Прочитайте онлайн Четыре орудия убийства | Глава 1 КОМАНДИРОВКА

Читать книгу Четыре орудия убийства
2316+1125
  • Автор:
  • Перевёл: И. И. Мансуров

Глава 1

КОМАНДИРОВКА

Если бы 15 мая ему сказали, что на следующий день он окажется в Париже и будет свидетелем сенсационного убийства, которое назовут «делом о четырех видах оружия», то он решил бы, что его разыгрывают.

15 мая он сидел у окна за своим рабочим столом и с тоской во взоре смотрел на Саутгемптон-стрит. Он — это мистер Куртис-младший, или, как его чаще называли, «наш мистер Ричард», служащий адвокатской конторы «Куртис, Хант, Дарси энд Куртис». Рассматривая вид за окном, он размышлял о том, что тот, кто добровольно выбирает себе профессию юриста, заслуживает особого уважения. Ему повезло, что он младший партнер фирмы. Работы у него немного, и он мог позволить себе спокойно смотреть в окно.

Контора «Куртис, Хант, Дарси энд Куртис» состояла из отгороженных друг от друга крохотных комнаток-офисов. У посетителей складывалось такое впечатление, что для того, чтобы куда-то попасть, им надо было пройти через множество кабинетов. Все помещения конторы выглядели на один манер — серо, одним словом. Ну а смогли бы ее украсить сидящие в ней немолодые машинистки да картины бородатых джентльменов на стенах?

Мистер Ричард Куртис-младший испытывал жуткую тоску. Все ему здесь порядком надоело.

Если бы к нему направили посетителя, что случалось довольно редко, тот увидел бы перед собой степенного молодого человека в синем саржевом костюме, которого, казалось, ничего, кроме проблем клиента, не волнует. Делать вид, что он внимательно слушает посетителя, Ричард Куртис научился у отца — главы фирмы, такого же бородатого, как старцы на висевших в конторе портретах. Клиент и подумать не мог, что под деловыми бумагами, разбросанными на письменном столе Ричарда Куртиса, спрятан листок с первыми строчками его так и не завершенного стихотворения. Чтобы хоть как-то убить время, он сочинял «Оду весне». Это было все же лучше, чем до одури глазеть в окно, стонать от скуки или цепляться к старшей машинистке мисс Бридон.

Природа просыпается: деревья одеваются листвою изумрудною, и первоцветы чудные глаз радуют и дарят всем тепло и смех весенние…

Так что, если бы клиент узнал, чем занимается в рабочее время молодой юрист, он был бы сильно удивлен.

Ричард Куртис нахмурился. Ему представилось, что в его кабинет входит мужчина. Незнакомец в черном плаще, воротник поднят. Вид таинственный.

— Мистер Куртис, — говорит он, — у меня к вам задание. Говорить о нем буду быстро, поскольку за нами следят. Вот вам три паспорта и автоматический пистолет. Вам предстоит немедленно отбыть в Каир. Будьте предельно осторожны. За вами может следить мужчина с запонками в виде маленьких крестиков. По прибытии в Каир вы отправитесь на улицу Семи Кобр. Дом, в который вы должны войти, узнаете по…

Куртис прекрасно понимал: все, что он себе представил, — полная чепуха. Это только мечты. Но зато какие приятные!

— …и там вы встретите даму, — продолжал таинственный посетитель. — Надо ли говорить, что она будет красивой? Вот вам на текущие расходы тысяча фунтов…

И в этот момент в дверь кабинета Куртиса постучали. Обыденная реальность ворвалась в мечты. И это оказалась не прекрасная дама, а всего лишь мисс Бридон.

— Сэр, мистер Хант просит вас зайти, — отчеканила она.

Куртис поднялся из-за стола и безо всякого энтузиазма направился в кабинет начальника. Поскольку его отец уже не занимался делами конторы, Хант стал старшим партнером фирмы. Очень скоро молодой Куртис в нем разочаровался. Он многого ждал от Чарльза Грандисона Ханта, этого сухощавого и сурового вида мужчины. Надеялся, что тот будет поручать ему интересные дела. Однако надежды его не оправдались. Ходили слухи, что Чарльз Грандисон Хант человек скрытный. Поговаривали, что он обожает короткие шуточные стихотворения. Но Куртис не верил. Не верил точно так же, как и в появление загадочного незнакомца, способного выложить на текущие расходы тысячу фунтов. И тем не менее Ричард иногда представлял себе, как Хант говорит ему:

— Мистер Куртис, у меня к вам срочное поручение…

Он постучал в дверь и тут же услышал знакомый голос. У Ханта была оригинальная манера — перед тем, как что-то произнести, делать глубокий вдох.

Прижав подбородок к груди, он сидел за письменным столом и поверх пенсне смотрел на вошедшего Ричарда.

— Мистер Куртис, у меня к вам срочное поручение, — глубоко вдохнув, произнес Хант. — Вы готовы вылететь вечерним рейсом в Париж?

Куртису показалось, что он ослышался.

— Я?! — удивленно воскликнул молодой человек. Мистер Грандисон Хант смерил его взглядом и презрительно фыркнул.

— Нет, Ричард, это никуда не годится, — укоризненно произнес он. — У меня сложилось впечатление, что работа в «Куртис, Хант, Дарси энд Куртис» вас тяготит. — Хант сделал паузу, а потом добавил: — Ричард, скажите, только честно: вы считаете нашу контору стоячим болотом?

— Сэр, как еще это можно назвать? — невозмутимо спросил Куртис. — Я весь день сижу за этим проклятым столом…

— Совершенно верно, — прервав его, заметил Хант и словно в назидание поднял палец вверх. — У меня к вам еще один вопрос. Вы, наверное, знаете, что наши клиенты — члены известных английских семейств и что они проживают не только в Великобритании.

— Да, знаю. Поэтому…

— Ага! Поэтому вы и считаете нашу контору стоячим болотом?

На лице Ханта появилось то, что в другой ситуации можно было бы принять за улыбку.

— Сейчас, Ричард, — продолжил он, — времени вдаваться в подробности этого дела у меня нет. Однако то, что я вам сообщу, в корне изменит ваше мнение. Заниматься подобными делами одно удовольствие. На них всегда можно неплохо заработать. Англичане — народ консервативный. У них высокие моральные принципы. Поэтому среди них больше всего… Хм…

— Полоумных? — с детской прямотой полюбопытствовал Куртис. — Я тоже всегда так считал!

Хант наполнился праведным негодованием и от злости едва не зашипел, как раскаленный утюг. А может, как разозленная змея. Ричард не решил, чему отдать предпочтение.

— Я не это хотел сказать, — сдерживая гнев, ответил начальник. — У них в палате лордов сидят умнейшие люди. Их интеллектуальный уровень несравненно выше, чем у тех, кто заседает в палате общин.

Хант так распереживался, что от волнения снял пенсне.

— Знаю, вы скажете, что это еще ни о чем не свидетельствует. Согласен. И тем не менее я констатирую факт. Хотел бы заметить, что чем респектабельнее юридическая контора, тем сложнее в ней работать. Достаточно вспомнить случай, произошедший с великим доктором Сэмюелем Джонсоном. Однажды Босвелл спросил его: «Сэр, что бы вы сделали, если бы вас заперли в башне с ребенком?»

Вопрос, казалось бы, наиглупейший. Но я с этим не согласен. Босвелл был юристом и знал, о чем спрашивал. И вот в чем, молодой человек, особенность нашей работы: на вопросы, подобные этому, мы должны знать, как отвечать. При ведении дел клиентов мы можем оказаться в самых трудных ситуациях. Ну а сейчас перейдем к сути нашего вопроса.

— Слушаю, сэр.

— Я посылаю вас в Париж. Там живет наш клиент мистер Ральф Дуглас. Вы слышали о нем?

— Если он тот, о ком я думаю, то да, — ответил Куртис. — Вино, женщины и веселая жизнь. Не так ли? В прошлом году его Пиковая Дама завоевала Гран-при. По случаю победы мистер Дуглас…

— Да, устроил шумный банкет, — сурово заметил Хант и тихонько покашлял. — Но это в прошлом. Знаю, вы будете удивлены, но мистер Дуглас уже не тот безответственный молодой человек, каким был раньше. Он совершенно изменился! По просьбе своей будущей тещи он даже продал конюшню. Правда, его скаковых лошадей я так и не увидел. Это — спорт для членов королевских семей, а не для рядовых джентльменов. А у его будущей тещи, надо полагать, свои взгляды на скачки…

— Вы хотите сказать, что Дуглас влюбился и любовь его сильно изменила? — изумился Ричард.

— Именно это и произошло, — бросился на защиту клиента Хант. — В следующем месяце он женится на мисс Магде Толлер. И его тещей станет миссис Бенедикт Толлер. Не хочу, чтобы у вас, Ричард, об этой женщине сложилось неверное представление. Она далеко не старуха. Напротив, элегантна, следит за модой, многим интересуется. У нее свои взгляды на жизнь. Короче говоря, миссис Толлер — женщина в полном соку. Правда, из-за слишком длинного тонкого носа, который у нее еще к тому же немного вздернут — а это, я считаю, ненормально, — красивой ее назвать нельзя. Она придерживается… но это уже не важно. Она не хотела выдавать дочь за мистера Дугласа. У нее на примете была другая кандидатура. Полагаю, что это — мистер Брюс Дуглас, родной брат Ральфа. Жених он видный, состоит на дипломатической службе. Ее согласия на брак влюбленные добились с огромным трудом.

Куртис все еще не понимал, в чем заключается его задание.

— Ее согласия? — удивленно переспросил он. — А что, невеста Дугласа совсем юная девушка?

— Нет, — продолжал свое повествование Хант. — Но она настолько благоразумна, что считается с мнением матери. Мисс Магда Толлер — красивая девушка. У нее особая, чувственная красота. И опять, поймите меня правильно. То, что молодые люди друг друга любят, сомнений не вызывает. Но тут возникла проблема. И заключается она в некоей мадемуазель Роз Клонек.

— Прежняя пассия Дугласа? Я угадал?

— Да.

— И эта некая мадемуазель требует от него выкупа?

— Нет. — Хант открыл ящик стола, достал из него исписанный мелким почерком листок бумаги.

Пробежав глазами текст, он глубоко вздохнул и протянул письмо Куртису.

В верхней части письма стояла пометка:

«35, авеню Фош, пятница, вечер».

В послании говорилось следующее:

«Дорогой Хант!

Это уже моя третья попытка написать тебе и объяснить, что со мной произошло. Пишу письмо, а на второй-третьей странице понимаю, что ничего толком так и не изложил, рву его и начинаю новое.

Не знаю, что и делать. Я оказался в трудной ситуации и никак не придумаю, как из нее выпутаться. Мне нужен совет. Буду премного благодарен, если ты приедешь в Париж. Хотя бы на несколько часов. Я бы и сам прилетел в Лондон, но в Криллоне сейчас находятся Магда и миссис Толлер, и я не могу их оставить.

Тебе, наверное, известно, что пару лет назад я встретил красотку по имени Роз Клонек. Наша связь продолжалась чуть больше года. Я ей ни в чем не отказывал. Только не подумай, что я связан с Роз какими-то обязательствами. Клонек — кстати, она смешанных кровей: в ее роду были поляки и англичане — хорошо здесь известна.

До меня у нее была масса поклонников, но ни один из них не потратил на нее столько, сколько я. Потом я встретил Магду и к любовнице охладел.

А проблема моя такова. На окраине Марли я в свое время купил виллу и поселил в ней Роз. Это богатый дом, отделанный, как Трианон, красноватым мрамором. Настоящий дворец. Когда наши отношения прекратились, Роз оттуда съехала. С тех пор вилла пустует. Но теперь в ней происходит что-то странное. Связано это с моей бывшей любовницей. Об этих странностях я и хотел бы тебе рассказать. Полагаю, что это очень серьезно.

Надеюсь, ты сможешь найти время и приехать ко мне.

Ральф Дуглас».

Пока Ричард Куртис, нахмурившись, читал письмо, воображение его работало.

— Сэр, что он хочет этим сказать? — спросил он, закончив чтение. — Что его так тревожит?

— Не имею ни малейшего понятия, — сурово произнес Хант. — Поэтому я и хочу, чтобы вы отправились в Париж. Сегодня вечерним рейсом. Остановитесь в гостинице «Мерис». Я пошлю мистеру Дугласу телеграмму и сообщу, что завтра, а точнее, в десять утра вы ему позвоните. Это будет воскресенье. Его адрес и телефон я вам дам. Только, прошу вас, помните о вопросе, который был задан Босвеллом. Возможно, это дело не такое уж и важное. Кстати, у вас по этому письму будут вопросы?

— Да. А семейству Толлер известно о Роз Клонек? Хант так сморщился, словно у него разыгралась язва.

— Не знаю. Но думаю, что известно.

— А нам о ней что-нибудь известно?

— Пока нет. Я только знаю, что мистер Дуглас, как и большинство наших известных клиентов, содержал любовницу. Счет в банке позволял. Судя по всему, дама имела страсть к драгоценностям. Кстати, Ричард…

Хант внимательно посмотрел на Куртиса и, сделав глубокий вдох, продолжил:

— Скажите, вы когда-нибудь слышали о джентльмене по фамилии Банколен?

Куртис напряг память. Фамилия показалась ему знакомой.

— Вы имеете в виду легендарного французского детектива? Насколько мне известно, после политического скандала, разразившегося во Франции пару лет назад, он ушел в отставку. Но Банколен был таким великим сыщиком, что о нем и по сей день помнят.

— Да, это он, — уперев взгляд в потолок, ответил Хант и восторженно произнес: — Анри Банколен! Я хорошо знал его и всегда преклонялся перед его талантом детектива. За его суровой внешностью скрывался неистощимый юмор. Выпив в компании, он любил попеть. Особенно в квартете. У него красивый бас. Да, он ушел в отставку…

— Это плохо, — заметил Куртис.

— Да, — согласно вздохнул Хант. — Мне говорили, что он совсем отошел от дел. Я хорошо помню его мефистофельские усы и белый галстук. Он полагал, что усы помогают ему в работе. Слава богу, выйдя в отставку, он не занялся разведением роз. Большую часть времени Банколен проводит на рыбалке или охоте. У него это неплохо получается. Так вот, о сути дела…

Он кашлянул, словно извиняясь за очередное отступление от темы, и продолжил:

— На полицию Банколен не работает, но у него там много знакомых. Это может оказаться полезно для нас. Ричард, вы меня слышите? — вопросил Хант, заметив, что взгляд младшего партнера солидной юридической фирмы «Куртис, Хант, Дарси энд Куртис» стал каким-то отстраненным, словно молодой человек пребывал где-то далеко, но только не в стенах кабинета своего начальника. — Через Банколена можно узнать все, что полиции известно о мадемуазель Роз Клонек. Передадите ему от меня письмо. Его адреса я не знаю. Но если вы обратитесь к господину Брилю, шефу службы безопасности, здание которой расположено на набережной Орфевр, и представитесь ему, то он подскажет, где сейчас проживает Банколен.

Хант, сухощавый, маленького роста мужчина, поднялся из-за стола. Его волосы, разделенные пробором, очень напоминали парик.

— Вот и все, Ричард, — подытожил он. — Доверяю вам это дело и надеюсь, что репутацию адвокатской конторы «Куртис, Хант, Дарси энд Куртис» вы не уроните. Как только встретитесь с мистером Дугласом, сразу позвоните мне. Если дело действительно серьезное, я к вам присоединюсь. Я буду готов вылететь в Париж в любую минуту… Ричард, подождите!

Куртис, уже подходивший к двери, обернулся:

— Да, сэр?

— Интересно, вы когда-нибудь слышали это? — спросил его Хант и унылым голосом ученика воскресной школы пропел:

Одна девчушка из Гонконга…

Вернувшись на свое рабочее место, Куртис с трудом удержался, чтобы не нагрубить вошедшей к нему в кабинет мисс Бридон. Он никак не мог поверить в то, что наконец-то у него появилось дело.