Прочитайте онлайн Джентльмен-дьявол | Глава 11

Читать книгу Джентльмен-дьявол
3118+921
  • Автор:
  • Перевёл: Е. В. Моисеева
  • Язык: ru
Поделиться

Глава 11

Джордж сунул в рот последний кусок сыра и убрал тарелку. Изабелла все-таки съела кусочек хлеба с маслом. Сейчас ее пальцы нервно крошили остатки хлеба. Она была похожа на мокрого воробья.

Ее глаза рассеянно устремились к окну. Солнце уже село. Томительно долгий августовский вечер закончился. Яркое летнее небо быстро превращалось в темно-синее.

– Разве вам не нужно возвращаться в вашу компанию, к другим гостям? – без всякого выражения спросила Изабелла, но Джордж все-таки уловил в ее голосе скрытое напряжение. И действительно, приличия требовали уйти, однако он понимал, что на самом деле Изабелла не хочет остаться одна.

– Я не могу бросить вас наедине с мрачными думами. – Немыслимо оставить ее здесь, где ничто и никто не поможет ей справиться с отчаянием. – И я ведь обещал отвлечь вас. Хотелось бы мне сделать больше.

– Вы сделали что могли, – прошептала Изабелла. – Привлекли к поискам ваших друзей. Большего я не прошу.

– Рэвелстоук и сам бы взялся за дело, даже без моей просьбы. Надо было только обратиться к нему. – Джордж поднялся, зажег свечу и сунул руку в карман. Там все еще лежала колода карт, которую Лич оставил в трактире. Джордж рассеянно перетасовал их. – Во что вы любите играть?

– Я не играла несколько лет и даже забыта, как это делается.

– Глупости. – Он постучал торцом колоды по столу, чтобы выровнять карты. – Человек не может забыть, как играть в карты. Ну, во что вы играли раньше?

– В вист. – Изабелла провела пальцем по краю чашки. – Но думаю, не стоит.

Джордж понимал, что мысли ее только о сыне, но впереди долгая ночь, надо ждать несколько часов, прежде чем можно будет снова начать поиски.

– Это лучше, чем предаваться отчаянию.

Изабелла поднесла было чашку к губам, но, не отпив, поставила ее на стол. Чашка глухо звякнула о блюдце.

– Мы не можем играть вдвоем.

Джордж откинулся на спинку стула, вытянул под столом ноги.

– Можем, если взять половину колоды.

– Как это? – нахмурилась Изабелла. – Выбросить две масти? Но тогда нет интереса.

Джордж улыбнулся. В ней проснулось любопытство. Уже хорошо. Может быть, он сумеет убедить Изабеллу на время забыть о своих тревогах.

Джордж остро ощущал ее присутствие рядом, но скорее не как женщины, а существа, близкого ему по духу. Он знал: чем труднее чего-то добиться, тем более дорога победа. И в картах, и в чем-то более важном.

Это как с музыкой. Если отрывок очень сложный, требуются долгие часы упражнений, прежде чем мелодия станет частью его существа, будет жить одной жизнью с пальцами, и они смогут воспроизвести ее, не обращаясь за помощью к памяти.

Или как с женщиной.

Джордж мысленно одернул себя. Почему это пришло ему в голову? Следовало выяснить, где корни подобной мысли, и выкорчевать ее с корнем, иначе не миновать проблем.

– А говорите, что забыли, как играть, – заметил он вслух. Изабелле явно случалось делать ставки, раз она вспомнила об интересе.

– Для настоящей игры требуются все четыре масти.

Джордж долил вина в чашку и сделал глоток.

– Мы можем раздать карты на четверых игроков, а играть только за двоих.

– Или можно самому выбирать карты.

– Ну, это несправедливо. Если я как джентльмен позволю вам выбирать первой, вы заберете себе все старшие карты.

– Если делать это по очереди, то будет справедливо. – Изабелла протянула руку. – Дайте мне карты. – Она положила колоду на стол между ними. – Я выбираю карту из первых двух, потом вы выбираете, и так, пока не наберем нужное количество.

– Но вы будете знать, каких карт нет в игре.

– И вы тоже. И это будут разные карты. – Она заморгала. – Но если хотите, можно и по-другому. Я беру первую карту и, если она мне нравится, оставляю себе, а следующую откладываю, не глядя. Если первая карта мне не нравится, то я могу взять вторую, но должна оставить ее, даже если она плохая.

– Да, так может получиться. А как определить козыри?

– Последняя карта будет козырем. Как в настоящем висте.

Джордж улыбнулся, захваченный изобретением новой игры.

– А на что мы будем играть? На фанты?

– На фанты? – Глаза Изабеллы сузились. Этого следовало ожидать. Опыт научил ее недоверию. Если он хочет получить ответы на свои вопросы, то надо действовать очень осторожно. – Какие фанты?

– Ничего неприличного. Если только вы не любите высокие ставки.

– Не люблю.

– Я никогда не запрошу большего, чем вы сами захотите заплатить.

– А за каждое очко, выигранное мной?

Джордж позволил себе бесшабашную улыбку. Она, как видно, считает, что он имеет в виду поцелуи и прочую ерунду. Вовсе нет. У него более важная цель.

– Называйте цену, я буду счастлив заплатить любую.

В ответ Изабелла улыбнулась, и Джорджу это почему-то не понравилось. Лукавый огонек, вспыхнувший в ее глазах, ясно говорил о подвохе.

По очереди они разобрали карты. Выяснилось, что способ Изабеллы очень неглуп. Конечно, Джордж мог собрать длинную масть, но козырной могла оказаться другая. Или можно было оставить себе короля, но где туз – у Изабеллы или в отброшенных картах, – не узнаешь. Можно было запоминать карты и онеры, но эта стратегия тоже не обещала успеха, потому что половина колоды оставалась неизвестной.

Началась игра. Изабелла показала отличные навыки. В настоящей игре, если бы она оказалась его партнером, Джордж мог бы выиграть достаточно, чтобы выкупить векселя Саммерсби и даже часть своих, достаточно, чтобы поселить Изабеллу и Джека в приличном районе Лондона, нанять ей пару служанок, в общем, достаточно, чтобы обеспечить ей жизнь, для которой она была рождена.

Изабелла положила козырь на последнюю карту Джорджа. Черт возьми, она уже взяла свои шесть взяток, а это означает…

– Я выиграла раздачу, – довольным тоном объявила она.

– Надо же, вы-таки вспомнили, как играть в карты.

Изабелла приложила палец к подбородку и задумчиво посмотрела на Джорджа. Он даже заерзал от неловкости.

– Ну что же вы? Не тяните. Я готов к самому худшему. Фант ваш.

– Я хочу еще раз услышать, как вы играете на рояле.

Черт возьми, только не это. Конечно, музыка возбуждает его, но эту любовь он ни с кем не желает делить. И отказаться нельзя. Он же сказал, что она может просить что угодно.

– Как же мне играть, если нет инструмента?

– Вы можете рассчитаться в другой раз. – А, так, значит, они еще могут увидеться в Шорфорде. Если учесть оказанный Изабелле прием, она, должно быть, имеет в виду еще одну встречу в полночь.

Джордж ухмыльнулся и передал ей колоду. Они снова разобрали карты для нового роббера. Джордж внимательно следил за игрой Изабеллы. Она начала делать элементарные ошибки. Подложила десятку под его туза. К последней взятке руки у нее дрожали.

Джордж забрал последнюю взятку.

– Две раздачи. Значит, вы должны ответить на два вопроса.

– Хорошо. – Она опустила голову и сложила руки на столе.

– Скажите… – он решил пока не упоминать Рэддича, – что вызывает у вас улыбку?

– О… – Изабелла растерялась.

Оно и понятно. За два дня она потеряла сына и единственную поддержку, которую имела. Все последние годы ей приходилось вести ежедневную борьбу, и не только за жизнь, но и за признание. Днем Джордж видел, как реагировали другие жители деревни, когда он объяснял, кого разыскивает.

– Ну, Джек… – Голос Изабеллы прервался. – Джек любит, чтобы я рассказывала ему разные истории. Любит, чтобы в них были драконы и все такое. – Она потрогала пустую чашку. – На прошлой неделе я так устала, что не было сил что-нибудь придумать. И я решила рассказать ему сказку «Джек и бобовый стебель». Подумала, что ему будет интересно, ну, из-за имени.

– А он не испугался людоеда?

– Совсем не испугался. Он потом несколько дней ходил и кричал, как великан в сказке:

Фи-фай-фо-фам Дух британца чую там, Мертвый он или живой, Попадет на завтрак мой.

И знаете, что он сказал?

Джордж пристроил подбородок на ладонь и слушал.

– Нет, расскажите.

– Сказал, что настоящий людоед не стал бы мямлить и говорить такую ерунду. – Изабелла почти рассмеялась этим воспоминаниям, но, словно подавившись, внезапно умолкла.

Джордж выпрямился. Этот вопрос, как и карточная игра, должны были отвлечь Изабеллу от мыслей о пропавшем сыне.

– Но у вас есть еще вопрос, – хрипло напомнила она.

Ему надо спросить про Рэддича, но как это сделать? Как поднять эту тему, не проявляя жестокости и не напоминая ей про еще одну потерю? После всего, что ей выпало, он не мог на это решиться.

– Пожалуй, я воспользуюсь своим вторым фантом позже, когда у меня будет возможность сыграть вам.

– А вы не можете придумать какой-нибудь другой вопрос?

– Я приберегу свой шанс для чего-то особо скандального. – Пусть думает, что на уме у него только флирт.

– А сейчас вы ничего такого придумать не можете?

– Ну, если вы настаиваете. Потом пусть не говорят, что я отступил перед опасностью. – Он демонстративно сделал вид, что задумался, побарабанил пальцами о подбородок, ехидно ухмыльнулся и впился в Изабеллу глазами.

Под его пронизывающим взглядом она заметно порозовела. Вот и отлично. Последние дни были не очень благоприятны для цвета ее лица.

– Хорошо. – Изабелла приложила руку к груди. – О чем вы думаете?

– Я должен отвечать честно? Ведь не вы выиграли.

– Да, – ответила она низким приглушенным голосом, уместным скорее в спальне, но тут же, спохватившись, прикрыта ладонью рот. – Боже, о чем я думаю? – почти выкрикнула она. Ее лицо сморщилось, глаза закрылись. Черт, а ведь ему почти удалось отвлечь ее. Он едва сам не поверил, что маленькая Изабелла Миерс даже сейчас способна флиртовать с ним. – Разве можно… – прошептала она. – Вы сочтете меня… – Она прямо на глазах теряла остатки самообладания. Джордж понял, что присутствие духа изменило Изабелле. Было видно, как спазм стиснул ей горло. Джордж вскочил и обогнул стол.

– Подвиньтесь-ка, – произнес он как можно небрежнее и чуть подтолкнул ее плечом.

Изабелла сдвинулась примерно на дюйм и позволила ему сесть рядом. Джордж обнял ее одной рукой. Ее голова опустилась ему на грудь, а рука поймала его свободную руку и крепко в нее вцепилась. Дыхание короткими рывками вырывалось из ее груди, все тело дрожало.

Джорджу казалось, что он обнимает маленькую девочку, такой хрупкой и уязвимой представлялась ему Изабелла. В душе он проклял Рэддича, лишившего ее дома. Та потеря привела ее к нынешней, когда она утратила все, что имела. Он крепче обнял ее плечи и запустил пальцы в густые волосы Изабеллы. Если бы он только мог спасти ее от этой боли.

Изабелла прижалась к нему, спрятала лицо у него на плече и постепенно задышала ровнее, как будто его запах успокоил ее. Ее грудь оказалась прижата к его груди.

Тело Джорджа против воли среагировало на ее близость и податливость. Да ведь она сидела почти у него на коленях. Наверное, даже ощущала бедрами его возбуждение. Белыми стройными бедрами. В мечтах Джордж видел, как они обхватывают его за талию. Он с трудом подавил стон. Сейчас ей меньше всего нужно отбиваться от его приставаний.

Изабелла приподняла голову. Ее карие глаза были широко раскрыты. В них отражалось пламя свечи. Но нет, блестели они не от света – от слез. Ее губы раскрылись. Джордж вдруг вспомнил, какие они мягкие и податливые. Как уступают под напором его языка. Тогда она поддалась ласке и уговорам, но сейчас у него в голове было другое. Как среагирует Изабелла на более чувственный штурм? Именно так он хотел бы ее взять: грубо, жестко и быстро.

Только негодяй способен действовать, поддавшись животному порыву, воспользоваться ее невинной незащищенностью и уязвимостью, ведь она осталась невинна, хотя и родила ребенка.

Веки Изабеллы смежились, губы снова раскрылись, показался розовый кончик языка. Джордж ощутил, как его чресла налились жаром, и ослабил объятие.

Должно быть, Изабелла почувствовала его колебания и придвинулась ближе.

– Пожалуйста.

О черт, если она станет просить его этим хрипловатым шепотом, он пропал.

– Изабелла…

– Пожалуйста. Мне нужно…

Он приложил пальцы к ее губам, чтобы не дать ей договорить.

– Это никуда не годится. Мне надо уйти.

Но ведь он даже не мог подняться. Изабелла сидела почти у него на коленях. Не сбрасывать же ее на пол.

– Я не могу оставаться одна, – говорила она, касаясь губами его пальцев. Решимость Джорджа таяла.

– Составить компанию и наделать бед – это разные вещи.

– Пожалуйста. – Опять это слово. Оно прожигало Джорджа насквозь.

И тут Изабелла не оставила ему ни выбора, ни возможности протестовать. Она вцепилась в лацканы его сюртука и накрыта губами его губы.

Ее поцелуй! О Боже, ее поцелуй! Их первый поцелуй был нежным, этот же оказался его полной противоположностью. В нем ничего не осталось от кротости. Он был жадным, грубым и жестким – как раз таким, как Джорджу хотелось. В нем сплетались отчаяние и жажда. Изабелла вдребезги разбила его намерения и сейчас, как сорвавшаяся скаковая лошадь, летела к финишу.

Ее ладони легли на грудь Джорджа, затем взлетели к плечам и впились в них ногтями. Боже, она развязывает ему галстук. Надо остановить ее, иначе они оба полетят в пропасть. Конечно, Изабелла ищет выход невыносимому нервному напряжению, но Джордж был уверен, она будет сожалеть, если он уложит ее в постель. Пожалеет о случившемся уже завтра утром, если не сразу, как только они совершат непоправимое и она вернется на землю.

Джордж оторвался от ее губ, но она коснулась ими его щеки, продолжая возиться с галстуком.

– Изабелла, – хрипло прошептал он. Видит Бог, он еще пожалеет о том, что собирается сделать, во всяком случае, какая-то часть его пожалеет. – Изабелла.

Он прижал ее пальцы ладонями. Они дрожали. Джордж не знал, от отчаяния или от желания.

– Не спеши. Я никуда не ухожу.

Изабелла подняла на него глаза – огромные и темные на бледном лице. Это все вино. Наверное, это вино. Она ведь не ела весь день, и крепкое бургундское ударило ей в голову. Дыхание толчками вырывалось из ее губ.

– Не останавливайте меня. Мне нужно… Я даже не знаю, как это сказать. Вы будете презирать меня.

– Тише. – Он слегка пожал ее руки. – Я знаю, что вам нужно.

Бог свидетель, ему нужно то же самое, но по иной причине, которая могла подождать. В этом случае, единственном из многих, он мог давать, ничего не забирая в ответ.

– Я клянусь вам, я не сделаю ничего, о чем вы пожалеете, но вы должны доверять мне.

Изабелла подалась вперед. Сейчас она не сводила глаз с его губ. Джордж, не позволяя ей броситься в его объятия, нежно обнял ее. Если ему требуется ее доверие, надо заслужить его и начать прямо сейчас.

– Вы доверяете мне, Изабелла?