Прочитайте онлайн Дикий берег | Глава 1

Читать книгу Дикий берег
7616+1190
  • Автор:
  • Язык: ru
Поделиться

Глава 1

Погода испортилась после обеда.

Денис поднял голову и отметил с досадой, что тучами затянуто уже больше чем полнеба. За хребтом еще виднелась яркая, будто на картинке, синева, светило солнце. Но и туда уже тянулась, цепляясь за верхушки покрывающих склоны сосен, грозовая чернота.

На их берегу стало совсем темно – ни один луч не мог уже пробиться к земле. Раздался далекий, будто пробный, раскат грома.

Нет, не успеют они убраться отсюда до дождя. Даже если Лешка сообразит приехать за ними раньше, группу он все равно распустил до семи часов. А значит, тянуться все будут до восьми как минимум. Хотя, может, дождя испугаются и соберутся раньше.

Денис снова посмотрел на небо, и тут же на нос ему упала капля. Вот черт! Все еще хуже, чем он думал. Он попытался дозвониться до Лешки, чтобы поторопить, но соединиться не удалось. Сигнал здесь и так проходил через раз, а сейчас его глушил грозовой фронт. Или просто Лешка был уже близко, за поворотом – там связь совсем не работала.

За спиной раздались голоса, треск веток, ругательства и женский короткий визг – возвращались его «гаврики».

Первыми по тропе спустились студенты, как он их для себя обозначил. Хотя студентами из них были только двое – парень с девчонкой. Второй молодой человек из этой компании был, кажется, аспирантом. Или что там теперь – магистратура?..

Следом подошли «семейники» – пара лет тридцати пяти-сорока с сыном-подростком. Сынок этот успел достать всех еще по дороге, в машине, а потом в лодке. И теперь тоже демонстративно шел сзади, надувшись на весь белый свет. Семьи с подростками Денис больше всего не любил водить. Предпочитал детей помладше, если с родителями. А подростков можно вести, только если они будут самостоятельной стайкой, тогда с ними можно иметь дело. Да и поговорить, если что, можно по-мужски, не боясь шокировать родителей парой легких затрещин. Сегодня ему достался самый тяжелый вариант: излишне интеллигентные родители, изо всех сил старающиеся не ранить нежную детскую психику неосторожным словом, и строптивая по мелочам «детка», вырядившаяся в ультрамодные широкие штаны. Хорошо хоть обувь у малолетнего балбеса оказалась подходящей для пеших походов.

– Собирайтесь в беседке! – крикнул Денис и пошел туда, показывая пример. А то ведь, если не показать, «гаврики» могут и не понять, что от них требуется. Первый год, как начал группы водить, он еще удивлялся, а потом привык все по три раза повторять и на пальцах объяснять.

Туристы оказались понятливыми, сообразили с первого раза. Расселись на деревянных скамейках, вытянули ноги. Только строптивый недоросль остался снаружи. Денис не стал его отдельно приглашать – на таких надо внимания обращать как можно меньше, тогда и смысла никакого не будет выделываться. Дождь начнется, сам прибежит под крышу, никуда не денется.

– Костя, зайди под навес. Дождь вот-вот начнется, – заботливая мамаша не выдержала и все испортила.

Теперь недоросль точно промокнет. Как говорится, «назло мамке уши отморожу».

Костя поддернул на тощем заду штаны-паруса и направился к берегу. Там остановился в двух шагах от воды и стал вглядываться в противоположный берег. Очень натурально вглядывался, Денис даже подумал, что там действительно что-то происходит. Посмотрел сам – ничего там, естественно, не было интересного. Плюнул и пошел в беседку, под крышу.

Дождь хлынул разом, будто кто-то включил гигантский душ на полную мощность. Денис едва успел в беседку зайти, как крупные холодные капли забарабанили по траве и кустам, застучали по деревянной крыше. Воздух стал сырым, и запахло осенью: прелыми листьями, раскисшей землей и грибами.

Девчонка-студентка поежилась и попыталась закутаться в легкую ветровку.

– А мы когда обратно? – спросила она осторожно.

Денис посмотрел на часы – было только пятнадцать минут седьмого. Хоть бы Лешка догадался приехать пораньше.

– Через час, – бодро заявил он студентке. – Даже раньше. К семи все остальные соберутся, и поедем.

– А лодка к семи придет?

– Ну да. Как договаривались.

Мокрый насквозь Костя все-таки пришел под крышу. Но, чтобы держать марку до конца, сел не со всеми, а в стороне, на противоположной, до сих пор пустой скамейке.

Мамаша хотела что-то сказать, но передумала, только свела страдальчески брови к переносице.

– Поторопились бы уже остальные. Чего ходить-то по дождю? – сказала она в сторону.

Вслух с ней никто не согласился, но по лицам было видно, что поддерживают ее все очень горячо. В самом деле, какой интерес бродить под дождем по скользким горным тропинкам? На водопад уже посмотрели, до озер дошли, с ледника на заднице прокатились. Все эти забавы хороши, когда солнце светит ярко, когда над водопадом видна настоящая маленькая радуга, а снег слепит глаза, пока не подойдешь ближе и не увидишь, какой он серый и мокрый. А под холодным дождем никакой радости нет ни от озер, ни от водопада.

– Елы-палы! Да тут ноги переломать можно! Мы так не договаривались! – Оскальзываясь на каждом шаге, цепляясь друг за друга и матерясь, по тропинке спускались два «брата-акробата» – Колян и Серега.

Братьями они были двоюродными, но похожи были как родные. Лица у них просто как под копирку: круглые, скуластые, с тяжелыми подбородками, но при этом мягкими, безвольными губами. А может, все дело в выражении этих самых лиц?

О том, что они братья, точнее братаны, Колян сообщил всем сразу же, еще когда группа только-только собиралась у ворот турбазы. Колян бросался к каждому вновь подходящему и с энтузиазмом рассказывал, как нашелся через много лет его братан, с которым они пацанами «во как зажигали». Найденный родственник тут же предъявлялся слушателям. Колян тянул братана за локоть или подталкивал в спину к вновь прибывшим, улыбаясь при этом улыбкой абсолютно счастливого человека. Братан Серега был, кажется, немного смущен таким вниманием к своей скромной персоне, но не мешал брату наслаждаться моментом. Только улыбался нерешительно и рта не раскрывал. Отказать Коляну в этой малости – разделить радость от нечаянной встречи – было невозможно, очень уж искренней была эта радость. Но и терпеть его всю дорогу представлялось непосильной ношей. Поэтому несколько человек, уже согласившихся было поехать на экскурсию, передумали в последний момент. В том, что Колян успокоится не скоро, ни у кого сомнений не было. Те, кто поехал, надеялись, что им не придется весь день ходить одной дружной компанией.

Денис эти надежды, как мог, оправдал. Провел всю группу обычным маршрутом. Довел от водопада до первого из каскада озер, махнул рукой в сторону остальных четырех. По тропе дойдут, не заблудятся. Студентам рассказал, как дойти до Долины духов. Туда редко кто соглашался идти: далековато и ничего интересного с точки зрения простых отдыхающих. Подумаешь, камни какие-то, башенки и непонятные рисунки. Тем более что рисунки эти самостоятельно мало кто видел, нужно было обязательно пальцем ткнуть.

Сегодня Денис не пошел в долину, настроения не было. Да и студенты, как он понял, в проводнике особо не нуждались. Сами ушли, втроем. Вообще вся группа распалась на маленькие компании при первой же возможности. Скорее всего, как раз из-за Коляна с его чрезмерной общительностью.

И вот теперь приходилось ждать, пока все соберутся. Вообще-то ждали теперь только троих: Артема, которого Денис сразу определил как спортсмена, и семейную пару лет пятидесяти. Беспокойство внушали и тот, и другие. Спортсмен мог увлечься и не рассчитать время и силы, а «семейники» пугали Дениса излишним энтузиазмом. Особенно жена – дама слишком рыхлой для пеших походов комплекции, зато с фанатичным блеском в глазах. Судя по виду и общему одухотворенному настрою, из тех, кто в любом мало-мальски труднодоступном месте норовит найти Шамбалу или, на худой конец, энергетическую макушку Земли. Прошлым летом одна такая дамочка чуть не увязалась с ними на девятом месяце беременности. Мечтала зарядиться непонятной энергией и, если повезет, родить прямо там, на энергетической макушке. Они с Лешкой тогда насилу от нее отбились – пообещали вызвать психбригаду, и дамочка сразу сникла и отстала. Видно, знакома была с такими бригадами не понаслышке.

Артем спустился почти сразу за братьями. Не исключено, что специально немного отстал. Спускался он легко, пружинистой походкой, словно привык всю жизнь ходить по склизким от дождя косогорам. Денис им невольно залюбовался. Обувь у парня правильная, рюкзачок, хоть и небольшой, подогнан тщательно, ветровка легкая, непромокаемая на нем откуда-то взялась, не исключено, что из рюкзачка как раз. А может, из поясной сумки – такие ветровки в сложенном виде совсем мало места занимают, их можно хоть в кармане таскать. У Дениса была похожая, только они с Лешкой сами их шили, а у спортсмена все вещи были фирменные, дорогие даже на первый взгляд.

Посмотрев на продуманного туриста, Денис спохватился, что сам до сих пор не оделся как следует, и полез в рюкзак за курткой.

– Ну сколько можно ждать? – снова завела мать семейства. – Ведь договорились, что все соберутся вовремя. А теперь что получается? Из-за двоих человек мы все здесь мокнуть должны? Что за люди такие безответственные! Костя, зайди немедленно под крышу!

Костя, про которого все слегка забыли, вновь почувствовал себя в центре внимания и радостно сиганул под холодные струи.

– Вообще-то договаривались, что все соберутся к семи часам, – подала голос студентка, – а сейчас только без пятнадцати. Так что нечего тут нагнетать.

– Я не нагнетаю, но ведь можно же было поторопиться. Ведь любому нормальному человеку ясно, что погода сейчас совсем не для прогулок. И теперь всем приходится ждать двоих человек.

– Для вас, может, такая погода не прогулочная, а им в самый раз, – поддержал подругу «аспирант», Иван, кажется. – Не стоит судить обо всех по себе.

Студенты забавлялись, коротая время ожидания, мамаша горячилась и взывала к голосу разума, балбес-Костя мок под дождем, страдая от недостатка зрителей.

Колян допил последнее пиво из двухлитровой пластиковой бутылки (бутылок этих у них с Серегой было с утра штук шесть, полная спортивная сумка) и сказал весело, опуская пустую тару в стоящую на расстоянии вытянутой руки урну:

– Так ведь лодки все равно пока нет. Какая разница, кто когда придет, если все равно никто не уедет?

Все разом замолчали и уставились на Дениса.

– Лодка скоро будет, – пообещал он. – В семь часов, как договаривались. Ровно в семь, – повторил он специально для мамаши, которая собралась что-то возразить. – Осталось пятнадцать минут. Проверьте пока, чтобы ничего не забыть. Вещи там, фотоаппараты…

Все послушно полезли в карманы и рюкзаки, у кого они имелись.

* * *

Ни через пятнадцать минут, ни через полчаса задержавшиеся туристы не появились. Сбывались самые мрачные Денисовы предположения – ждать им эту парочку в лучшем случае до восьми.

А хуже всего было то, что лодка тоже пока не пришла. И телефон Лешкин все еще оставался недоступным. Ну просто все одно к одному!

Туристы, одетые не по погоде, тряслись от холода уже в открытую. У девчонки-студентки даже губы посинели, и Костя перестал выделываться и сидел теперь, прижавшись к отцовскому боку, смирный и нахохлившийся.

– Значит, так! – сказал Денис, поднимаясь. – Пойдемте все за мной. Вовремя уехать не получилось, так хоть мокнуть не будем зря.

– А куда идти? – пискнула замерзшая студентка. – Далеко?

– Нет, здесь рядом почти. Заодно согреемся по дороге.

Он зашагал вдоль берега, увлекая всех личным примером. Заодно надеясь избежать неприятных расспросов. Лешка – сволочь! Мог бы и пораньше приехать. Ладно, сейчас все на «семейников» отставших злятся, только в них видят причину неудобств. А когда те явятся, что он будет делать? Как оправдываться перед людьми, с которых деньги взял за увлекательную экскурсию по маршруту выходного дня, а вместо этого держит под дождем на безлюдном берегу?

– Куда мы все-таки идем? – нагнал его Иван.

– Здесь избушка есть неподалеку. Небольшая, правда, но все же стены. И крыша понадежнее, чем в беседке. Да и печка есть, можно обсушиться.

– А когда те вернутся, как они узнают, где нас искать?

Это, конечно, хороший вопрос. Знать бы точно, когда вернутся пропавшие «те»?

– Я сейчас вас отведу, а сам вернусь на берег, дождусь отставших. А вы пока согреетесь.

* * *

Избушку с берега было не видно. Ее так и ставили, специально, чтобы не видно было. Свои знали, как к ней пройти, а чужих не ждали. Чем меньше народу ходит, тем спокойнее. Поэтому подойти к избушке можно, только если знаешь, что после раздвоенной сосны надо не идти дальше по основной тропе, а уходить вправо по скалам. Они только с виду неприступные, а на самом деле надо просто знать, куда ногу ставить. Там и идти-то всего ничего – ровно четыре шага, потом правой рукой надо ухватить за выступ, которого не видно, но удобный, как дверная ручка. А потом главное – оттолкнуться ногой хорошенько и не бояться ничего. Тогда тебя по инерции вынесет на ровный, как стол, камень, скрытый кустом калины, а от него уже будет тропинка до самой избы. Идешь, как по проспекту, никуда не сворачиваешь. Главное – знать, как по скалам пройти.

В последний момент, уже когда с тропинки свернули, Денис засомневался было, стоит ли вести туда «гавриков». Потом решил, что положение у него сейчас безвыходное. Люди замерзли и устали. Да и посторонние они все, приехали с экскурсией один раз, больше не появятся. Разве что Артем. Его бы воля, так «туриста» он бы на избу не водил ни за что. Очень уж не похож он на обычного «гаврика». И подготовка чувствуется, и взгляд такой цепкий. Но не оставлять же его одного под дождем, в самом деле? Черт с ним! Пусть смотрит.

– А куда мы идем все-таки? – снова подала голос студентка. – Может, стоило в беседке остаться? Там хоть не капало.

«Сейчас на тебя еще не так накапает», – с тоской подумал Денис, вспомнив про калиновый куст на дороге. Мимо него пройти никак не удастся, соберут на себя туристы всю воду с листьев.

– Уже почти пришли, – сказал он вслух. – Теперь смотрите внимательно, что вам всем надо будет сделать.

Он дважды показал, куда наступать, где держаться. Дважды исчез за скалой на глазах у изумленных туристов и дважды появился обратно как ни в чем не бывало.

– Давай первым, – скомандовал он Артему, незаметно для себя самого переходя на ты. – Если что, подстрахуешь там.

Тот кивнул и довольно ловко перемахнул на камень-стол. Со студентами тоже проблем не возникло. Даже замерзшая окончательно девчонка сиганула за скалу довольно лихо, неизбежный душ с калиновых листьев перенесла стойко, без визга.

Семейство тоже особых проблем не доставило.

Неприятности начались, когда очередь дошла до Коляна.

То ли выпитое за день пиво сказалось, то ли общая усталость, но Колян вдруг покачнулся, шагнул куда-то в сторону и начал валиться спиной вперед с каменистого уступа. Артем, готовившийся страховать в первую очередь женщин, к тому времени уже расслабился и пропустил момент, когда грузное Коляново тело вдруг изменило траекторию движения. Он рванул следом и ухватил падающего за плечо, вернее, за ярко-зеленую майку рядом с горловиной. Это задержало падение совсем ненадолго, правда, позволило Коляну податься вперед, почти прижаться животом к камню. В этот момент с другой стороны, тоже за майку, его ухватил братан Серега, и они вдвоем с Артемом стали тянуть бедолагу вверх, рискуя вытряхнуть из слишком широкой одежды.

– Мужики, задушите ведь, – прохрипел Колян, цепляясь руками за ненадежный кустик и обдирая голый живот о камни. – Полегче! Я вам не мешок с картошкой.

Мужики наконец сообразили перехватить его половчее, за руки, и выдернули на скалу.

– Ну, вы даете! – весело изумился неунывающий Колян, потирая расцарапанное пузо. – Я уже думал, все, десантируюсь на фиг. Давай вспоминать, как группироваться, как приземляться. А тут вы. Чуть не задушили, блин! Вы бы еще за уши меня тащили!

Артем хмыкнул и пошел по тропинке, закинув рюкзак на плечо. Серега развел руками.

– А где пиво наше? – спохватился Колян. – Пиво не потерял?

Он схватил поданную братом сумку и, прижав ее к груди, как младенца, зашагал следом за спортсменом.

Совершенно обалдевший Денис взглянул вопросительно на Серегу, но тот невозмутимо пожал плечами и ловко шагнул на плоский камень. Двигался он довольно уверенно, и с координацией все было в порядке. А ведь пили они с братом наравне.

Денис еще раз оглянулся на берег, где он назначал общий сбор, – отставшая пара так и не появилась. Легкая тревога заскребла сердце. Давно пора уже было вернуться даже самым слабым и неподготовленным, времени он дал достаточно. С хорошим запасом на отдых и перекус. Неужели «семейники» ухитрились заблудиться?

Денис вздохнул и мысленно, в который раз, поклялся себе не связываться больше с пенсионерами. И тут же сам себя одернул: во-первых, никакие они не пенсионеры еще, максимум лет по пятьдесят, а во-вторых, если от таких туристов отказываться, то можно половину клиентуры растерять. Именно такие – не очень молодые и слабоподготовленные – обычно и обращаются к инструкторам, предлагающим не только доставку до места, но и сопровождение по всему маршруту. На студентах и спортсменах вроде Артема много не заработаешь. Те, наоборот, на инструкторах экономить пытаются, уверенные в собственных силах сверх меры.

Ладно, сейчас он отведет всю группу в избушку, а сам вернется за «пенсионерами». Надо будет дойти хоть до водопада, вдруг они в самом деле дорогу потеряли.

* * *

– Ну вот, – воскликнул Денис бодро, распахивая низкую дверь, – милости прошу, как говорится! Только осторожно, головой не ударьтесь.

Он первый шагнул в затхлую темноту. Остановился, давая глазам время, чтобы привыкнуть. Хотя, чтобы ориентироваться в избушке, зрение ему было не нужно. Он и так все помнил: слева в углу – железная печка, справа у стены – стол и две лавки углом, дальше через всю избу – нары в два яруса. Вот и вся обстановка, чего тут помнить-то? Денис щелкнул зажигалкой и обвел взглядом давно знакомую обстановку. Все на месте, ничего не пропало. Даже появилось кое-что. На столе стояли старая алюминиевая кастрюля и четыре разнокалиберные эмалированные миски. Из верхней миски торчали черенки ложек. Две штуки. Денис усмехнулся: молодцы ребята, обживаются потихоньку. Вот только с головой, как видно, проблемы. Лучше бы ложек натащили побольше, а без тарелок в крайнем случае можно прекрасно обойтись. Ну да ладно, в конце концов, ложка у каждого уважающего себя человека должна быть своя, нечего расслабляться. А вот за кастрюльку спасибо неизвестному благодетелю. Теперь можно будет котелок с собой не таскать, ну или брать только один, для чая.

Стоило только подумать про горячий чай, как сразу вспомнилось, что ел он сегодня только утром, да и то на бегу. И промок, и замерз как цуцик. Чайку сейчас было бы очень неплохо выпить. Где его только взять? Разве что пошарить по нычкам, вдруг кто припрятал на черный день?

Денис обернулся. Туристы робко топтались на пороге. Светили вокруг мобильниками. Свет от дисплеев шел у кого желтый, у кого голубоватый – «гаврики» сейчас походили на стайку светлячков или каких-нибудь экзотических фосфоресцирующих рыбок. Денис улыбнулся, радуясь, что в полумраке его не особенно видно. А то ведь и обидеться могут: завел людей непонятно куда и теперь ржет над ними.

– Проходите, не стесняйтесь, – пригласил он и подвинулся, освобождая проход к нарам. – Тут тесновато, конечно, но все-таки не на улице. Сейчас печку растопим. Обсушимся.

Дров в избушке, конечно, не было. Не зима, чтобы запас дров держать. Но топор должен быть.

Денис сунул руку за печку и нащупал рукоятку сквозь грубую ткань. Это Лешка в прошлый раз завернул топор в мешковину, чтобы не заржавел.

Уже на выходе его окликнул студент, белобрысый щуплый паренек, комплекцией не особенно отличавшийся от недоросля Кости:

– Может, помочь?

– Помоги, – кивнул Денис и шагнул в дождь.

На улице уже заметно смеркалось, хоть и рано еще для темноты – начало восьмого. Надо будет побольше дров натаскать на всякий случай. Если сегодня не пригодятся, пусть лежат в домике, сохнут.

Белобрысый студент оказался на удивление понятливым парнем – вопросов не задавал, как-то сам сообразил, что от него требуется. Они вдвоем натаскали к избушке целую гору сушняка, сложили в кучу. Денис начал разрубать ветки помельче, чтобы в печку вошли, когда заметил, что студента нет рядом. Что за туристы такие, как на подбор? Не успеешь отвернуться, как пропадают все куда-то.

Он обошел вокруг избы и увидел наконец пропавшего помощника. Тот ломился сквозь кусты, волоча за собой здоровую сухую березу. Денис бросился на подмогу, и они вместе дотащили добычу.

– Тебя как зовут-то? – вспомнил вдруг Денис.

– Дима… – парень взмок и тяжело дышал. Но все равно не ныл и не жаловался.

Вообще нормальный человек оказался, зря Денис сразу его в хлюпики определил. Хоть и не здоровый, зато ведет себя как мужик, а не изнеженный «гаврик». Если что, на Диму этого вполне можно будет рассчитывать.

Подумал так, и снова заскребла внутри непонятная тревога. Откуда взялось вдруг в голове это вот «если что»? Ничего такого не может случиться, чтобы чья-то помощь понадобилась. Сто раз уже водили туристов этим самым маршрутом выходного дня. Да тут каждый камень на тропинке к водопаду знаком, как мебель в родительском доме. Все хожено-перехожено, одно только название, что дикая природа. А на берегу вон и беседка стоит, и мангал рядом, и мусорный бак здоровый, который каждую неделю вывозят и все равно весь мусор туда не помещается. Подумаешь, под дождь попали! Это ерунда. Да и Лешка явно из-за дождя задержался, ему тоже неохота в лодке мокнуть. Скоро приедет, совесть его рано или поздно замучает, да и домой еще добираться часа два – не захочет же он по темноте туристов развозить по стоянкам и пансионатам.

Так что ничего нештатного произойти не может. Не понадобится ему больше помощь белобрысого студента Димы. Сейчас печку растопят, обсушатся и поедут обратно. Вот только отставшую пару надо найти.

– Послушайте, а ведь топором мы это бревно не разрубим, – подал голос Дима.

Пока Денис размышлял, студент, оказывается, успел уже обрубить сучья с березы и теперь стоял над стволом, примериваясь, как бы половчее к нему подступиться. Нет, все-таки толковый парень!

– Там в избушке пила есть. Пошарь под нарами справа, в самом дальнем углу. Если никто не спер, там должна лежать.

– А если сперли?

– Да нет, вряд ли. Тут не бывает посторонних. А свои не унесут. Да и не знает про пилу никто – она давно там лежит.

– Но вы же знаете, – вполне резонно возразил Дима. – Значит, и другие могут знать.

– Я знаю потому, что сам ее туда положил. Мы пилой пользовались, когда избушку эту строили. А потом решили не увозить, вдруг еще когда пригодится. Вот тогда я ее и спрятал. Видишь, не ошиблись – пригодилась.

Дима улыбнулся и пошел в сторону избы. Денису стало неловко, что он так беззастенчиво использует человека.

– Я пойду посмотрю, вдруг опоздавшие наши вернулись! – крикнул он вслед, словно извиняясь. – И это… прекращай мне «выкать», ладно?

Студент снова улыбнулся и согласно закивал головой.

* * *

Отставшую пару он заметил издалека. Увидел – и отлегло от сердца, сразу стало спокойно и пропала та непонятная тревога, что терзала весь вечер. Не придется теперь бродить по мокрым тропам, кричать в темноту всякую ерунду… Вот, кстати, никак Денис не мог решить для себя, что именно будет кричать, если в один прекрасный день кто-то из туристов на самом деле потеряется на маршруте. Не «ау!» же, в самом деле, вопить. Что он, грибник какой, что ли? А другие подходящие слова в голову не приходили. Он как-то рассказал об этом Женьке Васильеву, который уже лет десять группы водит. Так тот сначала поржал над Денисом вволю, а потом признался, что давно уже для этих целей завел свисток. Ходит, свистом «гавриков» собирает. Врет небось. Байку очередную рассказал и ждет, что Денис на нее купится. Потом сам же первый и посмеется над тем, как «молодой» туристов по лесу высвистывает. Хотя, если подумать, идея со свистком не такая уж плохая. Слышно его далеко, звук ни с чем не спутаешь, и свистеть можно хоть до посинения, не охрипнешь и не устанешь. Нет, надо свисток завести на всякий случай. Пусть в рюкзаке валяется, места много не займет, а пригодиться может.

Сегодня до поисков, к счастью, не дошло. Потерявшиеся туристы сидели в беседке, несчастные даже на вид. Точнее, сидел тихо-мирно только муж – ничем особо не приметный мужичок лет пятидесяти, смирный и заранее на все согласный. Жена его, наоборот, на месте усидеть не могла, металась, как тигрица, в тесном квадрате беседки, время от времени порывалась выскочить наружу, но в последний момент останавливалась – видимо, дождь гасил порывы.

Увидев Дениса, она энергично замахала обеими руками, привлекая внимание.

Обалдевший инструктор аж задохнулся от возмущения, увидев это. Недавнюю радость от мысли, что не придется теперь возвращаться на маршрут и бродить там неизвестно сколько, сожалея об отсутствии в кармане свистка, разом заглушила злость на эту курицу, которая, несмотря на сто раз озвученное контрольное время, умудрилась все-таки опоздать, а теперь еще и руками призывно машет. Ну сейчас он ей покажет, что собой представляет инструктор в гневе! Она узнает, почем фунт лиха и заодно где раки зимуют! Он ей сейчас…

– Послушайте! Это ни в какие ворота не лезет! Где все? Сколько можно ждать? – туристка, не выдержав, бросилась навстречу Денису, решительно уперев руки в боки. – Договаривались ведь, что все соберутся вовремя! Что за наплевательское отношение вообще?

Совершенно ошалевший парень не сразу понял, о чем вообще речь. Стоял и молча смотрел на возмущенную «курицу».

– Что вы молчите вообще? – спросила та, словно не замечая его смущения. – У вас всегда такая безобразная организация, что ли? Все настроение испортили. Я приехала сюда положительные эмоции получать, а вместо этого должна зависеть от чужой необязательности.

– Оля, успокойся, – попросил из беседки муж, но как-то вяло.

– Почему я должна успокаиваться вообще? Какие-то посторонние люди плевать хотели на мои интересы, а я должна молчать?

– Ольга Павловна! – гаркнул пришедший в себя Денис. – Вы где были? Сбор был назначен к семи.

– Ну, так мы и пришли к семи. Что вы на меня орете вообще? Вы лучше на остальных орите, которые не потрудились собраться вовремя.

Денис сунул ей под нос руку с часами и замолчал, как ему казалось, выразительно.

Судя по до сих пор возмущенному лицу туристки, никакой выразительности у него не получилось. Пришлось пояснять:

– Уже почти восемь. Вся группа час как собралась. Только вас нет. Где вы ходите, Ольга Павловна?

Ольга замолчала и растерянно оглянулась на мужа. Весь праведный гнев как рукой сняло: теперь перед Денисом стояла не вырвавшаяся из клетки тигрица, а робкая овца, просительно заглядывающая в глаза.

– Как – восемь? Вадим, ты слышишь?! – обернулась она за поддержкой к мужу. – Оказывается, уже почти восемь часов! А мне ведь даже в голову не пришло, что уже так поздно. Да еще тучи эти. Я ведь думала, что из-за туч темно, а времени еще мало.

– Часы у вас есть? – Денис решил не давать ей опомниться и давил вопросами без остановки. – Вы на них когда последний раз смотрели? При чем тут тучи? Вы, Ольга Павловна, что, знатный следопыт и краевед? Кто вам сказал, что вы умеете время по тучкам определять, а?

Она смешалась окончательно и проблеяла чуть слышно:

– У меня нет часов, я в телефоне время смотрю.

– Ну и что ваш телефон вам показывает?

– Ничего. У него батарейка села. Нечаянно. Я вроде заряжала позавчера. А сегодня водопад фотографировала, а он и сел окончательно.

– Кто сел? Водопад?

– Да аккумулятор же! Что вы придуриваетесь вообще?

Они оба замолчали разом и уставились друг на друга. Взгляды не обещали ни одному, ни другой ничего хорошего.

– А где все? – снова подал голос тихий муж.

Не давая Ольге Павловне возможности снова завести песню про чужую безответственность и необязательность, Денис вкратце обрисовал им ситуацию. При этом он постарался не заострять внимания на том, что причины, по которым лодки нет до сих пор, ему неизвестны. Подумал, что скажет об этом, если туристы сами спросят. А если не спросят, то зачем лишний раз волновать? Тем более что Ольга, до которой наконец дошло, что задерживают всех именно они двое, окончательно сникла и безропотно пошла, куда повели. Даже на скалах была паинькой – наступала, куда велели, и, главное, всю дорогу молчала. Муж Вадим следовал за ней тихой тенью, тоже не доставляя никаких хлопот. Денис даже забывал о нем пару раз, спохватываясь и запоздало проверяя, как там ведет себя не очень молодой и спортивный дядечка.

В избушке уже стоял дым коромыслом. В прямом смысле – «гаврики» пытались растопить печку. Натолкали в нее толстых поленьев и теперь совали туда подожженные кусочки бересты. Береста, хорошо горевшая в руках, моментально тухла в забитой под завязку топке. Занимался этой ерундой Юрий – отец малолетнего балбеса Кости. Самого тинейджера поблизости не наблюдалось, а вот благородный отец семейства стоял на коленях перед железной печуркой и дул в ее нутро, смешно раздувая щеки. Жена и студентка топтались рядом, светили мобильниками. Больше в избушке никого не было.

– А где все? – снова спросил тихий муж Ольги Павловны.

Интересно, он другие слова знает? До сих пор Денис слышал от него только две фразы: «Оля, успокойся» и эту вот «А где все?». Причем не исключено, что второй фразой дядечкин лексикон обогатился именно сегодня. А в обычной жизни ему, видно, и одной безнадежной просьбы успокоиться вполне хватает. Даже жалко стало мужика. Неужели такая бессловесность – обязательное условие долгой семейной жизни? Мрачная картина вырисовывается. Может, не у всех так? Хотя Юрий этот тоже не особенно много болтает, как успел заметить Денис. Даже замечания сыночку своему старается не делать лишний раз, предоставляет это мамаше. Нет, что-то в семейной жизни неправильно все же. Денис озадаченно почесал затылок и повторил вслед за затюканным Вадимом:

– А где все?

Юрий поднял раскрасневшееся от долгого дутья лицо со слезящимися от дыма глазами и молча пожал плечами.

– Все на улице, – пояснила девчонка-студентка. – Димка с Артемом дрова рубят вроде. А остальные не знаю где. Гуляют, наверно. Чего тут сидеть в темноте? И дождь вроде потише стал.

Уже легче. Хоть какая-то ясность. «Остальные» – это Колян с Серегой, аспирант Иван и малолетний балбес Костя. Больше всего беспокоит как раз последний. Братья далеко не уйдут, у них еще пиво не кончилось и настроение лирическое. Иван взрослый и вполне разумный человек. А вот неугомонный подросток, изо всех сил старающийся делать все назло окружающим, – серьезная проблема. Что если он надумает рвануть вверх, к перевалу? Там уже нахоженных троп нет, там тайга – парню в смешных штанах там делать нечего в одиночку.

Денис открыл дверь, на пороге обернулся. В темноте горел огонек на тонкой полоске бересты в руках у Юрия, да виднелись два голубоватых мобильных экранчика – туристки до сих пор светили вокруг при помощи телефонов. В очередной раз обругав себя мысленно, парень прошел в дальний угол, снял с вбитого в потолок и загнутого крючком гвоздя-двухсотки плотный полотняный мешок. Высыпал содержимое на стол, нашел на ощупь огарок свечки. Да и не огарок даже – нормальный такой кусок, сантиметров десять. Поджег, протянул стоявшей ближе всех мамаше. Та глядела на горящую свечку, как на маленькое чудо. Застыла изваянием: в одной руке – свечка, в другой – до сих пор светящийся мобильник.

– Вас как зовут? – спросил Денис почему-то шепотом.

– Ирина, – прошептала она, не сводя завороженного взгляда со свечи.

Как ребенок у новогодней елки, честное слово!

– Телефонами не светите, – сказал Денис тихо, словно боялся спугнуть громким голосом. – Батарейки сядут быстро. Лучше вот свечкой. Там на столе банка металлическая, в нее можно поставить, чтобы в руках не держать.

Студентка повернула к нему такое же, как у Ирины, завороженное лицо и сообщила весело:

– Да они уже почти сели. У меня уже два раза пикало, что аккумулятор разряжен. Да и черт с ними, кому тут звонить?

– Мало ли… – пожал плечами Денис.

– Нет, тут телефоны вообще не нужны. Природа такая… настоящая, и все должно быть натуральным. А телефоны – это цивилизация, даже скучно как-то. Меня, кстати, Дашей зовут.

Денис еще раз пожал плечами и молча вышел на улицу.

Опоздавшая парочка толклась рядом с дверью, но внутрь не входила. Справа за углом раздавались звонкие удары топора и прерывистый, неуверенный звук пилы.

Как и предполагалось, топором орудовал спортсмен. Лихо так, играючи, будто нарочно красовался. Хотя зрителей вокруг не было. Не считать же мучавшегося с пилой Диму. У того вид был, наоборот, очень жалкий – пила завязла окончательно в толстом стволе, а позвать на помощь хоть того же спортсмена студент не решался. А может, тоже принципиальный попался, решил держать марку до конца. Как бы там ни было, дров они наготовили уже большую кучу. Хватило бы не только на сегодняшний вечер, а на пару дней. Но Денис не стал их останавливать, рассудив, что так хоть «гаврики» делом заняты, с расспросами не пристают и не лезут куда не надо. Да и пригодятся дрова на будущее. Сложить их вот здесь, у двери под навесом, и в следующий раз не придется первым делом топором махать. Давно ведь хотели такой порядок завести, чтобы запас дров оставлять, хоть небольшой. Мало ли в какое время до избы добредешь? Может, по темноте уже, тогда бы готовые дровишки очень даже пригодились. Каждый раз об этом договариваются, и каждый раз сжигают все до последней ветки, как будто сами же больше здесь не появятся. Точно, пусть «гаврики» дров наготовят про запас. Хоть какая-то от них польза. Еще бы Костю к этому делу приспособить – вообще бы было хорошо. А то носится где-то.

Братьев он нашел метрах в ста от избушки. Те сидели, обнявшись, на поваленном дереве, прихлебывали по очереди пиво из двухлитровой бутылки, любовались ландшафтами. Серега любовался молча, созерцательно, а Колян озвучивал все подряд переполнявшие его эмоции. Причем душа у Коляна оказалась повыносливее речевого аппарата. Восхищаться и радоваться он не устал, а вот языком ворочал уже с трудом, время от времени переходя на совсем уже нечленораздельное мычание. Заслышав за спиной шаги, Серега обернулся, как показалось Денису, беспокойно и слегка затравленно. Тут уже стало заметно, что Коляна развезло окончательно и объятия их братские – скорее вынужденная мера. Если бы Серега не подставил братану плечо и не придерживал его для верности рукой, тот давно свалился бы в мокрые после дождя папоротники.

– Давай-ка его в дом отведем, – предложил Денис. – Пусть отлежится, пока лодки нет.

Вдвоем они подхватили Коляна под руки и повели потихоньку. От такой заботы мужик совсем раскис, заплакал пьяными слезами и стал называть братаном уже не только Серегу, но и Дениса, поминутно порываясь потрепать того по затылку ласковым, почти отеческим жестом.

Они уложили Коляна на нары, откатили на всякий случай к стеночке. Денис подсунул ему под голову свой рюкзак и укрыл висевшей на гвозде старой ничейной курткой.

Серега тем временем взял на себя печку. Повыкидывал оттуда толстые поленья, расщепал в стружку одно, березовое, сложил поверх бересты в топку. Сверху расположил шалашиком несколько тонких сучьев. Чиркнул спичкой.

Дрова занялись разом, печка с готовностью загудела, будто только и ждала, когда появится такой вот Серега, имеющий хоть какое-то представление об элементарных правилах.

Серега дождался, пока разгорится как следует, подкинул дровишек посерьезнее, закрыл дверцу. Но отходить не спешил. Сидел на корточках, смотрел в щелку на огонь. Юрий с Ириной и студентка Даша тоже не расходились. Сидели рядком на лавке, тесно прижавшись, смотрели на волшебника-Серегу. В приоткрытую для проветривания дверь заглядывали Ольга Павловна с мужем. Но внутрь не заходили.

«Боятся, что ли?» – подумал удивленно Денис. Может, и в самом деле боятся. Все же не жалел он черной краски, расписывая, как подвели они всех своим опозданием. Хотел окоротить немного скандальную тетку, а получилось, что запугал напрочь. Даже жалко стало.

– Не стойте на пороге, – сказал он им, выходя из избушки. – Внутрь заходите, обсушитесь, согрейтесь. А то сыро на улице, да и не так уж тепло. Все же август – это уже и не лето, считай. Запросто простыть можно.

* * *

Артем с Димкой уже закончили и теперь любовались на дело рук своих. Было на что любоваться – гора дров высотой была почти со студента. Парни стояли рядом, гордые и довольные собой. Денис, чтобы выразить восхищение, молча развел руками. Мол, нету слов.

– Пацана не видели? – спросил он, подойдя поближе.

– Да тут где-то маячил, – отмахнулся Артем. – Придет, куда он денется!

– …С подводной лодки, – закончил Димка и сам же первый радостно засмеялся бородатой шутке.

– Так-то оно так, конечно. Только деться отсюда много куда можно. Это же не остров. Хорошо, если он где-то здесь крутится. А если в тайгу уйдет и заблудится?

– А что, были случаи? – оживился Артем.

Денис хотел уже рассказать очередную инструкторскую байку позаковыристей, но вспомнил вдруг перепуганных Ольгу с мужем и передумал.

– Да нет, случаев пока не было. Никто до сих пор не терялся. Но ведь все когда-то бывает в первый раз. Пойду поищу охламона, а вы пока дрова стаскайте, сколько сможете, к избе.

– Да придет он, – крикнул ему вслед Артем, но Денис уже взбирался по крутой тропинке вверх, к сосняку, обильно покрывавшему склон.

* * *

В сосняке было заметно темнее, чем на берегу. Зато суше – толстый слой сухой хвои и шишек пропускал всю воду, не задерживая, и выглядел, как плотный ковер неинтересного, серо-бурого цвета. Идти было легко, хвоя пружинила под ногами. Приходилось, правда, все время смотреть под ноги, чтобы не запнуться ненароком за корень, которых тоже было великое множество. Время от времени Денис останавливался и не торопясь оглядывался по сторонам. Один раз даже показалось, что слева кто-то мелькнул среди деревьев, но только на секунду. Денис заорал и начал махать руками, но никто не появился. Как будто специально прятался. Сначала он подумал, что показалось, но потом решил, что вот так вот прятаться и не откликаться – это вполне в духе малолетнего дурака Кости. Денис рванул в ту сторону, где мелькнул неясный силуэт, взбежал бегом по косогору, запыхался, остановился, наклонившись и уперев руки в колени. Продышался с хрипом, пообещал сам себе, что обязательно бросит курить, как только сезон закончится, потому что при такой вот нервной работе бросить ну никак не получится – сплошные ежедневные стрессы.

Было ясно, что никто тут его не дожидается. Даже если и правда кто-то мелькнул, то давно уже скрылся. А он носится сайгаком по горам, туристов собирает. Нет, надо свисток завести. Пусть он лучше будет глупо выглядеть, чем вот так вот бегать. Или веревкой «гавриков» между собой связывать, что ли. Если не всех, то уж детей к родителям привязывать обязательно. И покрепче.

Подбадривая себя кровожадными мечтами, Денис спускался вниз, время от времени переходя на длинные прыжки. Благо мягкая почва это позволяла.

Спустился почти уже к самой воде по промоине, оставленной весенним паводком, и сразу увидел свою пропажу.

Костя сидел, как пай-мальчик, на большом камне. Молча смотрел на песчаную отмель и еле заметное течение реки. В этом месте оно замедлялось почти до полной неподвижности, и река разливалась широко, так что противоположного берега было почти не видно.

Денис подошел к нему со спины и гаркнул:

– Ну и кому я ору, спрашивается?

Пацан обернулся испуганно и уставился на него с неожиданным удивлением.

– Ты чего не отзываешься? Я тебя зову-зову…

– Я не слышал.

– Ну как не слышал? Я же к тебе шел. И руками махал, и кричал. А ты свалил куда-то.

– Да никуда я не сваливал, – огрызнулся Костя, но без прежнего упрямства. – Я все время тут сидел. Тут красиво.

– А там не ты был, что ли? – Денис махнул рукой вверх.

Он уже и сам стал сомневаться, точно ли видел тинейджера. Там вроде темный силуэт был, а у этого куртка светлая, с кислотными яркими вставками. Может, и правда обознался?

– Ну извини тогда. Я там видел кого-то вроде. Подумал, что ты.

Костя кивнул важно, принимая извинения. Потом спросил задумчиво:

– А наша лодка куда должна прийти?

– Туда же, где нас высадила. Но еще рано. Скорее всего, там дождь был сильнее, чем здесь, вот лодочник наш и отложил немного старт. В такую погоду ни одной лодки на реке нет, сам видишь.

– Одна была. Я подумал, что это за нами. Только она дальше ушла, вон туда, за поворот. А не мог лодочник ваш ошибиться и не туда уехать?

– Не мог, – успокоил Денис, – он тут каждый поворот знает. Это какая-то чужая лодка была, наверно. Пойдем уже, а то так и нашу пропустим.

Костя безропотно встал, чем снова несказанно удивил Дениса, и пошел следом. Вообще вел себя странно – как нормальный человек. Устал, наверно, противостоять всем подряд.

– А что это за избушка? Ну та, в которую вы нас привели. Охотничья?

– Да нет, не охотничья. Тут охотников нет – за перевалом уже заповедник начинается. Это туристическая, чтобы зимой можно было переночевать.

– А разве зимой сюда тоже ездят?

– Конечно! Тут красиво зимой. А на ледник альпинисты приезжают тренироваться.

– А водопад зимой замерзает?

Ну, нормальный же пацан, когда не выделывается! Денис еще раз убедился, что подростков надо водить отдельно от родителей, чтобы им некому было доказывать свою мнимую самостоятельность.

За разговорами незаметно дошли до избушки. Еще издалека Денис с облегчением заметил Ивана, помогавшего парням перетаскивать дрова ко входу. Значит, теперь все в сборе. Осталось только Лешку дождаться. Он попытался еще раз дозвониться до товарища. На этот раз пробиться удалось, но Лешка не брал трубку. Но все же длинные гудки – это лучше, чем сообщение о том, что абонент недоступен. Все же есть надежда, что абонент этот рано или поздно увидит, что ему звонили несколько раз, и вспомнит, что надо и совесть иметь тоже. А может, он именно из-за шума мотора телефона не слышит. Тогда это даже хорошо – значит, лодка уже в пути, в течение получаса будет здесь.

– Никуда не расходитесь! – крикнул он туристам. – Через полчаса уезжаем.

* * *

Никуда они не уехали. Ни через полчаса, ни через час.

Денис стоял на берегу, ежился от ветра и вглядывался в темноту, как дурак. Вслушивался, не затарахтит ли мотор.

Ничего не было слышно. Только шум сосновых веток, раскачивающихся на ветру, да приглушенные голоса туристов из избушки.

Лешка, сволочь, так и не появился. И к телефону не подходил. Денис сначала ругал его всякими разными словами, репетировал, что скажет этому идиоту при встрече. Потом вдруг понял отчетливо, что с Лешкой что-то случилось. Не мог он пропасть просто так, без причины. И причина должна быть очень серьезной, чтобы он забыл о целой группе из одиннадцати человек, которых сам же отвез утром на безлюдный, дикий берег.

Телефон у Дениса сдох минут пятнадцать назад, и теперь он только и мог, что вглядываться и вслушиваться, осознавая полную свою беспомощность. И к туристам возвращаться было страшно. Вот если бы можно было, он вообще бы туда не пошел. Переночевал бы прямо здесь, на берегу. Но это будет совсем уже свинство.

Денис вздохнул глубоко. Досчитал мысленно до десяти и решительно пошел к избушке.

Когда он вошел, все повернули головы в его сторону. Кроме Коляна, который до сих пор безмятежно спал на верхних нарах. Вслух никто ничего не спросил, но Денис прекрасно представлял, о чем все сейчас думают. Опережая вопросы и справедливое возмущение, он сказал твердо:

– Лодки сегодня не будет. Придется ночевать здесь. Выбираться будем уже утром.

– А утром лодка придет? – спросила с надеждой Даша.

– Думаю, да. Возможно, сегодня просто не стали рисковать идти по темноте.

– А если и утром не будет лодки? – спросила с тревогой Ольга Павловна. – Вы уверены, что этот ваш лодочник про нас не забыл? Может, он напился просто, а мы тут ждем непонятно чего?

– Он не пьет, – соврал Денис. – Совсем. И забыть про нас он не мог. Случилось что-то, наверно.

– Так позвоните ему и спросите, что случилось. Что у вас за организация вообще? Полная безответственность!

– Я звонил, – сказал Денис тихо. – Он трубку не брал. Наверно, не слышал просто.

– Ну, так еще раз позвоните. Может, услышит наконец.

– У меня аккумулятор сел, – объяснил Денис виновато и даже протянул вперед руку с мертвым отныне телефоном. – Дайте мне кто-нибудь позвонить, если связь есть.

Все кинулись проверять свои телефоны.

Оправдались самые худшие предчувствия: не прошло даром использование мобильников в качестве фонарей – у Ирины, Даши, Димки и Юрия батарейки сели именно от этого. Ольга Павловна еще раз рассказала, как неожиданно отключился ее телефон во время фотографирования водопада. Заодно выяснилось, что телефон ее тихого мужа «сел» тогда же, потому что дальше Ольга фотографировала уже им. Артем достал свой супернавороченный аппарат, коротко взглянул на него и молча развел руками. Иван тоже молча продемонстрировал свой телефон, не реагирующий ни на какие манипуляции.

– У меня одно деление осталось, – сообщил Костя и протянул телефон Денису. – Звоните, если хотите.

– У меня тоже вроде пара делений была, но я отключил его, чтобы не сел окончательно, – подал голос Серега. – Сейчас включу, проверю.

Негусто, конечно, но все же лучше, чем совсем ничего. Парочка еле живых телефонов – это пара призрачных надежд дозвониться хоть до кого-то. Денис решил, что, если Лешка и сейчас не ответит, больше ему не звонить, не тратить напрасно батарейки. Надо будет позвонить кому-то из знакомых ребят, у кого лодка есть, договориться, чтобы вывезли его группу. Да хоть тому же Женьке Васильеву. Хоть и будет у него потом повод позубоскалить над ними аж до конца этого сезона, но мужик он правильный, в беде не бросит. Организует все в лучшем виде. А потом пусть ржет, сколько хочет, его право. Вот только номер Женькин Денис наизусть не помнит. Номер, как в сказке про Кощея, на симке, а симка в телефоне, а телефон сдох. Значит, придется расковыривать свой телефон, вставлять симку в чужой, потом обратно… Не любил Денис лишний раз в телефонах ковыряться, но тут не до капризов, надо успевать пользоваться возможностью позвонить, пока она есть. Может, и не понадобится Женьке звонить? Вдруг случится чудо, и Лешка ответит с первого раза?

– Не включай пока, – сказал он Сереге. – Побережем батарейку.

Лешкин номер он помнил наизусть, набрал без проблем.

В трубке опять загудело длинно и муторно. Уже и ясно было, что не подойдет никто, а Денис все медлил отключаться, все надеялся на что-то… В конце концов телефон пискнул коротко и погас.

Туристы смотрели на него напряженно, словно пытались по выражению его лица понять, что ждет их всех дальше. Денис посмотрел виновато и протянул руку за Серегиным телефоном. Открыл свой, вытащил аккумулятор, сим-карту. Раскуроченный корпус затолкал вместе с батарейкой в карман, не стал собирать, так и сунул кучей. Вытащил Серегину симку, отдал законному владельцу. Все делал молча, не поднимая глаз. По сторонам смотреть было невыносимо – везде, куда ни глянь, взгляд упирался в растерянные лица его «гавриков». Было очень стыдно.

Он включил Серегин телефон. Там на самом деле оставалось пара делений на шкале, обозначающей уровень зарядки аккумулятора.

Сидеть дальше в этой напряженной тишине было невыносимо. К тому же не хотелось, чтобы туристы слышали, как он будет объяснять Женьке, в какую идиотскую ситуацию попал. Тому-то придется рассказывать все как есть, там уже не до сохранения авторитета будет.

Денис поднялся рывком и вышел на улицу.

В лицо пахнуло влажной прохладой. Показалось даже, что пар идет изо рта. Хотя рано еще для пара – все же август на дворе, а не октябрь.

Дверь за спиной скрипнула, и он скорее спиной ощутил по движению воздуха, чем услышал, что кто-то подошел и встал рядом. В следующую секунду понял, что это братан Серега. За телефон свой он боится, что ли?

– Что, командир, проблемы у нас? – спросил Серега тихо.

Денис не ответил. Нашел Женькин номер, нажал кнопку вызова.

Вызываемый абонент был недоступен. Даже и не удивился совсем. Такой уж день сегодня – все наперекосяк. Было бы странно, если бы в этот раз все получилось. Чуть не взвыл от досады. Очень хотелось запустить телефоном в ближайшее дерево. Или в реку закинуть подальше. Вовремя вспомнил, что телефон вообще-то чужой, вот и владелец его рядом топчется, не уходит.

Денис сунул телефон Сереге.

– Спасибо! – буркнул уныло.

– Не отвечает?

– Абонент недоступен.

– Опять?

Денис понял, что выглядит сейчас как конченый дурак. Надо уже прекращать строить из себя Джеймса Бонда, пора объяснять людям, как все обстоит на самом деле. Вот с Сереги и начать.

– Я другому звонил, – пояснил он. – Товарищ мой, который нас сюда привез и который забрать должен был, трубку не берет. Но мне кажется, что с ним случилось что-то серьезное, иначе он бы обязательно приехал. А сейчас я другому мужику звонил, он инструктор очень опытный, всех тут знает. Я хотел с ним договориться, чтобы он нам другую лодку организовал. А у него телефон недоступен.

Он выдохнул с облегчением, будто тяжелый рюкзак с плеч сбросил. Помолчал и добавил растерянно:

– Вот. И я теперь вообще не знаю, кому звонить. Хоть в МЧС, честное слово.

Серега как будто совсем не расстроился. Достал сигареты, закурил не спеша. Спросил по-деловому:

– А тот мужик, которому ты звонил сейчас, он тоже инструктор, говоришь?

Денис кивнул, еще не понимая, куда тот клонит.

– Ну а не мог он тоже с какой-нибудь группой уйти туда, где телефон не берет?

– Мог! Сегодня же воскресенье, самое время для недлинных маршрутов, – хлопнул себя по лбу Денис.

Как он сам-то не сообразил? Совсем крыша поехала от сегодняшних событий. Конечно, Женька тоже кого-то повел. Надолго он не собирался, Денис его в четверг видел, никаких таких грандиозных планов у Васильева не было, он бы похвастался обязательно. А вот на маршрут выходного дня вполне мог кого-то найти. На день или на два. Значит, вполне может быть еще в дороге, если маршрут выбрали длинный или если туристы вымотались быстро.

– Ему надо завтра позвонить, – сказал он Сереге. – Прямо с утра. Утром он точно уже дома будет.

– Ну вот, видишь, как все просто, – улыбнулся Серега. – Завтра все и разрешится. А сейчас пойдем на ночлег устраиваться.

Он взял Дениса за плечи и, развернув лицом к двери, тихонько подтолкнул вперед.

* * *

Туристы в избушке уже освоились, даже чай вскипятили. Заварки, правда, не было, но Ирина прогулялась вокруг и нашла заросли дикой смородины. Так что чай пили настоящий таежный, со смородиновым листом. К чаю у Даши нашлась шоколадка. Разделили на всех по-честному, даже спящему Коляну оставили кусочек. Серега этого благородства не оценил: усмехнулся и сунул одиноко лежавший на фольге кусочек Косте.

– Ешь, – сказал весело. – Ты растешь еще, а Колян все равно шоколад не любит. Да ему и так сейчас хорошо. Лучше всех нас.

Провели ревизию продуктов. Не считая съеденной Дашиной шоколадки, нашлось немного: четыре пакетика соленых сухариков в сумке у Коляна, там же пакет желтого полосатика и пакет копченого кальмара в кольцах; у Ирины в карманах нашлись пачка сухого печенья, два яблока и горсть очищенных грецких орехов; у Ольги Павловны с продуктами было негусто – только несколько карамелек, зато в рюкзаке у нее оказалась очень грамотно собранная аптечка. Денис хоть и надеялся, что до оказания первой помощи дело не дойдет, все же обрадовался – с запасом медикаментов было гораздо спокойнее. У него самого были только йод да бинты с пластырем.

У Димки и Ивана ничего съестного с собой не оказалось, чего еще можно ждать от студента с аспирантом. А вот Артем оказался более продуманным путешественником, не зря он сразу Денису понравился. В рюкзачке у него оказался пакет ванильных сухарей, две баночки паштета (правда, слишком маленькие баночки, учитывая количество голодных ртов), упаковка сыра из восьми тонких пластиков, каждый завернут в отдельную пленку, пачка галет. И на закуску – с десяток бульонных кубиков. Все это, не считая кубиков, было таким же пижонским, как и остальная Артемова экипировка. Пожалуй, еще сухари были в масть. А от паштета и сыра толку никакого, очень уж мало их.

Про свои продукты Денис помнил и без ревизии. Он всегда с собой таскал небольшой НЗ. Пару пачек «Супа куриного с вермишелью», небольшой пакет растворимого картофельного пюре, соль и сахар в коробочках от фотопленки, бульонных кубиков штук пять.

Негусто! Денис обвел взглядом выложенные на стол продукты, вздохнул и полез снимать из-под потолка подвешенные там мешочки. Хоть что-то должно ведь быть.

Туристы, особенно девчонки – Даша и Ирина, – следили за ним, как за фокусником. Даже дышали через раз, когда он выкладывал «мешочные» трофеи.

В мешках этих люди, жившие на избе какое-то время или просто ночевавшие ночь-другую, оставляли перед уходом оставшиеся продукты. На тушенку, конечно, рассчитывать не стоило, но крупа какая-нибудь или макароны вполне могли там оказаться. Или тот же «Суп куриный с вермишелью», называемый в народе бич-пакетами.

В одном мешке лежала всякая хозяйственная мелочь, которая не угадаешь когда может понадобиться. Какие-то тряпочки, веревочки, обрезки мягкой жести, гвозди в небольшой пластмассовой коробочке, четыре свечки разной длины. Там же, как ни странно, оказалась банка консервированной фасоли в томатном соусе. Денис внимательно посмотрел на дату изготовления, срок годности у консервов еще не вышел. Каким чудом она сохранилась здесь, интересно? Не нашлось страстных любителей фасоли? Или сыграло роль то, что банка эта лежала в «хозяйственном» мешке и ее просто не нашли? Как бы там ни было, это была очень удачная находка. Поразмыслив немного, Денис отставил банку в сторону, решив, что съедят они ее в самом крайнем случае, если не получится уехать рано утром. Тогда на обед будет у них фасолевый суп. А пока перебьются, может, эта банка кому-то будет нужнее. Не у всех ведь могут оказаться с собой паштеты и карамельки.

Во втором мешке «улов» был побогаче. Денис вытащил оттуда пачку гречневой крупы, пачку риса и два пакета с макаронами: один початый с вермишелью, второй еще полный с рожками.

– Живем, ребята! – сказал он радостно и поднял над головой добычу. – С голоду точно теперь не помрем.

– А что из этого можно приготовить? – спросила Ольга с недоверием. – Если бы тушенка была, можно было макароны сделать по-флотски. А здесь что? Если только кашу сварить. На бульоне.

– Нет, на ужин у нас будет суп с вермишелью, – сказал Денис твердо и отложил в сторонку початый пакет. – Сырный суп, – уточнил он, подкладывая туда же пижонские сырные пластики.

Потом окинул получившуюся картину взглядом и добавил, вытаскивая у только что проснувшегося Коляна из руки сграбастанный со стола пакетик:

– Сырный суп с сухариками.

* * *

В целом вечер прошел весело и непринужденно. Обещанный сырный суп Денис, взяв в помощницы неунывающую Дашу, наколдовал очень даже неплохой. По крайней мере в кастрюле ничего не осталось и уговаривать никого не пришлось. Из своего НЗ он вытащил два пакетика черного чая, которого на двенадцать человек, конечно, было мало, но снова добавили смородиновых листьев и выпили все с удовольствием, заедая печеньем и сухарями.

Слегка испортил настроение Костя, который умудрился потерять на улице топор. Денис уже привык к нему, расслабился, забыл, что от подростков надо ждать неприятностей в любой момент. И неприятности не замедлили случиться. Дрова приходилось постоянно подкидывать, приносили их с улицы небольшими партиями, потому что в домике для них не было места. В очередной раз за дровами вызвался идти Костя, взял топор, чтобы разрубить слишком длинные сучья покороче, а вернулся довольный собой, но без топора.

На резонный вопрос «Где?» только пожал неопределенно плечами. Денис снова почувствовал, что закипает, выскочил от греха подальше на улицу, пошарил вокруг себя лучом фонарика. Нигде рядом топора не было. Попробовал вытрясти душу из малолетнего балбеса, чтобы тот указал хотя бы приблизительное место, где изображал лесоруба. Костя ничего толком вспомнить не мог, твердил только, что далеко от избушки он не отходил и, значит, топор должен быть где-то совсем рядом. В конце концов решили, что найдут его утром, когда рассветет, а пока обойдутся и так – коротких дровишек было достаточно.

– А если пропадет? – с жаром спрашивал безутешный Денис.

– Куда? Кто его тут возьмет? Полежит до утра на травке, а утром организуем общие поисковые работы.

В конце концов все угомонились и разместились кое-как на жестких нарах. Укрываться было нечем. Старые куртки, висевшие в избушке с незапамятных времен, расстелили на досках. Чтобы было хоть немного мягче. Договорились, что любой, кто встанет ночью, первым делом проверяет печку и при необходимости подбрасывает дровишек.

Уже засыпая, Денис сообразил, как можно поступить завтра, чтобы наверняка все получилось. Он толкнул в бок лежавшего рядом Серегу и сказал шепотом:

– Есть еще один вариант на случай, если и завтра до Женьки не получится дозвониться.

– Какой?

– Километрах в сорока вниз по течению есть мост. Если до него по берегу дойти, то там, на другой стороне, уже поселок недалеко и трасса совсем рядом проходит. Мы от этого моста однажды ходили сюда, когда у нас лодки не было своей. Если нормально идти, налегке, то за день добраться можно. Я вас здесь оставлю, в избушке, а сам добегу до моста и лодку найду. Потом приеду за вами. Это максимум два дня займет. Два дня вы здесь всяко продержитесь, продуктов хватит, если экономно. И в избушке тепло. Да, может, Женька вас раньше заберет. Или Лешка приедет все-таки.

– Я с тобой пойду, – подал вдруг голос Артем. – Вдвоем веселее.

– Да не надо, я сам, – слегка опешил Денис.

– Ничего, я обузой не буду. Даже интересно по тайге пробежаться. Ты не сомневайся, опыт у меня кое-какой имеется.

– Ладно, утром посмотрим, – буркнул Денис.

На самом деле неплохо будет, если Артем с ним пойдет. Из всей группы он самый подготовленный, проблем с ним действительно не должно быть. И вдвоем идти лучше. Безопаснее, да и вообще… Мало ли что…