Прочитайте онлайн Без права на наследство | Глава XI

Читать книгу Без права на наследство
3016+7541
  • Автор:
  • Перевёл: Ольга Валерьевна Чумичева

Глава XI

Одного взгляда на конверт хватило миссис Леконт, чтобы понять, откуда и от кого письмо: она узнала и почерк, и штемпель. Она с замиранием сердца открыла конверт.

Ни почерк, ни стиль письма не могли подсказать ей, что это фальшивка. Без тени сомнения миссис Леконт прочитала о серьезном ухудшении здоровья ее брата. Она уронила письмо на колени, побледнела и осунулась, словно разом навалился на нее груз прожитых лет. Ее мысли улетели вдаль от Англии и забот последних дней, вернув ее в иные, более счастливые и волнующие времена. Время тянулось, и служанка тщетно ждала звонка, чтобы убрать посуду. Миссис Леконт сидела неподвижно, без слез, без слов, мертвая для настоящего, будущего и погруженная в прошлое.

Наконец, служанка не выдержала и заглянула в комнату. И это вторжение вернуло управляющую к действительности. С горьким вздохом эта холодная и замкнутая женщина сложила письмо и сосредоточилась на текущих делах. Ей предстояло быстро принять решение: ехать в Цюрих или следовать за хозяином.

Как бы совершенна ни была стратагема капитана Реджа, она была в этот момент на грани провала. Тот самый коварный случай, которого всегда опасался бывалый мошенник, вмешался в его тщательно выстроенные планы, но вместо того, чтобы подорвать опоры всего заговора, сработал в обратную сторону. Если бы миссис Леконт не нашла то, что искала, она могла пренебречь письмом из Цюриха, побоялась бы покинуть Англию, но теперь ничто не держало ее так прочно.

Информация, полученная от миссис Редж, и найденное платье Магдален придали ей уверенности. Она не сомневалась, что в любой момент сможет предостеречь Ноэля Ванстоуна от новых попыток интриганки. Единственное, в чем она была не вполне уверена: следует ли сначала посетить хозяина и переговорить с ним лично или ограничиться письмом, прежде чем покинуть Англию.

Она снова пробежала глазами письмо доктора: слово «срочно» было дважды подчеркнуто. Дом адмирала Бертрама находился достаточно далеко, надо было ехать поездом, потом экипажем до Сент-Крукса, плюс дорога обратно… она могла опоздать в Цюрих! Хотя миссис Леконт понимала, что личный разговор с хозяином надежнее, вопрос касался жизни и смерти, нет, она должна была ограничиться письмом.

Она решилась: заказала место на ближайшем дилижансе и села писать Ноэлю Ванстоуну.

Сперва она хотела поделиться с ним новостями, которые сумела добыть в Норт-Шинглз, но затем отказалась от этой мысли. Мистер Байгрейв, как и в случае с выпиской из послания мисс Гарт, сумеет все вывернуть наизнанку, если она доверится бумаге. Нет, надо придержать секретное оружие. Можно оказать влияние на Ванстоуна, не вдаваясь в детали. Она на минуту задумалась, а потом взялась за перо:

«Дорогой мистер Ноэль,

я получила печальные новости из Швейцарии. Мой любимый брат при смерти, об этом сообщил мне доктор из Цюриха. Это заставляет меня срочно отправиться на континент. Надеюсь, вы не стали бы возражать против моего отъезда из Англии, я вынуждена спешить и приношу извинения, что не смогла встретиться с вами лично в Сент-Круксе.

Мне очень жаль, что мои семейные проблемы могут сказаться на вашем благополучии, которое всегда очень заботит вашу старую управляющую.

Однако я должна удивить и даже шокировать вас, мистер Ноэль. Умоляю, не волнуйтесь! Соберитесь с силами!

Бесстыдная попытка обмануть вас, которая, по счастью, открыла вам глаза на истинный характер наших соседей из Норт-Шинглз, не была главной целью мистера Байгрейва. Его знакомство с вами стало новым этапом давнего заговора, начатого еще в Лондоне. По чистой случайности – я расскажу вам обо всех обстоятельствах при личной встрече – я получила сведения, дагоценные для вашей безопасности. Я узнала совершенно точно, что особа, называющая себя мисс Байгрейв, на самом деле – та женщина, что посетила нас на Воксхолл-Уок.

Я с самого начала подозревала это, но у меня не было доказательств, не было средств противостоять ложному впечатлению, которое они на вас производили. Теперь, хвала Господу, мои руки уже не связаны. Я могу представить свидетельства, достойные судебного процесса.

Вероятно, даже сейчас, мистер Ноэль, вы отказываетесь верить мне? Но я говорю правду. Прошу вас лишь об одном: опирайтесь на знаменитые принципы британской “честной игры".

Мое меланхолическое путешествие на две-три недели уводит меня из Англии. Буду обязана вам, если вы не станете жертвовать удобством и останетесь на это время у друзей в Сент-Круксе. Если в мое отсутствие судьба каким-то образом вновь сведет вас с этими Байгрейвами, и если природная доброта вашего сердца склонит вас принять их извинения и оправдания, умоляю лишь об одном: во имя вашей безопасности отложите флирт с юной леди (прошу прощения у всех молодых леди, что называю ее так!) до моего возвращения. Если после этого я не смогу убедить вас в том, что мисс Байгрейв и та особа, что угрожала вам на Воксхолл-Уок, – одно лицо, я с готовностью покину службу вам и не стану свидетельствовать против наших соседей исключительно во имя доброй памяти вашего отца и моей безграничной ему благодарности. Я обращаюсь к вам с этой просьбой совершенно бескорыстно, даю вам слово доброго католика и честной женщины.

Ваша верная слуга,

Вирджиния Леконт»

Швейцарка понимала, что в последних строках письма обращается к единственному чувству своего хозяина, способному перекрыть все остальные: она подчеркивала свое бескорыстие, отсутствие финансовых претензий со своей стороны и намекала на денежные интересы другой стороны. Жадность была доминирующей страстью, главной чертой его натуры.

«Шах и мат мистеру Байгрейву! – подумала она с торжеством, запечатывая конверт. – Игра закончена».

А тем временем в Норт-Шинглз разворачивались свои события.

Пережив первый шок, вызванный появлением миссис Леконт из ворот его виллы, капитан Редж поспешил в дом и, предчувствуя катастрофу, направился прямиком в комнату жены. Никогда еще бедная мне-сис Редж не переживала в полной мере гнев капитана. Волна его ярости смела остатки ее слабого рассудка. Он сумел добиться от нее лишь обрывочных сведений, из которых понял следующее. Первое: то, что Магдален покинула пост, чему не может служить оправданием ни бессонная ночь, ни волнение; она не подумала о возможных последствиях своего опрометчивого поступка, решив освежить разгоряченную голову морским воздухом. Второе: миссис Редж общалась с миссис Леконт и рассказала той свою дурацкую историю с привидением. Капитан Редж не стал терять времени на то, чтобы успокоить жену, он поспешил к окну, из которого открывался вид на дом Ноэля Ванстоуна, и уселся, чтобы следить за происходящим там – в точности, как миссис Леконт прежде следила за событиями в Норт-Шинглз.

Когда Магдален вернулась, капитан не произнес длинной речи о том, что случилось утром в ее отсутствие, словно поток его красноречия внезапно иссяк.

– Я говорил вам, что может сотворить миссис Редж, и она это сделала, – коротко заявил он.

Капитан неподвижно сидел у окна с терпением, которому могла бы позавидовать сама миссис Леконт. Все другие дела он исполнял, раздавая поручения: послал служанку на постоялый двор нанять легкий экипаж и быстрого коня, а также предупредить, что зайдет туда около полудня и скажет хозяину, в котором часу этот экипаж подавать. Капитан оставался невозмутим вплоть до появления дилижанса. Только в этот момент губы его скривились, на лице появилась нетерпеливая гримаса, а пальцы вцепились в подоконник.

Дилижанс подъехал к Коттеджу с видом на море, и миссис Леконт с небольшим багажом отправилась в путь.

Теперь вставал ключевой вопрос: куда она едет: в Цюрих или в Сект-Крукс. Не оставалось сомнений, что она захочет проинформировать Ноэля Ванстоуна про историю с привидением, упоминая место и время действия. Она могла сделать это лично или письмом, и это имело решающее значение для капитана. Если она едет к адмиралу, надо следовать за дилижансом, потом сесть в поезд, которым поедет миссис Леконт, а затем из Эссекса направиться также в Сент-Крукс. Но если она ограничилась письмом, надо его перехватить, и все. Так что капитан начал с похода на почту. Вряд ли миссис Леконт доверила столь важное послание служанке – наверняка она сама отнесла его в почтовый ящик на почте Олдборо.

– Доброе утро, я мистер Байгрейв из Норт-Шинглз, – представился он почтмейстеру. – Полагаю, у вас в ящике находится письмо на имя мистера…

Почтмейстер был коротышкой, преисполненным собственной важности. Он смерил капитана Реджа суровым взглядом и заявил:

– Когда письмо поступило в распоряжение почтовой службы, сэр, никто не имеет к нему доступа вплоть до момента доставки его адресату.

Капитана нельзя было так просто сбить с толку, его немедленно осенило: он достал блокнот, в котором был записан адрес адмирала Бертрама.

– Предположим, на письме указан неверный адрес, и отправитель вскоре обнаружил свою ошибку?

– Как только письмо поступило на почту, никто не имеет права прикасаться к нему, – невозмутимо парировал почтмейстер.

– Сердечно благодарен за разъяснение, – гнул свою линию капитан, – но я не намерен прикасаться к письму, я просто объясняю. Леди отослала письмо по адресу: «Ноэлю Ванстоуну, эсквайру, дом адмирала Бертрама, Сент-Крукс-ин-зе-Марш, Эссекс». Она писала в спешке и не уверена, указала ли название ближайшего к дому адресата города, где находится почтовый участок: Оссори. Крайне важно, чтобы письмо было доставлено безотлагательно, но неточный адрес может затруднить работу почты. Не могли вы проявить любезность и собственной рукой добавить к адресу название города Оссори, если леди его пропустила?

Я обращаюсь к вам, как к ответственному сотруднику почтовой службы.

На это почтмейстеру было нечего возразить. Капитан Байгрейв внимательно наблюдал за тем, как тот перебрал письма в ящике и, наконец, извлек один конверт.

– Вы говорите «Ноэлю Ванстоуну», сэр?

– Именно так, «Ноэлю Ванстоуну, дом адмирала Бертрама, Сент-Крукс».

– «Оссори, Эссекс», – закончил за него почтмейстер, бросая письмо обратно в ящик. – Леди не сделала ошибки, сэр. Адрес точный.

Итак, миссис Леконт поехала в Цюрих! Капитан Редж удержался от торжества только потому, что на его плечах лежало еще слишком много забот. Однако ситуация выглядела теперь не столь катастрофической.

Капитан вошел на постоялый двор с высоко поднятой головой, полы сюртука развевались на ветру, вид был самый царственный. Он немедленно поинтересовался железнодорожным расписанием, которое ему тут же принесли. Изучив расписание, капитан важно кивнул и распорядился подать экипаж через час – он хотел успеть на второй поезд до Лондона, к которому на дилижансе никак не успеть.

Следующее действие нужно было продумать получше, от него зависел общий успех предприятия. Дело было в четверг, от постоялого двора капитан прошел до церкви, где получил документ, необходимый для получения брачной лицензии, и договорился о венчании в ближайший понедельник.

На этом этапе даже капитан чувствовал необычайное для него волнение. Дома он успокоил нервы, выпив бокал разбавленного бренди, а затем позвал Магдален, чтобы рассказать ей о предпринятых им шагах. Он опасался, что известие о скором браке может вызвать у нее очередной нервный срыв.

Однако время бежало стремительно, так что в ожидании Магдален капитан достал пустую визитную карточку и вписал туда свое вымышленное имя – мистер Байгрейв – и еще несколько слов: «Время не ждет. Жду вас у дверей, спускайтесь поскорее». Затем он взял полдюжины конвертов и подписал их: «Томас Байгрейв, эсквайр, отель Массеред, Солсбери-стрит, Стренд, Лондон». Конверты и визитную карточку он аккуратно сложил стопкой и спрятал в нагрудном кармане. Когда он вставал от письменного стола, в комнату вошла Магдален.

Мельком взглянув на нее, капитан решил придерживаться утреннего лаконизма и просто сообщил ей, что дело подходит к завершающему этапу. И в понедельник назначена ее свадьба.

Он был готов успокоить ее вспышку, привести разумные аргументы, если она сочтет, что он оставляет ей слишком мало времени, утешить, если она расплачется. Однако действительность не походила на все его ожидания. Магдален молча выслушала, кивнула и села. Ее большие серые глаза были обращены к нему. Но, казалось, ничего не видели. В долю секунды вся красота и свежесть покинули ее, лицо стало как у мертвеца. Впервые за время их знакомства с капитаном он увидел, что ее охватил страх, даже ужас.

– Вы не передумаете в последний момент? Вы уверены в своих намерениях? – осторожно спросил он.

Глаза ее оставались пусты, лицо неподвижно, как маска, но она услышала его – медленно подалась вперед и кивнула.

– Вы сами придумали этот брак, – заговорил капитан после некоторой паузы, пристально вглядываясь в лицо девушки, – это ваша, а не моя идея. Даже за двести фунтов я не взял бы на себя такую ответственность! Если ваша решимость ослабела, мы можем еще…

Он остановился на полуслове, заметив, что лицо ее переменилось, губы дрогнули. Магдален медленно подняла левую руку с раскрытой ладонью и посмотрела на нее так, словно это был странный и совершенно незнакомый предмет, потом на пальцах пересчитала дни до свадьбы:

– Пятница – один, суббота – два, воскресенье – три, – шептала она. – Понедельник…

Рука упала на колени, лицо вновь окаменело.

Капитан Редж вытащил из кармана платок и отер пот со лба.

– Проклятые две сотни фунтов! – сказал он. – И две тысячи мало за такие нервы!

Он убрал платок, достал подписанные конверты и подошел к девушке, слегка коснулся ее руки.

– Соберитесь с силами. Я должен еще кое-что сказать. Вы готовы меня выслушать?

Она подняла голову, щеки ее чуть заметно порозовели.

– Взгляните на эти конверты. Если я использую их, как собираюсь, хозяин миссис Леконт никогда не получит ее письмо. Если я сейчас порву их, с завтрашней почтой он получит от этой женщины сообщение о том, что вы и есть дама, посетившая его на Воксхолл-Уок, и все закончится. Вам решать. Мне разорвать конверты или положить назад в карман?

Повисла долгая, тяжелая пауза. Через приоткрытое окно доносился шелест волн, набегавших на берег, голоса людей в отдалении на набережной. Магдален снова подняла голову, потом указала на конверты:

– Положите их в карман.

– Вы совершенно уверены?

– Да.

В этот момент раздался скрип колес подъезжавшего экипажа.

– Вы слышите? Экипаж уже тут. Значит, мне ехать?

– Да поезжайте, наконец!

Капитан помедлил секунду, потом молча развернулся и вышел из комнаты. В холле его ждала служанка с дорожной сумкой.

– Мисс Байгрейв плохо себя чувствует, – сказал капитан. – Скажите хозяйке, чтобы она спустилась к ней в гостиную.

И с этими словами капитан Редж покинул дом, чтобы начать первый этап путешествия в Сент-Крукс.