Прочитайте онлайн Джентльмен-авантюрист | Глава 32

Читать книгу Джентльмен-авантюрист
3418+991
  • Автор:
  • Перевёл: Н. Н. Аниськова
  • Язык: ru
Поделиться

Глава 32

Пруденс принесла корзину и обрадовалась, что дверь открыла служанка. Значит, у Хетти появилась помощница.

— Все гости спят, — прошептала девочка, похоже, довольная своим новым положением.

Пруденс только сейчас почувствовала, что проголодалась, но даже если обед еще не закончился, она не собиралась садиться за стол с Артемис и вдовой. Она послала Карен найти Кейта и узнать, поел ли он. Горничная вернулась с приглашением присоединиться к нему в его библиотеке. Пруденс застала его за едой.

— Я и для тебя нагрузил тарелку, — сказал Кейт. — Но ты была занята, и я не стал ждать. Я проголодался, — признался он.

Пруденс прежде не бывала в этой комнате. Личная библиотека графа больше напоминала ее будуар, и, усевшись за стол, она об этом сказала.

— Раньше библиотека была обшита деревянными панелями и имела более мужской вид, — пояснил Кейт.

Пруденс задумалась над его тоном.

— Твой брат изменил и ее, и холл.

— И я не могу ее переделать, не показавшись бесчувственным или даже враждебным. Эти картины Роу собрал во время своего гранд-тура.

— Возможно, они нравятся Артемис? — сказала Пруденс, наливая себе суп.

— Умница! И мебель она тоже может забрать. Спасибо.

— Я надеялась, что из будуара она тоже все заберет, — улыбнулась ему Пруденс. — Я не хочу сказать ничего плохого, но пока это ее комната, а не моя, она пропитана ее горечью.

Кейт вздохнул:

— Я здесь постоянно чувствую, как Роу скрежещет зубами в своей могиле.

Пруденс покачала головой и рассказала, как устроила Хетти. Потом призналась, что хочет оставить подругу в Кейнингзе.

— Это создаст массу проблем?

— Всякое может быть, — поморщился Кейт. — Однако если Хетти с мужем этого захотят, попытаемся. Хочешь цыпленка? — Накладывая ей еду, он добавил: — Если это вызовет раздоры, я смогу их где-нибудь устроить. Возможно, дам им в собственность постоялый двор.

— Ты очень щедр, — улыбнулась Пруденс.

Кейт налил ей вина и наполнил свой стакан.

— Дать так мало, имея так много, — вряд ли это заслуживает похвалы. Но я знаю, что ты была бы рада, останься она здесь.

— Нет, если Хетти будет несчастна. Я слишком хорошо знаю, каково не соответствовать своему месту. А теперь расскажи о своих планах относительно Дрейдейла.

— Я проанализировал все, что мы знаем о его выходках, и велел составить документы. Пока не обнаружилось ничего противозаконного, но есть масса постыдных вещей. Я бы начал действовать прямо сейчас, но слишком многие станут возражать, ведь сегодня воскресенье. Я отправил людей в Нордаллертон. Они найдут Уилла Ларна, заплатят за комфорт в тюрьме и ясно дадут понять тамошним властям, что некая важная персона проявляет интерес к делу. Завтра они пригласят адвоката.

— Если жалобщик сообразит, что граф Малзард на стороне Уилла, он просто сбежит.

— Что в определенном смысле неплохо, но мои люди проинструктированы не открывать этого без крайней необходимости. Потакаю своим слабостям и надеюсь поразить Дрейдейла этой подробностью. Я также надеюсь, что жалобщик не исчезнет и можно будет убедить его дать показания, что к делу приложил руку Дрейдейл.

Пруденс вздрогнула от его тона, но по-прежнему хотела, чтобы Дрейдейл был наказан.

— Потом атака на твой бывший дом и карету. Огонь мог стоить жизни, как и поврежденное колесо. Мои люди ищут соучастников. Сомневаюсь, что этого хватит, чтобы отправить Дрейдейла на каторгу, а уж тем более — на виселицу, но для начала, без сомнения, подорвет его могущество.

— Как ты сказал, бедность и бессилие станут для него адом.

— Я хочу нанести демонстративный удар. — Кейт отпил вина. — То, что я новоиспеченный граф, — мое слабое место. У людей нет причин страшиться моей власти.

— Они боялись бы твоего брата? Это похоже на Средневековье.

— Здесь, на севере, время не торопится и аристократия обладает значительной властью. Уверен, Роу продемонстрировал бы железный кулак, если потребовалось бы. Мой отец делал именно так.

— Тогда получается, я добавила проблем, — нахмурилась Пруденс. — Сестра Эрона Юлгрейва, да еще учинившая скандал у алтаря, вряд ли сочетается с длинной чередой предков и могуществом.

— И помог ей весьма потрепанный джентльмен. — Кейт поднял стакан в шутливом тосте. — Но мы воины, и люди это увидят. Ты закончила? Я хочу показать тебе свою ванну.

— Ванну?

— Подходящую для воина. Идем, посмотришь.

Пруденс во все глаза смотрела на огромную ванну на помосте.

— Да в ней плавать можно!

— Вряд ли, — ответил Кейт, — но возможны другие игры. — Пруденс увидела его озорную улыбку, но он лишь добавил: — Плавать мы можем в озере.

— Плавать? Женщины ведь не плавают?

— Ты можешь. Я тебя научу.

Пруденс сомневалась в этом, как и насчет ванны.

— Сюда надо столько ведер воды натаскать.

— Значит, слуги смогут заработать.

— Меня так и тянет поспорить с этим доводом.

— И не пытайся. Пользуйся ванной, когда захочется.

— Должно быть, это замечательно. У меня очень маленькая. — Пруденс огляделась. — И комната чудесная. Эти картины — копии римских?

— Представление какого-то художника об Олимпе. У тебя должны быть такие же великолепные гардеробная и ванная. Идем!

Кейт поспешно отвел Пруденс в ее покои и осмотрел спальню.

— Ты можешь продумать все детали.

— Но мы потеряем спальню.

— Здесь их хватает, но если понадобится, мы пристроим еще одно крыло.

Пруденс рассмеялась, но такая точка зрения уже не казалась ей фантастической.

Проснувшись в понедельник, Пруденс прочитала записку Кейта, в которой говорилось, что Уилла устроили удобно, насколько это возможно в тюрьме, и адвокат готов помогать ему.

Надев выкрашенное платье, Пруденс пошла сообщить Хетта добрые новости. Подруга и дети переоделись в чистую одежду и с трепетом вспоминали настоящее мытье с чистой водой для каждого. Дети, у которых теперь имелись книжки и игрушки, беззаботно радовались новой ситуации. Но Хетти все еще тревожилась, что они что-нибудь испачкают или сломают.

— Ты не должна об этом беспокоиться, — сказала Пруденс.

— Как мне не волноваться? Грех портить такие чудесные вещи.

— Дети аккуратные. И почему бы не отвести их и Тоби погулять?

— А это можно?

— Конечно.

Пруденс вывела их в парк, где усердно трудились садовники и землекопы. Она показала качели, и дети с восторгом принялись качаться, заливаясь смехом. Качели такая простая вещь, почему их нет в местах вроде «Двора белой розы»?

— Мне нужно вернуться в дом, — сказала Пруденс Хетти. — Гуляйте в парке.

Пруденс вдруг вспомнила про Дрейдейла. Утро такое мирное, трудно заподозрить недоброе, и все же…

— Но пока далеко от дома не отходите.

Хетти округлила глаза и кивнула.

— Мам, мы можем пойти к озеру? — спросил Уилли.

— Пока нет.

Пруденс спешила в дом, злясь, что Дрейдейл создает проблемы и здесь. Чем скорее е ним покончат, тем лучше.

Она нашла Кейта в своем будуаре. Он уже завтракал и поднялся поцеловать ее.

— Уже одета и полна энергии?

— Я уходила сообщить добрую новость Хетти. Они привыкли рано вставать, так что теперь гуляют. — Сев, Пруденс добавила: — Я предупредила их, чтобы не отходили далеко от дома.

— Я велел всем свободным людям работать на территории, чтобы следить за опасностью.

— Какой ты предусмотрительный!

— У меня большой опыт в том, чтобы беречь своих людей. Ненавижу неоправданные потери. Это еще одна причина, поссорившая меня с армией. И я не позволю Дрейдейлу повредить здесь кому-нибудь.

— Он действительно может попытаться?

— Этот человек не станет подводить себя под обвинение в убийстве, но если сможет покалечить или убить кого-нибудь при якобы несчастном случае, то легко устроит это. Особенно теперь.

— Господи! Мы только усугубили опасность.

— Ты бы предпочла оставить Уилла Ларна без помощи?

— Нет, но мне все это не нравится. Почему мы не можем положить ему конец сейчас?

— Нетерпелива, как всегда, — улыбнулся Кейт. — Как и я. Дело в том, что непрерывно поступает новая информация. Очередной день может добавить гвоздей в его гроб. Но дальше затягивать не стоит. Я собираюсь завтра в Дарлингтон. Хочешь поехать со мной?

Эта идея ее пугала, но Пруденс сказала:

— Да. Особенно если смогу увидеть, как Дрейдейл провалится в ад.

— Я постараюсь доставить тебе такое удовольствие. Обещаю. Сейчас в опасности слишком много людей. Дрейдейл бьет в любого, кто связан с тобой, даже новых жильцов в твоем прежнем доме.

Пруденс застыла с булочкой в руке.

— Стоунхаусы! Может Дрейдейл знать о них?

— Да, черт побери! От конюха Толлбриджа. — Кейт поднялся и быстро поцеловал ее. — Мне нужно послать туда людей, предупредить и обеспечить безопасность. Кого еще ты забыла?

Пруденс задумалась.

— Если Эрон и Сьюзен в безопасности, то, пожалуй, никого. Во «Дворе белой розы» я была близка только с Хетти.

Кейт ушел, и Пруденс поймала себя на том, что аппетит у нее пропал. Вдруг встревожившись, она вышла в парк и увидела Хетти с детьми около дома. Дети играли с мячом, Тоби вертелся рядом, Хетги сидела на скамье под деревом.

Услышав детские голоса с другой стороны, Пруденс обернулась и увидела у озера дочерей Артемис. Пруденс была бы рада видеть всех детей, играющих вместе, но…

Флавия и Джулия вбежали на китайский мостик, перекинутый через ручей, впадавший в озеро, и Пруденс занервничала. Вода — это явная опасность, а в извращенном, мстительном уме Дрейдейла любой обитатель Кейнингза мог оказаться мишенью.

Вообще-то вокруг работало много людей, включая тех, кто очищал берега озера от камыша. Кейт, возможно, переусердствовал и перестраховался, но Пруденс не могла его в этом винить.

Однако нельзя болтаться тут весь день, высматривая опасность. Ее ждут дела. Пруденс вернулась в дом и, упрекая себя в глупости, положила в карман свой старый нож и сунула в корсаж кинжал.

В тот день все семейство собралось за обедом. Вдова не создавала проблем, если не считать того, что она поинтересовалась, будут ли друзья Пруденс обедать с ними. Артемис молчала. Мистер Гуд, похоже, искренне считал Пруденс давней знакомой.

Сестер Кейтсби появление детей оживило и воодушевило.

— Такой печальный случай, — сказала мисс Кейтсби. — Такое жестокое обращение.

Мистер Коутс пространно изложил свое мнение о законах о бродяжничестве, Кейт вставлял замечания, поддерживая беседу, пока вдова не сказала:

— Надеюсь, эти дети ведут себя прилично. Ведь они не приучены к такому окружению.

— Они прекрасно себя ведут, — храбро ответила мисс Сесили. — Мы ни звука от них не слышала, правда, сестра? И от собачки тоже. Она не лает.

— Беспородная, — бросила вдова.

Пруденс предпочла думать, что она имеет в виду собаку.

Эта сдержанно-нервозная атмосфера продолжалась и за чаем, но открытой конфронтации не было, и, похоже, никто не собирался задерживаться. Пруденс с удивлением поймала себя на том, что ее это не волнует. Пусть вдова и Артемис расхлебывают кашу, которую заварили. А у нее есть дела поважнее.

Сейчас ей хотелось выяснить, насколько безопасно Уилли и Саре пойти к озеру.

Пруденс смело вошла в кабинет Кейта, едва взглянув на клерков, хотя заметила, что все они встали и как это нелепо. В смежной комнате Кейт просматривал бумаги.

Они поцеловались, словно это было так же естественно, как дышать.

— Это безопасно? Я уверена, что для них это станет большим удовольствием.

— Лодки и мост проверили сегодня утром, и люди рядом работают, так что никто не сможет повредить им. Я пойду с тобой, чтобы все устроить.

Пруденс оглядела письменный стол.

— Но у вас много дел, милорд.

— Призываете меня исполнять свой долг, миледи? Я планирую снова поиграть в бездельника. В прошлый раз я был щедро вознагражден за это.

Они нашли Хетти с детьми в комнате. Разумеется, при упоминании о лодке Уилли загорелся желанием пойти. Сара колебалась, но и она согласилась прогуляться. Кейт велел снова проверить лодку и повел Хетти и детей к озеру.

— Надеюсь, они останутся, — сказала Пруденс, видя их радостное волнение.

— Будут проблемы, — предупредил Кейт. — Сейчас они гости; но если Уилл Ларн будет работать здесь, то его семья не сможет пользоваться привилегиями, в которых отказано другим слугам. Хотя не вижу причин, почему все не могут пользоваться лодками время от времени. Ведь мужчинам разрешено ловить рыбу в свободное время. Нет, это не мое решение. Так распорядился мой отец.

— Тогда он был таким же добрым, как ты.

— Скорее прагматичным. Он не был рыболовом, поэтому рыба в озере его не интересовала. Когда у него в гостях появлялись любители рыбалки, слуги знали: от озера надо держаться подальше. Хочешь прокатиться на лодке? — Когда Пруденс заколебалась, Кейт поддразнил: — Ты менее смелая, чем детишки Хетти?

— Ах, ты плут! — рассмеялась она. — Хорошо, но если я утону, это будет на твоей совести.

Кейт повел ее в домик, где хранились лодки, и взял плоскодонку. Потом протянул руку.

— Что, если она перевернется?

— Я этого не допущу.

— Знаю-знаю! «Доверься мне». Думаю, мне радоваться надо, что я в самом простом платье, и оно не пострадает от того, что промокнет.

Кейт уже пристраивал в лодку подушки. Повернувшись, он подал ей руку. Опершись на нее, Пруденс осторожно ступила в лодку и села, подобрав юбки. Кейт снял сюртук и бросил ей. Потом взял шест, сел в лодку и оттолкнулся от берега. Лодка чуть качнулась, и Пруденс ухватилась за края.

— Доверься мне, — улыбнулся Кейт.

— У тебя есть в этом какой-нибудь опыт?

— Огромный. Когда я был мальчишкой…

— Этого я и боялась.

Кейт широко улыбнулся и вывел лодку на середину озера, подальше от смеющихся детей. Пруденс никогда в жизни не чувствовала себя настолько отрезанной от мира. Озеро не такое уж большое, но единственная ее опора — это лодка. И Кейт.

В озеро вдавались поросшие деревьями мысы, казалось, будто они одни в целом мире, и Пруденс начала обретать безмятежность. На затянутом тучами небе виднелись лишь окошечки голубизны, зато это приносило прохладу, а белые пушистые облака были так красивы.

— Завтра я поеду в Дарлингтон верхом, если не потребуется появиться с большей помпой. Возможно, стоит вытащить старые доспехи и ехать на боевом коне, с развернутыми знаменами.

Пруденс хихикнула, но тут же посерьезнела.

— А не сочтут, что твоя месть коренится в предполагаемом насилии Дрейдейла надо мной? Тогда предположение воспримут как факт.

— Если бы я считал это фактом, — ровно сказал Кейт, — то убил бы негодяя.

Такие заявления все еще удивляли Пруденс, и день вдруг померк.

— Не надо, пожалуйста.

— Ты хочешь сказать, что у меня есть повод? — посмотрел на нее Кейт.

— Нет!

— Я верю тебе. Но ты странно выразилась.

— Просто я не привыкла к буйству.

— Ты предпочитаешь завтра не ездить?

— Нет, я хочу быть там.

Пруденс пыталась стряхнуть болезненное чувство.

— Хорошо. Буйства я не ожидаю, только драму. Мы докажем свою правоту нашими действиями. Роман, достойный песен трубадуров, помнишь?

Пруденс покраснела и принялась разглядывать деревья на берегу.

Она это докажет. Месячные у нее начнутся через неделю, значит, через две недели они будут вместе. У Кейта не останется и тени сомнений. Но стоит ли рисковать, не слишком ли рано зачать дитя? Не всякая женщина беременеет сразу, но такое может произойти. И тогда в глазах подозрительных обывателей младенец будет ребенком Дрейдейла.

От мысли о затягивающемся ожидании Пруденс показалось, что тучи потемнели.

— Становится прохладнее. Надеюсь, дождя не будет.

— Ты хочешь выйти на берег?

— Нет. О, вон там девочки Артемис, у них грустный вид! Они не ходят к озеру?

— Не знаю, — повернулся посмотреть Кейт. — Никогда не видел, чтобы они это делали. Организовать?

— Мы можем подплыть ближе и спросить.

Оттолкнувшись шестом, Кейт вывел лодку из маленького заливчика и быстро погнал по воде. Пруденс схватилась за борта, молясь и твердя себе, что она доверяет Кейту.

Флавия и Джулия наблюдали за лодкой, потом двинулись к кромке воды, им навстречу.

— Осторожнее! — крикнула Пруденс.

С девочками была няня, она держала на руках Марию и, похоже, не слишком следила за старшими. Хвала небу, один из людей Кейта работал поблизости. Он резал камыш, но сейчас отложил инструмент и поспешил к девочкам.

Неожиданно мужчина выхватил малышку из рук няни и швырнул в озеро.

— Кейт! — пронзительно крикнула Пруденс.

Няня и старшие девочки тоже закричали.

— Помогите! Мария!

Кейт бросил шест, скинул башмаки и нырнул в воду. Лодка переваливалась сбоку на бок. Пруденс схватилась за борт, ее глаза не отрывались от Кейта, быстро плывущего к барахтающейся малышке. Раздувшаяся юбочка пока поддерживала ее, но в любой момент…

Новый крик заставил Пруденс повернуться к берегу. Мужчина, должно быть, ударил няню, та лежала на траве. Вскинув одну из старших девочек на плечо, он мчался прочь, другая бежала следом с криком:

— Остановитесь! Помогите! Помогите кто-нибудь!

Лодка с Хетти и детьми быстро двигалась в их сторону.

Со всех сторон сбегались люди. Кейт выхватил Марию из воды, но не мог быстро выскочить на берег.

Покачивающаяся на волнах лодка ткнулась в прибрежные камыши. Пруденс, не раздумывая, шагнула к берегу и оказалась по бедра в воде. Она отчаянно пробиралась вперед, юбки тянули ко дну, ноги скользили по илу. Пруденс хваталась за все, что могло помочь ей выбраться, чтобы броситься в погоню за злодеем и девочками, исчезнувшими за деревьями.

Судя по крикам, на помощь бежали люди, но она оказалась ближе всех.

Пруденс выбралась на твердую землю и на миг упала на четвереньки, но заставила себя подняться и побежала. Мокрые юбки сковывали движения. Задыхаясь, Пруденс влетела в рощицу, уворачиваясь от веток. Впереди слышались крики девочек, зовущих на помощь.

Потом что-то ударило ее в голову. Пруденс решила, что пропустила ветку, под которую подныривала. От удара она споткнулась и упала. И тут увидела его — мужчина снова нацелился в нее обломком сука. Должно быть, он бросил девочек и вернулся за ней. Пруденс перекатилась в сторону, отыскивая нож, но карман затерялся в промокших запутавшихся юбках.

Тогда она схватилась за рукоятку кинжала, спрятанного в корсаже. И когда бандит приблизился, ударила его в ногу и отползла в сторону. Мужчина сыпал проклятиями, на его чулке расползалось красное пятно.

Где-то кричал Кейт:

— Пруденс! Пруденс!

— Здесь! Я здесь!

Мужчина занес над ней сук.

Раздался выстрел. У мужчины округлились глаза, потом он рухнул, изо рта у него текла кровь.

Пруденс откатилась в сторону от ужасного зрелища, всхлипывая от ужаса и облегчения.

Кейт схватил ее в объятия.

— Ты не ранена?

Пруденс подняла глаза.

— Я… все в порядке… Ты его застрелил?

— У меня нет оружия, и я насквозь мокрый, — проговорил Кейт, задыхаясь. — Думаю, кто-то из лесников. Но кто бы он ни был, он получит щедрую награду. А Дрейдейл подписал себе пропуск в ад.

Несмотря на ее протесты, Кейт взял Пруденс на руки и понес из рощицы. К ним бежала Артемис, кто-то отдал ей Марию, Флавия и Джулия мчались навстречу матери.

— Ты спас малышку, — сказала Прудене.

— Ребенок был отвлекающим маневром.

— Как и одна из старших девочек. Ему нужна была я. Я была нужна Дрейдейлу. Кейт, твои раны… Отпусти меня!

— Мои раны зажили. — Кейт осторожно поставил Пруденс на землю и посмотрел на ее ноги. — Не бойся, я с этим покончу.

Артемис торопила детей в дом. Она и в случившемся винит Кейта? С нее станется. А ведь во всем виновата она, Пруденс, и корень зла в ее глупом согласии принять предложение Генри Дрейдейла.

Как только они вошли в дом, Кейт приказал наполнить ванну. Он отвел Пруденс в спальню и велел прийти в его гардеробную, когда она избавится от промокшей одежды.

— Бедное мое голубое платье. Думаю, по нему отзвонил похоронный колокол.

— Не говори о смерти, — притянул ее к себе Кейт. — Я тысячу раз умер, пока бежал за тобой. А теперь переоденься и прими ванну. Я не хочу потерять тебя из-за пневмонии.

— А как же твой камердинер?

— Комната будет в твоем распоряжении, возьми с собой Карен.

Пруденс не хотелось с ним расставаться, но вряд ли она сможет мыться в его присутствии, и к тому же она до костей промерзла. Когда Пруденс, нервничая, вошла в гардеробную Кейта в халате, под которым ничего не было, то увидела, как от горячей воды в ванне поднимается пар, а рядом на столике стоит графинчик бренди, стакан и лежит веточка розы с розовыми цветами.

— Никогда такого не видела, миледи! — вытаращила глаза на ванну Карен.

— Сомневаюсь, что такие ванны обычное дело. — Пруденс осторожно шагнула в ванну, села, вытянула ноги, даже откинулась назад и счастливо вздохнула. — Это чудесно. Налей в стакан бренди и дай мне.

— Да, миледи. — Передавая стакан, Карен сказала: — Я слышала, что бренди — это лекарство, миледи.

— Да. Очень хорошее. Для души, ума и тела.

Вдруг мысль о том, что могло случиться, пронзила ее, и она вздрогнула.

Будь проклят Генри Дрейдейл!