Прочитайте онлайн Дом волка | Глава девятая

Читать книгу Дом волка
4012+1362
  • Автор:
  • Перевёл: Наталья Рейн
  • Язык: ru
Поделиться

Глава девятая

Август смотрел, как Чарли, перепрыгнув через тело неудачливого ассасина, бросился к дедушке и повис у него на шее.

— Ты сделал его, дедушка Адамс! — радостно воскликнул он.

Доктор Кливленд Адамс картинно поклонился.

— Лорд Гарт Мнимый к вашим услугам! — сказал он и сунул под мышку сломанную трость.

Чарли недоумевал:

— Лорд Гарт Мнимый?..

Август подбежал к сыну, обнял его.

— «Лорд Гарт Мнимый» — это детская книжка, ее написал твой дедушка. И речь в ней идет о большом олене с десятью рогами, который всегда поспевал на помощь в последнюю минуту, когда казалось, что всем вот-вот наступит конец. Причем этого оленя никогда никто не видел, кроме главного героя.

— Которого звали Август, — закончил Кливленд. А потом положил руки на плечи сына и внука. — Обстоятельства, конечно, не самые веселые, но я страшно рад видеть вас. Обоих.

— Я скучал по тебе, дедушка, — сказал Чарли.

— Скучал? Но ведь ты даже никогда меня не видел!

— Это не значит, что я не мог по тебе скучать.

— В общем-то правильно, наверное? — вопросительно произнес Кливленд, поглаживая козлиную бородку.

— Правильно. Знаешь, иногда мне казалось, я скучаю по героям, описанным в разных книгах, пусть даже никогда и не встречался с ними. Зато слышал много разных историй, потому, наверное, и казалось, что я с ними знаком.

Кливленд улыбнулся.

— Рассуждает в точности как ты, — сказал он Августу. — Умный, энергичный мальчик, его так и распирает интерес к чудесам окружающего мира.

— Но вскоре он узнает, что некоторые из этих чудес могут вовлечь его в неприятности, — заметил Август. Взял из рук сына книгу. — Ну, что будем делать с этим нашим другом в черном кожаном пальто?

— Оставим здесь, — ответил Кливленд. Наклонился над неподвижной фигурой Фронботтена, отвернул полу плаща, увидел целый арсенал холодного оружия. — Охранники, работающие в гостинице, найдут его. И, увидев это, сразу сдадут в полицию. Пусть почувствуют себя настоящими героями.

— Что ж, вполне разумное предложение. И мы остаемся в стороне. Мы здесь ни при чем, а это особенно важно с учетом того, что «Евангелие» у нас, — заметил Август. — Надо доставить книгу в музей, и быстро!

— Ты этого не сделаешь! — воскликнул Кливленд, подошел к сыну и вырвал толстый томик из рук.

— Но мы не можем хранить это при себе, — сказал Август и нервно огляделся по сторонам. — Если не сдать книгу сейчас же, тебя надолго засадят за решетку. А уж если до тебя доберутся немцы…

— Немцы сами заварили всю эту кашу! — сердито заметил Кливленд, направляясь к выходу. — По дороге к Штульгерру расскажу тебе больше.

— Штуль… что? — спросил Чарли.

— Штульгерр. Так звали судью, который председательствовал на процессах суда «Священных Фем», — объяснил Август сыну, следуя за Кливлендом к двери. — Хотя понятия не имею, почему отец об этом говорит, ведь никого из них давным-давно нет в живых.

— Ты прав лишь наполовину и не прав на все сто процентов, — заметил Кливленд и, выйдя на улицу, поднял руку, чтобы остановить такси. — «Священные Фемы» больше не существуют. Но отколовшаяся от них в свое время радикальная группа под названием «Черные Фемы» до сих пор живехонька.

— Это невозможно.

— А кто, как думаешь, послал этого мерзкого маленького Фронботтена?

— Что такое Фронботтен? — с любопытством спросил Чарли.

Август начал было объяснять:

— Это враждебный…

Тут Кливленд перебил его:

— Фронботтен — это наемный убийца из «Черных Фем», безжалостный ассасин! Ты должен знать, Чарли, в какую опасную мы попали ситуацию.

К обочине подкатило такси, Кливленд распахнул заднюю дверцу, впустил в машину внука. И на секунду придержал Августа за рукав.

— Не стоило брать его с собой.

— Просто другого выхода не было.

— Тогда его жизнь в твоих руках, не моих.

— Ну вот, опять начинается, — проворчал Август, садясь в машину. — Умываешь руки, отказываешься от всякой ответственности. И еще вынужден напомнить тебе — ничего бы этого не случилось, не стырь ты книгу!

Водитель такси вопросительно взглянул на Августа в зеркальце.

— Это просто такое выражение, — произнес тот в надежде, что иммигрант не знает тонкостей английского.

Кливленд уселся в машину, захлопнул дверцу.

— А вот и краденый предмет! — воскликнул он и приподнял книгу, чтобы водителю было видно.

Тот усмехнулся:

— Куда едем?

— В библиотеку Моргана, — ответил Август. — А там Эйприл решит, что делать.

— Ее никак нельзя втягивать в это дело, — заметил Кливленд. — И вообще, проблему можно решить, только предварительно переговорив с Штульгерром.

— Кто он такой, этот Штульгерр?

— Если честно, сам толком не знаю. Общался с ним только по электронной почте.

— Так, может, это вовсе и не он, а она?

Кливленд нахмурился:

— Знаешь, даже как-то не подумал об этом.

— А все потому, что ты шовинист. Мне следовало бы это учесть. Эйприл всегда говорила, что и я тоже женоненавистник.

— Так куда едем? — осведомился водитель уже более кислым тоном.

— В публичную библиотеку, — сказал Кливленд. — И побыстрей, пожалуйста. Кто его знает, может, Лукас скоро очнется.

— Кто такой Лукас? — спросил Чарли.

— Так зовут психопата, который едва не изрезал тебя на мелкие кусочки, — ответил Кливленд.

— Это он так у нас шутит, — сказал Август водителю.

— Нет, ничего он не шутит, пап!

— Чарли…

— Но папа…

— Все, хватит, — сказал Август. И обернулся к отцу. — Ты что же, знаком с парнем, которого вырубил тростью?

— Нет, — ответил Кливленд. — Там, внутри пальто, на подкладке, была пришита заплатка, а на ней выведено: «Собственность Лукаса Дейрола». Ну, я и решил, что это, наверное, его имя. Удивительно, как это ты не заметил.

Август и сам удивился. Он был очень наблюдателен. Никогда не упускал ни малейшей детали, особенно мелочей. Может, он теряет столь важное для торговца антикварными книгами свойство?

— Да вся эта история, помолвка Эйприл с Алексом Пирсоном, просто вывела меня из себя.

Чарли так и ахнул:

— Что? Ты сказал, что мама помолвлена? Это что же, значит, она скоро выходит замуж?

Август пребывал в смятении. Чарли не должен знать. По крайней мере пока. А уж если узнавать, то не таким образом.

— Это замечательно! — воскликнул Кливленд. — Алекс Пирсон первоклассный книговед.

— Алекс Пирсон первоклассный… — Тут Август прикусил язык. — Откуда ты его знаешь?

— Продал ему немало книг за несколько лет, — ответил Кливленд.

— Вот как? Просто… странно, что он никогда не упоминал об этом.

— Может, не хотел, чтобы ты знал.

В разговор встрял Чарли:

— Так мама выходит замуж за Алекса или нет?

Настала неловкая пауза.

— Да, — ответил наконец Август. — Не сейчас, но скоро. Слишком поспешно, если хочешь знать мое мнение. — Он расстегнул воротник рубашки. — Что-то душно здесь.

— Сегодня самый жаркий день! — заметил водитель.

— Целых сто семь градусов! — подхватил Чарли.

Август надеялся, что беседа продолжится в этом направлении и его попутчики перестанут обсуждать столь скользкую тему, как будущее Эйприл и Алекса.

Но когда Чарли подергал его за рукав, он понял, что дискуссия далеко не закончена.

— Пап!

— Что? — вздохнув, спросил Август.

— Ну а как же ты? С тобой все будет о’кей?

— Думаю, да, — ответил он. — А как ты к этому относишься?

— Думаю, что нормально, — ответил мальчик, и отец заметил, что нижняя губа у него задрожала. — Но почему мама мне ничего не сказала? Почему ты не сказал?..

— Потому что он пытался защитить тебя, — объяснил Кливленд. — Но вскоре ты узнаешь, Чарли, защитить тебя он просто не может.

— Прекрати пугать ребенка, — заметил Август.

— Напугать — это означало бы сказать ему, что все будет просто отлично, а на самом деле это не так. Пугать ребенка — это значит лгать ему, подавать напрасные надежды, что все образуется. Если по правде, весь наш мир — огромная грязная свалка, и чем дальше, тем только становится хуже. Так что не пугай его. Лучше укрепи. Говори только правду.

Такси выехало на Пятую авеню, водитель затормозил у изящных арок из серого мрамора, что вели ко входу в Нью-Йоркскую публичную библиотеку. Август расплатился и вместе с Кливлендом и Чарли вышел из машины.

— Так в чем правда? — спросил он отца.

— Не хотелось бы пугать тебя, — пробормотал Кливленд. — Но будущее всего мира сейчас в наших руках.

Август наблюдал за тем, как его отец бодро поднимается по ступеням ко входу, держа сломанную трость под мышкой одной руки, а «Евангелие от Генриха Льва» — в другой. Вот человек, которого он считал самым лучшим из современных специалистов по древним и редким книгам. Всему, что он сам знал о книгах, Август научился от него, с детства наблюдая, как тот изучает том за томом в поисках ключей из прошлого, с помощью которых он, как современный алхимик, мог превратить книги с хрупкими пожелтевшими страницами в источник очень неплохого дохода.

Но для Кливленда это был лишь успешный бизнес, ничего более. Отец никогда не испытывал привязанности к какой-либо отдельной книге. Он выработал по отношению к ним политику объективной отстраненности и все решения принимал, руководствуясь исключительно соображениями выгоды. То было божество, которому он поклонялся, и Август во всем старался следовать примеру отца.

Но вот он увидел, как Кливленд добрался до верхней ступени, обернулся и с улыбкой взглянул на них. Так могут улыбаться дети в рождественское утро при виде подарка. И Август понял: отец его стал другим человеком. Он уже не был тем поглощенным соображениями выгоды торгашом, он превратился в человека, вдохновленного перспективой самых захватывающих приключений, которые может принести эта книга. И это одновременно обрадовало и встревожило Августа.

— Пап, — раздался голос Чарли, — а что дедушка имел в виду, говоря о будущем мира?

Август наклонился к сыну, подыскивая нужные слова, правильный способ объяснить ситуацию ребенку так, чтобы ему стало понятно.

— Знаешь, Чарли, — сказал он, — думаю, что сердце на какое-то время затмило у дедушки разум.

Чарли воспринял этот ответ довольно своеобразно:

— Тогда, наверное, ему нужна наша помощь.

— Возможно.

— Не возможно, а определенно, — заметил мальчишка и указал на появившуюся вдалеке угрожающе темную фигуру.

Это был Лукас.