Прочитайте онлайн Чужой жених надолго не задерживается | Глава 5 Святотатство, или Оковы прочь

Читать книгу Чужой жених надолго не задерживается
3116+1175
  • Автор:
  • Язык: ru
Поделиться

Глава 5

Святотатство, или Оковы прочь

— Госпожа, туда не пробраться ночью. И закрывает святой отец все в своем сундуке, а ключ носит при себе. Как будем действовать?

— Не знаю, Грета. Все же воровство в храме — это святотатство. Тебе не стоит мне помогать. Не бери грех на душу. Надо будет позже оставить солидное пожертвование, — например, драгоценности не родной матери, а от нее девушке ничего не надо.

Ключ священник носит с собой, а она все же не воровка, не умеет вскрывать сундуки-сейфы отмычками, — мелькнула удручающая мысль.

— Что вы такое говорите? Я с вами. Мы должны действовать сообща. Я вас не брошу.

— А как ты себе это представляешь — пробраться в храм. Там включается защитный полог на ночь. Защита богини.

— Это-то как раз и понятно. Нужно пройти во время празднования святок Аэли. С помощью приходской книги с золотым освещенным крестом на обложке он благословляет прихожан. Народу будет много, никому не будет до нас дела.

— Ты забыла? Меня же все знают! Я — бывшая Арейская. И графиня с Алисией будут здесь. Думаешь, они меня не узнают?

— Дааа, — задумалась молодая женщина. — А может белила там, румяна купим. Все замажем и платье, какое прикупим, — с неуверенностью предложила Грета.

— А что? Хорошая идея! Ты молодец, Грета! Только не платье, а мужской наряд. Думаю, на новую девушку будут больше обращать внимание, чем на неприметного паренька, — в глазах появился азарт. Чувство неизбежности отступило, появилась улыбка на губах. — Как думаешь? Трудно попасть в служки к отцу Килию.

— Легко. Он еще на той неделе искал расторопного мальчишку. Я же послушала местных кумушек, не зря вы меня с собой взяли, — набивалась на похвалу женщина.

— Спасибо тебе большое. Что бы я без тебя делала? — обняла ее порывисто. Девушка действительно была благодарна судьбе за такого преданного союзника. И приятное тепло разливалось по всему телу, даря уверенность в будущем. Без нее у Амалии уже давно опустились бы руки.

И они приступили к выполнению задуманного.

* * *

— Малик! Поторапливайся! Работаешь второй день всего, а словно сонная муха. Еле двигаешься. Где тебя носит? — проворчал Отец Килий.

— Иду — иду. Вот пожалуйте, — поднял свои руки верх батюшка, ожидая, когда же этот нерасторопный юнец накинет на него праздничную, несколько громоздкую рясу.

— Что ты возишься? Быстрее! — гулко прозвучал голос из-под ″колокола″ одеяний. Даже зашевелился немного, где-то внизу.

Малик, казалось, появился очень вовремя, в преддверии праздника, когда предстояло много работы. Настоящий подарок небес, как мысленно назвал его Килий про себя. Про мальчишку он ничего не знал. В первый раз увидел перед собой вчерашним вечером. Его рассказ о погибших родителях показался отцу подозрительным, но делать нечего, пришлось взять под свое покровительство. Нехватка рабочих рук. Даже Мариза, жена Килия, работала не покладая рук в их небольшой церквушке. С мальцом он разберется позже, когда спадет праздничная лихорадка. Узнает, откуда тот взялся на самом деле, такой бледный и немощный. А как еще можно назвать паренька, который пару ведер с водой от колодца принести не может, вечно не доливает, а ведь надо торопиться. Лицо же будто в муке вымазано, волосы длинные для деревенского парня, но в то же время для девиц коротковаты. Одежда подходит под его россказни, а вот суть подкачала. Что же тут не так? Этой загадкой отец Килий займется позже….

Малик не дремал. Пока батюшка сражался с рясой и что-то бубнил себе под нос, парень шустро срезал с шеи священнослужителя шнурок с ключиком. Успел даже поймать его, пока он тот не зазвенел на каменном полу церковной обители.

Паренек был не рад, что попал в такое неурочное время. Всю ночь он трудился не покладая рук — Мариза постаралась, сразу пристроила его на работы. Спал от силы пару часов, перед рассветом, а потом его вновь растолкали. Скудно покормили и отправили помогать батюшке с одеянием. Это был его шанс.

Амалия, а это была именно она, в образе мальчика на побегушках, уже перестала надеяться на счастливое стечение обстоятельств. Потому в служки никто и не шел из деревенских — работы много, не платят, памятуя о безвозмездном отпущении грехов, кормят плохо — нечего услаждать живот на служении у богов. Амалия просто не выдержит новый рабочий день в таком темпе. Да еще и с гримом, который они с Гретой нанесли на ее лицо. Он постоянно грозился потечь. Родинку они скрыли под искусственным шрамом, слишком приметной та была. Скрыть то скрыли, и теперь девушке приходилось терпеть постоянный зуд. Не самое приятное ощущение. Постоянно одергивать себя за желание почесаться в том месте.

— Скажите спасибо, что парик не нужен, — проговорила Грета ей в тот момент. — У вас итак короткие волосы для госпожи, а вот для служки в самый раз.

На том и порешили. Туго стянули их небольшой бечевкой. Одежка оказалась на пару размеров больше, но это даже лучше — скрывались ее совсем не юношеские очертания в некоторых местах. На грудь повязали утягивающий лоскут и вот таким не хитрым способом, замаскировались. Очень надеялись, что этот образ лишь на короткое время и у них все получится. Не умываться несколько дней подряд, этак кто-нибудь заметит и заставит, а там уж…. Не надо объяснять, что произойдет.

Итак, ловкие руки уже схватили заветный ключик, появилась предвкушающая улыбка. Нужно пробраться к не менее заветному сундучку.

— Ну, где ты там? Давай помогай! — уже взвыл Килий.

— Да, да. Конечно. Вот сюда, — мужчина наконец-то вдел руки в рукава своей расшитой золотом рясы. Камни на ней блестели в свете восходящего солнца. Малику пришлось изрядно потрудиться, очищая их от скопившейся грязи и пыли поздним вечером.

— А теперь, пошли со мной. Мне нужна будет твоя помощь. Неси вон ту книгу, что лежит на столе за мной на высоко поднятых руках к алтарю. Там и оставишь. Стоять будешь рядом, далеко не отходи.

Амалия готова была взвыть от досады — книга была в ее руках! Почему она не заметила ее раньше?

— Давай-давай, поторапливайся! — смотря на опешившего от такой чести мальчишку, прикрикнул мужчина.

Так и прошествовал Малик под пристальным взглядом священника в разом притихшей толпе прихожан. Словно во сне, тот положил книгу на положенное место, и началось священнодействие. Молитвы разносились в гулком притихшем храме, запах ладана усиливался, а девушка-парень в одном лице прятала глазки в пол и изредка бросала взгляды на своих родственниц, спокойно внемлющих отцу-настоятелю.

Вдова Арейская и ее дочь Алисия, смотрелись величественно и статно. Темные одежды (траур по отцу еще не прошел) подчеркивали белизну их незагорелой кожи. Половину лица прикрывали вуали траурного цвета, дабы оставаться в печали без свидетелей. Они обе склонили головы в скорбном поклоне, так как именно сейчас читали молитву за упокой графа.

В толпе молящихся Амалия обнаружила тихо притулившуюся Грету, изрядно пополневшую, из-за обилия накладок под одеждой, с раскрашенным лицом матроны. Ее тоже не должны узнать общие знакомые. Она только вопросительно взглянула на свою маленькую госпожу, дождалась отрицательного ответа, увидела недовольно поджатые губы, чему-то кивнула и медленно стала продвигаться к чадящим свечкам у закрытого витражного окна. Никто не обратил на пятящуюся женщину внимания. Только Малик следил с опаской, незаметно, из-под опущенных ресниц. Опасаясь последствий, того что задумала эта бедовая помощница. Что она решила сделать?

Они, конечно, обсуждали возможные способы проникновения, но такого случай явно упустили из поля зрения.

Женщина, тем временем, подошла к свечам, словно поправляя покосившуюся, вытащила одну из них и стала отодвигаться к стене.

О, ужас! Она подожгла одну из расшитых шелковыми нитями занавесок…. А затем истошно завизжала!

— Пожар! — огарок свечи потух и оказался в необъятных одеяниях Греты. Все бросили взгляд на полыхающую занавесь, огонь с которой уже перенесся на гобелены, изображающие святых.

Высокий мужчина, больше похожий на кузнеца, опрометью выбежал во двор. Началась паника. Все торопились выбраться из помещения. Отец Килий только верещал в огромной зале, среди разбегающейся толпы. Затем опомнившись, схватил ковровые дорожки и принялся ими тушить пожар. Вернувшийся кузнец, а следом и еще пара расторопных мужиков, стали заливать, выплескивая на все горящие предметы прихваченную воду. Казалось — они справились. Открыли подкопченные окна, позволяя вырваться скопившемуся дыму из закрытого помещения. Слава Богам, огонь не успел распространиться далеко!

В этой суматохе никому не было дела до мальчишки, метнувшегося за книгой. Он прижимал ее к груди, как самую большую драгоценность.

Пока отец Килий благодарил своих помощников, успокаивал народ у ворот храма, мальчишка направился в комнату батюшки.

— Дорогие мои! Прошу не расходиться. Этот неприятный инцидент уже закончился, и мы продолжим священнодействие прямо здесь. У ворот храма, — предложил Килий, боясь потерять своих прихожан. — Мы встретим святки, не смотря ни на что. Я прочитаю, прерванную молитву и да начнется праздник! — вещал он, выглядывая в толпе своего помощника. Не нашел.

Мужчина не торопливо, приличествующим ему шагом, направился за своей книгой, во все еще дымное помещение, и какого же было его удивление, когда он не обнаружил там искомого предмета!

— Малик. Малик, — звал он своего помощника.

Малик-Амалия к тому времени уже отыскала нужную страницу и осторожно вырвала ее. Сложила небрежно и засунула за пазуху.

— Малик. Вот ты где? — она чуть не подпрыгнула от неожиданности. Батюшка взирал на него с любопытством. А он пытался скрыть книгу, лежащую на столе, своей неширокой спиной.

— Да, отец, — сказал он хриплым голосом. Прочистил горло и продолжил, — Что случилось? Там все закончилось?

— Да. Слава Аэли! Все хорошо. Ты не видел книгу? — беспокойно спросил Килий. — В этой толпе, ее кто-то прихватил. Не могу найти ее.

— Эээ. Она здесь, — отодвинулся, являя мужчине эту священную книгу. — Я испугался и взял ее. Не знал, куда спрятать, — незаметно выложил на угол стола и уже не нужный ключ.

— О! Ты молодец! Я то уж думал — украли! Молодец, что позаботился о ней, — хвалил мальчишку, батюшка, не переставая, — а теперь неси ее на улицу — придется продолжить там. Потом — начни прибираться внутри. Там много копоти и грязи, придется потрудиться, вычищая.

— Да, Отец. Уже иду, — Малик поднял тяжеленную книгу и пошел вслед за отцом. Передав ее с рук на руки, хотел уже скрыться — его миссия здесь выполнена.

— Малик, куда это ты направился? — зашипела ему на ухо Мариза. — Решил отлынить от работы? Пошли за мной. И умойся уже. Чумазый. Где только вымазаться успел?! — бросила она через плечо, направляясь к пустующему храму.

Амалии было совестно за попорченное имущество, но и второй день подряд она не намеревалась горбатиться здесь неемши и неспамши. А потому, вместо того чтобы пойти вслед за попадьей, девушка свернула в ближайшие кусты. Подальше от любопытных глаз.

Пробираясь сквозь колючий кустарник, она постоянно оглядывалась и буквально подпрыгивала от любого шороха. Девушка гордилась собой — она справилась с обстоятельствами и выкрала документ, подтверждающий ее замужество. Витые браслеты с кожи исчезнут, если муж не воспользуется своим правом в течение года. А уж в этом она постарается не уступить. Сначала ее нужно найти на просторах двух стран.

На следующий день, отец Килий обнаружил мешочек с драгоценностями в числе пожертвований (″Графиня постаралась″,- подумал он, а у кого еще есть такие суммы в свободном доступе). Его радости не было предела. Деньги ему очень пригодятся, тем более предстоит ремонт духовного храма, в связи с недавно прошедшим пожаром. Слава Богам — без жертв. Сбежавшего служку (наверно испугался предстоящей работенки) они так и не обнаружили, а значит, придется нанимать рабочую силу.