Прочитайте онлайн Безрассудные сердца | ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ШЕСТАЯ

Читать книгу Безрассудные сердца
4018+3237
  • Автор:
  • Перевёл: Ю. Пермогоров

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ШЕСТАЯ

Две недели, предшествующие свадьбе Билли, прошли в тревоге. Все с беспокойством ожидали, что произойдет дальше. Абигейль и Бойд по ночам в отчаянии подсчитывали, сколько времени им осталось, и молили Бога, чтобы не началась полномасштабная война.

Бойд в два раза усилил охрану, но скот продолжал пропадать. И еще один человек был ранен при объезде границ ранчо. Но Паттерсон все еще не двинул вперед основные силы, и Бойд знал об этом. Утешало единственное: Абигейль была погружена в — подготовку к свадьбе.

Она командовала женщинами, которые вычистили весь дом. Миранда, Люси и Рейчел отполировали мебель, натерли воском полы. Все льняные скатерти были выстираны и накрахмалены. Круглые сутки готовилось что-то из еды. Только присутствие вооруженной охраны вносило диссонанс в эту похожую на сказку картину.

Рано утром в день свадьбы Бойд опасался, что люди могут не прийти на торжество и таким образом выразить свое осуждение, или явятся, желая убедиться в том, что слухи соответствуют действительности. Он понимал, что в обоих случаях свадьба, которую так тщательно готовила Абигейль, окажется довольно тоскливой. Встав с постели, он первым делом унес из большого дома все свои вещи на случай, если кто-нибудь забредет в спальню и обнаружит там его одежду.

Ему показалось странным возвращаться в свой домик, но надо было готовиться к свадьбе.

Вытерев свежим полотенцем тщательно выбритое лицо, он потянулся за самой лучшей своей рубашкой, купленной ему Абигейль. Ощущение ткани на коже напомнило ему их первую ночь, ее лицо, ее бесконечную уступчивость.

Взяв в руки другой ее подарок — карманные часы, он потер пальцами изображение дикого жеребца, выгравированное на крышке. Было что-то ироническое в том, что это изображение, по-видимому, символизировало свободу — то есть то, чего ни один из них не имел. Тем не менее он опустил часы в карман и закрепил цепочку.

Завязав на шее галстук-шнурок, он глубоко вздохнул, набираясь смелости. Хотя свадьба будет проходить в безопасном месте и на дружеской территории, Бойд знал, что ему предстоит пройти тщательную проверку у всех присутствующих и получить их оценку.

Он побрел от своего домика к большому дому ранчо. Дул теплый ночной ветерок. Он постучал в дверь, слыша шум разговоров в доме. Открыла ему чем-то смущенная Миранда и жестом пригласила войти.

— Я думала, это священник, — пробормотала она, оставив его в передней.

— Не похоже, — едва слышно ответил он, но Миранда уже проскочила в другую комнату.

Остальные женщины суетились вокруг стола. Казалось, что все происходит в нормальной, мирной обстановке. Подумав о замечательном молодом человеке, которому предстояло жениться сегодня, Бойд порадовался, что они отвлеклись от тягостных забот и устроили свадебную церемонию.

Собранные на отрогах гор дикие цветы наполняли вазы, добавляя свой запах к запаху лимонов и пчелиного воска. В хрустальных вазах стояли также букеты из засушенных трав и цветов. В стеклянных подсвечниках и в медных канделябрах горели длинные свечи, бросая отблески на хорошо отполированные поверхности столов. Кружевные занавески тихонько шевелились — под легкими порывами воздуха из открытых окон. Дом выставлял Абигейль в самом лучшем виде — как добрую, очаровательную и гостеприимную хозяйку. Оказавшись внутри, легко было на время забыть об опасностях, скрывавшихся вне его.

Бойд посмотрел на лестницу, ведущую наверх. Абигейль спускалась… нет, плыла вниз по ступенькам. У него захватило дыхание от ее красоты. Шелковое платье, усыпанное золотыми блестками и отделанное белыми кружевами, было столь изысканно, что казалось, будто его сшили феи. Оно оставляло открытыми ее бархатные плечи и намек на многообещающую ложбинку на груди. Это платье было создано для того, чтобы дразнить и возбуждать, и предназначалось для состоятельной леди. Бойд уныло подумал, а осталось ли что-нибудь от его прежней Абигейль.

Но через мгновение она была уже рядом с ним, и соблазнительный запах лаванды проникал ему в ноздри, поддразнивая его.

Подняв голову, она посмотрела прямо ему в глаза. И Бойд увидел страсть, по-прежнему горевшую в них, и любовь, в которой так нуждался. Абигейль поднялась на цыпочки и легонько коснулась губами его губ. Это прикосновение возбудило его и придало ему силы.

— Ты прекрасно выглядишь. — Ее голос прозвучал глухо.

— А ты, Абби, просто великолепна.

Она не покраснела, только цвет ее глаз стал еще ярче.

— Мне тебя не хватало сегодня ночью, — призналась она. — Я проворочалась до утра, все искала тебя рядом, но тебя не было. — Мягкая белая ручка скользнула в его темную, грубую руку, и этот контраст поразил обоих.

Бойд хотел было напомнить ей, что им придется привыкать к одиночеству, что это лишь первый шаг на пути их разлуки, но не мог позволить себе испортить ей настроение и приглушить ее сияние. Абигейль походила на горящую свечу, которую нельзя было притушить и затем загасить совсем.

— Ты готова встретиться с толпой гостей? — спросил он.

— Я сомневаюсь, придут ли гости. — Было очевидно, что они подумали об одном и том же. — Мне бы очень не хотелось расстроить Билли и Элизабет.

— Им не придется расстраиваться, — пообещал Бойд. — Даже если придут только наши друзья и наши работники, свадьба будет достаточно солидной.

Абигейль улыбнулась, но ее губы чуть-чуть дрожали.

— Ты как всегда прав. Элизабет еще наверху. Пойду проведаю ее.

Он неохотно отпустил ее руку и проследил взглядом, как она поднимается по лестнице. Проходили последние дни, а теперь уже минуты, отдаляющие его от неизбежного конца, и он все чаще задумывался над тем, как будет жить без нее.

Наверху Абигейль быстро прошла через зал и постучала в свою спальню. Элизабет, узнав Абигейль, улыбнулась ей.

— Как я выгляжу? — нетерпеливо спросила она.

— Прекрасно, как и положено невесте. — Абигейль поправила жемчужное украшение на ее голове и складки тонкой вуали.

— Я все еще не могу поверить, что вы дали мне надеть ваше подвенечное платье, — сказала Элизабет дрожащим от благоговения голосом.

— За две недели мы вряд ли успели бы сшить новое, — напомнила Абигейль и затем, поддразнивая ее, добавила: — До чего же нетерпеливы эти молодые влюбленные.

Элизабет порозовела.

— Но это намного превосходит все мои мечты.

— В жизни каждой девушки должен быть один необыкновенный день, который запомнится ей навсегда. Потом, когда появятся дети и на плечи свалятся жизненные невзгоды, память о счастливом дне облегчит их тяжесть. И этот день положит начало замечательным воспоминаниям.

— Билли, наверное, не узнает меня, — прошептала Элизабет, вглядываясь в свое отражение в большом зеркале.

— Я думаю, что для него ты выглядишь так прекрасно каждый день.

— Вы замечательный человек, миссис Ферчайлд. Билли обо всем рассказал мне, и я очень благодарна вам за его ногу, но эта свадьба… платье… Такого я не могла представить даже в мечтах. Не знаю, чем мы отплатим вам за вашу доброту.

Абигейль сжала руку Элизабет, пожелав себе такого же успешного разрешения собственных проблем.

— Вы оба заслуживаете этого. Просто будьте счастливы, и лучшей награды мне не надо.

— Это я вам гарантирую. У меня самый замечательный в мире мужчина.

«Да, но только после самого лучшего», — подумала Абигейль, спускаясь по лестнице.

Гости уже заполнили зал и гостиную. Пора было появиться перед ними.

Вооруженные люди, находившиеся в комнатах, привлекали всеобщее внимание. Одни смотрели вслед им с удивлением, другие сопровождали понимающим взглядом. Джем Мак-Интайр решительно подошла и встала рядом с Абигейль. А Риз непоколебимо стоял рядом с Бойдом.

Но тут подали виски, а затем пианино и скрипки заиграли свадебный марш.

Элизабет появилась на лестнице как видение и начала спускаться вниз. В ясных глазах Билли сияла любовь. Он торжественно взял ее за руку.

Священник, преподобный отец Филчер, был совершенно глух. Он выступил вперед и начал обряд бракосочетания. Его голос громко разносился по всей комнате. Слушая древние клятвы обряда, Бойд и Абигейль смотрели друг другу в глаза через головы разделявших их людей.

«…Пусть живут они в любви и согласии, пока не разлучит их смерть». Они молча повторили эту клятву вместе с новобрачными.

Когда молодая пара скрепила свою клятву поцелуем, поднялся шум и гам. Молодожены повернулись к толпе, и их тут же окружили люди. Опять заиграла музыка. Мебель сдвинули к стене, ковры свернули в рулон, и образовалось большое пространство для танцев. Жених и невеста протанцевали несколько тактов вальса, а затем к ним присоединились остальные.

— Хорошее дело ты организовала, Абби. — Джем все еще стояла рядом с ней, как бы защищая подругу от любого, кто осмелился бы приблизиться. — Это так похоже на тебя.

— Молодожены заслужили доброе начало.

— Говорят, Билли не кружился бы сейчас в вальсе, если бы тебя не было среди участников перегона.

Абигейль отмахнулась от ее слов.

— Мы не были уверены в успехе. И я рада, что все кончилось хорошо.

— А как ты сама? Все в порядке?

Глаза Абигейль затуманились.

— Я не могу себе представить, что если начнется война, люди погибнут только из-за того, что я не могу расстаться с Трипл-Кросс… и с Бойдом.

— Слухов становится все больше, — прямо заявила Джем. — Тебе следует знать об этом. Половина гостей пришли сюда, — желая увидеть, что в действительности происходит между тобой и Бойдом.

— Не скажу, что это меня удивляет. — Абигейль посмотрела на своих соседей и спросила себя, скольких же из них она по-прежнему может считать друзьями.

— Кажется, пора нанять еще людей для вооруженной охраны, — продолжала Джем. — Я знаю, что тебе не нравится мое предложение, но мне хотелось бы, чтобы мы предприняли это раньше. Тогда, может быть…

Абигейль знала, что Джем говорит о смерти Майкла. Она никак не могла избавиться от чувства вины за смерть ее мужа.

— Никто не мог предположить, что Чарльз займется кражей скота и станет убийцей. Ты была просто пешкой в его планах. Зная это, ты, наверное, смогла бы остановить его. Тебе давно следует избавиться от чувства вины.

— Возможно, Но я никогда не забуду, что Бойд спас жизнь Ризу. — Джем встретилась глазами с Абигейль. — Мы с ним говорили об этом. Даже если мы потеряем свое ранчо, то все равно будем стоять рядом с тобой и Бойдом.

— Джем! Ты не можешь…

— Нет, мы можем и встанем рядом. Если начнется война за ранчо, мы придем и встанем вместе с вами на его защиту. Я слышала, что Паттерсон, Ходжес и Джонсон все вместе претендуют на ранчо. Сейчас они, вероятно, договариваются, и каждый из них пытается спланировать свои действия так, чтобы захватить Трипл-Кросс первому.

— Джонсон? Тот самый, к которому устроился на работу Карутерс?

— Да, тот самый.

Абигейль почувствовала, как что-то оборвалось внутри. Человек, которого она уволила во время перегона скота, вернулся, чтобы распространить свои злобные сплетни.

— Я могу просто отказаться от Трипл-Кросс, — медленно сказала она, — и тогда никто не пострадает.

— Пострадает, и ты знаешь это. Ни ты, ни Бойд никогда не сможете забыть, что отказались от наследства Майкла. Потеря ранчо навсегда останется для вас незаживающей раной.

Абигейль с трудом сдерживала слезы.

— О, Джем! Что же нам делать?

— Если бы Бойд остался владельцем своего ранчо или имел какой-нибудь другой земельный участок, у тебя не возникло бы проблем. Людям, возможно, не нравилось бы, что когда-то он был просто старшим работником, но они быстро забыли бы об этом. Особенно если бы ты напомнила им, что у его родителей раньше было свое ранчо.

— Я могу переписать Трипл-Кросс на его имя, — предложила Абигейль, поразившись, почему такая мысль не пришла ей в голову раньше.

Джем покачала головой.

— Нет. В этом случае ты все равно останешься леди, которая вышла замуж за ковбоя, своего работника. И последствия будут теми же самыми.

— До чего же люди тупы, — в раздражении сказала Абигейль. — Мне все равно, что подумают другие.

Немного помедлив, Джем ответила:

— Я тоже так считала. В конце концов, Чарльз тоже был у моего отца старшим работником. И я согласилась выйти за него замуж. Но бороться с обычаями, с принятыми у них нормами трудно, они могут быть неправильными, но таков закон этой земли, основа нашего общества. — Она помолчала, вспоминая. — Сегодня я понимаю, что именно поэтому мой отец никогда не позволил бы мне выйти замуж за Чарльза. Именно по этой причине Чарльз и убил его — чтобы отец не помешал ему получить то, чего он добивался.

— Неужели ты можешь сравнивать Чарльза с Бойдом? — Абигейль не смогла скрыть ужаса, прозвучавшего в ее голосе.

— Конечно, нет. Я просто хочу еще раз сказать, что людей так просто не переделать. И вряд ли это удастся вам с Бойдом. Если, конечно, ты чудом не сделаешь Бойда владельцем ранчо. Черт возьми, Абби! Ни одна пара не заслуживает счастья больше, чем вы с Бойдом.

Абигейль подняла глаза и увидела, что Бойд пристально смотрит на нее. Тоска и неловкость были в его взгляде. До чего же им обоим было трудно находиться в центре всеобщего внимания. Еще более трудно было стоять на другой стороне комнаты, когда они так нуждались в поддержке друг друга.

— Ты не хочешь потанцевать с Ризом? — спросила Абигейль подругу.

— Конечно, но…

— Все будет в порядке, Джем. В самом деле. Либо эти люди мои друзья, либо нет. Мне, кажется, пора узнать это.

Джем неохотно отошла от нее и подошла к Ризу, очень удивленному просьбой жены потанцевать с ней. Абигейль тем временем приблизилась к Бойду. Надежда и беспокойство попеременно отражались на его лице.

— Разве ты не собираешься пригласить меня на танец? — спросила она.

— Но, Абби…

— Я не знаю лучшего места, чем мой дом, где сразу можно узнать, как поведут себя мои соседи.

Она протянула ему руку, и он принял ее. Невероятная смесь болезненных эмоций промелькнула на его лице. Когда они начали танец, музыка была негромкой, мелодия — медленной. Затем темп ускорился, и комната наполнилась топотом сапог и шуршанием юбок кружащихся в танце пар.

Но уже через пару минут шум постепенно начал стихать. Музыканты продолжали играть на скрипке и гармонике, но пара за парой прекращали танец и отходили в сторону. Вскоре только Джем с Ризом и Билли Кендалл со своей молодой женой продолжали танцевать вместе с Бойдом и Абигейль. Шипение приглушенных вздохов и возгласов неодобрения наполнили комнату. Как только танец окончился, Абигейль и Бойд храбро повернулись к своим соседям.

И увидели на их лицах осуждение. По одному и группами все они прекратили танцевать и сомкнули ряды против них.

Домоправительница Джем, Делла, сопровождаемая своим мужем Питом, выехала на своей коляске вперед и присоединилась к оказавшейся в изоляции группе. Все встали по бокам Абигейль с Бойдом. Подошли Миранда с Камероном О’Доннеллом. Замечательно, что почти все их работники тоже остались с ними, только единицы отошли в сторону.

Линия противостояния была определена.