Прочитайте онлайн Джентльмен-авантюрист | Глава 15

Читать книгу Джентльмен-авантюрист
3418+977
  • Автор:
  • Перевёл: Н. Н. Аниськова
  • Язык: ru
Поделиться

Глава 15

Пруденс подбежала к нему, трогала, похлопывала.

— Ты серьезно ранен? У тебя бриджи потемнели от крови.

Кейт вдруг почувствовал себя значительно лучше. Он посмотрел на их молодого спасителя, который садился на коренастую лошадь.

— Я не могу остаться, сэр. У меня поручение от хозяина.

— Понятно. Спасибо за помощь. Можешь в следующей деревне сказать, что нам нужен транспорт?

— Я это сделаю, сэр, — сказал он и поехал в ту сторону, откуда они приехали.

— Лучше нам пойти поискать приличных лошадей, Бог с ней, с каретой.

— Дождь собирается. Посмотри, какие тучи. Похоже, нас прокляли.

Кейт притянул Пруденс к себе.

— Никогда. Просто бросили вызов. А мы всегда побеждаем. Мы только что выжили в крушении, которое должно было оказаться фатальным.

Отстранившись, Пруденс нахмурилась:

— Ты всегда такой оптимист?

— А почему бы и нет? У меня есть ты.

Эго явно смутило ее, но в то же время обрадовало.

— Ты, должно быть, головой стукнулся, — запротестовала она. — От меня одни проблемы. Ты уверен, что ничего серьезного? У тебя рука поцарапана…

Она тараторила, продолжая заботливо ощупывать его в поисках ран. Как это приятно, когда над тобой так суетятся!

— Проста. Это все из-за меня.

— Чепуха. И скажу тебе правду, дорогая. Сегодняшнее событие мне доставило больше удовольствия, чем недавние. У тебя прелестные ножки.

— Мои ноги?

— Я увидел их, когда ты вылезала из кареты.

Пруденс разинула рот, потом шлепнула Кейта по плечу.

— Тебе не полагалось смотреть!

Кейт рассмеялся и этим вызвал у Пруденс новый приступ заботы.

— Нет-нет, — заверил он, — голова не пострадала. Я не сумасшедший. Просто я безумно счастлив. В меня стекло воткнулось, но я его вытащил.

— Где? Ох…

Ее руки тревожно взлетели, но у нее не хватало отваги коснуться его там.

Пора заняться делом и посмотреть, что можно предпринять. Выпрямившись, он похромал к лошадям.

— С тебя кровь льет! — воскликнула Пруденс. — Стой! Рану надо немедленно перевязать.

— Это пустяки, правда, и я обещал помочь кучеру, если потребуется.

Тот держал успокоившихся лошадей, но у одной из бока сочилась кровь, а другая поджимала ногу. И даже при этом все обернулось лучше, чем можно было надеяться.

— Перелом? — спросил он кучера.

— Слава Богу, нет! Но лошадям нужна помощь.

— Где ближайший постоялый двор?

— Точно не знаю, сэр. А карту в этом месиве теперь не найдешь.

— Лошади могут идти?

— Думаю, да, сэр.

Кучер потянул поводья, и лошади, хоть и неохотно, двинулись.

— Тогда лучше отвести их в ближайшую деревню. Направь сюда какой-нибудь, транспорт. Если у нас окажется две кареты, значит, так тому и быть.

— Ваша правда, сэр. Ну, пошли, мои хорошие. Овес и отдых совсем близко.

Кейт смотрел вслед хромавшим по дороге лошадям, надеясь, что раны у них не очень серьезные. Потом повернулся осмотреть карету. Колесо разлетелось на куски, боковая стенка превратилась в обломки. Дышло было немного изогнуто, что как-то уберегло лошадей, но кучера наверняка сбросило с облучка.

— Мы могли погибнуть, — сказала Пруденс.

Она обхватила себя руками, словно замерзла, Кейт испытывал то же самое.

— Шок, — сказал он. — Ты упоминала про бренди.

— Ах да. — Пруденс вытащила из кармана фляжку и отвинтила крышку. — Мне показалось правильным взять ее на нашу свадьбу, как нечто новое и к тому же голубое.

— И шестипенсовик на счастье у тебя в туфельке есть?

— Да. — Пруденс налила в крышку бренди и подала Кейту. — Держи.

Он выпил одним глотком.

— Твой шестипенсовик, возможно, нам понадобится. Я отдал последнее.

— Без гроша, как я и предполагала.

Пруденс снова наполнила стаканчик. Кейт не понял, шутит она или говорит всерьез. Пруденс тоже выпила и подала ему фляжку.

— Пора перевязать твои раны.

Значит, к ней вернулась отвага.

— Ты разбираешься в медицине?

— Я ухаживала за матерью.

— И часто она получала кинжальные удары в тыл?

Пруденс покраснела, но не стушевалась.

— Нет, но сейчас другого доктора у тебя нет, так что не придирайся и не увиливай. — Она потянулась развязать его галстук. — Сгодится для перевязки. — Скрутив ткань, она отдала ее Кейту. — Прижми к ране, чтобы остановить кровь.

Кейт подчинился, восхищаясь ее проворностью.

— Что теперь?

— Теперь надо закрепить повязку. Придется пожертвовать моей сорочкой.

Она вытащила из кармана нож в грубых полотняных ножнах.

— Этот нож мне знаком.

Пруденс быстро взглянула на него.

— Да.

Это был тот самый нож, которым Пруденс угрожала ему, а потом воткнула в стол. Тот самый, который Кейт потом вытащил из деревянной столешницы. Он забыл ту ее ярость и досаду.

Она все время носит при себе оружие?

Это сделает жизнь интересной.

— Лучше использовать мою рубашку, — сказал Кейт. — Она все равно ветхая.

— И вероятно, единственная.

— Нет, обещаю. — Кейт отдал ей свернутый галстук, который уже стал красным от крови, потом снял сюртук и жилет. — Наверное, ты сможешь вытащить то, что застряло у меня в боку.

— Сильное повреждение?

— Всего лишь заноза или что-то в этом роде. — Но снять рубашку через голову было больно. — Треклятые мелкие раны. Часто они досаждают сильнее, чем крупные. По крайней мере, короткое время.

— У тебя часто случались ранения?

— Я был солдатом, Пруденс. Ничего серьезного, слава Богу. Вот.

Кейт протянул ей рубашку, но Пруденс смотрела на его нагой торс.

Ну, почему он об этом забыл? И ведет себя так, словно они давние товарищи. Или давние любовники. Пруденс облизала губы и продолжала смотреть, едва не прикончив его этим.

— Что там у меня в боку? — поторопил он.

— Потерпи, — отрывисто сказала Пруденс. — Подними руку, чтобы я могла как следует посмотреть. Это больше чем заноза.

Она нажала на кожу по бокам щепки.

— Это довольно большая деревяшка, и нечем за нее ухватиться. Нужно ее вырезать.

— Я, пожалуй, поживу пока с этой щепкой.

— Нет. Я постараюсь не причинить тебе сильной боли.

Кейт беспокоился не столько о боли, сколько о Пруденс, которой предстояло произвести хирургическую операцию.

Она сначала осторожничала с ножом, но потом Кейт почувствовал жжение надреза и зашипел от боли.

— Ну, вот и все, я ее вытащила, — сказала Пруденс с жестокой жизнерадостностью хирурга.

Было больно, зато какая отвага обнаружилась у этой великолепной женщины.

— Вот! — Пруденс отбросила щепку и снова прижала рубашку. — Думаю, кровотечение скоро остановится. Рана неглубокая. Прости, что причинила тебе боль.

— Пациенты всегда ценят скорость. Твой нож, должно быть, очень острый.

— Что пользы в тупом? — Пруденс приподняла рубашку. — Ну вот, уже почти не кровоточит. Подержи так, пока я осмотрю ногу. — Пруденс, не дрогнув, во всяком случае, он этого не заметил, коснулась его бедра. — Бриджи все в пятнах, так что кровотечение было сильное. Сомневаюсь, что разрез можно починить. У тебя еще есть кожаные штаны для верховой езды?

— Нет, но другие бриджи найдутся. Так что мне не придется разгуливать по улицам нагишом.

— К большому сожалению женщин Йоркшира.

Кейт рассмеялся и быстро поцеловал ее.

— Другие женщины к настоящему времени уже испарились.

— Большинство женщин замечательно восстанавливаются при проверке. Дай рубашку. Да, кровотечение в боку остановилось.

Пруденс смотрела на рубашку, без сомнения, замечая все потертости, и заштопанные места. Кейту хотелось снова уверить ее, что у него есть еще одежда. И он не такой бедный человек, каким кажется. Но сейчас явно не время сообщать ей, что он граф. Не теперь, когда у нее в руках нож.

Пруденс отрезала манжету, а потом и весь рукав и сложила прямоугольник ткани в тугую подушечку.

— Вот. А галстуком прибинтуем эту повязку.

— Поверх штанов?

Он расстегнул бриджи.

— Прекрати. Это открытая дорога!

— Проезжающие мимо йоркширские женщины, возможно, будут в восторге.

— Ты не можешь раздеться…

— Никто не будет шокирован, Пруденс. Кроме тебя, конечно. Но ты моя жена.

Пруденс подняла на него округлившиеся глаза, но сказала:

— Хорошо. Ты прав. Снимай.

Ему пришлось предупредить ее:

— У меня под ними ничего нет. И без рубашки…

— Никто, кроме меня, не увидит, — бросила она, — а я твоя жена.

— И йоркширская женщина, — улыбнулся он. — К тому же великолепная.

Однако Кейт повернулся спиной, прежде чем спустить бриджи, что оказалось вполне мудрым. Пруденс подошла ближе, щелк ее платья задел его. Кейт услышал шорох ткани — Пруденс опустилась на колени, чтобы осмотреть рану, чудесный цветочный аромат ее духов перебил запах крови. Потом она положила руку на его бедро, чтобы опереться. Его мужское естество туг же отреагировало, и он вздрогнул.

— Больно? Прости. Но тут еще стекло есть. Как хорошо, что я могу тщательно проверить!

— Да, мэм, — смиренно ответил Кейт и зашипел, когда она нажала и осколок шевельнулся.

— Не за что ухватиться, — извинилась Пруденс и снова безжалостно надавила.

— Ты уверена, что ты хирург?

— Не суетись. Если поддеть кончиком ножа… Вот так…

Кейт почувствовал, что осколок выскочил, и перевел дух.

Боль наконец утихла.

— Есть еще повреждения?

— Не думаю. Больно, когда я так делаю?

Пруденс прижала свернутый в подушечку рукав.

Кейт вздрогнул, но сказал:

— Совсем немного. Прибинтуй ее.

— Что здесь происходит? — спросил мужской голос.

Повернув голову, Кейт увидел деревенского парня с вилами в руках. Рядом стоял здоровяк с кривым ножом для обрезки сучьев.

— Стой спокойно! — прикрикнула на него Пруденс. А мужчине сказала: — Я перевязываю раны моего мужа, сэр. Как видите, мы попали в аварию.

Ее тон явно поставил парня на место.

— Печальная история, мэм.

Парню едва перевалило за двадцать, и он был вовсе не такой важный, каким хотел казаться.

— Возможно вы сумеете помочь нам, — сказал Кейт. — Быстрее забинтовывай, дорогая.

Но Пруденс не шевельнулась. Следовало обмотать его голую ногу, а это было для нее неодолимым Рубиконом.

— Нашла время изображать кисейную барышню, — проворчал Кейт. — Давай мне галстук, а сама держи повязку.

Она подчинилась, и он обмотал бедро окровавленным галстуком, отодвинув в сторону гениталии, что она явно струсила бы сделать. Натянув бриджи и застегнув их, Кейт повернулся к мужчинам.

— Где ваши лошади, сэр? — спросил парень.

Он думает, что они сюда прилетели?

— Они пострадали, так что кучер повел их в ближайшую деревню.

— Это Уорсолл, — сказал парень. — Там толку мало.

— Тогда он поведет их дальше, а за нами пришлет повозку или карету.

— Дождь собирается.

— Мы видим. Поблизости можно где-нибудь укрыться и переждать?

Ответом стало подозрительное молчание.

— Мы не разбойники, сэр, — сказала Пруденс, — а всего лишь путешественники, которые попали в беду.

— Мое имя Бергойн, — добавил Кейт, — а это моя жена. Мы из-под Ричмонда.

Их заявления ничего не доказывали, но, похоже, прогнали сомнения.

— Моя ферма здесь неподалеку, можете отдохнуть там, если хотите.

— Благодарим вас, — слегка поклонился Кейт.

— Тогда вернемся. Идем, Лолли.

Парни повернулись и зашагали по дороге, потом свернули в проулок и исчезли.

— Я лучше оденусь, — сказал Кейт, — хоть ты и погубила мою рубашку.

— Я погубила?!

— Мир! — вскинул руку Кейт. — Я пошутил. Тебя так забавно дразнить, ты так восхитительно злишься. Я надену то, что осталось от рубашки, жилет и сюртук скроют недостатки.

Пруденс отдала ему одежду, но потом отвернулась. Кейт повернул ее к себе и быстро поцеловал.

Пруденс запротестовала, но по заискрившимся глазам было ясно, что ей это нравится. Она как небо от земли отличалась сейчас от той заледеневшей женщины, которая приехала в церковь, чтобы обвенчаться с Генри Дрейдейлом. И Кейт намеревался вознести ее до самых звезд.

Если не считать того, что они едут в Кейнингз и ко всему, что из этого следует.

Кейт стал надевать сюртук, но, должно быть, вздрогнул, и Пруденс пришла ему на помощь.

— Давай сбежим туда, где нас никто не знает, и навсегда останемся пылкими безумцами.

— Мне это нравится. — Пруденс расправила сюртук и снова поглаживала Кейта, сама того не сознавая. — Но ты унаследовал собственность, Кейт. И должен о ней заботиться.

«А ты получила гораздо больше, чем можешь вообразить».

— Пруденс, я должен тебе кое-что сказать.