Прочитайте онлайн Деревня Медный ковш | Глава 7

Читать книгу Деревня Медный ковш
2016+1726
  • Автор:
  • Язык: ru
Поделиться

Глава 7

Мотя вышла замуж за красавца Андрея, сына управляющего, но его вскоре призвали на русско-японскую войну. Вернулся из армии поручик больным человеком, и все же у них родилась дочка Маша, когда Моте было уже 25 лет. Андрей умер, когда Маше исполнилось всего полгода. Через шесть месяцев после смерти Андрея, Мотя вышла замуж второй раз, за вдового мужчину, Артема, у него от жены остался сын – Митя.

Жизнь Моти становилась все беднее и труднее: революция, постоянная смена власти…

Артем и Мотя решили ехать в Сибирь, поискать счастье. Остановились в какой-то деревне, поставили домик с крышей над головой. Артем познакомился с политическим ссыльным, и помогал ему, чем мог. Ссыльный был грамотный, он и стал учить грамоте Митю, а Машу учить мать не разрешала. Машу, соседи подкармливали ржаным хлебом с молоком, и это было очень вкусно, шло за лакомство. В Сибири калачики на деревьях не росли, счастье не улыбалось. Родители Маши решили вернуться на родину.

Приехали Артем, Мотя и Маша с Митей в родную деревню Медный ковш, а там им помогли немного родные, и они остались в деревне. У них родились еще дети: Даша и Миша и Федор. Артем работал портным, ездил с женой, по селам. Они шили одежду тому, кто заказывал, за работу получали кто, что даст, в основном продуктами, и так содержали и кормили семью.

У них была швейная машинка 'Зингер'. Мотя помогала Артему шить одежду, но вручную. Она умела шить руками, как швейная машинка, такие ровные у нее получались стежки. Во время коллективизации машинку у семьи конфисковали. Мотя работала поваром и кормила коммуну. Артем умер в 1936 году. Мотя осталась одна с младшими детьми: Федей, Мишей и Дашей, им помогала старшая сестра Маша, которая в это время уже работала по партийной линии. Митя учился, женился, но неудачно, работал в городском финансовом отделе бухгалтером, позднее преподавателем. Погиб на фронте.

Прожила Мотя 90 лет, и умерла от остановки сердца. Ни разу не была у врача. Все зубы сами выпали. Все дети родились вне больницы. В 80 лет ей сделали операцию.

После выписки она сама выбежала на крыльцо больницы. Лекарства не пила. С кофе не познакомилась. Читать не научилась. Умела заговаривать нарывы. Умела не конфликтовать с окружающими. Единственное лекарство: камфара, разведенная в водке. Глоток этой жидкости и все проблемы со здоровьем были решены. Пережив много войн и голодовок, одной из любимых блюд была сухарница. Сухарница: кипяток, сухари, лук, соль. Мотя последние годы жизни жила, там, где находился памятник Ермаку Тимофеевичу. Любила она гулять у этого памятника.

Ребята послушали рассказ мой рассказ о лосе и моей бабушке Моте, и предложили посмотреть на памятник Ермаку, мы и так находились в местах сражения Ермака. До памятника можно было на шлюпках по реке доплыть, что мы и сделали. Вот, где плавала на шлюпках группа лыжников, и где собирались строить столицу региона!

Места чудесные. Славка и Юрка пожали друг другу руки, у памятника Ермаку. Все вернулись к палаткам. Славка стал саперной лопаткой рыть землю для тушенки, дни стояли жаркие, решили тушенку в землю спрятать от тепла подальше. Лопатка стукнула о твердый предмет. Парень расчистил землю, и увидел старый сундук.

Помня о недавней драке, он не стал всех звать к находке. Ребята купались. Он сам раскопал землю вокруг сундука, стал его вытаскивать.

В это время, чья-то железная рука вцепилась ему в плечо:

– Стой, Славка!

Славка узнал Толика.

– Толик, не мешай!

– Сейчас, бегу и падаю. Вместе вытащим кованый сундук. Он тяжелый.

Парни прогнулись под сундуком и подняли его из земли. Замка на сундуке не было, он был перевязан веревкой, типа мочалки. Веревку срезали, открыли сундук. В сундуке лежал древний топор, завернутый в старую кожу, рядом в старых тряпицах лежали сапфиры. Один сапфир был в диаметре 3 сантиметра. Сияние шло от большого прозрачного камня.

– Славка, а почему сундук такой тяжелый? – спросил Толик.

– Спроси чего легче, сундук медным листом обвернут.

– А, что это за стекляшки прозрачные? Смотри розоватые, желтые, голубоватые…

– Самоцветы, раз они цветные.

– Умен, Славка ты не по годам.

Остальные лыжники, мокрые после купания подошли к сундуку, заглядывая внутрь, через головы друг друга.

– Люсмила, смотри, сапфиры, ты их вспоминала на днях, – сказала Полина.

– Мне пришлось с ними познакомиться на ужине, в руках Толика.

– Стало быть, это сапфиры? – спросил Славка.

– Да, сапфиры, а ты бы мог и не дожить до такого счастья, – сказала я.

– Век тебе буду, благодарен за компот на ушах, – ответил мне Славка.

Дмитрий Афанасьевич подошел последний. Удивительно спокойно он воспринял находку.

– Кому отдадим дары природы? – спросил тренер у лыжников.

– Себе возьмем, – ответил Толик.

– Это я нашел сундук! – крикнул Славка.

– Возьми на полке пирожок, – ответила ему Полина.

– Сдадим сундук в краеведческий музей, он находится рядом с берегом реки.

Донесем, – сказал Дмитрий Афанасьевич.

Все мысленно затаились, лыжники вдруг захотели того, не зная чего, а очень хочется. В краеведческом музее обрадовались обладанию сундуком времен Ермака.

Музей работал по принципу распашонки: заходи, кто хочет, в рабочие дни музея. В музей весь город стал ходить на смотрины сундука и его начинки. Нашлись люди, сказали, что этот сундук самого Ермака Тимофеевича, этот сундук ему сам царь Иван подарил. И истории про Ермака стали сказывать.

Ермак Тимофеевич влюбился в сестру богатого человека Кателиру. Богатый хозяин был против бедного силача, и он самонадеянно не учел силу могучего Ермака. Богач увидел Кателиру с Ермаком и решил померяться с ним силой. Ермак Тимофеевич убил его саблей и бежал на широкую реку Волгу. По реке плыли люди в лодках – ладьях.

Сильный мужчина напросился к ним в товарищи вместо умершего у них человека.

Вскоре пришлось им драться с разбойниками, все сбежали, остался один Ермак.

Он кого убил, кого покалечил. Да так понравился атаману разбойников, что тот его у себя оставил. Прошло время, и стал Ермак Тимофеевич атаманом разбойников, и так он разрезвился с грабежами, что о нем прослышал сам царь Иван. Велел Иван расправиться с разбойниками. Услышали о том разбойники во главе с Ермаком, и рванули с широкой реки Волги в Славные горы. Нашли себе пристанище у владельца заводов. Некоторое время они завод охраняли. И заметил Ермак, что местное население страдает от набегов ханских людей. Решил Ермак избавить население Славных гор, от людей Кареглазого хана. Хозяин заводов Демидов помог Ермаку с провизией, дал ему людей.

С первого захода недалеко ушел Ермак. А со второго захода отправился атаман разбойников покорять Сибирь и при возможности бить людей хана Кареглазого за Славными горами. Несколько зим ослабили силы армии Ермака. Помощь, которую ему выслал царь Иван в виде стрельцов, с припасами сама себя уничтожила. Стрельцы запасы съели, а зиму не пережили. И силы армии Ермака таяли. Но самое главное – навел Ермак страху на ханских людей. Они почувствовали сопротивление! Ермак не побоялся пойти в неизведанные земли освобождать людей от длительного ханского ига. Убили Ермака люди хана Кареглазого, взяли они его хитростью, а не в открытом бою. И все же таяли люди хана в Славных горах или превращались с годами в местное население.

Славка локти кусал. Местная газета его подвиг расписала. Толика заинтересовал синий сапфир. Синие сапфиры дорогие, такой яхонт лазоревый, да в сейф бы!

Телевидение приехало. Фотокорреспонденты со всего мира стали приезжать в город, который приобрел популярность. Город сняли во всех ракурсах и вместе с сундуком прославили по всему миру.

Шеф читал газеты. Ему реклама была на руку. Он знал, что строить. Так было и с мостом. Кому нужен горизонтальный мост? Кто его по всем каналам покажет в новостях? А мост – горку покажут. Такой Люсмила человек, такие у нее мысли, их во время подхватить надо.

Команда мостостроителей возмутилась всеми фибрами своей души, раскричались все против моего проекта. Мне никто не хотел подчиняться! Надо мной издевались все, как могли и укоряли в смерти двух разработчиков, будто я хотела их место занять.

Мне мало не показалось, я готова была провалиться под землю, к двум ушедшим на тот свет конструкторам моста. Но я улыбалась, смеялась и шла на тренировку.

Шеф ждал меня в машине рядом с лыжной базой:

– Привет, Люсмила, не плачешь от приема разработчиков мостов?

– Сейчас заплачу.

– Рисуй, черти, набросай основную идею моста, и размеры с точностью до 10 метров, точно замерят без тебя.

– Уже все сделано.

– Где твои прорисовки?

– В спортивной сумке.

– Достань.

Я расстегнула сумку, но планшета с прорисовками в ней не было.

– Куда делись твои эскизы?

– Шеф, они здесь лежали.

– А были ли они?

– Были.

– Дома остался экземпляр?

– Только прорисовки, а в сумки лежал последний вариант моста.

– Мило, на кого думаешь?

– Знала бы, с собой не брала!

– Я тебе говорил про охрану, а ты все с горки катаешься. Твои чертежи у меня, – сказал Шеф и показал последний вариант моста.

– Ну, вы! У меня слов нет!

– Были бы мысли, а слова найдем. Мне твой мост нравится.

– Меня КБ не признает.

– Заставим. От тебя будет зависеть их зарплата.

– Вот этого делать не надо! Я не плачу деньги! Я придумываю конструкции!

– Умница, целей будешь, тогда уважение людей само придет к тебе, по ходу дела.