Прочитайте онлайн Чародейский рок | Часть 5

Читать книгу Чародейский рок
5016+1865
  • Автор:
  • Перевёл: Н. Сосновская
  • Язык: ru

5

— Такие громкие звуки — неприятно слушать, — признался Грегори и болезненно поморщился. И точно — звуки со всех сторон сливались в неприятную для слуха какофонию. Семейство продвигалось вперед по лесу под музыку. Стоило утихнуть одному камешку, как ветерок уже доносил звучание другого.

— Пока еще не слишком громко, Грегори, — сказал малышу Векс. — Да и не громкость тебя раздражает.

— Корделия, — строго проговорил Род, — перестань качать головой.

— Может, и не громкость, — невесело отозвался мальчик. — Но музыка такая грубая. Она неприятна для слуха.

— Это верно, сынок, — согласилась Гвен.

— Тембр, окраска звука — вот что тебе не нравится, правда? — спросил Векс у Грегори.

— Корделия, — снова окликнул дочку Род, — хватит мотать головой, тебе говорят!

— Окраска? — Грегори сдвинул брови и на минуту прислушался. — Да, наверное. Очень грубая музыка. Если бы она не была такая грубая, то такое сочетание нот звучало бы как трель, а звучит как скрежет.

— Возможно, дело в ритмике баса — низких нот. Может быть, она тебе докучает.

— Магнус! — процедил сквозь зубы Род. — Ты не мог бы идти не притопывая?

— Может быть, — ответил роботу Грегори, склонил голову набок, прислушался. — Точно! Потому что каждый третий удар звучит не тогда, когда должен звучать… Векс! — Грегори вытаращил глаза. — А теперь она вдруг перестала резать мне слух — эта музыка!

— Я надеялся, что это рано или поздно произойдет.

— Но как же это могло… Ой! Как только я начинаю рассуждать о ней, эта музыка перестает раздражать меня и начинает очаровывать! Ну если не она сама, так то, как она сложена!

— Все верно, Грегори. Существует мало раздражителей, которые не стали бы источником удовольствия, когда их превращают в объект исследования.

— Векс! Музыка звучит намного громче! — воскликнул Магнус.

— Верно. — Конь-робот поднял голову выше. — Из-за чего бы это?

Тропа неожиданно стала шире. Гэллоуглассы миновали последние деревья и вышли на просторный луг, через который протекала речка. На другом берегу реки виднелась какая-то темная масса.

— Ну, и что же это такое? — проворчал Джеффри.

— Всего-навсего толпа детей. — Магнус пригляделся и нахмурился. — Стая детей?

— Это дети! Они собрались по меньшей мере из трех деревень! — воскликнула Гвен.

— Все живые существа собираются вместе по-своему, — рассудительно изрек Грегори. — Овцы — отарами, птицы — стаями, львы — прайдами. Но про детей так говорить нельзя, братец.

— А дети как собираются? — требовательно вопросил Джеффри.

— Школьными классами, — ответил Грегори.

Джеффри поежился.

— Типун тебе на язык, братец! Уж лучше рыбой какой-нибудь быть!

— Я вовсе не хочу быть рыбой, — возразил Грегори.

— Как бы они там ни собрались, надо узнать зачем. — Магнус взмыл ввысь и полетел над рекой по направлению к скоплению детей. — За мной, ребята! Поглядим, что там и как!

Род только рот раскрыл, чтобы велеть детям вернуться, как ему на плечо легла рука Гвен.

— Опасности нет, а нам непременно надо узнать, почему эти дети собрались вместе здесь.

Род сдался и кивнул.

— Ты права. Пусть молодое поколение само о себе позаботится. Да и договорятся они между собой скорее.

Корделия, Джеффри и Грегори с восторженными криками устремились вслед за Магнусом.

— Между тем, — добавил Род, — рисковать не хотелось бы. Векс, как думаешь, не мог бы ты…

— Никаких возражений, Род.

Огромный черный конь немного отступил от берега, разогнался галопом, на расстоянии всего в пятьдесят футов набрал скорость миль сто в час и взлетел в воздух. Описав дугу над водой, он спикировал на противоположный берег и встал на все четыре ноги в десяти футах от воды. Дело было вовсе не в том, что он боялся промокнуть — его лошадиное тело было снабжено водонепроницаемыми швами. Просто преодолеть это расстояние прыжком было быстрее, а река, если на то пошло, оказалась мутной. Потом пришлось бы долго очищать синтетическую шкуру от грязи и ила.

При всем том дети могли бы подождать Векса.

— Я вижу лодку, — сказала Гвен и указала ниже по течению.

Род посмотрел в ту сторону и кивнул.

— Осторожнее, милая. Тут топко.

Он подал Гвен руку и они стали пробираться по прибрежным кочкам.

К тому времени, как их нагнал Векс, дети Гэллоуглассов уже приземлились и пошли вдоль края толпы. Они широко раскрыли глаза и смотрели как зачарованные: толпа детей непрерывно двигалась, она пульсировала, будто гигантская амеба. При ближайшем рассмотрении оказалось, что толпа состоит из нескольких групп поменьше, и каждая группа занималась чем-то своим: одни прыгали, другие плясали, третьи играли в мяч. При этом каждый из них все свои движения выполнял в такт с музыкой, которая звучала повсюду — ритмичная, захватывающая.

— Почему, интересно, они так двигаются все вместе? — гадала Корделия, покачивая головой из стороны в сторону.

— Если честно, понятия не имею, — отозвался Грегори, похлопывая себя ладонью по бедру.

— А давайте спросим у них. — Магнус протянул руку и похлопал по плечу шестилетнего малыша.

Тот обернулся, ритмично кивая, но Магнуса словно бы и не увидел. В следующее мгновение он отвернулся и перебросил мяч другому шестилетнему мальчику, который стоял в десяти футах от него. Бросок совпал с очередной сильной долей.

— Постой! Я хочу поговорить с тобой! — крикнул Магнус и снова похлопал мальчика по плечу. Тот снова обернулся и уставился на Магнуса невидящими глазами.

— Чего тебе?

Магнус повернул голову и увидел подошедшего к ним мальчика лет десяти.

— Я просто хотел с ним поговорить.

Десятилетний мальчик, непрерывно качая головой, пожал плечами и произнес в такт:

— Он еще маленький, даром речи не владеет.

— Не умеет говорить? — озадаченно переспросил Джеффри. — Это как же? Дети уже в два годика болтать начинают!

— Болтать — это одно, а владеть даром речи — другое. Надо же говорить под музыку, в такт, — ответил кивающий мальчик. — Он не сможет говорить, пока ритм не уловит.

— Ритм — это ладно, но ведь с любым ритмом можно наговорить всякой ерунды! Ну хорошо, тогда ты скажи нам: как это вышло, что вы все стали вместе двигаться?

— Вместе? — Мальчик нахмурился, огляделся по сторонам. — Мы не вместе движемся. Я двигаюсь как хочу, а они — как они хотят.

— Но вы все выполняете движения одновременно!

— А как же еще можно двигаться? — изумленно спросил мальчик.

— Не понимаю.

— Если так — значит, ты тупой, — заявил подоспевший парнишка лет двенадцати. — Хватит приставать к моему братишке, пусть идет играет в бирюльки.

На глазах у удивленных детей десятилетний мальчик опустился на коленки в три приема, в такт с музыкой, поднял бирюльки на первую долю, уложил на вторую, рассыпал на третью.

— А между долями он двигаться не может?

— Какими еще долями? — грубо спросил двенадцатилетний.

Джеффри помрачнел.

— Ты что, поиздеваться надо мной решил?

— Это уж ты понимай как хочешь, — огрызнулся мальчишка.

У Джеффри дрогнула рука, но он не замахнулся — его удержал Магнус.

— Он не понимает, что ритм делится на доли и что эти доли звучат повсюду.

Джеффри совершенно растерялся.

— Вы что, музыки не слышите?

— Почему это не слышим? Очень даже слышим! А с чего бы еще мы сюда пришли?

— Но разве музыка не звучит повсюду вокруг вас?

Мальчишка мотнул головой — в такт, разумеется. Он отвлекся и пошел прочь. Джеффри забежал вперед, загородил ему дорогу, но Магнус тут же оказался рядом и встал рядом с братом. Но в следующее мгновение перед ними возникла девочка лет двенадцати и с улыбкой спросила:

— Что вы ищете?

Улыбка у нее была светлая, лучистая, и Джеффри замер на месте, не спуская глаз с девочки.

Корделия хихикнула, Джеффри смутился, покраснел и буркнул:

— Да мы просто спросили у этого малого: разве музыка не звучит здесь повсюду?

— О нет! — воскликнула девочка. — Наши родители собрали все камешки в округе и свалили их здесь в кучу. Они не терпят этих звуков!

— А я их понимаю, — пробормотал Грегори, а Джеффри спросил:

— Родители сюда не ходят?

— He-а! И поэтому мы тут можем делать все, что захотим.

— Они вам разрешают?

Девочка пожала плечами, задумалась о чем-то, рассеянно ответила:

— А мы их не спрашиваем. — Но тут она вспомнила, зачем подошла к гостям, и обратилась к Джеффри: — Потанцуем?

Джеффри от неожиданности испуганно попятился. Девочка смерила его удивленным взглядом и снова пожала плечами.

— Какой-то ты неповоротливый. — И она уплясала прочь, повинуясь жесткому ритму.

— Вот оно что… Они пришли сюда на зов музыки, а на родителей им наплевать.

Джеффри нахмурился, наблюдая за детьми и кивая в такт.

— А музыка заставляет их двигаться, — сказал Магнус и обвел взглядом толпу. — На вид тут все не старше двенадцати, и никто младше десяти не смог остановиться и поболтать с нами.

— Я наблюдала за двумя ребятами, игравшими в мяч, — сказала старшему брату Корделия. — Они играли беспрерывно, не останавливаясь ни на миг.

— Чем они младше, тем сильнее ими завладевает биение низко звучащих нот, — сказал Магнус. — Но почему старшие ребята не понимают наших вопросов?

— Да кто тут что поймет, кто может задуматься, когда уши забиты музыкой? — вопросом на вопрос ответил Грегори.

— Пойдем! — подскочив к Корделии, крикнул мальчик лет четырнадцати. — Потанцуй со мной! — попросил он и схватил ее за руку.

Корделия вскрикнула, ее братья издали дружный боевой клич и бросились ей на выручку, но толпа тут же сомкнулась вокруг девочки, и мальчики налетели на плотную стену танцующих детей. Танцоры повернулись к ним спинами, а в следующий миг, с ударом новой доли, развернулись. Магнус оттолкнул Грегори назад, заслонил собой и закрылся кулаками, а вот у Джеффри хватило ума нанести удар на слабую долю, и его кулак достиг цели. Голова у противника Джеффри запрокинулась назад, он упал. Но его товарищи не сумели разойтись в стороны до того, как зазвучала следующая доля, и приземление получилось плавным. Упавший мальчишка изумленно уставился на Джеффри.

— Как ты это сделал?

— Получается, что время между долями для них как бы не существует! — воскликнул Грегори.

— Если так, то в промежутках между долями мы сможем протиснуться между ними! — кивнул Магнус. — Раз И два И три ВПЕРЕД!

Все трое бросились напролом и увидели Корделию. Та танцевала, и все ее тело извивалось и трепетало, а на лице играла счастливая улыбка. Мечтательными, подернутыми поволокой глазами она смотрела на мальчика — своего партнера.

— А он красивый? — с интересом спросил Грегори.

— Ну… с точки зрения девчонок — наверное, — буркнул Джеффри. — Хотя… какой он мальчишка, если с девчонкой танцует.

— О! — прокричала хорошенькая девочка лет двенадцати и схватила Джеффри за руку. — Потанцуешь со мной?

Джеффри съежился, будто его укусила змея. Девочка обиделась, покраснела, и Грегори постарался сгладить неловкость:

— А тебе разве не мешает, что все толкаются со всех сторон?

— Не-а! — лучисто улыбнулась девочка. — С чего бы мне это мешало? Это так весело!

Она посмотрела на Джеффри с кокетливой улыбкой, но тот уже пришел в себя, расправил плечи и криво усмехнулся.

Девочка заметила его усмешку. На очередную долю она надула губки, на следующую пожала плечами, а потом резко отвернулась.

Мальчики не спускали глаз с сестры, захваченной вихрем музыки.

— Слышите? Слова! — вымолвил Грегори, широко раскрыв глаза.

Прислушавшись, они различили слова на фоне задорной музыки:

Прыг-скок! Прыг-скок! Танцуй со мной! Вертись, крутись, Как заводной!

— Вот уж чепуха так чепуха! — с отвращением выкрикнул Грегори.

— Да, смысла особого нет, — буркнул Джеффри.

— Смысла никакого, — нахмурился Магнус. — А ну-ка, братцы! Надо вызволить отсюда нашу сестренку.

— Но как?

— Схватим ее за руки и взлетим.

— Они попробуют нас задержать, — предупредил Грегори.

— Пусть только попробуют, — процедил сквозь зубы Джеффри, сжал кулаки и прищурился.

— На И — вперед, братцы!

— Раз И два И, — начал считать Магнус. — ВлеВО, быстРО, хваТАЙ еЕ и ВВЕРХ!

Они с Джеффри оторвались от земли. Грегори пристроился позади. Корделия исчезла так неожиданно, что ее партнер, продолжая подергиваться в танце, начал вертеть головой по сторонам. Влево, вправо — вот только вверх он поглядеть не удосужился.

Девочка извивалась и пыталась высвободиться.

— О! Да ОТпуСТИте ЖЕ! КаКИе ВЫ заНУды!

— Сестренка, очнись! — вскричал Магнус, но Корделия продолжала вырываться, пока Грегори не залетел вперед, не развернулся к ней лицом и не принялся хлопать в ладоши. Сильная доля, еще сильная, и еще. И вдруг неожиданно малыш хлопнул в ладоши на слабую долю перед самым носом Корделии. Девочка запрокинула голову, в испуге широко раскрыла глаза.

— ОЙ! Что…

— Тебя заколдовали, — сообщил ей младший брат.

— Вовсе нет. — Корделия зарделась и отвернулась. — Я просто… хотела…

— Изучить явление изнутри, может быть?

Все четверо вздрогнули и посмотрели вниз. Они увидели Векса, стоявшего чуть поодаль от толпы танцующих детей.

Корделия при виде устремленных на нее пластиковых глаз робота соврать не смогла.

— Нет, — чуть сварливо отозвалась она. — Музыка захватила меня. — Но… О, как же она захватывает!

— Нисколько в этом не сомневаюсь, — проговорил Векс. — Концентрация рок-музыки на этом лугу чрезвычайно высока. Пойдемте отсюда, дети, иначе мы не сможем слышать друг друга.

С этими словами он развернулся и затрусил прочь. Мальчишки переглянулись, кивнули и устремились в ту же сторону.

Пролетев футов пятьдесят, Магнус встревоженно оглянулся и поискал глазами сестру.

— Из-за чего ты задержалась?

— Да из-за метлы, — чуть обиженно отозвалась Корделия. — Ты мог бы и подождать, Магнус. Всего-то секунду мне надо было, чтобы сесть на нее верхом, а вы уже вон как далеко улетели!

— Прости, — смутился Магнус.

— Вниз, — прозвучал мысленный приказ Гвен.

Дети посмотрели вниз и увидели, как их родители выходят из ялика на берег.

— Хорошо, мама, — мысленно ответил матери Магнус, и все четверо аккуратно приземлились рядом с Родом и Гвен.

— Что вы узнали? — спросила мать.

Корделия покраснела. Магнус только собрался ответить, как послышалось жужжание. Все развернулись и задрали головы.

Неожиданно стало жарко, жужжание стало громче, переросло в визгливый вой.

— На землю! — крикнул Род, отпрыгнул в сторону и уложил всех детей ничком на траву. Огромная огненная масса пролетела у них над головами. Вой стал не таким пронзительным и вскоре стих вдали.

— Детки! Вы в порядке?

— Да, мамочка! — дрожащим голосом отозвалась Корделия. Братья хором повторили ее ответ.

— Что это такое? — выкрикнул Магнус.

— Эффект Допплера, — с готовностью отозвался Векс. — Когда объект приблизился, звук, издаваемый им, набрал максимальную громкость, а когда он удалился…

— Да нет, он не про звук спросил! — раздраженно проговорил Род. — Сам объект! Что это было такое?

— Неужели никто из вас не узнал? А я точно знаю, что все вы не раз видели подобные объекты.

— Ты скажешь или нет?

— Это, — не дожидаясь ответа Векса, сказала Гвен, — был огненный шар, шаровая молния, которыми друг в друга швыряют колдуньи и чародеи! Вы их видели много раз.

— Да, это точно был огненный шар, — пробормотала Корделия, не спуская глаз с дымного шлейфа.

— Это?! Огненный шар? Если это огненный шар, тогда и кочка — гора!

— Различия всего лишь в величине, — заметил Векс.

— Ага. Когда в вышине летит такая величина, то из тебя быстро получится ветчина!

— Тише! — строго прервал пререкания Род. — Еще один шар летит.

— Еще два!

— Три!

Все замерли — точно в землю вросли, глядя на огромные огненные шары, с ревом несущиеся к ним.

— Вот уж вправду огромные шаровые молнии… — восторженно прошептал Грегори.

Векс поднял голову.

— Однако они летят на гораздо меньшей высоте, нежели летела первая! Бегите! Разлетайтесь! Иначе вас точно поджарят! Ну же!

Все семейство поднялось в воздух. Мальчишки полетели над лугом сами по себе, Гвен с Корделией — верхом на метлах. Род замкнул процессию.

Между тем огненные шары прибавили скорость.

— Разлетайтесь в стороны! — скомандовала Гвен. — Уходите с их дороги!

Уговаривать долго не пришлось. Корделия и Грегори вместе с матерью вильнули влево, Магнус, Джеффри и Род — вправо. Но шаровые молнии-переростки устремились за ними.

— Какова цель — такова и угроза! — крикнул Векс. — Вверх! Будьте выше этого, если получится!

Все семейство предприняло крупномасштабную попытку предотвратить трансцендентальность высказывания робота в жизнь. Рывок ввысь получился таким резким, что гэллоуглассовы желудки подумали было, что о них забыто на веки вечные — а треклятые огненные шары тоже набрали высоту.

— Онет все повторяют за нами! — в отчаянии выкрикнул Магнус. — Как же нам от них избавиться?

— Вижу реку! — крикнул Род. — Ныряйте, дети! Наберите побольше воздуха и постарайтесь как можно дольше продержаться под водой! Может быть, шаровые молнии в воду не полезут!

Все как один, дети дружно вдохнули и спикировали вниз, уподобившись свинцовым отвесам на Пизанской башне. В воду все четверо вошли настолько ровно и красиво, словно соревновались друг с другом в том, у кого получится меньше брызг. Род и Гвен нырнули в реку сразу следом за детьми.

Шаровые молнии, летевшие по бокам, метнулись к центральной, и все вместе просвистели над водой. Векс решил, что ему наверняка показалось — ну в самом деле, разве могли прозвучать нотки разочарования в реве огненных шаров?

— Они улетели! Можете выныривать!

На поверхности воды появилось четыре фонтана с детскими фигурками посреди воды. Все дружно выпустили воздух и стали дышать словно рыбы, выброшенные на берег, а потом с криками радости и облегчения дружно упали в воду. Род и Гвен последовали их примеру, но повели себя более сдержанно и достойно.

— Они гнались за нами! — Теперь, когда опасность миновала, Джеффри мог позволить себе разозлиться. — Они взаправду за нами гонялись!

— Ну пойди сделай им выговор, братец, — сердито посоветовал ему Магнус.

— Но кто мог их натравить на нас? — задумчиво проговорил Грегори.

Дети умолкли, переглянулись.

— У нас имеется некоторое количество врагов, — заметил Векс.

— И эти шаровые молнии, как и камни, — дело рук одного из них! — Джеффри в сердцах хлопнул ладошкой по воде. — Ну разве я не говорил, что за нами по пятам крадутся враги?

— Это нам пока не известно, и… Быстро на берег!

— Почему? — озадаченно спросил Грегори, оглядываясь по сторонам. — Я ничего такого страшного не вижу…

— Точно, — согласился Магнус. — Только какие-то четыре кочки над поверхностью, и все.

— Эти четыре кочки приближаются, между прочим, — нервно проговорила Корделия. — А с другой стороны плывет бревно, и оно тоже надвигается на нас!

— Быстро на берег! — прокричала Гвен и телекинетически подтолкнула детей, а Векс попутно объяснил:

— Это не бревна и не кочки, а гигантские амфибии! И они голодные! Быстрее на берег, дети!

Все Гэллоуглассы вылетели из воды, будто горошинки из трубочки, в которую хорошенько дунули. Метлы у Корделии и Гвен промокли и стали тяжелыми, поэтому полет получился не слишком стремительным. Кочки и бревно рванулись друг к другу, столкнулись, прозвучало крещендо скрежета и щелканья зубов, заметались по воде змеевидные туловища. Однако зубы щелкнули в добром ярде от чьих бы то ни было лодыжек. Две огромные ящерицы повалились в реку друг на дружку и вытаращили глаза, уставясь на детей.

— Ну что ты развалился как бревно? — проворчало то из чудовищ, что оказалось внизу. — Давай хватай их!

— У меня крылья пока еще не выросли, рыбья рожа!

— Рыбья рожа?! Ты кого тут рыбьей рожей обзываешь, хвост змеиный?

— Кто они такие, Векс? — спросила Корделия, испуганно глядя на рептилий.

— А я знаю кто! — крикнул Магнус, приглядевшись хорошенько. — Ты мне показывал их в книжке — бестиарии! Правда, здесь их мы никогда не видали, и я думал, что они выдуманные! Это крокодилы с Терры!

— Умница, Магнус! — восхищенно воскликнул Род.

— Однако, — встрял Векс, — крокодил — только один из них. Второй — аллигатор.

— Откуда ты знаешь? — требовательно спросил Грегори.

— У аллигатора морда более тупая, у крокодила острее. Есть и другие различия, но это наиболее очевидное.

— Удрали, надо же, — прорычал крокодил, злобно глядя на детей.

— Вот жизнь пошла… — отозвался аллигатор. — Сплошная инфляция. Куда ни глянь — все вверх взлетает. Даже еда.

— Ну ладно. Чего уж теперь. Попытка у нас с тобой классная была, — вздохнул и отвернулся крокодил.

— Да и детишки, поди, худосочные, — добавил аллигатор и сделал разворот.

— Ничего себе! Вот наглые! — вырвалось у Корделии, и она сердито подбоченилась. — Никакая я не худосочная, а очень даже афпфтф!

Последнее слово получилось неразборчивым — это Магнус прикрыл рот Корделии ладонью и прошипел ей на ухо:

— Замолчишь ты или нет? Неужели ты решила похвастаться перед ними тем, какие мы мяконькие и сочненькие?

Корделия одарила брата убийственным взглядом, но язык прикусила.

— Поохочусь-ка я за какими-нибудь донными рыбками, — проворчал крокодил.

— Угу, — буркнул аллигатор. — А я — за раками.

— Недурственный закусон — если сотенку изловить, — миролюбиво изрек крокодил. — Ну, до завтра, аллигатор.

— Ты так мил, крокодил.

Они расплылись в разные стороны и вскоре исчезли в мутных водах реки.

— Уф-ф! Слава Богу, мы это пережили! — провожая рептилий взглядом, выдохнула Корделия. — Но как они посмели назвать меня худосочной!

— Вряд ли бы тебе понравилось, если бы им удалось узнать тебя поближе, сестрица, — заверил ее Магнус.

— Пора, — сказала Гвен. — Нам надо уходить, да поскорее. Вдруг они передумают?