как о будущем отце.

Эми действительно спланировала эту встречу. Она, капитан Дэнверс и, возможно, даже мисс Остин. Какая-то часть Элинор все еще терзалась сомнением, нерешительностью и страхом душевной боли. Но вечнозеленые рождественские растения сулили новое начало и новую надежду.

Она встретилась глазами с сэром Николасом.

— Мы с удовольствием придем на ваш прием, сэр. — Затем, дрожа от предвкушения и приступа нервозности, она сделала шаг обратно под ягоды. — И, возможно, в конце концов, я не так уж стара для поцелуя под омелой.

КОНЕЦ

2004

Перевод: Ксю ©Мечтательница, 2009