Прочитайте онлайн Благородный разбойник | Глава 9

Читать книгу Благородный разбойник
4018+2080
  • Автор:
  • Перевёл: Е. А. Гонсалес-Менендес
  • Язык: ru

Глава 9

Нед не стал дожидаться ответа.

Пока Девлин безмолвно хватал ртом воздух от неожиданности, Эмма почувствовала, как Нед, вырвав ее у виконта, уводит в сторону.

На какое-то время она потеряла дар речи. Эмма чувствовала только теплую сильную руку Неда, поддерживающую ее за талию, и знакомый аромат, придававший ей уверенности.

Стремительные быстрые фигуры вальса уносили их все дальше от Девлина.

— Нед, что вы делаете? — спросила Эмма, когда снова смогла заговорить.

Она не смотрела вокруг, туда, где сидела леди Ламертон, она не могла отвести взгляда от глаз Неда.

— Кажется, это называется «вклиниться».

— Вы не должны были этого делать.

— Но я уже сделал.

— Это скандал.

— Я торговец. От меня вполне можно ожидать подобной бестактности.

Последние отголоски паники растаяли.

Эмма сделала вдох, чтобы окончательно прийти в себя.

— Вы только что сделали Девлина своим злейшим врагом.

— Он и до этого не питал ко мне особой любви.

— Он влиятельный человек, Нед. Человек, привыкший получать то, что он хочет. Вам следует быть с ним осторожным.

Нед насмешливо улыбнулся.

— Чему вы смеетесь? Я говорю серьезно.

— Можно подумать, что вас беспокоит мое благополучие.

Эмма отвела взгляд в сторону и заметила, что все глаза по-прежнему устремлены на них. Она услышала, как по залу разносится возмущенный шепот, и со страхом подумала о том, в какое состояние поверг поступок Неда леди Ламертон и окружавших ее дам.

Теперь, когда приступ паники отступил, Эмме стало стыдно за свою слабость, стыдно за то, что она втянула его в это.

— Нед, вам в самом деле не стоило вмешиваться.

— Хотите, чтобы я вернул вас Девлину?

Они снова смотрели друг другу в глаза.

Эмма понимала, что он мог это сделать, стоило ей лишь сказать слово. Она знала, что должна сказать это слово, но не могла.

— Нет. — Эмма остро чувствовала, как близко был Нед, чувствовала его руку у себя на талии, и это всколыхнуло в ней целую бурю эмоций.

— Что связывает вас с Девлином, Эмма?

— Прошлое, — ответила она. Это была опасная тема, слишком чувствительная, чтобы приближаться к ней.

Нед смотрел на нее без улыбки.

Эмма отвела взгляд и замолчала. Когда ей наконец удалось вернуть самообладание, она поспешила перевести разговор в более безопасное русло.

— Я видела вас с Мисборном. Вы ведете с ним какие-то дела?

— Пока на стадии разговоров.

— И что это означает?

— Что я готовлюсь заключить самую важную сделку в моей жизни.

— Всего-то? — Она улыбнулась.

Нед ответил ей улыбкой.

Музыка замедлилась и остановилась.

— Спасибо, Нед, — тихо сказала Эмма.

— За что?

Она заглянула ему в глаза.

Лицо Неда было серьезным и суровым, без тени улыбки, как будто перед ней стоял незнакомец, а его глаза смотрели твердо и почти холодно. Почти. Потому что в самой их глубине угадывался взгляд того человека, который опрокинул пиво на черноволосого грубияна в «Красном льве».

Эмма понимала, что Нед только что сделал.

И он знал, что она понимает.

От этого понимания оба чувствовали неловкость.

Они не произнесли больше ни слова.

Нед молча отвел Эмму к леди Ламертон, поклонился и вернулся туда, где стоял его управляющий.

Она не смотрела на Девлина.

— Подойдите ко мне, дорогая. Кажется, у меня разболелась голова. Давайте вернемся домой. — С этими словами леди Ламертон увела свою компаньонку из зала Воспитательного дома на улицу, где ее ждала карета и допрос с пристрастием.

Спустя три часа после того, как Эмма покинула бал в Воспитательном доме, Нед стоял в кабинете своего дома на Кавендиш-сквер, у большого полукруглого окна, и смотрел в ночь. Изящный стакан из граненого хрусталя, наполненный джином, стоял нетронутый на письменном столе красного дерева.

Летний воздух не успел остыть, так что камин оставался пустым и черным. По обе стороны каминной полки располагались два канделябра с зажженными свечами. Их теплый янтарный свет освещал комнату, и по контрасту с ним ночь за окном казалась еще чернее. Позади Неда на столе горел серебряный подсвечник. Нед видел отражение крохотного пламени на оконном стекле, обрамленном темными гардинами, к которым он никогда не прикасался. В воздухе висел густой сладковатый запах дорогого воска.

— Ты с самого начала знал, что они собираются с ней сделать, — заметил Роб.

Конечно, он знал. Девлин никогда не отличался изобретательностью.

— Они хотели сделать Эмму Норткот королевой бала.

— Это совсем не шутка, Нед! — От волнения в голосе Роба отчетливее слышался акцент выходца из Уайтчепела. — Они ясно давали понять, что не желают, чтобы ты приближался к Эмме. Должно быть, им почудилась какая-то угроза в том, что ты танцевал с ней.

— Они могут думать все, что им заблагорассудится.

— А ты ничего не забыл?

— Нет, не забыл.

— Нед, они опасны.

— Я знаю, что они такое.

— Они могут уничтожить тебя и все, ради чего ты работал.

— Ты думаешь, я позволю им это сделать?

— Я думаю, то, что ты сделал, — это начало войны. — Роб взмахнул рукой. — О чем ты, черт возьми, думал, когда забирал ее у Девлина посреди танца? С таким же успехом ты мог бы снять перчатку и влепить ему пощечину или просто вызвать его на дуэль! — Роб покачал головой. — Зачем?

Нед закрыл глаза и снова увидел Эмму в объятиях Девлина. Увидел тот взгляд, который она бросила на него в тот момент. Нед понял, что она чувствует, понял ее молчаливый призыв о помощи, от которого должен был бы отвернуться, сделав вид, что ничего не заметил.

— О чем ты думал, черт побери?

— Между Эммой Норткот и Девлином что-то есть. Ей надо было помочь.

— И это должен был сделать именно ты?

— Да, — просто ответил он.

— Ты нарочно пытаешься разозлить Девлина? Если да, то ты здорово преуспел.

Отвернувшись от окна, Нед посмотрел на Роба.

— Та женщина, с которой я встречался, моя таинственная незнакомка, как ты ее называл, — это Эмма Норткот.

Роб замер. Он стоял так неподвижно, что, казалось, даже не дышал.

В комнате повисла звенящая тишина. Нед слышал, как Роб сглотнул.

— Это что, шутка?

— Я был бы рад, если бы это было так.

Роб уставился на него, открыв рот, не в состоянии до конца осознать всю важность того, что сказал ему Нед.

Тишину нарушало лишь мерное тиканье каминных часов.

— Проклятье! — Роб резким взмахом провел рукой по волосам. — Проклятье! — повторил он громче. Потом потер пальцами лоб, как будто хотел стереть из своего сознания слова, только что сказанные другом.

— Из всех женщин в Лондоне ты умудрился связаться именно с Эммой Норткот?… — Роб изумленно уставился на него.

— Когда я познакомился с ней, я не знал, кто она такая.

— Как это может быть?

— Это сложно объяснить.

Роб поднял стакан и опрокинул его себе в горло. Сделав паузу, он сказал:

— Что ж, это все объясняет.

Даже в отблесках свечей было видно, как Нед побледнел. Роб поднял глаза на Неда.

— Ты до сих пор с ней встречаешься? — спросил он.

Нед бросил на него жесткий взгляд.

Роб поднял руки вверх:

— Я просто спросил.

Нед снова наполнил стакан друга. Его собственный оставался нетронутым.

— Что ты намерен делать с Девлином?

Ответ последовал мгновенно:

— Не обращать на него внимания, как обычно.

Уловив едва заметный шорох листьев на дереве, Нед посмотрел в окно.

— А с Эммой Норткот?

Сквозь ветви деревьев Нед смотрел на залитые светом прямоугольные окна дома на другой стороне площади.

— С Эммой Норткот все кончено. — Его голос звучал бескомпромиссно. — Между нами больше ничего нет. — Однако в его сознании снова и снова прокручивался их разговор во время танца, и он чувствовал, что его по-прежнему тянет к ней. И хотя Нед не собирался ничего предпринимать, он знал, что между ним и Эммой Норткот все еще далеко не кончено.

— До чего же дерзок этот человек! — На следующий день после бала в Воспитательном доме леди Ламертон продолжала обсуждать его за ланчем. — Разве он не знает, что джентльмен не может вклиниваться, когда другой джентльмен танцует?

Нед прекрасно знал это, что бы он ни говорил. И Эмма понимала, что он сделал это, чтобы помочь ей. Она понимала, как отнесется к этому свет, и чувствовала себя виноватой.

— Любой другой на его месте был бы наказан. Ему бы указали на то, что он сделал, и он бы сквозь землю провалился от смущения. Но только не мистер Эдвард Стрэтхем. Он ведет себя как ни в чем не бывало, потому что ему, видимо, все равно, осуждают его или нет. Похоже, тот факт, что этот разбойник так хорош, еще долго будет выручать его. — Леди Ламертон отпила чаю. — Вы знаете, леди Рутледж питает к нему слабость.

— Я не знала, — сказала Эмма.

— Однако хорош этот разбойник или нет, но он дважды танцевал с вами, Эмма. Он вклинился, чтобы защитить вас от этой шайки повес. И это человек, который не танцует. В свете только и разговоров что об этом. — Она махнула рукой в сторону пачки писем, лежавших на чайном столике. — Всем хочется знать, нет ли между вами чего-нибудь.

— Как между нами может что-то быть? Я едва знаю этого человека.

Вдова сделала еще глоток чаю и бросила на Эмму проницательный взгляд.

— Стрэтхем совсем не глуп. У него есть деньги. Ему не хватает только власти, влияния и признания в обществе.

— Женитьба на аристократке даст ему это.

Вдова улыбнулась:

— Совершенно верно.

Эмма с улыбкой взяла чайник.

— Еще чаю?

Вдова кивнула.

— Было бы замечательно, дорогая, — сказала она с легким довольным вздохом. — И потом, остается еще Девлин со своими друзьями.

К чести Эммы, она не пролила чай. Она твердо и спокойно закончила разливать его и, добавив немного сливок и три кусочка сахара, поставила чашку с блюдцем перед леди Ламертон.

— Я так рада, что вам удалось забыть прошлое. — Те же слова говорил ей Девлин.

Эмма улыбнулась:

— Жизнь не стоит на месте.

— Несомненно.

Жизнь вела ее вперед, туда, куда после встречи с Девлином и его друзьями исчез Кит. Но сможет ли она так просто забыть Неда? Когда ей приходится каждый день видеть его? Когда ей придется смотреть, как он будет ухаживать за какой-нибудь знатной девушкой? Когда он женится на ней?

— Интересно, будут ли Девлин и Стрэтхем одновременно появляться в одних и тех же местах после вчерашнего? Мне было бы очень любопытно посмотреть на это.

Эмма отвела взгляд. Она не назвала бы это словом «любопытно».

— Не знаю, — сказала она. Они оба были ей небезразличны, хотя и по-разному. А ей приходилось делать вид, что она равнодушна к обоим. Эмма отпила чаю и понадеялась, что сегодня вечером не увидит ни того ни другого. Только в таком случае она почувствовала бы облегчение.

Тем вечером Нед и Роб в компании Мисборна и его сына Линвуда смотрели постановку «Ромео и Джульетты» в расположенном у реки ботаническом саду.

Нед пошел туда не потому, что интересовался Шекспиром или хотел осмотреть ботанический сад, а потому, что его пригласил Мисборн. С делами они покончили днем в кабинете у Мисборна на Лестер-сквер. Достигнув принципиального соглашения, они пожали друг другу руки и выпили по бокалу бренди, предоставив своим деловым поверенным заключать договоры и разрабатывать планы согласно полученным указаниям. После этого Мисборн предложил им пойти посмотреть пьесу.

Итак, Мисборн дал согласие. Но Неду было необходимо, чтобы граф подтвердил это письменно, и, пока этого не случилось, он должен был вести себя так, чтобы ничем не подвергать риску их совместные планы.

На противоположной стороне от сцены, устроенной прямо на лужайке, он увидел Эмму и леди Ламертон.

В самом начале представления вдова слегка кивнула ему в знак приветствия, на что Нед ответил поклоном. Эмма сидела не шелохнувшись. Он знал, что после бала весь свет сгорает от любопытства по поводу того интереса, который проявляли к ней он и Девлин. Ее имя не сходило с языка у светских сплетников, и Нед испытывал по этому поводу некоторое сожаление.

Эмма была одета в темное платье и подходящую к нему ротонду, цвет которой он не мог рассмотреть в сумерках уходящего дня. Свет факелов, освещавших сцену, и фонарей, обозначавших дорожки в саду, отбрасывал на шелк оранжевые отсветы. Волосы Эммы, уложенные в каскад темных локонов, слегка покачивались на ветру. И хотя она не сделала ничего, чтобы поприветствовать его, ее глаза успели встретить его взгляд прежде, чем обратиться на сцену.

В середине второго акта лакей Неда подошел к нему, чтобы шепотом передать сообщение. Нед снова посмотрел на Эмму и, задержавшись на ней взглядом чуть дольше, принял мгновенное решение.

Он очень тихо попросил Роба:

— Важно, чтобы у Мисборна не испортилось настроение, пока я не вернусь. Не отходи от него.

Роб кивнул.

— Прошу меня извинить, сэр. Я должен ненадолго отлучиться, — сказал Нед графу.

Мисборн наклонил голову. Потом посмотрел на Неда своими темными глазами и, пробормотав что-то на ухо Линвуду, снова перевел взгляд на сцену.

Нед пошел по освещенной дорожке в сторону оранжерей.

Эмма видела, что лакей передал Неду какое-то сообщение. Видела, как Нед соскользнул со своего места так тихо, что едва ли многие могли заметить его уход, и невольно задумалась, что за важное известие могло заставить его оставить Мисборна посреди пьесы. То, что Роб Финчли остался, означало, что Нед должен был вернуться. Эмма знала, что у него с графом были какие-то важные дела. Самая важная сделка в его жизни, так он назвал ее.

Эмма снова повернулась к сцене, но пьеса уже не могла удержать ее внимание. Она слишком остро чувствовала отсутствие Неда. Второе действие закончилось. Распорядитель объявил антракт и сказал, что зрителям будут предложены напитки. Но Нед так и не появился.

Эмму охватило неприятное ощущение, что случилось что-то недоброе.

Роб Финчли тоже выглядел встревоженным и старался успокоить Мисборна. Лица графа и его сына казались холодными и отстраненными. Эти мужчины были из тех, кого немногие рискнули бы задеть. В них было что-то мрачное, скрытое и пугающее.

— Интересно, куда подевался Стрэтхем? — шепнула ей на ухо леди Ламертон. Другие тоже начинали замечать его отсутствие.

От волнения шея Эммы покрылась гусиной кожей.

Когда приятельницы леди Ламертон подошли к ней поговорить, Эмма, обменявшись с ними любезностями, отступила на задний план и стала наблюдать за Мисборном.

Граф что-то говорил своему сыну. Он выглядел раздраженным и, казалось, собрался уходить.

«Самая важная сделка в моей жизни». Нед не мог уйти просто так. Эмма поняла, что что-то случилось. Убедившись, что леди Ламертон увлеченно сплетничает со своими подругами, она скользнула в тень и пошла в сторону теплиц.

Первая теплица, загороженная ширмами, была превращена в дамскую комнату. Эмма миновала ее и на дорожке, ведущей ко второй теплице, заметила неподвижную фигуру, распростертую между высокими живыми изгородями. Сердце Эммы сжалось от страха, кровь в жилах похолодела, потому что даже в темноте она узнала в этой фигуре тело мужчины и в свете луны разглядела белую сорочку, белый галстук и… светлые волосы.