Прочитайте онлайн Джентльмен-разбойник | Глава 24

Читать книгу Джентльмен-разбойник
2018+828
  • Автор:
  • Перевёл: Е Тарасова
  • Язык: ru
Поделиться

Глава 24

Мститель скользнул в комнату Эммы через дверь смежной гостиной и беззвучно двинулся к середине комнаты.

Она сидела перед камином, закутанная в любимую старую шаль, и, наклонившись к огню, расчесывала свои длинные темные волосы. На сердце у Мстителя потеплело от ее задумчивого вида. Сквозь подсвеченную огнем тонкую ткань ночной сорочки виднелись контуры длинных стройных ног.

Эмма положила гребень, отпила глоток вина, съела немного винограда. Шаль соскользнула с плеча, и он увидел, что на ней новая рубашка с кружевным лифом. Кружева! Будто ее красота нуждалась в каком-то дополнении.

Непроизвольный резкий звук вырвался у него.

Она обернулась и увидела его, в костюме из тряпок и рваного шарфа, с напудренным лицом, наполовину скрытым маской.

Эмма медленно выпрямилась. В другие ночи появление Мстителя приносило ей радость. Но не сегодня. Сегодня она чувствовала себя неуверенной и пустилась в объяснения:

— Нам пришлось внезапно уехать. Я не успела передать вам сообщение и боялась, что вы не сможете меня найти. Мне не хотелось, чтобы вы думали, что я… избегаю вас.

Ему было жаль, что он так не думает. Было бы лучше, если бы ею поменьше руководили благородные порывы, и она не была так решительно настроена делать то, что считала правильным.

А он хотел бы желать ее меньше. Чтобы… кто-то из них смог уйти. Вместо этого они тайно встречались, покоряясь взаимному влечению.

Мститель шагнул к ней. Взял гребень и провел по ее темным волосам, приподнимая их.

Снаружи грохотала гроза, молнии прорезали небо, освещая деревья.

Эмма вздохнула и расслабилась, словно его действия доставляли ей удовольствие.

— Когда я покидала Англию, мои волосы были длиной до бедер, но, поняв, как трудно будет с леди Леттис, сильно их подрезала. — Теперь они спускались чуть ниже лопаток. — Да и леди Леттис сказала, что цвет нехорош.

Бросив гребень на пол, Мститель поставил колено на сиденье кресла рядом с ней. Он зажал в кулаке толстые пряди, потом легонько потянул, чтобы запрокинуть ее голову для поцелуя.

У губ был вкус сладкого красного вина. От кожи пахло лавандовым мылом и веяло теплой.

Господи, как он хотел ее! Казалось, он всегда, всю свою жизнь ждал того момента, когда они встретятся и полюбят друг друга, и он возьмет ее в объятия и сделает своей.

Он провел кончиком пальца по низкому вырезу, потом слегка коснулся сосков, и они напряглись под кружевом. Он видел заливающую ее лицо краску, чувствовал жар страсти и знал, что только его сдержанность не позволяет им слиться воедино. Она любила его, легко поддалась романтике его миссии и мрачного маскарада. Но она любила иллюзию, а он пока не может открыться.

Эмма подставила ему лицо, молча приглашая его тронуть ее губами, взять то, что принадлежит ему.

Он должен уехать, прежде чем уступит искушению.

И Мститель отвернулся.

Эмма встала и схватила его за запястье.

Он оглянулся.

Эмма впилась в него взглядом, подняв сжатую в кулак руку.

— Вы целуете меня, ласкаете, но это игра! Вы всегда убегаете, и это меня расстраивает. Могу я надеяться, что сегодня будет по-другому?

Он хотел ответить, но не мог нарушить молчание.

— Завтра ночью меня здесь не будет. — Она вскинула подбородок, сердито и дерзко.

Повернувшись, он развел руками, словно спрашивая почему.

Эмма отбросила шаль.

— Я иду на бал к принцу.

Наступившая пауза сводила его с ума. Он готов был умолять ее не ходить, хотел запретить. Но не смог.

И Эмма снова заговорила:

— Именно поэтому мы возвратились из Агуэс-де-Дьосэс. Я приглашена принцем с лордом и леди Фанчер.

Он покачал головой.

— Вы знаете, почему я иду на этот бал. Наши встречи с вами… это было замечательно. Но каждое утро я просыпалась от ужаса, что вас застрелили, посадили в тюрьму, подвергают допросам… Вы даже не маскируетесь… Ваш наряд белый. Белый! По крайней мере, могли бы надевать черный плащ, когда ездите верхом. Ведь о вас знают и слышат разговоры о вас. Испугавшись, иностранцы побегут из Морикадии, лишая казну принца Сандре золота. Но нет, вы меня не послушаете. Вам необходимо максимально выделиться, нужен этот маскарад! Я не могу этого выдержать. — Ее пальцы сильнее сжали его руку. — Я знаю, вам это не нравится, но я продолжу поощрять ухаживания принца. Я должна знать его планы, и это единственный способ обеспечить вашу безопасность.

Взяв Эмму за плечи, Мститель встряхнул ее. Только так он мог сказать «нет!».

— Вы не можете остановить меня! Вы существуете только ночью. — Эмма упрекала его, чего не делала прежде.

И он знал почему. Он целовал ее. Ласкал. Доводил чуть не до безумия и каждую ночь оставлял страдать в одиночестве. Она любила человека, который ото всех прятался, с которым могла иметь лишь тайные отношения, не могла выйти замуж, родить детей… Он дал ей надежду и в то же время забрал ее.

— Завтра на балу я буду танцевать с принцем, — сказала она. — Я стану улыбаться ему, буду шутить с ним, и если он пригласит меня на обед, соглашусь. Я сделаю это для вас, но и сама получу удовольствие.

Его пальцы стиснули ее плечи, он отчаянно старался сдержаться.

— Некоторые мои знакомые считают, что женщина вроде меня на все пойдет ради своего благополучия. — Эмма горько усмехнулась. — Возможно, я выйду за принца, чтобы добиться благополучия для вас.

Нет, нет, только не это!..

Даже сквозь грим она, должно быть, поняла, как он мучится, поскольку улыбнулась, жестокая Далила.

Наконец отчаяние и вожделение сломили его. Сорвав с кровати покрывало, он бросил его на пол перед камином. Спустил с плеч Эммы тонкие кружевные бретели. Сорочка скользнула вниз. Эмма стояла перед ним, на ее тело падали лишь отблески огня в камине.

Работая у леди Фанчер, она немного поправилась, но ее живот оставался плоским и мускулистым от многолетней физической работы. Талия узкая, бедра пышные, ноги длинные и стройные. Маленький темный треугольник волос скрывал ее лоно.

Он уложил ее на бархатное покрывало.

Ее волосы разметались, она смотрела на него так, будто он сделал что-то дурное.

— Вы снова дразните меня? — резко сказала Эмма.

«Подождите», — жестом попросил он. Нащупав внутри узелки тесемок, он развязал их и сбросил саван.

Эмма пристально смотрела на его грудь, загоревшую под горным солнцем.

— Вы красивы, — прошептала она.

Ему хотелось рассмеяться в голос. В его жизни было много женщин. Опытных, учивших его любовной науке, и тех, которые наслаждались его умением, англичанок и женщин с континента, аристократок и простолюдинок. Ни одна не назвала его красивым, но благоговейный взгляд Эммы заставил его почувствовать себя… неотразимым. Сильным.

Она помогла ему забыть кошмары двухлетнего заточения.

Он развязал пояс и снял брюки. Дальше последовали сапоги и чулки… Он стоял обнаженный, если не считать шарфа на горле, капюшона, маски и белой пудры на лице.

Он опустился на колени рядом с Эммой.

Выражение ее лица изменилось. Она больше не была надменной и сердитой. Скорее любопытной и удивленной, испуганной и нетерпеливой, настороженной.

Эмма была неискушенной в любви девушкой, которая оказалась наедине со своим первым возлюбленным и узнала, что реальность превосходит все, что она себе воображала.

Если бы он мог рассмеяться вслух, то сделал бы это, поскольку ее изумленный взгляд льстил ему и требовал близости.

Он брал в чаши ладоней груди Эммы и ласками доводил ее до истомы. Он знал форму и упругость этой сладкой груди, но видеть ее, полную, округлую, с указывающими на него сосками, — это было восхитительно. Ему хотелось гладить и посасывать эти розовые бутоны, пока она не станет в отчаянии корчиться и умолять, чтобы его копье оказалось в ней.

Наклонившись, он обнял Эмму и поцеловал. Она уступила, как всегда, но касалась его так осторожно, словно опасалась чего-то. И когда нашла отметину справа на спине, то, округлив глаза, исследовала ее кончиком пальца.

Что это? — спросила она.

Он отвел взгляд.

Привстав, Эмма повернула его к себе спиной и увидела красное выпуклое пятно в форме орла.

— О, Мститель. — Она поцеловала отметину, словно желая стереть ее.

Он снова уложил ее, прижался к ее груди и задвигался. Эмма замерла, закрыв глаза, и лишь порывисто дышала.

Он так много узнал о ее теле на прошлой неделе. Она была трепетна и пуглива, невинна, инстинктивно чувствовала, что будет приятно ему… и ей.

Вооруженный этим знанием, он занялся делом.