Прочитайте онлайн Часовая битва | ГЛАВА 11 ЗОДЧИЙ КРУГ

Читать книгу Часовая битва
7716+89052
  • Автор:
  • Язык: ru

ГЛАВА 11

ЗОДЧИЙ КРУГ

«Зеленый ларец» остался прежним. Нортон Огнев помнил его именно таким — небольшим, уютным домом с широкой верандой над обрывом, густо поросший плющом, с короткой лестницей, ведущей на крыльцо.

Столько раз он приходил сюда, ступая по заросшим мхом и травой ступеням. Сколько хорошего случилось здесь, сколько прошло радостных, счастливых минут. Как чудесно быть молодым и беззаботным — впереди столько времени, что можно не беспокоиться о будущем, не вспоминать слишком часто прошлое, а просто жить, жить и жить в настоящем…

Нортон-старший невольно задержался на крыльце, любовно проведя рукой по листьям плюща, вспоминая давние радостные часы. И лишь затем, толкнув дверь, зашел внутрь.

В небольшой печи полыхало яркое пламя, отчего комната казалась уютной, даже несмотря на отсутствие мебели.

Заслышав скрип открываемой двери, мужчина, греющий руки у огня, едва повернул голову.

— Я так и знал, что найду тебя здесь, Лазарев.

Тот не спеша встал, выпрямился. Ухмыльнулся. В отличие от Нортона Огнева, прибывшего в дорогом, парадном костюме, он был одет просто — в льняную рубаху и рабочий комбинезон. На столе валялись какие-то бумаги, чертежи, с краю стояла грязная тарелка с недоеденным куском хлеба и пустая чашка — по всей видимости Лазарев приехал еще утром.

Отец Василисы не спеша прикрыл дверь, задвинул замок на внутренний засов. Потом передумал и снова открыл. Развернулся, подошел к столу, мельком оценив беспорядок, чему-то усмехнулся и лишь затем повернулся к Лазареву.

Какое-то мгновение мужчины молча оценивали друг друга.

— Я ждал тебя, Нортон, — первым отозвался Лазарев. — И все же я удивлен, что ты переступил через свою гордость… и снизошел до встречи с бывшим другом-ремесленником.

— Я готов признать, что ты был прав, — сдержанно произнес Нортон-старший, проигнорировав ироничное замечание собеседника. — Не следовало забирать дочь из остальского мира… Я вернулся в эту параллель, и все произошло так, как и было предсказано Лиссой… Она погибла, а я… мне пришлось это пережить.

Он горько усмехнулся.

— Не стоило связываться с Еленой, — пробурчал в ответ Лазарев. — Но теперь ничего не поделаешь… Нельзя изменить целую временную параллель.

— Иногда можно.

Нортон Огнев взглянул на бывшего друга, шагнул к камину и присел на расстеленную овечью шкуру, небрежно подогнув брючины. В его глазах заплясали отсветы каминного огня.

— Ты не знаешь, сколько ночей провел я в раздумьях, что мне с ней делать, — вновь заговорил он. — Я ненавидел ее всей душой. Тяжело принять, что твоя дочь в скором времени разрушит твою судьбу. Чем лучше знаешь свое будущее, тем труднее его изменить.

— И ты, как всегда, решил взять ситуацию полностью под свой контроль. — В голосе Лазарева вновь проскользнула ирония, и Нортон Огнев нахмурился.

— Вот именно, — холодно произнес он. — Астрагор сообщил мне в тот роковой день, что я погибну от рук дочери. Я видел этот момент своими глазами. Все сходится до мельчайших подробностей: черноключница, часовой флер… Часовая стрела в руках. Да, я надеялся, что ничего этого не будет. Но сначала она получила высшую степень часодейства, потом встала в Часовой Круг с ЧерноКлючом. Алый Цветок, синяя искра. Часофлер, тиккеровка. И вот — она уже ученица Астрагора. И Лисса… погибла. — Нортон Огнев издал глухой стон. — Я пытался изменить судьбу, но проиграл!

— Возможно, пора смириться с мыслью, что это не твоя судьба, — резко произнес Лазарев. — Прости за прямоту, но ты создал столько временных параллелей, что, похоже, сам запутался в них.

— Я должен решить, что делать, — продолжил Нортон словно в забытьи. — Астрагор был прав, а я… повел себя глупо и предсказуемо. Мне следовало быть жестоким в самом начале. Следовало хотя бы не допустить ее на Эфлару…

— Ты не должен вмешиваться в судьбу дочери, — вдруг раздался голос у него за спиной.

Астариус вышел из темноты угла, где скрывалось старое, потрескавшееся от времени зеркало для переходов.

— Не мешай ей сделать собственный выбор, — добавил он мягче. — Пусть Василиса примет самостоятельное решение. Без всякого давления с нашей стороны… И особенно с твоей, Нортон.

— И позволить ей убить себя? — саркастически поинтересовался тот.

Астариус усмехнулся в усы. Щелчком пальцев он вызвал появление кресла и с большим удовольствием уселся в него, закинув ногу на ногу.

— Прошу простить, я шел издалека и немного устал, — произнес он. — Не отказался бы от чашечки чая, дорогой мой друг.

Лазарев кивнул, навел часовую стрелу на пустующую чашку — и та вдруг наполнилась горячим, душистым чаем. Астариус взял ее, поблагодарил, отпил глоток, одобрительно прицокнул языком и лишь затем продолжил:

— Помнишь ли ты, Нортон, как все начиналось? Мы специально выбирали в ключники сирот, детей из неполных семей. Людей, наименее зависящих от прошлого, почти не имеющих близких, как можно меньше связанных со своей параллелью. Тех, кто смог бы уйти в любую минуту. Ставку делали на самых сильных: «Серебряный, Бронзовый и Золотой будут соперничать между собой…» Кто-то из них должен был встать против Астрагора.

— Изначально никто не ставил на Василису, — произнес Лазарев. — Но столько удивительных, знаковых примет разом: высокое часовое посвящение, ЧерноКлюч, который покорился. А затем — синяя искра, часовой флер. Все мы знаем, какое большое значение для моделирования будущего имеет правильное толкование знаков. К тому же нам известно, в отличие от Астрагора, КТО первым взял в руки чашу Алого Цветка…

— Но есть и другая ветвь судьбы, — угрюмо вмешался Нортон-старший. — Проклятье ЧерноКлюча, постоянная угроза, неясная нить жизни. Та самая нить, которая, согласно Клубку Времени, найденному Мираклом в Расколотом Замке, вскоре должна оборваться, если Василиса продолжит нашу игру как главный претендент. Двух, а возможно, что и трех ключников зачасовали, — вдруг повысил он голос. — Без вести пропавший Фэш Драгоций, Ярис Чаклош, который просто оказался в ненужном месте и времени, и Маркус Ляхтич, глупый и амбициозный дурак, принесший Алый Цветок великому Духу Осталы. Златоключник получил жестокую награду, потому как даже не подозревал, что показал себя главным конкурентом в борьбе за трон Времени… Но что будет, если Астрагор узнает, кто на самом деле сорвал Алый Цветок? Поэтому я голосую за то, чтобы вывести из борьбы Василису Огневу. Раз я ввязался в это дело, пришел в эту проклятую параллель, где должно проявиться новое Время для Эфлары и Осталы, то, если не уничтожу Астрагора, хотя бы спасу от него свою дочь!

— Я согласен, что надо придумать новый план, — кивнул Лазарев. — Заново расставить игроков на поле… Астрагор разгадал нашу старую стратегию и забрал девочку к себе. Уверен, что сейчас он посмеивается над нами… Признаться, я и сам подумываю все чаще, не ошиблись ли мы, доверив судьбу Эфлары умной, отважной, решительной девочке, но все же слишком юной и не имеющей большого опыта в часодействе?

Астариус неопределенно качнул бородой и, сделав большой глоток, с сожалением поставил чашку на стол.

— Хочу напомнить, что победить старое Время сможет тот, кто не привязан к судьбе родственными узами…

— Другими словами, — перебил Нортон-старший, — Василисе придется укокошить родного отца, а заодно брата и сестру, чтобы исполнить предначертанное?

— Ты не дослушал, — вежливо заметил тот, не замечая яростного взгляда Огнева. — У нас есть другие кандидатуры… И все же я по-прежнему верю Василисе.

— Дорогой Астариус… Или лучше называть тебя другим именем, уважаемый часодей? — Нортон-старший осклабился, но тут же вновь посерьезнел. — Ты сам веришь в то, что говоришь? Василиса против Астрагора? Представляю, как бы расхохотался Дух Осталы, услыхав такое заявление. Ключники погибли: Фэш Драгоций, Маркус Ляхтич, Ярис Чаклош. Я не хочу рисковать своими детьми — Василисой, Нортом и Дейлой. Хватит! Пусть слепая Агата продолжает разговаривать со звездами, пока окончательно не сойдет с ума, но ее пророчество вряд ли сбудется.

— Нам всем лучше сохранять спокойную голову на плечах, — вмешался Лазарев. — Во-первых, слепая Агата говорила о неком роковом моменте, в который все решится. Не было точного пророчества. Речь шла о противостоянии между старым и юным… К тому же у нас есть реальный сирота — Маар Броннер. И это сильный игрок — способный, умный, сообразительный.

— Это всего лишь мальчишка, — презрительно отозвался Нортон-старший.

— Я вижу, ты совсем приуныл, мой надменный друг, — прищурился Лазарев. — Не хочешь ли ты чаю? Извини, но твоего любимого кофе здесь нет.

— Я пью только один сорт кофе, — сердито отозвался Нортон-старший. — И он тебе не по карману, мой легкомысленный бывший друг.

Лазарев саркастически фыркнул, по-видимому отметив то особое ударение на слове «бывший», сделанное отцом Василисы.

Вновь скрипнула дверь, впуская прохладный ночной воздух и монотонный перестук едва начавшегося дождя.

В дом вошел Миракл. Его темный дорожный плащ успел намокнуть, и он, приветливо кивнув собравшимся, поспешил к камину.

— Ну вот наш Зодчий Круг почти в сборе, — подытожил Астариус. — Не хватает только великого Духа Осталы. — Он улыбнулся в усы. — Но думаю, он не придет. Открытая борьба никогда не входила в его планы.

— Будем надеяться, что он давно забыл дорогу в наш тайный орден. — Миракл тоже плюхнулся на шкуру возле печи и протянул к огню озябшие руки. — Холодновато сейчас в горах, — пожаловался зодчий. — Тропинки размыло, везде моросит… А крылья быстро тяжелеют в такую погоду… Добирался долго, поэтому прошу извинить за опоздание. Но я принес отличные новости.

Все, даже Нортон-старший, повернули к нему головы.

— Речь идет о нашей маленькой беглянке, — не стал тянуть Миракл. — Астрагор дал добро на новый поход в Расколотый Замок. Думаю, нам следует хорошенько подготовиться, если мы хотим…

— Заменить игрока, — подсказал Лазарев. — Давайте решим голосованием, ставим ли на Маара Броннера?

Все, кроме Астариуса, подняли руки.

— Если уважаемое собрание не против, я воздержусь. Да и мой голос не повлияет на исход голосования, не так ли?

— В таком случае принято решение забрать Василису из Змиулана, — сухо подытожил Нортон-старший.

— Астрагор не простит нам, если мы захватим Василису, — задумчиво произнес Лазарев. — К тому же она наверняка связана с ним контрактом… Впрочем, она ведь не убежит, а будет похищена собственным отцом.

Он скосил глаза на Нортона Огнева, тут же нарвавшись на его презрительно-надменный взгляд.

— Но и оставлять Василису нельзя, — произнес Астариус, вставая. — В отличие от тебя, Нортон, Астрагор воспринимает слова прорицательницы всерьез. Очевидно, что-то в ее предсказании сильно обеспокоило его, раз он сам занялся нашей маленькой черноключницей.

— А еще вдруг вылез Родион Хардиус, — добавил Лазарев. — Его вмешательство, признаюсь, несколько тревожит. Не взялся ли он за старое? Когда-то он ведь тоже хотел стать Временем, основал Орден Непростых, пока через какое-то время Астрагор не вытеснил его оттуда… Столько лет прошло, а мы все не знаем, на чьей стороне твой прадед, Огнев.

— Думаю, он и сам не знает, — мрачно произнес Нортон-старший.

Астариус промолчал, а зодчему, судя по всему, эта тема была неинтересна.

— Итак, мы приняли решение? — спросил последний, нетерпеливо оглядывая собравшихся. — Я считаю, что из двух зол надо выбирать меньшее… Нельзя оставлять девочку в руках Астрагора. Наверняка он догадывается, что ее судьба может помешать осуществлению его грандиозных замыслов… И может, родной отец наконец-то озвучит общее мнение?

Нортон-старший кинул на Лазарева молниеносный сердитый взгляд.

— Я признаю, что зря ввел дочь в часодейный мир, — раздраженно произнес он. — Впрочем, я не ожидал, что мои коллеги… — он не спеша посмотрел на каждого, — будут лить мне воду на крылья. Если бы кое-кто не ввел девочку в Часовой Круг…

Он замолчал и Миракл воспользовался этим:

— Дар Огневых, часофлер, все равно бы проявился рано или поздно. И твоя бывшая… гм… коллега поспешила бы первой добраться до Василисы. Стоит ли говорить, что она не стала бы церемониться с девочкой?

— Давайте вспомним о главном пророчестве, — вмешался Астариус. — Стих о Ключах, самое начало: «Серебряный, Бронзовый и Золотой будут соперничать между собой…» — Часодей обвел присутствующих долгим взглядом. — Есть ли у вас, дорогие коллеги, разумные предположения по поводу именно этих строк в связи с недавно произошедшими печальными событиями? Я имею в виду зачасование Яриса Чаклоша и новое перевоплощение Астрагора.

— И назначение нового бронзового ключника, — подхватил Лазарев. — К сожалению, серебряный ключник выбыл из игры… увы. Признаться, я с самого начала ставил на него, нашего Фэша Драгоция. Ну и на одну очень смелую рыжеволосую девочку.

— Да-да, к сожалению, Астрагор опередил нас, забрав Василису к себе, — откликнулся Миракл. — Думаю, ни для кого из присутствующих здесь не станет новостью, что великий Дух Осталы мог бы и сам справиться со всеми комнатами, ведь его владение тиккером безупречно. Уж поверьте мне, я сам его обучал, мда… Но именно Астрагор повинен в зачасовании Яриса Чаклоша, хозяина Бронзового Ключа, поэтому навсегда закрыл себе вход в Бронзовую Комнату. А вот Василиса вполне может попытаться… И конечно, наша «темная лошадка» — Маар Броннер, воспитанник дражайшей Черной Королевы. Тот самый, что, как мы все прекрасно помним, должен был стать черноключником и получить Стальной Зубок.

— Другими словами, мы должны решить, на кого мы теперь делаем ставку, уважаемый Зодчий Круг, — произнес Лазарев, невольно хлопая ладонью по столу. — Василиса или Маар?

— Я же сказал: только не Василиса! — зло возразил Огнев. — Если бы я хотел пресечь ее судьбу, жертвуя Астрагору, то давно бы зачасовал сам…

— Я согласен с Нортоном, — откликнулся Миракл, вставая. — Негоже оставлять девочку в том черном гнезде. Даже если он и не принимает ее всерьез, что скорее всего, то все равно попытается избавиться от часовщицы, владеющей тиккеровкой. А если узнает, что Василиса срезала чашу Алого Цветка… — Он сконфуженно замолк под сердитым взглядом Нортона-старшего.

— Значит, решено — Маар, — задумчиво произнес Астариус. — Все же ставим на этого мальчика.

Все остальные кивнули почти одновременно.

— Черная Королева тоже просила передать свое согласие, — добавил Лазарев. — Я специально связывался с ней по этому вопросу.

— Сама кашу заварила, а теперь в кусты, — проворчал Нортон-старший. — Если бы не ее подарок Василисе, то и…

— Кто знает, что бы сейчас было с Мааром, — перебил Лазарев. — У тебя храбрая и смышленая дочь, Огнев. Вот почему ей надо помочь.

— В таком случае Василису следует немедленно забрать из Змиулана, — подытожил Миракл. — Так мы поймаем двух зайцев: спасем жизнь нашей девочки и постараемся отвлечь внимание Астрагора, переключив на персону Маара Броннера… Да, мальчика надо предупредить. Все ему рассказать — о новом Времени, об Эфларусе, о главном секрете Расколотого Замка.

— И спросить его в первую очередь, — подчеркивая важность слов, поднял указательный палец вверх Астариус. — Только с его добровольного согласия. Да и хорошо бы наших ребят подключить к спасению Василисы.

— Согласен, хватит недомолвок, — кивнул Лазарев. — А теперь давайте посмотрим на планы замка…

Мужчины подошли к столу и с интересом склонились над чертежами.

— Змиулан надежно охраняется, — через какое-то время высказался Миракл. — Но можно провести временной переход вот через эти зеркала. — Он указал пальцем на один из чертежей с надписью «Главная Башня». — Я не раз бывал там и знаю несколько слабых мест. Правда, придется подготовить вот это зеркало — оно должно быть в стене, за винтовой лестницей… Не знаю, успеем ли мы это сделать, пока будут идти приготовления к экспедиции. Да, и хорошо бы предупредить Василису, тогда дело точно у нас в кармане.

— Не забывайте о метке, — произнес Нортон-старший. — Астрагор всегда знает, где находится каждый из его учеников.

— И давайте вспомним о самой Василисе, — добавил Астариус. — У нее могут быть другие планы, отличные от наших с вами.

— Ты хочешь сказать, она уже перешла на темную сторону? — невесело пошутил Лазарев.

— Мы не знаем, что посулил ей Астрагор за добровольный переезд в Змиулан, — сердито произнес Огнев. — Поэтому я бы не стал шутить так грубо.

— У тебя всегда было туго с чувством юмора, — не остался в долгу Лазарев. — Помню, ты всегда обижался на «стрелочника», хотя сам не брезговал называть часовых мастеров ремесленниками.

— Господа, оставим ссоры, — одернул их Миракл. — Времени мало.

— Если быть точным, то всего лишь до утра, — поддержал Астариус. — Завтра совещание в РадоСвете, где я хотел бы выступить с докладом по поводу предстоящего путешествия в Расколотый Замок. Давайте, друзья мои, сосредоточимся.

И мужчины еще ниже склонились над чертежами.