Прочитайте онлайн Благородный разбойник | Глава 12

Читать книгу Благородный разбойник
4018+2076
  • Автор:
  • Перевёл: Е. А. Гонсалес-Менендес
  • Язык: ru

Глава 12

Нед и Девлин стояли в коридоре друг перед другом. На лице Девлина застыло выражение холодной ярости. Рядом с Недом стоял Роб Финчли, Девлина окружали Монтейт, Фаллингем и Булфорд.

— Ты можешь хорошо одеваться, Стрэтхем. Ты можешь изображать любезность и хорошие манеры. Ты можешь сколько угодно ходить в оперу и танцевать на балах. Но это не изменит того, что скрывается внутри. Ты не джентльмен. И ни за какие деньги не купишь это. — Девлин говорил довольно тихо, но Эмма слышала каждое слово.

Нед улыбнулся, как будто тирада Девлина его позабавила.

— Играешь в вист с мисс Норткот… — Девлин фыркнул.

— Вы желаете сыграть? Подозреваю, что, если я сяду играть с вами, удача вернется ко мне.

— Я не собираюсь марать руки, садясь с тобой за один стол.

— Боитесь, что со мной ваша счастливая рука подведет вас?

Ноздри Девлина раздулись от гнева. Эмма увидела, как он стиснул зубы, как потемнели от ярости его глаза. Он едва сдерживался, чтобы не броситься в драку. Его руки сжались в кулаки. Девлин шагнул к Неду.

— На этот раз ты зашел слишком далеко, Стрэтхем. Слишком далеко.

Нед по-прежнему выглядел спокойным, но Эмма видела его в драке и узнала этот взгляд и то, как Нед едва заметно подтянулся. Она понимала, что вот-вот произойдет. Понимала, что Нед уничтожит Девлина. Понимала, что, если начнется драка, в ней не будут соблюдаться правила, принятые у джентльменов. В ней будет кровь. И все это здесь, в доме Мисборна, на глазах его семьи и гостей. Нед, конечно, победит Девлина, но это будет стоить ему гораздо больше, чем он думает.

Она подошла ближе, как будто собиралась пройти мимо них, задела Девлина плечом и опрокинула содержимое своего бокала с лимонадом на его фрак и бриджи.

— Мне так жаль, лорд Девлин. Простите меня. Я так неуклюжа.

Этого оказалось достаточно, чтобы потушить разгоравшийся пожар… хотя бы на время.

Девлин, глядя на свой мокрый костюм, сделал несколько шагов в сторону от Неда.

Глаза Эммы и Девлина встретились. В его взгляде не осталось ничего от обычной любезности и мягкости. Их место заняла холодная угроза, испугавшая Эмму. Девлин понял, что она сделала.

— Вы совершаете большую ошибку, Эмма, — тихо сказал он.

Нед сделал слабое движение. Эмма заметила, как шевельнулись желваки у него на щеках. Она немедленно встала между ним и Девлином, чтобы предотвратить то, что могло произойти.

Двое мужчин с ненавистью смотрели друг на друга, как два бойца. В битве, которая еще не закончилась. И не закончится никогда. Она лишь сильнее разгоралась, превращаясь в войну.

— Прошу меня извинить, мисс Норткот… мистер Стрэтхем.

Она видела, как сверкнули глаза Неда в сторону двери, в которую только что вышел Девлин. Видела их тяжелый взгляд.

Эмма с трудом заставила себя сделать вдох и почувствовала, как по всему телу пробежала легкая дрожь.

— Эмма… — Его голос был низким, хриплым и таким тихим, что могла слышать только она. За его внешним спокойствием она чувствовала всю бурю эмоций, бушевавших внутри его. Нед смотрел на нее так, словно хотел навсегда запечатлеть в памяти ее образ. Его пальцы едва заметно коснулись ее руки, и Эмма невольно бросила взгляд на мистера Финчли, наблюдавшего за ними со стороны. Потом снова вернулась взглядом к Неду.

Она понимала, что у них остается мало времени. У нее не оставалось сомнений, что сделает Нед, если она скажет ему о требовании к ней Девлина держаться от него подальше. Что в противном случае он угрожал рассказать обо всем леди Ламертон, и теперь наверняка выполнит свою угрозу. И после того, чему она только что стала свидетельницей, Эмма не могла ничего рассказать Неду, не могла даже предупредить его.

— Нед, — шепнула она, — это не Уайтчепел. Тут надо драться другим способом, иначе погибнешь.

Их глаза снова встретились. Они все еще стояли слишком близко.

— Эмма, — услышала она голос леди Ламертон, доносившийся из гостиной.

Эмма сделала несколько шагов в сторону.

— Прошу меня извинить, мистер Стрэтхем, — громко произнесла она.

— Ваш покорный слуга, мисс Норткот. — Нед поклонился.

Эмма вернулась назад к леди Ламертон.

Драки, которой она так боялась, удалось избежать, но ей ничуть не стало спокойнее. Ее переполняло чувство, что между Недом, Девлином и ею произошло нечто такое, после чего ни один из них уже не мог повернуть назад.

Рубикон был перейден.

В эту ночь Нед стоял один у окна своей спальни и, глядя на залитую светом улицу, ничего не видел.

Он никак не мог перестать думать о той карточной игре.

Нед оказался перед выбором между тем, чтобы нанести леди Мисборн публичную обиду в ее собственном доме, или сесть за один стол с Эммой Норткот. И вот теперь, после стольких лет… после всех усилий, когда он стоял на пороге успеха, он чуть не ушел. Чуть не испортил все. И он осознавал почему. Нед закрыл глаза.

Эмма была права, когда не дала ему уйти и нанести оскорбление хозяйке. Эмма спасла все.

Но сидеть за столом напротив нее… Нед не думал, что это будет так тяжело. До этого момента он не осознавал весь ужас дилеммы, стоявшей перед ним. Теперь он осознавал это слишком хорошо. И с абсолютной ясностью понимал, что он совершил два года назад.

Это касалось не только его одного. За ним стояли сотни других. Сотни безымянных, безликих, бессловесных, забытых. Как он мог повернуться к ним спиной? Однако то, что он сел за карточный стол, еще не гарантировало их безопасности. Нед разбирался в людях и знал, как выглядит человек, доведенный до предела. Он понимал, каким виделось Девлину то, что произошло этим вечером: Нед не просто махал у него перед глазами красной тряпкой — он сунул ее виконту в лицо. У каждого человека есть предел терпения, и Девлин достиг своего.

Если Девлин узнал, что Нед испытывает к Эмме, его ничто не остановит. Он будет драться. Он уничтожит Неда и все его труды.

Что он испытывает к Эмме.

Нед смотрел в окно. Теперь он знал, что чувствует к ней, и понимал, что это невозможно.

Так решила судьба.

Нед достал из кармана фишку и коснулся пальцами истертой поверхности.

Человек может завоевать весь мир, но потерять себя.

Рано или поздно удача ускользает.

Возможно, для него это время пришло, подумал Нед.

На следующий день погода испортилась, сделавшись прохладной и хмурой. В малой гостиной городского дома леди Ламертон разожгли камин, чтобы прогнать холод и сырость. Но огонь не смог прогнать мигрень, мучившую Эмму. Головная боль, вызванная бессонной ночью и тревогой, довела ее до такого состояния, что она не могла ясно мыслить.

Каждый раз, когда леди Ламертон вскрывала очередное письмо, Эмма чувствовала, что стоит на грани отчаяния. Каждый раз, когда в комнату входил дворецкий, ее сердце сжималось от страха.

«Вы совершаете большую ошибку, Эмма». Слова Девлина снова и снова звучали у нее в голове.

Эмма понимала, что ее ждет, и могла винить в этом только себя. Но она не могла забыть выражение лица Неда, когда он смотрел на нее, сидя напротив за карточным столом, и потом, когда коснулся пальцами ее руки. Возможно, ей нужно было сказать ему об угрозе Девлина, но она понимала, к чему бы это привело. А теперь было уже слишком поздно.

— Что вы там копаетесь, Эмма? Вы уже нашли список предстоящих развлечений в этом малом сезоне? — прервал ее мысли голос леди Ламертон.

— Простите меня. — Эмма заставила себя вернуться к «Дамскому журналу», лежавшему в открытом виде у нее на коленях. Перевернув страницу, она снова начала читать вслух.

Когда Уилкот прервал ее, сообщив, что пришел лорд Девлин, который ждет в гостиной, чтобы поговорить с леди Ламертон, Эмма восприняла это почти с облегчением.

— Очень интересно, — сказала вдова и, бросив на Эмму лукавый взгляд, подмигнула ей.

Эмма не смогла улыбнуться. Она знала, о чем думает ее хозяйка, и понимала, насколько та заблуждается. Она знала, что будет дальше, и от страха у нее холодела кровь. Тот же страх заставлял ее сердце молотом биться в грудь, а внутренности сжиматься в кулак. Ей нужно было что-то сказать леди Ламертон, как-то предупредить ее, но у Эммы настолько пересохло во рту, что она не могла вымолвить ни слова. К тому времени, когда она открыла рот, вдова с радостной улыбкой была уже на полпути к парадной гостиной, где ее дожидался Девлин.

Раздался щелчок закрывающейся двери, и Эмма осталась одна.

Она онемевшими пальцами закрыла журнал, аккуратно положила его на стол и встала, чувствуя, как похолодели и окаменели ноги.

Эмма думала об отце. Она думала о своем брате, о тех сведениях, которые должна была получить от леди Ламертон. Она думала о том разочаровании, которое ждало ее хозяйку.

Не прошло и нескольких минут, как вдова вернулась назад и закрыла за собой дверь. На ее лице появилось непроницаемое выражение.

Эмма стояла неподвижно, как изваяние. В ушах слышался лишь стук собственного сердца. Она встретилась глазами с хозяйкой, ожидая слов об увольнении.

— Девлин желает побеседовать с вами, Эмма. Наедине. — Леди Ламертон улыбнулась.

Эмма уставилась на нее, потрясенная таким оборотом событий. Она не могла понять, что задумал Девлин.

— Он сказал, что хочет поговорить с вами о чем-то очень важном для вас…

Эмма услышала в голосе леди Ламертон романтические нотки. Какой же еще могла быть, по мнению вдовы, причина того, что джентльмен явился в дом к респектабельной леди и просит разрешения поговорить с ней наедине?

И правда, какой же еще?

— Что ж, идите, моя дорогая. Вы же не хотите заставить его ждать?

— Не хочу. — Она должна выяснить, что приготовил ей Девлин.

Виконт с хмурым видом стоял в гостиной у камина из белого мрамора.

— Мисс Норткот, — поздоровался он и более тихим голосом добавил: — Закройте за собой дверь.

Эмма колебалась.

— Если вы не хотите, чтобы леди Ламертон услышала наш разговор…

Она с тихим щелчком закрыла дверь. Потом подошла к камину и, остановившись на некотором расстоянии, повернулась к Девлину лицом.

— Вам доставляет удовольствие играть со мной, Девлин? Расскажите ей все, и покончим с этим.

Какое-то время они молча смотрели друг другу в глаза.

— Если я ей расскажу, вы погибли, Эмма.

— Разве вы не этого хотите, Девлин?

— Вопреки тому, что вы думаете, я хочу прямо противоположного.

— Тогда чего же вы хотите?

Он улыбнулся какой-то странной улыбкой и отвел взгляд.

Эмма почувствовала себя неловко.

— Девлин? — тихо повторила она.

Он снова улыбнулся. На этот раз это была его обычная чарующая улыбка, однако взгляд темных глаз оставался непроницаемым.

— Я хочу вас, Эмма.

В наступившей тишине Эмма слышала только стук своего сердца.

Она смотрела на Девлина, не веря тому, что он только что сказал.

— Это какая-то шутка?

— Я никогда не был так серьезен, как сейчас. — Его гладкий, словно шелк, голос был холодным как лед. — Выходите за меня замуж, Эмма.

— Вы не можете всерьез предлагать мне это.

В комнате снова повисла звенящая тишина.

Девлин подошел к Эмме и, взяв прядь, упавшую ей на лицо, хозяйским жестом убрал ее за ухо Эммы.

— Вы считаете, что я к вам равнодушен?

Она отступила назад, чтобы он не мог до нее дотянуться, стараясь не показать страха, проникшего в ее вены.

— А если я вам откажу?

Девлин посмотрел на нее так, словно не принимал такой вариант всерьез. Он был знатен и красив, богат и влиятелен. Немногие девушки решились бы отказать ему. Особенно девушки в ситуации Эммы.

— Полагаю, вы достаточно хорошо понимаете, какой у вас выбор. Или вы выйдете за меня, или я должен буду снова подумать о том, чтобы поговорить с леди Ламертон.

— Вы сказали, что неравнодушны ко мне. Вы сказали, что не хотите меня погубить.

— Что поделаешь… — прошептал Девлин таким голосом, что Эмма вздрогнула.

— Снова шантаж, — сказала она.

Эмма вспомнила об отце. О брате. О Неде.

Как она могла выйти замуж за человека, который не постеснялся шантажировать женщину, за человека, который подстроил то страшное нападение на Неда? Который с презрением относился к нему только потому, что тот родился в бедности и сам пробивал себе дорогу в жизни?

И как она могла не сделать этого, зная, что поставлено на карту?

— Вы понимаете, что я вам предлагаю, Эмма?

Девлин предлагал ей помилование.

Он предлагал ей провести жизнь рядом с ним и в его постели. Она стала бы принадлежать ему и делать то, что он захочет. Он — человек, который усадил ее брата за игорный стол и смотрел, как тот проигрывает состояние отца.

Эмма посмотрела Девлину в глаза и поняла, что этому не бывать.

— Я понимаю, что вы оказываете мне честь, Девлин, но…

— Вы отказываете мне из-за него?

— Леди Ламертон сказала, что вы всегда его недолюбливали, даже до моего возвращения. Почему? Только за то, что он торговец? — Ее голос звучал настойчиво.

— Разве? — отозвался Девлин. — Что вы знаете об Эдварде Стрэтхеме?

— Я знаю достаточно.

— В самом деле? Вы знаете, Эмма, что под видом джентльмена скрывается бандит из Уайтчепела? Волк в овечьей шкуре, которому ничего не стоит сожрать вас на завтрак?

— Между мной и Недом Стрэтхемом ничего нет. — Больше нет. Это короткое, но важное слово осталось несказанным. — Я больше никогда не стану видеться с ним, обещаю вам.

— Почему-то я вам не верю.

— Значит, вы ошибаетесь.

— Как ошибаюсь в том, что я видел в Грин-парке?

Его слова повисли в тишине.

— Вы можете верить во что хотите. Мне сказать леди Ламертон, что вы желаете поговорить с ней?

— Вы и вправду не намерены соглашаться. — Это был не вопрос, а утверждение.

Эмма покачала головой.

Девлин сверлил ее взглядом.

— Вы воображаете, что влюблены в него, — медленно произнес он с видом человека, сделавшего открытие.

— Не говорите ерунды! — выпалила она, чувствуя на щеках предательский румянец. — Просто, в отличие от вас, я не испытываю предубеждения к человеку из-за того, где он родился и как заработал свои деньги.

Девлин рассмеялся, но это был мрачный саркастический смех.

— Какая гордость, какие принципы, Эмма! Да вы в самом деле ничего не знаете.

— Вы считаете, что Уайтчепел — жалкая дыра, и ставите Эдварда Стрэтхема ниже себя, потому что он там родился.

— Нет, я считаю, что Уайтчепел — выгребная яма, а Эдвард Стрэтхем — самый отпетый из тамошних негодяев.

Они смотрели друг на друга.

— Он не тот, кто вы думаете, Эмма.

— Кем бы он ни был, Девлин, он лучше вас.

Казалось, ее слова, отразившись эхом от стен, заполнили всю комнату.

— Мне жаль, что дошло до этого, Девлин.

— Мне тоже, Эмма. — Девлин еще на мгновение задержал на ней взгляд. — Мне тоже.

Он поклонился и вышел из комнаты, оставив ее одну.

* * *

— И что? — Леди Ламертон стояла в дверях, и ее брови поднялись вверх в ожидании новостей.

— Он сделал мне предложение. — У Эммы кружилась голова.

— Я так и знала! — воскликнула леди Ламертон. — Мои поздра…

— Я ему отказала.

— Что вы сделали?

— Я ему отказала, — повторила Эмма, опускаясь в кресло.

— Вы сошли с ума, Эмма?

— Возможно. — Может быть, она действительно сошла с ума. Она отказала Девлину и довела его до бешенства. И при всех ее ссылках на свои высокие моральные принципы Эмма знала, что это всего лишь предлог. Она знала, в чем истинная причина того, что она рисковала потерять свое место и лишиться помощи леди Ламертон в ее попытках отыскать Кита. Эмма лишилась дара речи от того, что сделала.

— Девлин наследник графского состояния. Его мать из династии потомственных банкиров. Он один из самых богатых людей Лондона. А вы… — Леди Ламертон остановилась как раз вовремя и, схватившись за голову, рухнула в кресло.

— Компаньонка без гроша в кармане, — продолжила за нее Эмма. — Из семьи, чье имя запятнано скандалом.

— Я собиралась сказать, что вы молодая леди и что вы слишком сильно настроены против него.

— Вы правы и в том и в другом, — признала Эмма. — Но если вспомнить, какую роль Девлин сыграл в судьбе моей семьи, мы с ним определенно не пара.

— Я думаю, что вы пожалеете о своем решении, Эмма Норткот. А если это как-то связано с Эдвардом Стрэтхемом, то вам следует еще раз хорошенько подумать. Я видела, как вы разговаривали с ним на карточном вечере у леди Мисборн. Использовать его, чтобы подтолкнуть Девлина к женитьбе, — это одно дело. Но тут что-то другое. Я совершенно уверена, что Стрэтхем метит в более крупную рыбу, чем вы, Эмма. Полагаю, вы сами это понимаете. Для меня не новость, что молодых дам привлекают мужчины, которые… как бы это сказать… необузданны, диковаты и опасны. Разбойник может заставить сердце женщины трепетать. Я тоже была молода, хотя теперь это трудно представить. Но поверьте, что бы вы себе ни навоображали, то, чего хочет от вас Стрэтхем, не имеет никакого отношения к женитьбе.

Нед стоял у пустого очага в кабинете своего дома на Кавендиш-сквер. Роб сидел в одном из соседних кресел.

— Ты наверняка уже слышал о том, что Девлин сделал ей предложение, а она ему отказала, — сказал Роб.

Нед кивнул:

— Слышал.

— Это из-за тебя?

— Она ненавидит Девлина. Она винит его в том, что случилось с ее братом, — сказал Нед, не отвечая на вопрос. Он сделал паузу. — Я собираюсь рассказать ей правду о том, кто я.

— Зачем? — Роб уставился на него, как на человека в припадке безумия. — Ты с ума сошел?

— Я люблю ее, Роб.

Его друг вытаращил глаза. Он никогда в жизни не слышал от Неда таких слов.

— Я не знал.

— Я тоже. Пока не сел за карточный стол напротив нее.

— Черт! — прошептал Роб.

— Да, — согласился Нед. — Именно так.

— Рассказав ей, ты рискуешь всем.

— Мисборн поставил свою подпись. Он не даст обратный ход.

— А остальное? Все остальное? — Роб покачал головой. — Ты можешь потерять все.

— Значит, так тому и быть. Хватит с меня этой шарады. Я не могу жениться на другой. И не могу спокойно сидеть и смотреть, как она выйдет за другого. Я люблю ее!

— Но если ты ей расскажешь… ты потеряешь ее. — В глазах Роба светилась боль.

— Но как я смогу быть с ней, если не расскажу ей всего? — Нед покачал головой. — Как я смогу просить ее стать моей женой? — Он понимал правдивость слов друга, но понимал и то, что должен это сделать. — Она имеет право знать правду. Чтобы сделать осознанный выбор, если для нее существует этот выбор. Я не стану ее дурачить. Не стану врать ей. И пусть будет так, как карта ляжет.

Роб отвел взгляд.

— В конце концов, она ведь одна из них, Нед.

— Она не такая, как ты думаешь. В каком-то смысле она одна из нас.

Роб покачал головой:

— Ты хорошо подумал? О том, к чему это ведет?

— В последнее время я ни о чем не могу думать. — Нед взглянул на своего друга. — Я сегодня же расскажу ей все. Полковник Морли дает бал. Леди Ламертон в списке гостей.

Наступила недолгая пауза, пока Роб переваривал всю важность того, что должно было произойти. Его лицо побелело.

Нед достал из ящика письменного стола лист бумаги и протянул его Робу.

— Ты был мне добрым другом, Роб. Что бы ни случилось сегодня вечером… с тобой будет все в порядке.

— Спасибо, Нед. — Роб сунул чек в карман.

Нед взял бутылку джина, стоявшую наготове на круглом столике. Налил им обоим.

— Для храбрости, — сказал он, опускаясь в кожаное кресло напротив Роба.

Роб взял джин и поблагодарил друга. После некоторых колебаний он спросил:

— Ты сказал, что любишь ее. А она тебя любит?

— Полагаю, она думает, что любит.

— Мне жаль, Нед. Я никогда не представлял, что…

— Я тоже.

Они сидели в этом роскошном кабинете, отделанном красным деревом, и, погрузившись в тишину, потягивали джин из хрустальных стаканов.

Потому что оба понимали, что Эмма Норткот не станет любить его, после того как он расскажет ей правду.

В первую же минуту, когда Эмма вошла в бальный зал дома полковника Морли, она услышала обрывки шепота насчет ее и Девлина, и поняла, что совершила ошибку, рассказав об этом леди Ламертон. Не обращая внимания на сплетников, она сосредоточила свое внимание на том, о чем беседовали леди Ламертон, миссис Морли, миссис Хилтон и леди Рутледж. Однако ее насторожили слишком частые взгляды, которые они бросали в другой конец зала. Посмотрев в ту сторону, Эмма увидела Неда с его управляющим. Они разговаривали с мистером Дейлом.

К дамам подошел лакей с подносом, на котором стояли бокалы с лимонадом, и, предлагая напитки, тайком сунул в руку Эммы записку.

Она открыла рот, чтобы спросить, кто послал его, но лакей уже отошел, пробиваясь дальше в толпе гостей. С трепещущим сердцем Эмма решила, что сама знает ответ. Ее глаза отыскали в зале Неда. Она почувствовала, как сжалось сердце при мысли о том, что их связывало, почувствовала, как оно рванулось в попытке сбросить цепи, сковавшие его, почувствовала, как отчаянно оно рвется на свободу.

Казалось, записка вибрирует у нее в кармане. Эмма понимала: то, что хотел сказать ей Нед, должно быть исключительно важным, раз он рискнул послать ей письмо.

Их взгляды встретились и на секунду задержались друг на друге. Его лицо было серьезным, внимательным и сосредоточенным. Брови опустились вниз. Эмма почувствовала, как внутри все холодеет от волнения.

Она отвернулась и, наклонившись к леди Ламертон, шепотом извинилась, что должна отлучиться. Леди Ламертон продолжала внимательно слушать историю, которую рассказывала леди Рутледж. Она едва взглянула в сторону Эммы и кивнула, показывая, что не возражает.

Эмма снова бросила взгляд на Неда и вышла из бального зала.

Остановившись в холле перед большим шкафом-витриной, она достала записку. Развернув ее дрожащей рукой, пробежала глазами несколько слов, написанных черными чернилами. Ее глаза широко раскрылись, сердце замерло.

Записка была не от Неда, однако Эмма без колебаний последовала тому, что она предписывала. Сунув листок в карман, она сделала глубокий вдох и, остановив проходившего мимо лакея, спросила, как пройти в кабинет полковника Морли.