Прочитайте онлайн Дело о художественном преступлении | В ЛОВУШКЕ!

Читать книгу Дело о художественном преступлении
2616+767
  • Автор:
  • Перевёл: Ирина Гурова

В ЛОВУШКЕ!

Нэнси и Карсон Дру вскочили на нога.

— Папа, по-моему, он задыхается! — крикнула Нэнси. Через мгновение они оба уже были в другом конце зала.

Все посетители ресторана обернулись и уставились на покрасневшего человека, ловящего ртом воздух. По ресторану пронесся сдержанный ропот.

К пострадавшему бросилась миниатюрная женщина, обедавшая за соседним столиком.

— Я доктор Хорделл, — представилась она. — у вас болит?

Мужчина рухнул на стул, на лбу его выступила испарина. К нему подбежал официант со стаканом воды, и он залпом ее выпил. Слегка отдышавшись, мужчина показал на тарелку с рыбой.

— Это! — с трудом выдохнул он. — Эта рыба!

Взяв тарелку, Нэнси осмотрела филе, лежащее на толстом слое желтого риса и обильно посыпанное зеленью. Девушка осторожно понюхала рыбу. Почти тотчас же ее ноздри обжег резкий запах, и она непроизвольно отвернулась.

— Вы поняли, о чем я? — спросил пострадавший, вновь обретая голос и хладнокровие.

— Позвольте мне взглянуть, — попросил Шоун, подойдя к Нэнси.

— В этой рыбе какие-то очень острые специи, — предупредила Нэнси, протягивая ему тарелку.

Щоун понюхал рыбу и сдвинул брови. Он взял чистую вилку и перевернул филе.

— Да как же это? — негромко воскликнул он. Под рыбой обнаружилась ярко-зеленая паста. — У нас в ресторане нет такой приправы, — продолжал Шоун. — Это возаби. Она используется исключительно в японской кухне, а мы здесь, в «Аризона-Хаус», не готовим японских блюд. Должно быть, кто-то тайком пронес эту приправу в ресторан и подложил ее в тарелку после того, как я приготовил рыбу.

— Но она все же съедобна? — уточнила Нэнси.

— Да, но такая острая, что большинство людей может употреблять лишь каплю ее за раз. А этот господин проглотил с рыбой целую ложку возаби, бедняга.

— Уверена, что это было весьма неприятно, — констатировала доктор Хорделл. И обратилась к пострадавшему: — Продолжайте пить воду. Жжение постепенно пройдет.

— Неприятно! Это было куда хуже, чем просто неприятно! — с возмущением произнес красный как рак мужчина, отирая лоб льняной салфеткой.

То, как он произнес эту фразу, напомнило Нэнси хорошо поставленную речь актера.

— Да, возаби — очень острая приправа, — согласился Шоун. — Я не могу передать вам, сэр, как я сожалею об этом.

И тут к ним подбежала Бесс.

— Что случилось? Как вы себя чувствуете, господин Брэккетт?

У пострадавшего забегали глаза.

— Как вы меня назвали? — переспросил он. Бесс покраснела.

— Извините. Я знаю, что вы предпочитаете оставаться неузнанным. Но я знаю, что вы — Гарольд Брэккетт. Здесь превосходно готовят. Просто в последнее время в ресторане все идет не так. Мы думаем, что кто-то нарочно пытается все испортить: поломал водопровод, разорвал книгу заказов. Держу пари, что тот же самый тип сотворил эту пакость с вашим обедом и…

— Бесс! — предостерегла Нэнси. Она вдруг подумала, что Шоун не захочет, чтобы эти невеселые новости были преданы огласке.

— Ах, да… — замялась Бесс. — Просто я хотела, чтобы господин Брэккетт понял, почему… — Внезапно тень сомнения промелькнула в ее глазах: — Вы ведь действительно Гарольд Брэккетт?

Мужчина пожал плечами.

— Ну, раз уж вы узнали, кто я, думаю, не имеет смысла отрицать это.

Бесс торжествующе посмотрела на Нэнси. Карсон Дру откашлялся.

— Если никому больше не нужна моя помощь, я продолжу обед, — извинился он.

— Я тоже, — подхватила доктор Хорделл. — Продолжайте понемногу пить холодную воду, и все пройдет, — добавила она, садясь за свой столик.

— Господин Брэккетт, я глубоко сожалею о случившемся, — еще раз извинился Шоун. — Вы даже не представляете себе, как мне жаль. Пожалуйста, дайте нам еще один шанс — нашему ресторану. Обещаю вам, что мы больше не допустим такого ужасного промаха. Я лично обслужу вас.

Румянец начал бледнеть на щеках Брэккетта.

— Думаю, я мог бы пойти вам навстречу, — согласился он, отхлебывая воду. — Я не собираюсь губить новые начинания ввиду недостаточности улик. А у вас тут очень мило. Кто занимался оформлением интерьера?

— Я, — с гордостью ответил Шоун. — Мне помогала Лорин, наша старшая официантка. Та самая, что обслуживала вас.

Брэккетт поморщился.

— Да, кажется, именно это имя было на груди женщины, принесшей мне ту ядовитую рыбу.

Нэнси заметила, что рыжеволосая официантка обслуживает другой столик. На мгновение Лорин обернулась и с любопытством посмотрела на происходящее за столиком Гарольда Брэккетта, но затем поспешно вернулась к работе.

«Лорин, — подумала Нэнси, беря официантку на заметку. — Может ли Лорин вредить работе ресторана? Она держала в руках рыбу после того, как ее приготовил Шоун. Но каковы же ее мотивы?»

Взглянув на часы, Нэнси обнаружила, что обеденный перерыв ее отца почти закончился. Она извинилась и вернулась за свой столик.

— Прости, папа, — сказала Нэнси, подсев к отцу. — А я-то думала, что мы сможем спокойно пообедать.

— Не знаю, не знаю, Нэнси, — добродушно возразил Карсон Дру. — Ты словно магнит притягиваешь к себе приключения. Если не ты их ищешь, то они сами находят тебя.

— По крайней мере, нельзя сказать, что я живу скучно, — засмеялась Нэнси.

— Нет уж, я бы ни за что этого не сказал, — усмехнулся отец, — Шоун, кажется, неплохой парень, — продолжал Карлсон. — Надеюсь, ему удастся сделать ресторан процветающим. Предыдущий владелец, видно, не смог добиться успеха.

— Какой предыдущий владелец? — удивилась Нэнси. — Ты что, уже бывал здесь? Карсон Дру кивнул.

— Да, много лет назад. Тогда это был известный французский ресторан. Он назывался «Ше Жак» — «У Жака». Но, к сожалению, обслуживание и кухня по какой-то причине пришли в упадок. Когда открылся «Сен-Тропез», все стали обедать и ужинать в нем. — Адвокат окинул взглядом зал. — Я и не знал, что это здание еще стоит. Интересно, когда же оно перешло к Шоуну?

— Именно это я должна узнать у Шоуна, — заявила Нэнси, быстро приподняв рыбу и удостоверявшись, что там нет возаби.

Нэнси отвезла отца обратно ка работу и до вечера не переставая думала об этом деле. Поведение этого преступника, или преступницы, было весьма дерзким. Чтобы приправить рыбу этой жгучей возаби, нужно было действовать быстро и именно в тот момент, когда никто этого не видел.

На данном этапе Лорин была подозреваемой номер один. Она могла сделать это. Но были ли у нее причины? Нэнси решила тем же вечером узнать о Лорин побольше.

Без четверти пять Нэнси ехала в своем синем «мустанге» обратно в «Аризона-Хаус». Как и просил Шоун, она надела черные зауженные брюки и темно-синюю тенниску.

Ресторан «Аризона-Хаус» был расположен в одном из самых престижных районов на окраине городка Ривер-Хайтса. В этой части города особняки стояли далеко от извилистых проселочных дорог. И одна из таких узких, вымощенных бревнами дорог заканчивалась у ресторана.

Второй раз за день Нэнси поставила машину на стоянку возле «Аризона-Хаус» и вошла в его парадную дверь. Теперь в ресторане царила совсем иная атмосфера: там было прохладно и тихо. Слышалось лишь позвякивание стекла и столового серебра — в опустевшем зале накрывали столы к ужину.

— Нэнси! — поприветствовал девушку Шоун, выходя из комнаты отдыха. — А я как раз доставал для вас из кладовки вот эти вещи. — Он протянул ей три целлофановых пакета. В них оказались хлопчатобумажная рубашка с бахромой, шейный платок и фартук, которые носили все официанты в «Аризона-Хаус». — Вы можете надеть все это в дамской уборной внизу, — подсказал Шоун, указывая Нэнси на несколько узких ступенек, ведущих вниз, справа от гардероба.

Нэнси только успела одеться, как в просторную, хорошо освещенную дамскую комнату, сияя рыжими кудрями, вошла Лорин. На лице старшей официантки выразилось изумление. Но его быстро сменило нескрываемое раздражение.

— И кто ж это взял тебя на работу? — возмутилась Лорин.

— Шоун. Сегодня днем, — ответила Нэнси.

— А почему меня не поставили в известность? — нахмурилась официантка.

— Я, право, не знаю, — как можно вежливее сказала Нэнси.

Лорин окинула Нэнси взглядом, и ее зеленые глаза сузились.

— Это ты обедала здесь сегодня? — спросила она.

— Да, — кивнула Нэнси. — Я обмолвилась, что ищу работу, и Шоун тут же принял меня. Очень любезно с его стороны, правда?

— Да уж, действительно любезно, — с сарказмом заметила Лорин. — Шоун — простофиля, каких свет не видел. Пожалуй, я немедленно поговорю с этим чудиком, — добавила она и выбежала, хлопнув дверью.

Нэнси последовала было за ней, но в дверях столкнулась с Бесс.

— Что ты ей такое сказала? — удивилась Бесс. — Она буквально изрыгает пламя.

— Ее не очень-то осчастливило известие о моем приеме на работу, — ответила Нэнси.

— Я тоже думаю, что не очень. Обычно она сама принимает и увольняет официантов, — пояснила Бесс, пожав плечами. — Лорин здесь что-то вроде управляющей кадрами.

— Я, пожалуй, поднимусь наверх и посмотрю, что там происходит, — извинилась Нэнси и выскользнула за дверь. Поднявшись по лестнице, Нэнси поискала глазами Лорин, но ее нигде не было видно.

— Ну что, Нэнси? — воскликнул Шоун, оторвавшись от книги учета заказов. — Готовы к выходу в свет?

— Вы говорили с Лорин? — прервала его Нэнси.

— Забудьте о ней, — отмахнулся Шоун. — Она иногда забывает, кто здесь главный. Я сказал ей, что решил подготовить еще одну официантку на случай, если нам понадобится помощь во время летнего наплыва посетителей. Ведь в ближайшие несколько месяцев все работники ресторана хотят получить отпуск.

— И вы остудили ее пыл? — усомнилась Нэнси.

— Она умчалась в ярости, — ответил Шоун. — Но ничего, переживет.

— А почему вы не сказали ей правду? — спросила Нэнси.

На лице Шоуна отразилось замешательство.

— Чем меньше людей будет знать об этом, тем лучше, — объяснил Шоун.

Нэнси не могла не согласиться с ним.

— Вы думаете, Лорин может оказаться виновной во всех этих бедах? — предположила Нэнси.

— Я не хочу так думать, — ответил Шоун. — Но считаю, что все возможно.

— У нее есть причины желать вам зла?

— Нет, — отрезал Шоун. — Безусловно, нет.

Шоун провел Нэнси по ресторану, представил ее официантам и официанткам, а также их помощникам. В комнате отдыха они столкнулись с барменом Роем. Шоун представил ему Нэнси, и девушка улыбнулась, приветствуя приятного мужчину в летах, с залысинами и округлым брюшком.

Теперь, когда ресторан был тих и пуст, Нэнси получила возможность внимательно осмотреть его. Следуя за Шоуном через зал, она снова обратила внимание на висевшие на стене живописные полотна.

— Почему вы выбрали именно эти картины? — спросила она, не в силах отделаться от мысли, насколько же некстати здесь эти полотна.

— Я купил их у моего друга, — коротко ответил Шоун.

Тут к ним присоединилась Бесс.

— Ну как? — поинтересовалась она.

— Чудесно, — кивнула Нэнси. — Я уже осмотрела все, кроме кухни.

— Бесс, а может, ты покажешь Нэнси кухню? — предложил Шоун. — Мне надо сделать еще кучу дел.

— Да, конечно! — согласилась Бесс. — Пойдем, Нэнси.

Бесс провела Нэнси через несколько вращающихся дверей в огромную, безупречно чистую кухню ресторана.

— Это единственное место в ресторане, которое избежало реконструкции, — доверительно сообщила Бесс. — Эта кухня была здесь с самого начала.

Бесс выдвинула ящик, наполненный вилками, ножами и ложками.

— Здесь столовое серебро, если оно тебе вдруг понадобится. — Затем она распахнула дверцы белого деревянного шкафа, особняком стоявшего у входа в кухню. — Здесь всякое белье: салфетки, скатерти, фартуки и все такое прочее. Но обычно этим занимаются помощники официантов.

Потом Бесс провела Нэнси на середину кухни. У самого большого из трех разделочных столов стоял невысокий седовласый человек и яростно мял тесто.

— Сейчас я представлю тебя величайшему брюзге во всем свете, — прошептала Бесс. — Приготовься!

Нэнси усмехнулась:

— Приступай.

— Джек! — позвала Бесс как можно более радушно. — Познакомься. Это Нэнси, наша новая официантка. А это Джек Генри, шеф-повар.

Джек посмотрел на Нэнси. В это мгновение девушке показалось, будто он сверлит ее пронизывающим взглядом своих черных глаз. Промычав что-то невнятное, повар вернулся к работе.

— Личностью с большой буквы его не назовешь, — прошептала Бесс. — Зато он готовит потрясающие десерты.

У другого стола стоял худощавый молодой человек в очках, примерно лет двадцати. Он подавал морковь в кухонный комбайн. Бесс остановилась возле него.

— А это Элиот Миффлин, — представила она. Помощник повара. Познакомься, Элиот, это Нэнси.

— Привет, — поздоровался Элиот.

— Привет, — ответила Нэнси. — Я вижу, вы научно подошли к этой операции, — добавила она, кивнув в сторону измельченной моркови.

— Да уж, я и есть господин Терка-Резка, — согласился он, нервно хохотнув.

— Элиот! — резко крикнул Джек, и в его грубом голосе послышался легкий французский акцент. — Принеси мне из буфета вишни в мараскине.

Кухонный комбайн мгновенно перестал жужжать.

— Сейчас! Мне надо было раньше это сделать, — пробормотал Элиот, вытирая руки фартуком, и выбежал из кухни.

— Он не напоминает тебе Белого Кролика из «Алисы в Стране Чудес»? — шепотом спросила Нэнси, когда девушки отошли в глубину кухни.

Бесс зажала рот рукой, чтобы не расхохотаться.

— Напоминает, — хихикая, согласилась она.

В глубине кухни, у черного хода, оказалась небольшая ниша. На стене ее висел металлический ящичек с пазами для карточек.

— Это карточки учета рабочего времени, — пояснила Бесс. — Шоун и тебе сделает карточку. Ты отмечаешь время прихода на работу, когда заступаешь на смену, и время ухода, когда идешь домой. И еще, ты должна пользоваться только черным ходом. Парадный подъезд — только для клиентов.

Нэнси слушала Бесс вполуха. Она вдруг почувствовала в воздухе запах, заставивший ее встрепенуться.

— Бесс, ты чувствуешь запах дыма? — спросила Нэнси.

— Но ведь это же кухня, — поддразнила Бесс. Она все же понюхала, и ее лицо посерьезнело. — Ты права, действительно неприятный запах.

— Джек! — позвала Нэнси, выскочив вместе с Бесс из ниши. — Джек! Ответа не последовало.

— О Господи! — вскрикнула Бесс. Девушки как вкопанные остановилась посреди кухни. Высокий шкаф для белья лежал на боку, охваченный ревущим пламенем.

Нэнси, не медля ни секунды, сорвала со стены красный огнетушитель. Она направила раструб на пламя и нажала на рычаг, но безрезультатно.

— Он пуст! — воскликнула Нэнси, отшвырнув огнетушитель. — Давай-ка выбираться отсюда! — упавший шкаф отрезал им путь в обеденный зал ресторана, поэтому Нэнси, схватив Бесс за руку, дотащила ее к черному ходу.

Бесс вырвалась вперед, устремившись к двери черного хода. Она схватилась за ручку и изо всех сил дернула ее, но дверь не поддалась.

— Нэнси! — закричала она, и в ее голосе послышалась паника. — Я не могу ее открыть! Нэнси рванула дверную ручку.

— Закрыто!

— О Боже! — простонала Бесс. — Мы в ловушке!