Прочитайте онлайн Чародейский рок | Часть 19

Читать книгу Чародейский рок
5016+1885
  • Автор:
  • Перевёл: Н. Сосновская
  • Язык: ru

19

Следующий день получился тяжелым. Семейство шло за дирижаблем с самого рассвета, и после заката Гэллоуглассы не остановились. Уже в темноте они подошли к деревне.

— Вправду, супруг мой, нам надо было устроить привал пораньше, пока еще только смеркалось.

— Знаю, милая, но ведь ты сама говорила о том, как тебе хотелось бы переночевать не на земле, а на кровати. Да и мне, честно говоря, тоже эта мысль не совсем противна. И потом: не надоело ли тебе готовить? — Род сдвинул брови и обвел взглядом лежавшую в низине деревушку. — Но честно говоря, я не уверен, что в этом медвежьем углу отыщется постоялый двор.

— Зато кладбище имеется, — заметил Магнус.

Они стояли на вершине гряды холмов, а деревня расположилась в лесистой котловине. Дома стояли вокруг небольшой церковки, опоясанной широким кольцом двора, где белели надгробные камни. Тут и там темноту расцвечивали огоньки, но ни один из них не был настолько ярок, чтобы можно было заподозрить, что это постоялый двор.

— Что ж, если тут и есть какая-то гостиница, то она рядом с церковью, — высказал предположение Род. — А нет — так пройдем через деревню и устроимся на ночлег за окраиной.

— Пап…

— Успокойся, Джеффри, — одернула сына Гвен. — Если здесь есть постоялый двор или трактир, ты сразу же получишь свой ужин.

Мальчик вздохнул и пошел за отцом, а тот уже начал спуск с холма.

Когда они поравнялись с церковным двором, Грегори неприязненно поморщился.

— Как тут шумно! Разве это богоугодно, пап?

— Да, это подозрительно, — согласился Род и бросил взгляд на церковь. — Ну просто как будто кто-то взялся атаковать святое место…

— Мы видели луг, куда крестьяне сносят музыкальные камни, чтобы избавиться от них, — сказал Магнус.

Гвен сдвинула брови.

— Но зачем же швыряться камнями в церковь?

Грегори резко остановился и вытаращил глаза.

Род встал рядом с ним.

— Что такое, сынок?

— Могилы, — в испуге выдохнул Грегори. — Папочка… Как их много…

Перед дюжиной надгробных камней в земле чернели безобразные неровные ямы. Род поежился.

— Что это такое? — проговорил он. — Чума тут буйствует, что ли?

— Нет, Род, — ответил Векс. — Я увеличил мощность прибора ночного видения и вижу, что все эти ямы — от старых могил. Их явно копал не могильщик. Вероятно, дело рук кладбищенских воров.

— Или вурдалаков, — хихикнула Корделия.

— Трудно сказать, Корделия. Но судя по виду ям, я бы сказал, что могилы были вскрыты изнутри.

После этого сообщения все семейство с минуту молчало.

Потом Магнус подал голос:

— Векс, ты хочешь сказать, что эти могилы…

И тут перед одним из надгробных камней затряслась земля.

Грегори вскрикнул, и Гвен взяла его на руки.

— Успокойся, мой маленький, успокойся… Муж мой, пойдем отсюда!

— Хорошая мысль. — Род присел на корточки у кладбищенской ограды. — Вы идите.

Гвен оседлала метлу, обернулась и в испуге проговорила:

— Не собираешься же ты оставаться?

— А что тут может быть опасного? — спросил Род. — Не волнуйся, я только погляжу.

— Но зачем рисковать?

— Понимаешь, — прошептал Род, — я так думаю, что мы, наверное, нашли то самое место, откуда пришли наши зомби.

Г вен недовольно проворчала что-то неразборчивое и скомандовала:

— Корделия, Джеффри! Взлетайте!

Брат и сестра неохотно оторвались от земли. Джеффри, глянув на мать, заметил, что та отрешенно смотрит в пространство. А так бывало только тогда, когда Гвен собиралась заняться волшебством. «Может, сейчас надгробные камни летать начнут? — подумал мальчик. — Вот было бы здорово!»

Но в следующее мгновение он увидел, что его отец и старший брат сидят на корточках у забора, а потом пятнышко лунного света упало на вспучившуюся землю перед надгробием. Земля дыбилась и подрагивала, потом вверх полетели комья, образовалась дыра, стала шире, еще шире… Потом все успокоилось, комья перестали лететь, и на края ямы легли кости рук. Понадежнее ухватившись, кости подтянулись, и вот уже из ямы показался череп, а вслед за ним — весь скелет целиком. Он немного постоял на коленках на краю могилы, затем встал во весь рост и завернулся в полусгнившие остатки савана.

Грегори застонал от страха и уткнулся лицом в плечо матери. Гвен, не спуская глаз с могилы, принялась успокаивать малыша. Взгляд Гвен был устремлен на надгробный камень, а этот камень подрагивал.

Может быть, это только казалось, а вот скелет точно подрагивал или, вернее сказать, приплясывал. Что-то бубня себе под нос, он, ступая в такт с музыкой, отошел от своей могилы. Его кости постукивали, череп вертелся из стороны в сторону — он словно бы что-то высматривал. В какой-то миг скелет вдруг замер, глядя на запад, а потом подпрыгнул и приземлился, причем его кости издали звук подобный костяшкам ксилофона. После этого скелет издал радостный вопль и, неуклюже пританцовывая, зашагал по главной улочке деревни. Его шествие сопровождалось хлопаньем затворяемых ставен, но скелет этого не замечал.

Род и Магнус поднялись и выпрямились.

— Не увидел бы своими глазами — ни за что не поверил бы! — выдохнул Род.

— Ка-кажется… у него на уме… не было ничего дурного, — дрожащим голосом вымолвил Магнус.

Из темноты вышел Векс.

— Мне он тоже показался безобидным.

— О-о — о-о! — в страхе вскрикнул Магнус и подпрыгнул вверх на пять футов. — Неужели обязательно подкрадываться так бесшумно?!

— Прости, Магнус. Род, могу ли я порекомендовать вам отправиться на поиски места для ночлега?

— Нет, еще рано, — ответил Род и пошел по улице.

— Куда ты направляешься? — сердито крикнула сверху Гвен.

— За скелетом, естественно. Не надо бояться. Он явно безвреден. Идет себе, насвистывает.

— Для того чтобы насвистывать, — заметил педант Векс, — необходимо иметь губы.

— Ага, а для того чтобы петь — голосовые связки, однако же он каким-то образом напевает. Гвен, а ты мне не рассказывала, что ведьмин мох растет в могилах.

— Я и не думала об этом никогда, — сбавив высоту, ответила Гвен. — Но раз уж ты об этом заговорил, стоит понять, мог ли ведьмин мох сам там вырасти.

— Не мог! — воскликнул Джеффри, приземлившись рядом с отцом. — Кто-то напичкал все могилы ведьминым мхом!

Род вопросительно посмотрел на среднего сына.

— А ты, если не секрет, куда собрался?

— Как — куда? С тобой, пап! Если все так безопасно, как ты говоришь, так чего же мне бояться?

Род открыл было рот, чтобы возразить, но тут же и закрыл.

— Ох, — вздохнул он обреченно, — придет время, и я тоже начну так говорить.

— Завтра, — обрадовалась Корделия. — А может, через год.

— Не исключено. Ладно, веселая семейка. Давайте поглядим, куда держит путь эта костяная голова. Но ежели что — все сразу разлетаемся по верхушкам деревьев, ясно?

Скелет вышел из деревушки, миновал три поля и протопал на пастбище, огороженное по кругу камнями — не простыми, а музыкальными. Ни о какой ночной тишине не могло быть и речи. Повсюду дребезжала музыка, и коровы убежали в ближайший лесок. «Вряд ли поутру надой будет слишком велик», — подумал Род.

Не сказать, чтобы пастбище после ухода скотины опустело. Напротив, здесь было полным-полно… костей. И они не лежали грудой, а двигались. Это была ночь ходячих мертвецов в той или иной степени мумификации.

Всего их было двадцать — Род сосчитал. А вот остальные…

— Папочка, — ахнула Корделия, — да это же живые люди!

— Да, детка. Их потомки, можно не сомневаться. И притом молоденькие.

На самом деле молодые люди продолжали подтягиваться к компании — подростки и те, кому было едва за двадцать. Они мотали головами, выделывали ногами затейливые кренделя, покачивались в такт с музыкой.

— Они что, не видят мертвецов? — изумился Магнус.

Род только собрался ответить «да», когда заметил, как в самой середине молодежного хоровода встал зомби. Его появление было встречено криком и рукоплесканиями. Через несколько минут молодые перестали хлопать в ладоши, разбились на пары и стали танцевать, повторяя резкие, неуклюжие движения скелета. Скелет при этом взял на себя роль учителя танцев и дирижера одновременно.

— Нет, — проговорила, опустившись на землю, Гвен. — Они видят, но не видят.

— Это как? — озадаченно спросил Род.

— Они как те парни и девушки, что плыли на плоту, — объяснил Магнус. — Те жевали лотос, чтобы отрешиться от всех мыслей, а этим одной музыки для этого хватает.

Род резко повернул голову, устремил на сына полный неподдельного ужаса взгляд.

— Не может быть! Они старались не думать?!

— Именно так, — подтвердила Корделия. — Они говорили нам, что устали от грустных и бесполезных поисков смысла жизни.

Род вспомнил свое собственное отрочество и промолчал. Он еще немного понаблюдал за танцорами и прошептал:

— Конечно. Они хотят быть как зомби.

— Род.

Он помотал головой и ответил:

— Да, Векс?

— Ты должен определить механизм происходящего и по возможности выяснить, кто создал такое положение вещей.

— Спасибо, что напомнил, — буркнул Род и нахмурился. — Может, дашь совет по методике расследования?

— Собирай данные.

— Как же нам сделать это? — спросил Магнус. — Мы можем только сидеть и смотреть — разве так мы узнаем больше?

— Можем узнать, — уклончиво произнес Род, — но я предпочту более непосредственный способ.

С этими словами, не дав никому опомниться и задержать его, он пробежал по полю и нырнул в самую гущу танцующих.

Гвен вскрикнула, сжала губы и побледнела от гнева.

— С ним все будет хорошо, мамочка, — попробовала успокоить ее Корделия.

— А если не будет, нам придется вытащить его! Дети! Будьте наготове!

Род вынырнул внутри хоровода и оказался прямо рядом с пляшущим скелетом. Вот теперь он понял, почему скелет возвышался над молодежью: он танцевал, стоя на высоком пне.

Род помахал рукой.

— Эй, послушайте!

Скелет, не прекращая раскачиваться и отсчитывать ритм, сделал круг на месте, но Рода не увидел.

Род собрался с духом, встал на цыпочки и постучал ногтем по лопаточной кости.

— Эй! Есть минутка?

— Вечность, — послышался ответ, и на Рода уставились черные ямины глазниц. — Чего тебе надо от меня?

Род сглотнул подступивший к горлу ком.

— Узнать кое-что хотелось бы. Не скажете, по какому поводу корпоративная вечеринка?

— Корпо-ра… Это что еще за словечко?

Нет, здешняя цивилизация еще не созрела для подобных понятий.

— Ну… этот праздник. Вы же не просто так встали из могилы? Или вам просто ужасно захотелось прогуляться?

Скелет издал сухой шелестящий звук. Род понадеялся, что это смех.

— Я знаю одно: я вынырнул из мрака и услышал, как что-то бьется вокруг — ровно, как сердце. Мне захотелось расслышать получше, и я принялся раскапывать землю. Чем ближе к поверхности — тем отчетливее слышалось биение. Наконец я выбрался на воздух и вновь оказался снаружи.

Род вытаращил глаза.

— Хотите сказать, что музыка звучала так громко, что смогла разбудить мертвых?

— Да. Я был первым. Затем я собрал все красивые камешки, которые издавали эти чудесные звуки, принес сюда и разложил по кругу, чтобы танцевать под музыку. Ночь еще не закончилась, когда и другие поднялись из могил и стали танцевать вместе со мной.

Род облизнул пересохшие губы.

— Ну, что сказать… Вам, похоже, от этого никакого вреда.

— Конечно, нет! — нараспев выкрикнул скелет, исполнил изящный пируэт и притормозил, чтобы снова оказаться лицом к Роду. При этом все его косточки застучали, словно кастаньеты. — О, эта музыка вселяет в меня жизнь, мои кости так и просятся в пляс! О, какое счастье выпало нам, что нам дарована вторая жизнь!

Только этого и не хватало Грамераю — компании благодарных мертвецов!

— Знаете, а вы подаете плохой пример.

— Чем? Танцами? — Скелет недоуменно уставился на Рода черными провалами глазниц. — Что же в этом такого дурного?

— Вам подражают ваши потомки. Ведь их растили в уважении к старшим.

— А почему бы им нас не уважать? — пожал плечами скелет и обвел глазами молодежную компанию. — И что тут плохого?

— Они пытаются стать похожими на вас — ни о чем не думающими зомби. Не хотите же вы, чтобы они стали такими?

— Почему бы и нет? — Скелет весело осклабился.

Род еще не успел придумать достойный ответ, когда скелет увидел за кругом танцоров его семейство.

— Вижу, вижу! — воскликнул скелет. — У тебя тоже есть детки и ты боишься потерять их!

— Да, можно и так сказать.

— Дай-ка поглядеть… — Скелет спрыгнул с пня, протолкался через толпу плясунов к кольцу музыкальных камней. Дети увидели, что он приближается, и попятились, но скелет остановился шагах в десяти от них. — Они не из моей деревни, — заключил он.

Род просиял:

— Это значит, что ваша музыка на них не действует?

— Нет. Но у них тоже есть свои предки.

Род немного успокоился: Он-то знал, что большинство местных предков его детей не только были живы, но пока не собирались помирать. Более дряхлые представители рода находились в тридцати световых годах от Грамерая.

— Знаете, я вот все думаю…

— Бедняга, — пожалел Рода скелет. — А ты послушай нашу музыку и навсегда избавишься от этого недуга.

— Нисколько не сомневаюсь. Вот только… я сказать хотел… Вид-то у вас все-таки маленько усталый.

Скелет почти минуту молчал, а потом признался:

— Верно говоришь. Что-то такое чувствуется. Я уже не так молод, как был лет сто назад.

— Я так и предполагал. Очень скоро вам захочется отдохнуть.

— Без сомнения, — ответил скелет и издал шелестящий вздох. — Но я так долго пролежал ничего не делая, что мне очень не хочется снова ложиться в могилу.

— Не перенапрягались бы вы так, — посоветовал скелету Род. — А не то того и гляди после каникул захочется в отпуск.

— А не вам — так молодым, — с тревогой глядя на танцующую молодежь, проговорила Гвен. — Неужто вы никогда не освободите их от этих чар?

— Только если они сами того пожелают — а это навряд ли. Но вы не терзайтесь, добрая госпожа. Безголовых хватает и среди тех, у кого голова на плечах. Так всегда было. — Взгляд его пустых глазниц вдруг остановился на Магнусе и Корделии.

— Даже не думай об этом, — перейдя на «ты», резко бросил Род.

— Не бойся. Вижу, этим думать уж больно нравится. Не станут они безголовыми.

Грегори потянул отца за рукав.

— Папочка. А ты не забыл? Ведь тот принц-притворяшка сказал, что только мертвецы знают…

Род вздрогнул и пристально посмотрел на зомби.

— И точно, именно так он и сказал. Вот они, мертвецы!

— Ты о чем так болтаешь? — поинтересовался скелет.

— О камнях музыкальных, — ответил Род и довольно требовательно вопросил: — Не скажешь ли, откуда они взялись?

— Сказать не скажу, только уж очень я рад, что они появились. Вот, может, Дестина знает? — Он обратился к толпе танцующих и выкрикнул: — Дестина!

Корделия нахмурилась.

— Что еще за Дестина?

Из толпы, пританцовывая, вышла зомби. О том, что некогда она была женщиной, можно было догадаться по обрывкам юбки и полуистлевшему корсету.

— Дестина, — обратился к ней скелет, — скажи, откуда взялись музыкальные камни?

— Ах, — отвечала женщина-зомби, — первый вывалился из Небесного Яйца. Найдите его, идите за ним… — она повернулась к Гэллоуглассам, — …и, может быть, найдете… Ой, надо же!

— Что такое?

Все семейство недоуменно и встревоженно уставилось на нее.

— Какой красавчик! — Дестина протянула костлявую руку, намереваясь подцепить Магнуса под подбородок. — Ты женат, цыпленочек?

Магнус отшатнулся и сжался.

— Нет!

— Он еще слишком юн, — проговорила Гвен с металлом в голосе.

— Почему же так уж юн? Мой первый муженек в его возрасте уже был папашей. Нет, мне нужен, нужен другой муж. Ну, красавчик, возьмешь меня в жены?

— О… нет! — Магнус отступил еще дальше назад. — Ты… Вы… Вы не можете так думать!

— Как раз так она и думает, — развеял его сомнения скелет. — Иди к нам и отведай вечной жизни!

— Боюсь, эта дама не совсем та невестка, о которой я мечтал… — попытался встрять Род.

— Вот поцелуешь меня — и знаешь, как я тебе понравлюсь! — зазывно провыла зомби и приблизила свой череп к голове Магнуса.

— Ты врешь! — выкрикнул Магнус и попятился. — Небесами клянусь, врешь!

— Да ты только попробуй! — Скелет потянулся за Магнусом, Дестина захихикала и шагнула вперед. — Ну побудь же с нами, не упрямься!

— Он с вами ни за что не останется! — Гвен вышла вперед, заслонила собой сына и занесла руку, но тут же растерялась.

— Не надо, мама. — Голос у Магнуса дрожал, но он попытался остановить мать. — Они всего лишь несчастные, опустошенные создания!

Гвен скривилась.

— Мне и самой не хотелось бы наказывать тех, кто наконец получил свою жалкую меру радости.

— Мера радости! — Скелет запрокинул череп, в его черных глазницах вспыхнули огоньки. — Мера радости! Вот уж славно сказано!

И он принялся отбивать ритм, постукивая костяшками по тазобедренной кости, а мелодию играл на ребрах и при этом еще напевал:

Было в жизни у нас много гадости, А теперь своя мера радости. Нам в могилках теперь не лежится, Так и тянет в ночи порезвиться!

Магнус сглотнул подступивший к горлу ком.

— А мне послышалось, что он пропел «пожениться»…

— Ну, пошли!

Скелет подскочил к Магнусу.

Юноша отскочил назад, а его место занял отец. Скелет налетел на грудь Рода и упал на землю. Кости сухо застучали.

— Что ты наделал! — завыла Дестина.

— А точнее: что мы будем делать? — поправил ее Род.

Скелет начал собирать себя по косточкам и подниматься.

— Ужасно не хотелось бы драться с ними.

Такая фраза из уст Грегори звучала особенно забавно.

— А что же еще делать? — спросила Корделия.

Скелет поднялся и тут же снова запел:

Сколько прелести, сколько сладости Мы нашли в своей мере радости! Эту меру измерить нельзя, Так танцуйте с нами, друзья!

— Зато можно убежать! — делая красноречивые жесты, крикнул Род.

И все побежали.

Зомби весело взвыли, загрохотали костями и бросились в погоню.

— Куда же нам бежать? — тяжело дыша, спросил Грегори.

— Только прямо вперед! — крикнул на бегу обогнавший всех Магнус.

— Взлетайте! — скомандовала Гвен. — Не хватало еще, чтобы вы ноги переломали!

Все послушно поднялись на фут над землей и помчались настолько быстро, насколько можно было себе позволить в темноте и в незнакомых местах. Позади зомби слышались возбужденные крики деревенской молодежи, тоже подключившейся к погоне. Музыкальные камни внесли свою лепту в казну общего волнения. Со всех сторон понеслась взбудораженная громкая музыка.

А потом, совершенно неожиданно, перед семейством Гэллоуглассов возник крутой подъем, и они оказались в каменном мешке — тесном ущелье, замкнутом со всех сторон.

— Назад! — прокричал Магнус. — Выбираемся отсюда, а не то нас сейчас…

Вход в ущелье уже запрудили жизнерадостные зомби и зомбированная молодежь.

— Слишком поздно. — Род развел руки в стороны, пытаясь защитить Гвен и детей. Вопящая толпа надвигалась на них, молодые люди несли с собой дребезжащие без умолку музыкальные камни.

А потом музыка и вопли зазвучали позади Гэллоуглассов.

— Это эхо! Оно отлетает от скал! — воскликнула Корделия.

— Нет! — прокричал в ответ Магнус. — Они натаскали музыкальных камней наверх!

Так и было. Стены ущелья дрожали, резонировали, музыка неслась со всех сторон.

— Что же нам теперь делать? — всхлипнул Грегори. — Куда деваться?

— Можно улететь! — пылко вскричала Гвен.

А в следующий миг помело Корделии взмыло ввысь подобно ракете. Все трое мальчиков устремились вслед за сестрой, Род и Гвен — за ними.

Ущелье, оставшееся внизу, наполнилось разочарованными стонами на фоне непрерывно звучащей музыки.

— Ну, слава Богу! — вырвалось у Магнуса. — А я уже боялся, что мне придется с ними драться. Еще рассыпались бы…

— Куда теперь? — осведомился Джеффри.

Род вдруг улыбнулся.

— Эгей! Как раз тут его и надо искать!

— Кого? — нахмурилась Гвен.

— Да эта дамочка-зомби обмолвилась насчет Небесного Яйца. Идите, дескать, за ним, а там…

— Откуда в небе возьмется яйцо, — с всегдашней рассудительностью поинтересовался Грегори.

— Может, она про луну говорила?

— Если так, то нам следует подождать, — заметила Гвен. — Луна только-только взошла.

— Можно и подождать, — вздохнул Род. — Вот только сдается мне, что она имела в виду не луну, а тот самый дирижабль, за которым мы уже пару дней топаем.

— Ой, точно! — обрадовалась Корделия.

— Наверняка! — подхватил Джеффри. — Помните, я как его увидел в первый раз, так сразу и сказал, что он на гигантское яйцо смахивает?

— Похоже, он совершает облеты окрестностей, — проворчал Род.

— Что же, мы прошли по кругу? — спросила Гвен.

— Боюсь, что так, милая. И завтра нам надо из этого круга вырваться. Но сегодня давайте-ка устраиваться на ночлег. Поищем хорошее местечко. Прости, дорогая, так и не удалось тебе выспаться в кровати.

Гвен полетела рядом с мужем и взяла его за руку.

— Еще больше я мечтала о закрывающейся двери — но это ничего, потерпим.

— Теперь выбирать не приходится, — сдержанно отозвался Род. — В путь, любовь моя. Поглядим, удастся ли вообще хоть немного поспать.

— И поесть, — напомнил ему Джеффри.