Прочитайте онлайн Дерзкая | Глава 14

Читать книгу Дерзкая
3618+12622
  • Автор:
  • Перевёл: Н. Г. Бунатян
  • Язык: ru

Глава 14

Еве казалось, будто она скачет, оказавшись на одном из рисунков отца Питера. Все покрытые зеленью деревья носили покачивающиеся колпаки и, гордо держась в своих темно-коричневых накидках, маршировали вверх и вниз по холмам Англии.

У края дороги из земли пробивались нежные крошечные цветочки: желтые, красные и розовые. В густых зарослях цветущих вьющихся растений перелетали с места на место и пели на все лады целые стаи ярких птиц, и всегда, стоило открыться просвету, было видно, как огромные стада красных маков скакали вниз по холмам, словно пони, размахивающие хвостами, и кричали: «Вот они мы!»

Ева совсем забыла, как живописна Англия.

Но ведь она и хотела забыть. Она выскребла воспоминания с таким ожесточением, что через десять лет вряд ли можно было ожидать, что маленькие желтые цветочки пережили подобную чистку, но они пережили.

Однажды она нарисовала их красками, и Гог увидел. Необъяснимо, но даже он вспомнил маленькие желтые цветочки из того времени, когда ему было пять лет и они еще никуда не убежали.

Не очень приятно было знать, что Англия и ее нежные цветы остались в их памяти.

А сейчас нахлынуло и множество других воспоминаний, в том числе об этой дороге в отвратительном состоянии. Она хорошо ее помнила: через несколько миль она и Роджер попадут туда, где они прожили несколько страшных месяцев.

Кое-где по пути им попадались убогие деревушки, над покосившимися избушками которых поднимался дым, но на самой уединенной, ухабистой дороге не было ни души. Из-за этих рытвин и ухабов никто не заподозрил бы, что группа солдат с захваченным в заложники священником отправится по этому пути.

Но они отправились. И когда твердая скалистая земля дала совсем крошечный намек на это, Джейми последовал за ними. Он превосходно ориентировался в лесу.

Гог, к сожалению, был не так искусен: опыт, приобретенный за те десять лет, что он прятался в лесах и на окраинах городов, не шел ни в какое сравнение с охотничьим искусством этих двух закаленных рыцарей. Их было всего двое, но Ева ощущала себя окруженной стенами замка и очень надеялась, что Роджер не настолько глуп, чтобы пытаться ее освободить: он не приблизится и на ярд как будет убит прежде, чем появится из укрытия.

Ева напрягала слух, стараясь услышать подозрительное движение в лесу, но если Роджер делал все правильно, то она ничего не заметит – в отличие от Джейми.

– Можно развязать мне руки? – попросила Ева, когда они снова поехали медленнее.

Джейми, державшийся сзади, подъехал к ней. Его лоснящийся гнедой жеребец фыркнул было на ее лошадь, но всадник заставил его подойти еще ближе.

– У меня очень болят руки. И плечи.

Он проследил за ее взглядом и, вскинув подбородок, застыв как скала, принялся внимательно осматривать деревья и тени под ними. Ева поняла, что он изучает обстановку: смотрит, слушает, нюхает, – используя все чувства, чтобы оценить все вокруг, уловить любой намек на западню или нападение, выбрать возможный путь спасения. Так ведут себя дикие животные.

И в этот момент он был великолепен и монументален, что вовсе не порадовало Еву. Не слишком любила она монументальность, потому что на ум сразу приходили замки и соборы, постройки из прочного камня, о который можно разбить голову, стараясь выбраться или, напротив, проникнуть внутрь.

– Нет. – Взгляд его серо-синих глаз вернулся к ней.

Она открыла было рот, собираясь возмутиться, но передумала. Он отъехал и поцокал языком, заставляя ее лошадь следовать за ним, хотя вряд ли эти действия были необходимы, ведь ее лошадь привязана к его жеребцу и в любом случае пошла бы следом.

Ева смотрела в его широкую самодовольную спину. Да, именно так: эта спина очень довольна собой – это подтверждало каждое легкое покачивание плеч. Такие сильные мужчины несли на себе жестокую правду жестокого холодного мира, и она страшно устала от этого.

– Вы должны очень гордиться собой, – язвительно заметила Ева.

Медленно повернув голову, он молча посмотрел на нее, лишь вопросительно приподняв бровь, чем совсем вывел из себя.

– Разъезжаете на своей огромной лошади, в этих блистательных доспехах, с наводящим ужас мечом! – понесло Еву.

Некоторое время он задумчиво смотрел на нее, потом поднял лицо вверх, словно наслаждаясь приятным запахом, и… неужели улыбнулся? Когда он опустил голову, она поняла, что он действительно улыбается – совсем чуть-чуть, одними глазами, но улыбается.

– Так я вас напугал своим… мечом?

Нестерпимо горячий шар, который обжег ее изнутри при его низменном намеке, покатился вверх, к щекам, а потом опустился обратно вниз. А вслед за этим, как хвост кометы на иссиня-черном фоне его непристойных слов, появилось жгучее воспоминание: она мечтала о нем, мечтала всю ночь напролет.

Это были горячие, беспокойные сны о медленно скользящих руках, о плотном мускулистом бедре, раздвигающем ее бедра, о его губах, касающихся ее губ, шеи, плеч и спускающихся все ниже, ниже…

Горячо, еще горячее, невыносимый жар! Теперь он в упор смотрел на нее и, казалось, все понимал, судя по ироничной улыбке, застывшей у него на лице.

– Вы очень жестокий, – бросила Ева. В его глазах промелькнул холод. – Вряд ли это поможет заставить меня говорить.

– С чего вы взяли, что мне это нужно?

Ее немного сбила с толку его реакция.

– Ну вы же хотите что-то обо мне знать.

– Разговаривая с вами, я уж точно ничего не узнаю, – пожал он плечами и отвернулся.

– Но я же могу что-то вам рассказать, – почти возмутилась Ева.

– Снова соврете. Да и что вы можете мне рассказать? Думаю, вы и не знаете ничего, тогда как мне, в отличие от вас, известно очень много.

Как дошло до того, что она вынуждена убеждать его в возможности услышать от нее правду? Ну он и хитрец.

– Вы слуга лживого, хитрого короля. – Она прищурилась. – Остерегайтесь той лжи, которую можете услышать от других, куда более искусных в этом, чем я.

Повернувшись, он молча посмотрел на нее, удивляясь, что она с такой яростью говорила о короле Иоанне.

– Что заставляет вас полагать, будто всю свою информацию я получаю именно таким образом? Да и чем вы отличаетесь от меня? Вы хитры или лживы?

Она чуть не задохнулась от возмущения.

– Тем, что я никогда не обещала того, чего не могу выполнить. Я никому не давала никаких клятв ни в верности, ни в честности, так что нарушить не могу.

– Странная вы какая-то: врать совершенно не умеете, хотя делаете это постоянно.

– Это верно, всегда разрываюсь между двумя крайностями. А лгать я буду учиться у вас, Джейми, хорошо?

– Это нелегкая задача, – рассмеялся он в ответ.

– Да, я не сказала правды, но этому есть объяснение. Вспомните: сначала мы были врагами, вы и я, и у меня не было оснований раскрывать перед вами душу.

Его взгляд был устремлен вдаль, и глаза казались при солнечном свете гораздо светлее, чем прошлым вечером в темноте, но по ним также нельзя было ничего определить, кроме того, что их обладатель опасен, очень, очень опасен.

– А теперь… теперь основание есть?

Джейми направил свою лошадь к ней, и его блестящая кольчуга и горячее тело оказались от нее в опасной близости, а потом и вовсе мощное бедро крепко прижалось к ее бедру. Наклонившись к ее уху, он прошептал:

– Кто такой Гог?

У нее чуть не остановилось сердце. Ее тело, казалось, превратилось в кусок льда. Она холодно посмотрела на него, вложив в этот взгляд всю силу презрения и пытаясь скрыть страх.

– Вы не только жестоки, но и мастер сбивать с толку. Что вы спросили – «гонг»?

Снова наступило тягостное молчание, которое прервал его совершенно спокойный и бесстрастный голос:

– Гог.

– Не понимаю, о чем вы.

– Я о том, что вы сказали тогда в «Козле»: «Вы понятия не имеете, как я люблю жаловаться. Спросите Гога».

Сердце у нее ушло в пятки.

– Ужасно жаль, Джейми, но я сказала «Бог». Постараюсь больше не допускать таких непростительных огрехов, так как они, по-видимому, вызывают у вас видения.

Он улыбнулся: неторопливо, едва уловимо, исключительно для нее, – так, как если бы ударил палкой.

– А-а, ну… это меняет дело.

Его низкий голос прокатился внутри ее, и ей очень захотелось прямо в этот момент ударить Джейми по голове и закрыть глаза, чтобы можно было не чувствовать ничего, кроме раскатов, наполнявших тело.

Некоторые люди похожи на корни, которым необходима вода. Они, возможно, не искали ее или даже не хотели, но она все равно приходила к ним в виде дождя. То же касается и битвы: одни ее искали, а другие, как ни старались, не могли ее избежать. Одни беззаботно купались в деньгах, другие всю свою жизнь мечтали о пенни. Некоторые люди напивались до беспамятства, другие не могли оторваться от игры в кости.

А Ева… Ева искала опасностей – как приток, бежала с холма к большой реке под названием «Неприятность», но на этот раз прямиком угодила в русло реки по имени Джейми.