Прочитайте онлайн Джентльмен-дьявол | Глава 16

Читать книгу Джентльмен-дьявол
3118+909
  • Автор:
  • Перевёл: Е. В. Моисеева
  • Язык: ru
Поделиться

Глава 16

Джордж хватал губами огромные порции воздуха. Сердце начинало биться ровнее, а тело словно бы вновь опустилось на землю, но восприятие мира вернулось не сразу. Торс покоится на мягком и теплом.

Изабелла. Он приподнялся на локтях и заглянул ей в лицо. Золотистые волосы разметались вокруг головы. На губах слабая полуулыбка. Как распухли эти губки от его поцелуев. Такие полные, они словно манили его начать все сначала.

Ее груди вздымались и опускались, касаясь его грудной клетки. Вот она издала легкий вздох – знак глубокого и окончательного насыщения, полного удовлетворения, который Джордж так редко получал от своих прежних любовниц.

Гордость наполнила все его существо, он усмехнулся довольно. Хорошо, что Изабелла еще витает в облаках. Без сомнения, она упрекнула бы его за самодовольство, как только открыта свои изумительно карие глаза.

Черт возьми, он действительно горд собой, и заслуженно.

Он перекатился на бок, чтобы не раздавить ее своей тяжестью. Изабелла казалась ему миниатюрной и хрупкой. Боже, у нее такая тонкая кость, как она выдержала его бешеный натиск? Но ведь выдержала. Выдержала и восторгалась им. Ее жадная страсть почти лишила его разума. А когда наступила разрядка, когда ее тело извивалось под ним в сладких судорогах… Видит Бог, он подошел тогда к самому краю и едва не выпустил семя в ее лоно.

Изабелла медленно протянула руку и, не глядя, пошарила по кровати. Ее пальцы нащупали ладонь Джорджа и вяло пожали, будто у нее совсем не осталось сил. Джордж знал, что бывает дальше. Обычно его любовницы начинали мурлыкать, нежиться и прихорашиваться, а ему больше всего хотелось заснуть. Но странная вещь, сейчас он совсем не ощущал сонливости. Напротив, все его нервы как будто кричали: беги!

Джордж в жизни не бегал от женщин, но сейчас, с Изабеллой, произошло нечто неожиданное, чего он никогда не испытывал. Все существо наполнилось неизъяснимой нежностью, более того, нежность захлестывала его и грозила поглотить целиком, как волны пролива пытались утопить Джека. Он чувствовал, что теряет дно под ногами, что течение тащит его под воду. Он мог бороться или сразу тонуть, но все равно берег уже превратился в неразличимую точку на горизонте.

Пальцы Изабеллы нашли его руку и обвили пальцами.

– Чудесно, – пробормотала она в полусне. Ничего другого не нужно и невозможно было произнести в истоме блаженного забытья, но это слово включало в себя так много. Изабелла не знала, насколько прекрасны могут быть отношения между мужчиной и женщиной. Тут нечему удивляться. Но, черт возьми, он тоже не знал этого. Глубокие, яростные и яркие и одновременно наполненные истинной близостью – прежде они были ему не доступны, хотя он испытал на себе мастерство не одной талантливой куртизанки. Оказалось, что умение не так важно, как искренность. Джордж, несмотря на богатый опыт, не встречал такую, как Изабелла.

Только самый низкий подлец способен сбежать и оставить ее в одиночестве, особенно после той клятвы, которую он ей дал и которая привела к таким вот последствиям. А потому Джордж устроился рядом с Изабеллой и притянул ее в свои объятия. Она бессильно уронила голову ему на плечо. Теперь ее локоны щекотали ему нос. Джордж отвел их с ее лица.

У Люси была горничная, которая превращала ее светлые прямые волосы в кудряшки. Волосы Изабеллы, густые, мятежные, непослушные, вились от природы. Как и сама Изабелла, ее волосы жили особой жизнью и отказывались укладываться в строгий порядок, которого требовали модные прически.

– Чудо, что после стольких лет мне все-таки повезло, – сонно пробормотала Изабелла, уткнувшись ему в шею.

– И правда чудо, – только и смог произнести Джордж. Да что с ним такое? Можно было пошутить насчет того, что он и есть чудо среди мужчин, уникальный экземпляр. Она бы посмеялась, поддела бы его. Джордж привык пикироваться со своими возлюбленными. Нет, не возлюбленными, просто любовницами, которые искали только физического удовлетворения. С Изабеллой он чувствовал себя не в своей тарелке.

– Ты не жалеешь о том, что мы сделали? – На этот раз голос Изабеллы уже не был сонным.

О Боже, вот оно. Именно поэтому он предпочитает любовниц и куртизанок, дам, не ожидающих ничего, кроме удовольствия, которое они могут дать и получить. Которые не заставят его анализировать собственные чувства. Да и есть ли у него чувства? Во всяком случае, это относится к женщинам, которых зовут не Изабелла. Вот черт, он пропал!

– Почему ты это спросила? – осторожно поинтересовался Джордж.

– Мне кажется, ты никак не можешь расслабиться, – ничего не выражающим тоном объявила она.

Джордж наклонил голову, чтобы разглядеть ее лицо и поймать взгляд этих карих глаз, анализирующий, чуткий, пронизывающий любой барьер, которым он может себя окружить. Веки Изабеллы были плотно сжаты, но не как у спящего человека. Казалось, она намеренно их прикрыла, чтобы отгородиться от внешнего мира.

– Почему ты закрыта глаза?

– Потому что не хочу потерять это мгновение.

Ответ заставил его пожалеть о вопросе. Вместо того чтобы сменить тему, Джордж заострил ее. Так служанка, заходя в его комнату в полдень, раздвигает портьеры, чтобы впустить яркий солнечный день, на который Джордж смотреть не желает. После ночного загула яркое солнце неизбежно вызывало у него головную боль и подчеркивало щетину на подбородке и темные круги под глазами, то есть высвечивало его пороки.

– Тебе незачем его терять, можно навсегда сохранить его в памяти. – Вот так. Звучит вполне прочувствованно.

– Да. А к следующей неделе только память у меня и останется. – Другая женщина произнесла бы эту реплику с грустью, а Изабелла просто констатировала факт. Но прозвучала фраза так, словно она пыталась сама убедить себя в этом.

– Изабелла…

– Не надо. Не давай пустых обещаний, стараясь убедить меня в ином.

Он поцеловал ее возле корней волос.

– Спи.

Джордж тоже попытался заснуть, но мозг отказывался отключаться. Черт возьми, он же сам хотел дать обещание! Более того, желал, чтобы за его словами крылась суть, чтобы они прозвучали как клятва, наподобие той, что он дал ей раньше.

Когда Джордж это понял, его обуял страх.

Изабелла проснулась от дрожи во всем теле. Спальню заполнили тени, дождь настойчиво колотил по крыше. Кроме нее, на кровати никого не было.

– Джордж?

Ответом была тишина. Изабелла стряхнула с себя остатки сна и села в постели. Саднящая боль между ног напоминала о том, что произошло в этой комнате. Перед глазами замелькали яркие образы: его руки, губы, язык, тело – все это служило лишь одному: доставить ей удовольствие.

Дрожь пробежала по спине Изабеллы, она потянулась за рубашкой, хотя тонкий ситец был слабой защитой от холода.

Ну почему Джордж ушел, ведь они могли бы согреть друг друга телами и прогнать ночную сырость и холод. Изабелла побрела в соседнюю комнату. Пусто. Огонь догорел, но ведь она проспала не больше часа.

Черт подери этого человека. Мог бы остаться хотя бы до утра, чтобы иллюзия продлилась еще несколько часов, а потом фантазиям все равно пришел бы конец. Да и какие это фантазии? Надежда, что может найтись человек, который станет о ней заботиться, разделит с ней бремя заботы о сыне, немного облегчит ее участь? Который захочет доставить ей немного радости, немного веселья и, да, немного любви?

Разве она не убедилась еще в первый раз, что на мужчину нельзя полагаться? Он получит то, что хочет, и оставит ее. Ясно, что Джордж Аппертон не лучше отца Джорджа, пусть даже и преподнес себя в более привлекательной упаковке. Обаяние и ум – это ее слабость.

Изабелла прошла к камину и взяла с полки над очагом еще влажное платье. Одежда Джорджа, конечно, исчезла. Изабелла повозилась с тесемками корсажа, встряхнула влажные юбки, прежде чем надеть их на себя. Потом натянула лиф, он неприятно лип к телу и нелепо обтянул плечи. Ладно, сойдет и так. Вернувшись домой, в свой коттедж, она почувствует себя еще более несчастной. Пусть каждая капля, пропитавшая ее платье, служит напоминанием, звеном в кольчуге, которыми она защитит свое сердце. Мужчинам нельзя доверять.

Выпрямив спину и расправив плечи, Изабелла направилась к выходу, распахнула дверь и едва не налетела на человека-стену. Проглотив крик, она отступила в дом. Человек развернулся, и облегчение захлестнуло ее, но не согрело, а обдало жаром затылок, тогда как руки застыли как лед.

– Что ты делаешь под дождем? Ты же простынешь до смерти.

Лицо Джорджа помрачнело. И к лучшему. Если он собрался сбежать от нее, Изабелла предпочитает, чтобы все произошло молча и быстро. Как на гильотине.

– Я собирался вернуться раньше, чем ты проснешься. – Он провел пальцами по ее рукаву. Очень простой жест, но как утешает! – Не думал, что проснешься в одиночестве.

– А почему ты не входил?

– Пытался выработать решение. – Джордж отвел глаза, а Изабелла представила его маленьким мальчиком. Вот он стоит, сцепив за спиной руки, и возит по грязи башмаком. Джек тоже иногда так себя ведет, когда что-то натворит.

– Решение? – эхом отозвалась она.

– Ну да. Надеялся, что в голову придет что-нибудь дельное или уж на худой конец мелькнет молния. Но гроза, похоже, ушла. Меня преследовала абсурдная мысль, что я могу догадаться, что именно произошло с мальчиком. Мне не хотелось заходить в дом, не найдя ответа.

– О… – Сердце Изабеллы забилось вдвое быстрее. А она усомнилась в нем даже после такой искренней клятвы! – О… – повторила она и шагнула к Джорджу из-под навеса над дверью. Капли дождя тотчас застучали по лицу, по еще влажному платью, но теперь ей было все равно.

– Если тебе было над чем подумать, значит, у тебя должны быть новости?

– К сожалению, нет. Поэтому я и говорю, что мысль была абсурдной. Я хотел поймать Рэвелстоука, пока он не лег спать, и узнать, не получил ли он известий от своих посланцев.

– И?..

– Как мы опасались, дождь смыл все следы, если они и были.

– Они наверняка расспрашивали в трактирах и тому подобных местах. – Джордж уже прямо сказал ей, что новостей нет, но Изабелла не сдержалась и все же задала излишний вопрос. – Как мы.

– Боюсь, что погода заставила их сократить эту часть поисков. Никто далеко не уехал. – Еще одно легкое прикосновение, как будто он считает ее хрупкой, как ваза. Или не ее, а то, что возникло между ними. – Думаю, пройдет целый день, прежде чем мы получим какие-нибудь новости. Мне очень жаль.

– Ты же ни в чем не виноват.

– Мне жаль из-за тебя.

Изабелла пожала его руку, надеясь, что это движение передаст то, что она не решалась облечь в слова. Джордж поймал ее пальцы и переплел со своими. Изабелле такой жест показался очень интимным, как будто сплелись их тела.

– Спасибо тебе за все. Я не… – Комок застрял у нее в горле и не позволил завершить предложение. Боже, только что она считала, что все кончено. – Не знаю, как бы я обошлась без тебя эти два дня.

Неужели прошло всего два дня? И эти два дня вобрали в себя две жизни – Джека и Бигглз.

– Сколько бы времени ни потребовалось на разрешение этой загадки, я буду с тобой до конца. – Джордж все еще сжимал ее ладонь, и эта связь помогла Изабелле ощутить искренность его слов.

Она глубоко вдохнула ночной воздух, влажный от дождя и близости моря. Когда он покинет ее, жизнь станет невыносима. Как она могла так сильно привязаться к мужчине за столь короткое время? Но отрицать эту привязанность было бессмысленно, даже не следовало ее допускать.

– Я бы поцеловал тебя, но снова весь промок, – с улыбкой заявил Джордж.

– Тогда перейди на сухое место. – Изабелла старалась поддержать его легкий тон, хотя бремя сомнений по-прежнему давило ей на плечи, как тяжелое одеяние не по размеру. – Кстати, ты должен мне фант.

Губы Джорджа растянулись в лукавой, многообещающей усмешке. Однажды он уже выполнил подобное обещание, от этого у Изабеллы до сих пор все тает внутри. Она наконец поняла, чем мужчина привлекает женщину. Не только возможностью зачать ребенка, наслаждение доставляет сам процесс, во всяком случае, с правильным мужчиной.

– Ты имеешь в виду что-то определенное? Я в твоем распоряжении.

О, как бы ей хотелось поймать его на слове. Соблазн был велик. Она могла потребовать поцелуй. Могла попросить отнести ее сновав постель. Потребовать, чтобы он показал ей что-нибудь новое. Но…

– Ты же знаешь, какой фант проиграл. Вчера я тебе его простила, а сейчас требую исполнения. Ты должен мне сыграть.

– Но для этого надо вернуться в большой дом.

– Знаю, но я рискну. – Кроме того, в этот час другие гости должны уже спать.

Он крепче взял ее за руку.

– Тогда побежали?

Изабелла нырнула за ним под дождь. Мокрое платье и рубашка быстро впитывали новую влагу, но Изабелле не было до этого дела. Присутствие Джорджа и жаркая память о любовном свидании согревали ее изнутри. Они бежали по газону к большому дому. Темные окна смотрели на широкую поляну, как пустые глазницы. Джордж, не обращая внимания на дождь, обогнул угол дома и остановился у неприметной двери.

– Мы можем пройти через черный ход. Моя комната недалеко от лестницы для слуг.

Изабелла сложила на груди руки и прислонилась к грубой каменной кладке стены.

– Разве у тебя в комнате есть пианино?

– Э-э-э… нет. Но там у меня есть смена белья и очень удобная кровать.

– Твой фант не включает в себя кровати.

Джордж взял в ладони ее лицо, притянул к себе так, что тепло его тела окутало Изабеллу как покрывалом, и прошептал:

– А мог бы включить, если бы ты изменила задание.

– Не собираюсь его менять. – Она выскользнула из его объятий. – Пока. Тебе придется меня уговаривать.