Прочитайте онлайн Черная моль | Глава 26

Читать книгу Черная моль
2018+2864
  • Автор:
  • Перевёл: Наталья Рейн

Глава 26

МИЛОРД СПЕШИТ НА ВЫРУЧКУ

Милорд громко зевнул и выронил из рук «Спектейтор»[52]. Поднял глаза к часам и с неудовольствием отметил, что стрелки показывают половину шестого. Вздохнул и взял со стола «Рэмблер».

Хозяин с хозяйкой уехали к кому-то в гости и он не ждал их скорого возвращения, а потому, естественно, был далеко не в восторге от перспективы — ожидавшего его пустого и скучного вечера. Леди О’Хара пыталась уговорить его поехать с ними, заверяя, что там Джек не встретит ни одного знакомого человека, но он был непреклонен и отказался решительно и бесповоротно. Миледи надула губки и, ворчливо заметив Карстерсу, что более упрямого и тяжелого мужчины ей еще встречать не доводилось — не считая мужа, разумеется, который весь день только и знает, что выводит ее из всякого терпения — наконец сдалась, сказала, что прекрасно понимает Джека и даже позволила поцеловать ручку на прощание. Что милорд и исполнил со всем усердием, а потом еще долго махал карете вслед с крыльца. Вернувшись в опустевшую гостиную, он решил скоротать время до обеда за чтением двух свежих номеров «Спектейтора» и собственными мыслями. Обед, как выяснилось, сегодня несколько задерживался — повариха угорела.

Мысли Джека далеко не веселы, казалось, все в мире опостылело. И он пытался сосредоточиться на журнале, тоже, на его взгляд, совершенно неинтересном. Солнце уже садилось, скоро стемнеет и станет невозможно читать, а свечи еще не принесли. Устав от чтения, милорд решил немного вздремнуть, прямо в кресле. Храпел он при этом или нет — неизвестно. Но не прошло и четверти часа, как дворецкий разбудил его волшебными словами:

— Обед подан, сэр.

Карстерс лениво поднял голову.

— Что ты сказал, Джеймс?

— Обед подан, сэр, — повторил дворецкий и распахнул перед ним дверь.

— Наконец-то! Рад слышать это.

Милорд лениво поднялся и поправил галстук. И хотя обедать предстояло в одиночестве, внимательно оглядел и оправил свой туалет и сбил щелчком пальца пылинку с широкой манжеты, отделанной кружевом.

Затем через обшитый дубовыми панелями холл проследовал в столовую и уселся.

Шторы на окнах были задернуты и комнату освещали свечи в изящных серебряных канделябрах, отбрасывающие мерцающие блики на белую дамастовую скатерть и сияющее серебро. Ему поднесли блюдо с рыбой, и милорд позволил положить кусочек себе на тарелку. Дворецкий хотел знать, что он будет пить: кларет или бургундское? А может, эль? Мистер Карр решил в пользу кларета. Затем внесли говяжье филе, и милорд взял изрядную порцию. Потом последовала череда других блюд: куропатки, цыплята, утка, огромный ломоть ветчины, печенье, взбитые сливки.

Милорд не спеша и с удовольствием ел, отдавая должное всем этим яствам.

Дворецкий желал знать: возможно, мистер Карр выпьет все же стаканчик бургундского? На свет Божий явилась запыленная бутылка. Милорд обследовал ее через лорнет и одобрил. Он сидел, медленно потягивая вино, и взмахом руки велел унести ветчину.

Тут перед ним явилась новая чреда блюд, в том числе засахаренные фрукты и суп, а у локтя возникла тарелка с весьма упитанными голубями.

Одного уже переложили к нему на тарелку, и он, взяв вилку и нож, уже приготовился разделать птицу, как вдруг внизу послышался какой-то шум, зазвучали сердитые голоса, среди которых он различил один особенно пронзительный и настойчиво требующий мистера Карра или мистера Майлза. Милорд отложил вилку и нож и поднялся.

— Похоже, спрашивают меня, — пробормотал он и направился к двери.

Она тут же перед ним распахнулась и он, оказавшись в холле, увидел мистера Болея — тот налетел на молодого лакея, отказывающегося пропустить его в столовую. При виде Карстерса он вздрогнул и отступил. Надо сказать, что выглядел он чрезвычайно возбужденным и взволнованным.

— Слава Богу, вы здесь, сэр! — воскликнул мистер Болей.

Карстерс смотрел на него с удивлением. Манеры мистера Болея всегда отличались такой сдержанностью…

— К вашим услугам, сэр, — поклонился он. — Вы искали именно меня?

— У нас ужасное несчастье! — простонал мистер Болей. — Меня послала Бетти… срочно отыскать вас… или, если вас не будет, то мистера Майлза… потому как никто другой нам не поможет!..

Карстерс насторожился.

— Несчастье? Надеюсь, не… Впрочем, простите, что это я… Идемте, здесь нам будет удобнее, — и он провел гостя в маленькую гостиную. Болей сунул ему клочок бумаги.

— Сегодня утром Диана отправилась на прогулку верхом, а вернулась… только лошадь… И вот что было привязано у нее к седлу! Прочтите, сэр! Читайте же!

— Диана! — Карстерс подошел к столику, на котором стояла свеча, и пробежал глазами послание.

Оно было довольно кратким и, что называется, по существу.

«Возможно, мистер Болей помнит некоего мистера Эверарда из Бата, чье внимание к мисс Болей осталось тогда безответным. А потому он решил взяться за дело более энергично и рассчитывает продолжить знакомство с мистером Болеем в самом ближайшем будущем, когда мисс Болей станет «миссис Эверард», на что последний имеет смелость рассчитывать».

Джек яростно смял бумажку в ладони, стиснул зубы и выругался.

— …наглый мерзавец!

— Да-да, сэр, именно! Но что ждет мою дочь? Я отправился прямо к вам, поскольку сестра убеждена, что вы хорошо знаете этого Эверарда и можете сказать, где их найти.

Карстерс опустил руку ему на плечо.

— Не сомневайтесь, мистер Болей! Даю слово, мы найдем ее сегодня же!

— Так вы знаете, куда он ее повез? Знаете? Вы уверены?

— К себе в логово, готов поклясться! Он всегда поступает так, — подойдя к двери, Карстерс распахнул ее и начал отдавать четкие краткие распоряжения лакею. — Велите оседлать мою кобылу, чтоб была готова через десять минут! И еще Голубого Дьявола, запрячь его в парный двухколесный экипаж хозяина! Ну, что стоите? Ступайте! И пришлите мне Солтера!

Лакей отправился исполнять распоряжения, заметив перед уходом, что Солтера дома нет.

Тут Карстерс вспомнил, что сам отпустил Джима в Фиттеринг к Мэри и испустил еще одно проклятие. Затем взлетел вверх по ступенькам, за ним, запыхавшись, поспешил мистер Болей.

Оказавшись у себя в комнате и натягивая сапоги для верховой езды, Джек успел задать ему несколько вопросов.

Мистер Болей пересказал всю историю, не преминув мрачно заметить, какие отличные рекомендации получил Харпер от сэра Хью Грэндисона.

Джек, натягивая второй сапог, фыркнул.

— От самого Трейси, это ясно! — заметил он и нацепил шпоры.

— Но, умоляю вас, мистер Карр, кто же он, этот негодяй? Вы и правда его знаете?

— Андовер, — коротко бросил Джек и нырнул в гардероб. — Будь он проклят, этот парень, куда он засунул сюртук? — последнее относилось не к герцогу, но к отсутствующему Джиму.

— Андовер? Но… не герцог же? — воскликнул мистер Болей.

— Другого я не знаю! Ну, слава тебе Господи!

Вынырнув из шкафа, он швырнул на постель тяжелый сюртук из плотной ткани.

— А теперь, сэр, прошу вашего внимания, на минуту…

Прицепляя шпагу, он, не глядя на собеседника, объяснял:

— Трейси наверняка увез Ди… то есть мисс Болей в Андовер-Корт, это в семи милях к юго-западу от Уинчема. Ваша лошадь, как я полагаю, притомилась. — (Он хорошо знал лошадь мистера Болея.) — Я приказал запрячь для вас легкий экипаж. Сам поскачу верхом, так будет быстрее, времени терять нельзя.

— Герцог Андоверский! — перебил его мистер Болей. — Герцог Андоверский… Но зачем ему понадобилось жениться на моей дочери?

Джек коротко и злобно рассмеялся.

— Ах, да по той же причине, по какой он женился на всех других!

Мистер Болей растерянно заморгал.

— Но, сэр!.. Как можно говорить такое!

— Очевидно, вы и понятия не имеете, что за персона его светлость. Но, может, слышали о Дьяволе Бельмануаре?

Тут маленький человечек побледнел.

— Боже милостивый, мистер Карр! Неужто это он и есть?

Карстерс взял шляпу и хлыст.

— Именно, мистер Болей, он и есть. Теперь, надеюсь, вы поняли, почему нам надо спешить?

Мистер Болей засуетился.

— Едем же, мистер Карр! За ними, скорее!

— Как раз это я и намереваюсь сделать. Надеюсь, вы не будете сильно отставать?

— Да-да, сэр, я поспешу, но только умоляю, не медлите! А мы успеем в Андовер… вовремя?

— Я полагаю быть там ночью, — последовал мрачный ответ. — А вы? Вы знаете дорогу?

— Найду! Только идемте скорее, мистер Карр! Не будем терять времени, заклинаю!

Джек влез в сюртук для верховой езды, надвинул шляпу на голову и сунул под мышку шпагу герцога. Сбежал по лестнице, прыгая сразу через три-четыре ступеньки, и поспешил к воротам, у которых уже стоял конюх, держа Дженни под уздцы. Карстерс взлетел в седло. Кобыла забила копытом, так и горя нетерпением пуститься вскачь, но он придержал ее твердой рукой и обратился к конюху:

— Отвезешь мистера Болея в Андовер-Корт, как можно быстрей! Это вопрос жизни или смерти. Дорогу знаешь?

Конюх был удивлен.

— Очень приблизительно, сэр.

— Ничего, мистер Болей знает. И смотри, мчи во весь опор, парень! Сэр Майлз возражать не будет. Понял?

Слова Джека были в доме О’Хара законом.

— Да, сэр, — ответил конюх и притронулся к шляпе.

Не успел он вымолвить эти слова, как кобыла рванула с места и в следующую секунду и она, и ее всадник, растворились в сумерках.

— Будь я проклят… — пробормотал конюх и направился к карете.

Дженни мчалась галопом через вересковую пустошь. Она летела, как ветер, и, казалось, заразилась нетерпением от своего хозяина. Он низко пригнулся к ее шее, придерживая одной рукой шпагу герцога и управляя другой — так они проскакали мили три. Затем, желая сберечь силы перед долгой дорогой, он немного придержал Дженни и она перешла на легкий галоп. Кобыла была в прекрасной форме и так и стлалась над землей размашистым шагом. И, хотя была слишком хорошо вымуштрована, чтоб ослушаться хозяина, по легкому пряданию ушей Карстерс догадался, что ей так и не терпится проявить себя в полную силу. Они свернули на ту самую дорогу, по которой сегодня днем ехала Диана. Дженни легко и стремительно летела вперед, поглощая ярд за ярдом. Вот они свернули с дороги, промчали через поле, оказались на другой, ведущей к западу. На пути гребнем встал кустарник, но кобыла, грациозно подобрав ноги, перемахнула через препятствие, словно птичка, и снова пустилась вскачь по дороге.

Ее чуткие уши прислушивались к каждому звуку, в том числе и шепоту Джека, который еле слышно приказывал ей:

— Потише, Дженни! Не спеши, малышка!

Она вся так и дрожала от возбуждения, но, подчиняясь его воле, затрусила медленней, и так продолжалось с полчаса.

Карстерс ритмично поднимался и опускался в седле, стараясь не задевать шпорами ее лоснящиеся бока. Было уже, наверное, около семи, и Джек озабоченно сдвинул брови. Дженни, конечно, сделана из стали и быстра, точно молния, но выдержит ли она? Ведь он еще никогда не испытывал ее на таких расстояниях. Однако сейчас была дорога каждая секунда — надо попасть в Андовер пока еще не слишком поздно.

Если Трейси захватил Диану где-то в четыре или около того, тогда тяжелой карете потребуется, минимум часа четыре, чтобы добраться до Андовер-Корт. Дженни может преодолеть это же расстояние часа за два с половиной с короткими передышками, а значит, он должен прибыть туда ненамного позднее их.

Мысль о Диане, оказавшейся в руках этого негодяя, мучила Джека несказанно — Диана в страхе, Диана в отчаянии… Совершенно неосознанно он вдавил шпоры в гладкие бока лошади и Дженни снова пустилась стремительным галопом. Казалось, она так и плывет над землей. Карстерс старался не понукать ее, слегка придерживал поводья, а в остальном целиком положился на ее силу и волю. И они мчались вперед, то по усыпанным листвой дорожкам, то через поля и буераки. Недаром целых два года изучал эти края Карстерс — он ни разу не ошибся, зная, куда именно свернуть, ни на минуту не сомневаясь, что придерживается верного направления. Все вперед и вперед, мимо спящих деревень и безлюдных полей, густых лесов, вверх по холму и вниз, в долину, не выпуская из рук поводья, не сводя глаз с дороги, что простиралась перед ними, лишь изредка поглядывая по сторонам в поисках нужного поворота или объезда.

Примерно через час такой скачки заныло плечо — напомнила о себе рана. Но он лишь плотней сжал губы и продолжал скакать.

Кобыла попала копытом на камень и споткнулась. Рука Джека удержала ее в ритме, мускулы на ней вздулись, голос хозяина подбодрил Дженни и она продолжила путь. На этот раз она не противилась, когда Джек пытался придержать ее. Он еще ниже пригнулся к дымящейся от пота шее и что-то ласково и еле слышно шептал ей на ухо.

Дженни ответила низким переливчатым ржанием. Она никак не могла понять, зачем он заставляет ее так долго мчаться легким галопом сквозь непроницаемую ночную мглу, что окружала их со всех сторон. Однако она понимала — таково желание хозяина. И похоже, он ей доволен. Она и дальше бы мчалась с той же быстротой, но он заставил ее пройти шагом минут пять, пока они не оказались возле пустоши, которую он хорошо знал. Было уже совсем поздно, и Джек тронул бок кобылы коленом, призывая ее показать, на что она способна, и побуждая перейти в галоп. Снова пригнулся к гриве, всматриваясь в непроглядную тьму. Перед ним простиралась равнина, покрытая мелкорослым кустарником, и Дженни ринулась вперед, удвоив скорость.

Рукой и голосом он подбадривал ее и так они мчались и мчались. Было уже, должно быть, половина девятого, и Карстерс знал, что оставшееся расстояние они могут преодолеть за час. Карета с герцогом уже, должно быть, прибыла, о том, что может произойти с Дианой дальше, он старался не думать.

Прошло еще полчаса, и Джек услышал, что дыхание Дженни стало прерывистым и учащенным и снова немного придержал ее. К этому времени они уже съехали с вересковой пустоши на дорогу, которую он прекрасно помнил и знал, что находится теперь примерно в десяти милях от Уинчема. Еще миль пять, если по прямой. Он понимал, что Дженни необходимо дать передохнуть, а потому натянул поводья и спешился.

Ноги Дженни дрожали, по шелковистой шкуре катился пот. Она уткнулась носом ему в ладонь. Джек нежно потрепал ее по шее, почесал за ухом и тогда она, ласково облизав ему лицо, задышала ровнее.

И снова он оказался в седле, и снова летели они во тьме, пожирая мили.

Оставив Уинчем справа, Карстерс свернул на запад, а потом — на северо-запад. Дорога пошла на подъем, до Андовера оставалось две мили…

Дженни снова споткнулась и перешла на шаг. Хозяин потрепал ее по гриве и она опять прибавила ходу.

Он понимал, что силы ее почти на исходе, но продолжал гнать вперед. Она покорно подчинялась его руке, хотя дыхание вырывалось уже со всхлипыванием и свистом, а глаза налились кровью.

Наконец впереди показались высокие железные ворота, наглухо закрытые. Джек остановил лошадь и пошел пешком, отыскивая в изгороди лазейку, через которую могла бы протиснуться Дженни.