Прочитайте онлайн Дорога к тебе | Пролог

Читать книгу Дорога к тебе
2818+729
  • Автор:
  • Перевёл: С. Б. Певчев
  • Язык: ru
Поделиться

Пролог

Когда зазвонил телефон, Рэйчел Китс рисовала морских выдр. Она только что наконец-то нашла нужный оттенок, позволяющий правильно передать выражение их глаз, и поэтому сейчас никак не могла прервать работу, чтобы снять трубку. Саманта об этом была предупреждена.

— Привет! Вы позвонили Рэйчел, Саманте и Хоуп. Сейчас мы все заняты. Пожалуйста, оставьте ваше имя и номер телефона, и мы вам обязательно перезвоним. Спасибо.

Раздались гудки, и Рэйчел даже успела нанести мягкой кисточкой новый мазок, но в этот момент послышался низкий мужской голос — чересчур солидный, чтобы звонить Саманте. Рэйчел уже мысленно представила было себе эдакого красавца мужчину, но тут обладатель голоса произнес свое имя. Увы, этого человека никак нельзя было назвать красавцем. Звонил билетный агент, знакомый знакомых, — парень не слишком чистоплотный, но свое дело он, очевидно, знал неплохо.

— У меня есть три билета на сегодняшний концерт Гарта Брукса, — сказал он. — В Сан-Хосе. Прекрасные места! Мне нужен твой ответ в течение пяти минут, иначе я…

Рэйчел схватила трубку:

— Они мне нужны!

— О, привет, Рэйчел! Как поживает моя любимая художница?

— Вся в работе. Тебе нужен номер кредитной карточки, да? Подожди секунду.

Рэйчел опустила трубку, через весь дом пробежала на кухню и рывком схватила бумажник. Диктуя номер карточки, она все еще задыхалась, и окончательно перевела дух только тогда, когда вернулась в студию. Окинув взглядом полотно, над которым работала, и дожидавшиеся своей очереди шесть других холстов, которые ей надо было закончить в ближайшие три недели, Рэйчел решила, что она, похоже, сошла с ума. Сейчас ей не до концертов.

Но зато девочки будут в полном восторге!

Распахнув окно, она выглянула наружу:

— Саманта! Хоуп! — Они должны быть где-то поблизости. Рэйчел позвала снова.

В отдалении послышались ответные возгласы.

— Быстрее! — крикнула она.

Через несколько минут они уже бежали к ней, петляя среди деревьев, — юные, с развевающимися на бегу волосами и раскрасневшимися щеками. Прежде чем девочки подбежали к окну, Рэйчел уже успела сообщить им радостную весть. На выражение их лиц стоило посмотреть.

— Ты это серьезно? — спросила Хоуп. Глаза ее были широко раскрыты, веснушки дрожали, улыбка обнажала все еще чересчур крупные зубы. В свои тринадцать лет она совсем не походила на взрослую девушку.

Рэйчел, усмехнувшись, кивнула.

— Блеск! — выдохнула Саманта. Пятнадцатилетняя, она была на голову выше Хоуп и уже успела округлиться. Светлыми волосами, да и всем остальным, она очень напоминала юную Рэйчел.

— Сегодня? — переспросила Хоуп.

— Сегодня.

— А места хорошие? — поинтересовалась Саманта.

— Места великолепные.

Хоуп всплеснула руками от волнения:

— Что, сделаем все по высшему разряду, — ты понимаешь, о чем я говорю?

По правде говоря, на подобные развлечения у Рэйчел не было времени, да и денег тоже. Но если ее картины чего-то стоят, то деньги будут, а что касается времени, то ведь жизнь и так коротка.

— По высшему, — решила она, потому что будет неплохо оторвать Саманту от телефона, а Хоуп — от кошки; возможно даже, что и ей самой тоже стоит отвлечься от своих картин.

— Всемогущий Боже, мне надо позвонить Лидии! — воскликнула Саманта.

— Что тебе надо сделать, — остановила ее Рэйчел, — так это уроки. Через час мы выезжаем. — Нет, она положительно сошла с ума! Забыла о своей работе, у девочек тоже куча дел, но… все-таки это Гарт!

Вернувшись в студию, она, конечно, сделала очень мало — как, вероятно, и девочки. Уже через час они погрузились в свою спортивную машину и отправились на север. Изрядно постранствовав по карте в мечтах о том, как это когда-нибудь произойдет, Рэйчел неплохо представляла, куда ехать. Магазин, в который она давно собиралась заглянуть, находился как раз на пути в Сан-Хосе и был еще открыт. Через тридцать минут, потратив безумные деньги, они вышли оттуда в джинсах, ковбойских башмаках, ковбойских шляпах, а на их лицах сияли улыбки, под стать размерам самого штата Техас.

Еще через тридцать минут, посетив «Макдоналдс» и набрав приличный запас гамбургеров и бигмаков, они уже вновь летели в Сан-Хосе.

То, что они увидели, приехав на место, их нисколько не разочаровало. Толпы и толпы фанатов, свет прожекторов, появляющиеся неизвестно откуда декорации и, наконец, сам певец, исполняющий хит за хитом, причем не в укороченном, а в полном варианте. И как только Рэйчел могла колебаться, ехать сюда или не ехать? Первые две песни она слушала довольно спокойно, но уже на третьей вся ее сдержанность куда-то испарилась. Вскочив на ноги, она принялась танцевать, хлопать руками над головой и. подпевать. Вместе с Самантой и Хоуп она встречала приветственными возгласами первые аккорды знакомой песни и одобрительно кричала, когда песня заканчивалась. До самой последней секунды они веселились от души, а когда отзвучали заключительные аккорды, рука об руку покинули арену — три подруги, которые по счастливому стечению обстоятельств оказались еще и родственницами.

Это был замечательный вечер, и Рэйчел ни о чем не сожалела ни минуты, даже когда Саманта сказала:

— Ты видела справа от нас высокую девушку с косой? У нее еще была татуировка на руке — роза. Что ты скажешь, если я сделаю себе такую же?

— Нет, — не отрываясь от дороги, отрезала Рэйчел.

— Даже маленькую? Совсем крошечную звезду на лодыжке?

— Нет.

— Но это же классно.

— Нет.

— Почему?

— Потому что эта девушка старше тебя. Когда тебе будет двадцать пять лет…

— Она не настолько старая.

— Ну хорошо — когда тебе будет двадцать два, ты можешь подумать насчет татуировки. А пока нет.

— Это не имеет отношения к возрасту — просто мода.

— Угу, — сказала, не сомневаясь в своих словах, Рэйчел, — мода, которая выставляет тебя в определенном свете. А в двадцать два года, когда твое сердце будет тянуться к некой личности, может обнаружиться, что эта личность такого совершенно не одобряет.

— С каких это пор ты вдруг стала беспокоиться о приличиях?

— С тех пор как моя пятнадцатилетняя дочь стала готовиться к вступлению в реальный мир.

— Татуировки — это кайф. Все ребята их носят.

— Только не Лидия. И не Шелли. И не те, кого я вижу, когда они выходят из школьного автобуса.

Сложив на груди руки, Саманта откинулась на сиденье. Наверняка она сейчас бросает из-под шляпы недовольные взгляды. Сзади, свернувшись калачиком, крепко спала Хоуп, шляпа ее забавно съехала набок.

Рэйчел нажала кнопку и под звучащие с компакт-диска песни, которые они сегодня слышали на концерте, понеслась дальше в ночь. Она души не чаяла в своей шляпе, своих ботинках, в своих девочках. Если она теперь отстанет от графика, на это есть серьезная причина.

Она была уже не так убеждена в этом на следующее утро, когда девочки с трудом поднялись с постели. Даже наскоро проглотив завтрак, они едва успели на школьный автобус. Весьма порадовавшись тому, что они все-таки не опоздали, Рэйчел тут же отправилась в студию и в панике принялась строить планы на ближайшие недели.

Весь день она работала без отдыха, прервавшись только на полчаса — чтобы встретить девочек на автобусной остановке и наскоро с ними перекусить. Саманта все еще бредила татуировкой, так что каждая сторона вновь, местами дословно, повторила свои аргументы, после чего рассерженная девочка в ярости удалилась в свою комнату. Хоуп, с кошкой на руках, задержалась возле матери дольше, но затем и она исчезла.

После этого Рэйчел провела в студии еще час. Решив, что выдры готовы, она бросила работу и пошла разогревать ужин. Вернувшись в студию, она занялась было другой картиной, но выдры вновь привлекли ее внимание. Тогда Рэйчел дала себе еще один час.

Когда и этот час миновал, стало ясно, что картина опять от нее ускользает. Вот так оно всегда и бывает.

«Еще минуту», — сказала она себе бог знает в который раз. Поглядывая то на эскиз, то на фотографию, Рэйчел решила добавить текстуры. Морские выдры играли среди водорослей, и проблема заключалась в том, чтобы передать блеск их меха. Начав с умбры и кобальта, Рэйчел нашла их слишком темными. Умбра с ультрамарином вполне подошли.

— Таймер звонит, мам, — подойдя к двери, сказала Хоуп.

— Спасибо, милая, — пробормотала Рэйчел, нанося несколько последних мазков. — Ты не могла бы вытащить кастрюлю и закрыть газ?

— Я уже так и сделала. — Хоуп теперь стояла рядом с ней, разглядывая холст. — Я думала, ты уже закончила.

— Кое-что было не так. — Рэйчел снова взглянула на картину, и на сей раз осталась довольна. — Теперь, пожалуй, получше. — По-прежнему не отрывая глаз от холста, она отложила в сторону палитру, взяла тряпку, смоченную в растворителе, и тщательно вытерла руки. — Я сейчас тут приберу и приду. — Она посмотрела на Хоуп. — Саманта накрыла на стол?

— Я сама накрыла.

— Она опять висит на телефоне?

— Все еще висит, — ответила Хоуп так холодно, что Рэйчел не удержалась от смеха.

Обняв дочь, Рэйчел прижала ее к себе.

— Буду через пять минут, — сказала она, отсылая девочку.

Через пять минут, как и обещала, Рэйчел была уже на кухне и раскладывала по тарелкам лазанью и салат. Двадцать минут спустя, под аккомпанемент самых свежих новостей, которые Саманта только что узнала от своих подруг, Рэйчел отправилась приводить себя в порядок. Еще через пятнадцать минут, отмывшись от краски и надев свежую одежду, она принялась причесываться. Проведя несколько раз щеткой по волосам, она вдруг остановилась и стала искать книгу, которую читала в прошлые выходные.

Перерыв всю спальню, Рэйчел ничего не нашла. Решив, что могла куда-то ее отнести, она вернулась на кухню.

— Моей книги здесь нет?

Девочки занимались посудой — Саманта мыла, Хоуп вытирала.

— Я бы поискала, — без особой любезности заметила Саманта, — но ты сама мне говорила, чтобы я ничем не занималась, пока тут все не закончу.

Рэйчел рассеянно переворошила почту — в основном это были каталоги одежды для женщины-ребенка.

— Я имела в виду телефон, — пояснила она, роясь в поваренных книгах, затем нагнулась, чтобы взглянуть на сиденья стульев, задвинутых под стол. — Я помню, что держала ее в руках, — пробормотала она, когда и эти поиски — увы! — тоже завершились ничем.

— Какая ты неорганизованная! — проворчала Саманта. Рэйчел регулярно читала им лекции о пользе аккуратности.

— Это точно, — вздохнула Рэйчел. Пройдя в гостиную, она продолжила поиски там. — Просто на меня сейчас слишком много всего навалилось.

Это было еще мягко сказано. До выставки оставалось всего три недели, и этот срок быстро сокращался. Ладно, с выдрами все как будто получилось, но ведь для них еще нужно нарисовать задний план, как и для шести других картин, да еще все восемнадцать необходимо вставить в рамы. Все было бы ничего, если бы требовалось заниматься только этим. Но ведь еще нужно купить Саманте платье к школьному балу, подготовить пикник по случаю окончания Хоуп седьмого класса, сводить обеих к зубному и терапевту, побывать на дне рождения у Бена Вулфа, владельца картинной галереи, с которым она одно время встречалась, поговорить о профессии с тремя незнакомыми пятиклассниками…

Вчера она слишком размахнулась, и сегодня уж точно не следовало бы никуда ехать.

С другой стороны, вчерашний вечер был посвящен девочкам, а вот сегодняшнее заседание клуба книголюбов — это только для нее. Но она любит этих женщин, любит книги. И даже если это внесет дополнительное напряжение в ее рабочий график, она не станет пропускать эту встречу.

Возле ее плеча неслышно возникла Хоуп:

— Я думаю, она в студии.

Закрыв глаза, Рэйчел мысленно представила себе студию, располагающуюся в противоположной стороне их бестолкового дома. Да, она оттуда ушла, потом внезапно вернулась. И что же? Конечно, она держала в руке книгу. Она принесла ее туда и там оставила.

— Спасибо, милая, — сказала Рэйчел и ухватила Хоуп за подбородок. — С тобой все в порядке?

У девочки был несчастный вид.

— С Джиневрой все будет хорошо, — мягко сказала Рэйчел. — Она ведь поела, не так ли?

Хоуп кивнула.

— Вот видишь! Это хороший признак. — Рэйчел поцеловала дочь в лоб. — Побегу за книгой. Я уже опаздываю.

— Может, мне ее принести? — предложила Хоуп.

Но Рэйчел помнила, что она кое-что рисовала в тот момент, когда выдры вновь привлекли ее внимание. Нужно убедиться, что она убрала это подальше.

— Спасибо, милая, я сама все сделаю. — Рэйчел заметила, что Хоуп не хочет ее отпускать. — Помоги Сэм, очень тебя прошу! — И, не слушая возможных возражений дочери, Рэйчел сразу убежала.

Книга была там, где она ее и оставила, — на краю рабочего стола. Когда пришла Хоуп, она работала за мольбертом. Рисунок — сделанный углем набросок — все еще лежал у окна.

Подняв набросок, Рэйчел осторожно положила его в папку, но перед ее глазами снова возник образ, созданный кусочком угля, — распростертый на простыне мужчина. Держа в руках плотный лист бумаги, Рэйчел словно чувствовала его аккуратные бедра, расширяющуюся кверху спину, его напряженные мышцы. Все это могло бы показаться невинным упражнением, однако благодаря темным, чересчур длинным волосам сходство было несомненным — фигура имела собственное имя. Пусть лучше девочки этого не видят.

Засунув папку за стол, Рэйчел взяла книгу и поспешила назад. Наскоро поцеловав девочек, она пообещала быть дома к одиннадцати и села в машину.