Прочитайте онлайн Без права на наследство | Глава VI

Читать книгу Без права на наследство
3016+7537
  • Автор:
  • Перевёл: Ольга Валерьевна Чумичева

Глава VI

Возможности любого человека ограниченны. Ни опыт, ни острый ум капитана Реджа не могли подсказать ему надежный способ действий. Он докурил сигару и признался себе в том, что совершенно не готов к следующему шагу миссис Леконт. Оставалось лишь применить особую тактику, чтобы запутать противницу, не давать ей инициативу. Обдумав ситуацию, он вызвал служанку и послал ее за мисс Байгрейв.

– Простите за табачный запах, – сказал капитан, когда Магдален вошла в гостиную. – Мне нужно кое-что сообщить вам. Миссис Леконт загадала мне загадку, а я отвечу ей своей головоломкой. План мой прост: раз уж я приписал вам приступ невралгии, попробуем извлечь из него максимум пользы. Завтра из Коттеджа наверняка пришлют кого-то с вопросом о вашем здоровье. Мы ответим: «Мисс Байгрейв хуже, она вынуждена оставаться у себя в комнате». И так всю неделю: «Без улучшений». Потерпите домашнее заключение? Можете дышать свежим воздухом на рассвете или поздно вечером, но в течение дня вы будете, как и миссис Редж, у себя в комнате.

– И какой в этом смысл?

– Во-первых, честно признаюсь: понятия не имею, какой следующий шаг сделает миссис Леконт. Она должна открыть хозяину глаза на правду, значит, будет изобретать способы установить вашу личность. Для этого ей нужно общаться с вами? Отлично, прекратим это общение. Это ясно?

Магдален кивнула, и капитан продолжил:

– Вторая причина настаивать на вашем затворничестве имеет отношение к ее хозяину. Возрастание любви, дитя мое, дело особое – это чувство расцветает и крепнет благодаря препятствиям. Мистер Ноэль Ванстоун уже испытал на себе ваши чары, теперь пусть переживет их утрату. При нормальных обстоятельствах я бы предложил сделать паузу чуть позже, после нескольких свиданий, но раз уж миссис Леконт создает критическую ситуацию… В отличие от вас я буду встречаться с Ванстоуном, так что не премину задеть его за живое при любой возможности. Так вы принимаете мой план?

– Любые перемены к лучшему, – ответила Магдален, – тем более – избавление от общества миссис Леконт и ее хозяина! Будь по-вашему.

– Я рад, что мы понимаем друг друга, – кивнул капитан. – Вижу, вы устали, не стану вас дольше задерживать, – он встал, чтобы открыть дверь, но на полпути остановился. – По поводу служанки: вам нет нужды все время лежать в постели, а девушке можно доплатить, чтобы меньше болтала. Шепну ей, что вы сказались больной, чтобы избежать нежелательных знакомств. Отдохните! – капитан открыл дверь, а когда Магдален вышла, удивленно заметил: – Но вы идете в комнату, где работает миссис Редж, а не к себе.

– Я знаю. Хочу позвать ее к себе сегодня вечером.

– Вы шутите?

– Ваша жена – единственное невинное существо в этом грешном доме, – рассердилась девушка. – Да, я хочу провести вечер в ее обществе!

– Не надо так волноваться. Конечно, позовите миссис Редж, если вам хочется, я не возражаю.

И капитан вернулся в гостиную, размышляя о странностях женщин и их слабостях. Впрочем, подобные мысли о женщинах не относились к соседке из Коттеджа с видом на море.

А миссис Леконт вот уже два часа сидела за письменным столом, сочиняя и исправляя послание к старшей мисс Ванстоун. Затем она переписала текст набело. Она создала настоящий эпистолярный шедевр. После первых, вводных, предложений она сообщала Норе о появлении странной гостьи на Воксхолл-Уок – дамы, назвавшейся мисс Гарт. Миссис Леконт прямо высказывала предположение, что под этим именем выступала младшая мисс Ванстоун. Далее правда сменялась ложью: якобы мистер Ноэль Ванстоун располагает основаниями для предъявления обвинения и намерен обратиться к властям, поскольку знает об угрозе заговора против него в Олдборо. До сих пор его сдерживают лишь соображения семейной чести. Далее следовала просьба к старшей мисс Васнтоун повлиять на сестру и удержать ее от рискованных ошибок.

После этого в письме говорилось, что необходимы доказательства того, что на Воксхолл-Уок была именно мисс Ванстоун, а не кто-то другой, так как это поможет остановить мистера Ноэля Ванстоуна от обращения в полицию. События в Олдборо, которые миссис Леконт не хочет сейчас излагать, дают основания полагать, что та же дама появилась и в этом городе. Поскольку управляющая мистера Ванстоуна не знает, как выглядит младшая мисс Ванстоун, очень важно опознать ее – исключительно во имя ее спасения. Не могла бы старшая мисс Ванстоун сама приехать в Олдборо? Но если такое путешествие невозможно, миссис Леконт просила ее прислать подробное описание сестры, включающее какие-то индивидуальные особенности. Миссис Леконт обещала немедленно проинформировать Нору, если девушка в Олдборо и вправду ее сестра.

Письмо было направлено на адрес адвоката, представлявшего интересы сестер, через личного юриста мистера Ноэля Ванстоуна. Миссис Леконт была уверена, что теперь-то наглая девица у нее в руках!

На следующее утро слуга от мистера Ноэля Ванстоуна пришел в Норт-Шинглз справиться о здоровье молодой леди и получил ответ: мисс Байгрейв совсем больна, не выходит из комнаты. Волнение джентльмена возросло, и днем он лично явился на виллу, но мистер Байгрейв передал извинения и принять его не смог.

На второй день в ответ на утренний вопрос о здоровье последовал ответ: «незначительное улучшение». Днем мистер Ноэль Ванстоун вновь зашел на виллу, но служанка сообщила, что хозяин только что ушел. В тот вечер от миссис Леконт потребовалось особенно много такта, чтобы избежать вспышек гнева от своего господина.

На третье утро ответ был печальным: «Мисс Байгрейв стало хуже, она не встает с кровати». Слуга, возвращавшийся от Норт-Шинглз, по пути встретил почтальона, который принес два письма для миссис Леконт. В первом врач сообщал, что здоровье ее брата больше не вызывает серьезных опасений, появилась надежда на излечение. Второе было написано незнакомой рукой, и швейцарка решила, что оно от Норы, а потому быстро спрятала его, чтобы прочитать спокойно в своей комнате.

Однако письмо было написано не Норой Ванстоун, а Гарриет Гарт. Простодушная гувернантка, взволнованная судьбой младшей воспитанницы, искренне поверила в участие миссис Леконт и нежелание скандала со стороны Ноэля Ванстоуна, а потому ответила самым подробным образом.

Мисс Нора Ванстоун получила место гувернантки и уехала с этой семьей на юг Франции, в Англию она вернется через месяц или полтора, а потому просила мисс Гарт отвечать на все приходящие на ее имя письма, чтобы не вышло слишком большой задержки. Мисс Магдален Ванстоун в последний раз писала сестре из Лондона в июле, на конверте стоял штемпель почтового отделения в Ламбете. Дальнейшие ее передвижения неизвестны, так что старшая сестра покинула страну в большом волнении о Магдален.

Поскольку семейные обстоятельства не дают возможности самой мисс Гарт приехать в Олдборо, она обратилась к мистеру Пендрилу с просьбой взять на себя эту миссию, так как он прекрасно знает мисс Магдален Ванстоун. Он приедет в любой день, указанный миссис Леконт, и готов опознать девушку.

В конце письма мисс Гарт составила подробное описание внешности младшей мисс Ванстоун на случай, если нужно будет действовать срочно, а мистер Пендрил еще не успеет приехать в Олдборо. В числе прочего гувернантка упомянула и особую примету – две маленькие, близко расположенные родинки на левой стороне шеи.

В заключение мисс Гарт заверяла, что никогда не бывала на Воксхолл-Уок, так что если гостьей была не Магдален, а кто-то другой, она просит мистера Ноэля Ванстоуна обратиться к властям.

Несмотря на горячую привязанность старой гувернантки к своевольной воспитаннице, письмо это было опасным оружием в руках миссис Леконт. Оно давало основание для установления личности Магдален – с участием адвоката или на основании письменного описания. Оно предоставляло юридическое подтверждение, что настоящая мисс Гарт не посещала лондонский дом Ноэля Ванстоуна, значит, там действовала самозванка. Если найти у подозреваемой коричневое шерстяное платье с аккуратно вырезанным фрагментом отделки подола, миссис Леконт сумеет убедить хозяина в том, что его злостно обманывают, а также инициировать полицейское расследование.

Теперь нужно было увидеть эту самую мисс Байгрейв лично, но та оставалась недоступна, запершись в доме. Миссис Леконт подумала, решительно взяла шляпку и направилась на виллу Норт-Шинглз. В этом случае мистер Байгрейв оказался дома и готов принимать гостей.

В то утро капитан Редж размышлял о том, что надо было бы побеседовать с Ноэлем Ванстоуном и миссис Леконт поодиночке. И пока он планировал, как это лучше устроить, вошла служанка и сообщила, что его спрашивает миссис Леконт. Так что он был вполне доволен ее визитом. Он принял швейцарку сдержанно, почти холодно: ни улыбки, ни знакомого ей многословия.

– Простите за вторжение, сэр, я хотела выразить сочувствие в связи с болезнью мисс Байгрейв и передать поклон от хозяина. Есть улучшения?

– Нет, мэм, – коротко отозвался капитан.

– У меня есть опыт по уходу за больными, могу я предложить…

– Благодарю вас, мисс Леконт. Нет нужды пользоваться вашей добротой.

Простота и прямота ответа заставили ее на некоторое время замолчать. Швейцарка была озадачена. Куда делась галантность мистера Байгрейва? Он что, хочет оскорбить ее откровенным нежеланием общаться? Ну, этого он от нее не дождется.

– Могу я поинтересоваться природой недуга? – настаивала она. – Надеюсь, недомогание не связано с нашей поездкой в Данвич?

– Сожалею, но связано напрямую, мэм. Все началось с приступа невралгии в экипаже.

«Он даже не пытается убедить меня в подлинности болезни, – подумала миссис Леконт. – Он начинает снимать маску».

– Это нервное заболевание, сэр? – спросила она.

Капитан утвердительно кивнул.

– У вас на попечении две больных с нервными заболеваниями, мистер Байгрейв?

– Да, мэм. Именно так. Жена и племянница.

– Странное совпадение.

– Да, мэм. Очень странное.

Несмотря на решимость миссис Леконт не поддаваться на провокацию, она начинала раздражаться.

– Значит, нет надежды, что в ближайшее время мисс Байгрейв покинет свою комнату?

– Боюсь, никакой надежды, мэм.

– Вы довольны медицинской помощью?

– Я не вызывал врача. Я сам о ней забочусь.

Накапливающийся яд начал прорываться на поверхность, миссис Леконт поджала губы и язвительно заметила:

– Ну да, вы ведь знаток науки, сэр. Вероятно, медицина также является полем ваших познаний?

– Вы совершенно правы, мэм, – безмятежно отвечал капитан. – Я знаю о медицине не меньше, чем обо всем другом.

Он определенно провоцировал миссис Леконт и словами, и тоном. Она встала, чтобы закончить неприятную и бессмысленную беседу, искушение ответить ему адекватно было слишком сильным, так что на прощание она не удержалась и высказала смутную угрозу:

– Не стану благодарить вас, сэр, ваши манеры этого не предполагают. У меня еще будет возможность вернуть вам долг. В настоящее время могу предположить: раз вы не вызываете доктора, болезнь мисс Байгрейв не так серьезна, как могло показаться.

– Не имею привычки спорить с дамами, – парировал невозмутимый капитан. – Если при нашей следующей встрече моя племянница будет хорошо себя чувствовать, непременно выражу восхищение вашим медицинским суждением, – с этими словами он проводил швейцарку в коридор и вполне вежливо открыл перед ней дверь.

Капитан был доволен: если управляющая так настаивала на встрече с девушкой, значит, он угадал правильно, и у нее припрятан козырь, связанный с Магдален. Он вернулся в гостиную и стал ждать визита соседа. Не прошло и часа, как Ноэль Ванстоун явился.

– Дорогой сэр! – воскликнул капитан, порывисто хватая с неохотой протянутую руку. – Я знаю, почему вы пришли. Миссис Леконт рассказала о своем визите сюда и, несомненно, сообщила, что болезнь моей племянницы – сплошное притворство. Вы удивлены и оскорблены, вы заподозрили, что мы играем вашими чувствами, короче говоря: вы требуете объяснений. И вы их получите. Присаживайтесь, мистер Ванстоун. Я намерен предстать перед вашим судом. Признаюсь: мы оказались в ложном положении, причем по вине вашей управляющей.

– Леконт?! – Ноэль Ванстоун был совершенно шокирован.

– Именно так, сэр, – вздохнул Редж. – Полагаю, я оскорбил ее, когда сегодня она нанесла нам визит. Манерам моим не хватало сердечности. Я простой человек, сэр, я не умею притворяться. Мне трудно соответствовать вашей управляющей. Она женщина превосходная и достойная всяческого доверия, но она страдает от ревности, опасаясь потерять влияние на своего господина. Вероятно, вы даже не замечаете этого.

– Прошу прощения, – прервал его Ноэль Ванстоун, – я все прекрасно вижу. От меня ничто не ускользнет.

– В таком случае, сэр, вы не могли не заметить, как влияет ревность миссис Леконт на ее поведение в отношении моей племянницы?

Ноэль Ванстоун не мог не вспомнить напряжение, возникшее у них с миссис Леконт после чая с Байгрейвами, но не хотел напрямую соглашаться с собеседником. Он выразил удивление и огорчение, сказал, что был тронут предложением управляющей совершить прогулку в Данвич. В ответ капитан Редж выразил восхищение добротой гостя, его наблюдательностью и снисходительностью и заверил, что племянница его – тоже девушка тонко чувствующая, а потому решила избегать в будущем общества миссис Леконт, чтобы не причинять страданий ни ей, ни ее хозяину, несмотря на то, как стремится она всей душой к общению с соседом, мистером Ванстоуном. Мисс Байгрейв не хочет быть яблоком раздора, и это разумно и благородно. Так что нервная болезнь ее сильно преувеличена – приступ боли на обратном пути дал повод уклониться от щекотливой ситуации и избежать ежедневных встреч двух женщин на прогулке. Она не хочет вносить беспокойство в дом мистера Ванстоуна.

Как большинство слабых по характеру людей, Ноэль Ванстоун любил чувствовать себя хозяином положения, а потому решительно заявил, что никто и ничто не помешает ему устанавливать правила в собственном доме и окружать себя людьми, которые ему приятны, а потому немедленно отошлет миссис Леконт прочь. При этом он яростно сжал руки и заметно покраснел от гнева.

Почувствовав, что положение управляющей и вправду пошатнулось, капитан со всем возможным пылом воскликнул:

– Нет-нет! – ему совсем не улыбалось потерять ее из виду. – Зачем же такие радикальные меры? Миссис Леконт так давно служит вашей семье, она привязана к вам и полезна. Ее ревность понятна и простительна, ведь она долго была единственной женщиной в доме. Конечно, ее ранит ваше внимание к молодой и красивой леди, которая откликается на ваш интерес. Бедняжка! Но мы ведь должны быть терпеливы к слабому полу. В следующий раз, если вы будете гулять вместе с миссис Леконт, увидите нас, просто сверните в другую сторону. Тем самым вы исцелите ее страдания.

Ноэль Ванстоун испытал немалое облегчение, услышав такой совет, его совсем не радовала перспектива конфронтации с управляющей, да и услуги ее были весьма ценными. А потому, немного поколебавшись – больше для приличия, – он согласился, однако попросил передать мисс Байгрейв, что поступает так исключительно из сострадания к верной управляющей, а не из страха перед ней.

Капитан отмел даже тень подозрения в том, что он сам или мисс Байгрейв могли предполагать подобное. Ноэль Ванстоун оживился и поинтересовался, нет ли возможности увидеть очаровательную племянницу хозяина дома? И есть ли надежда снова встретить ее на прогулке? Капитан отвечал уклончиво и осторожно, чтобы не оттолкнуть и в то же время не успокоить собеседника сверх меры.

– Сегодня встреча, увы, невозможна, девушке и вправду нездоровится, она прилегла отдохнуть. Завтра я хотел бы уберечь ее от полуденной жары, однако свежий утренний воздух был бы ей чрезвычайно полезен. Мы ранние пташки – племянница встает в семь утра. Если вы просыпаетесь в такое время, то могли бы присоединиться к нам на утреннем променаде, ваша компания была бы нам очень приятна. Конечно, час весьма необычен, но позднее я буду настаивать, чтобы мисс Байгрейв оставалась дома и лежала. Трудно сказать, будет ли она в силах принимать посетителей.

Ноэль Ванстоун был вполне догадлив, когда это было в его интересах, и мгновенно понял, что ему предоставляют шанс ускользнуть от управляющей. Он заявил, что нередко встает в ранние часы, и согласился встретиться назавтра в семь утра, после чего встал, чтобы откланяться.

На прощание капитан Редж заверил гостя, что не хотел бы беспокоить миссис Леконт тем, что мужчины разгадали ее ревность, и предложил сохранить содержание разговора в тайне от нее. Ванстоун выразил одобрение его деликатности и покинул дом.

Итак, семена разногласий в доме Ноэля Ванстоуна были посеяны, а у господина появлялись секреты от управляющей. Капитан Редж был совершенно удовлетворен встречей.

Покинув Норт-Шинглз, Ноэль Ванстоун вернулся домой в отличном настроении, решительно настроенный взять в свои руки ситуацию в доме. Миссис Леконт встречала его в дверях с милейшей улыбкой и скромно опущенными глазами – это заранее лишало его возможности конфронтации. В самых осторожных выражениях она поинтересовалась мнением хозяина о болезни мисс Байгрейв. Однако он довольно резко заявил, что высказанное ею ранее суждение было поспешным и предвзятым. Он добавил, что мистер Байгрейв настоящий джентльмен, и нет оснований подозревать или упрекать его в чем-либо. Во всем этом швейцарку удовлетворило одно: сомнительный сосед явно не отказался от своих тайных планов, заговор процветает, а это означает, что ее ловушка скоро сработает. Глаза миссис Леконт засияли в предвкушении успеха.

– Вероятно, вы еще нанесете визит мистеру Байгрейву, сэр?

– Конечно, если пожелаю.

– Возможно, вы вновь увидите мисс Байгрейв, когда ей станет лучше?

– Почему бы и нет? Я что, должен спрашивать у вас разрешения?

– Ни в коем случае, сэр! Как вы часто повторяете (и я с вами неизменно согласна), вы хозяин в доме. Мистер Ноэль, вам может показаться странным, но у меня есть личная причина желать вашей встречи с мисс Байгрейв.

Ноэль Ванстоун озадаченно покосился на управляющую.

– Простите ли вы мое любопытство, сэр, но я бы просила вас об услуге.

– Какая еще услуга?

Миссис Леконт достала из кармана фартука листок бумаги, сложенный в несколько раз и почтительно протянула его Ноэлю Ванстоуну.

– Сэр, прошу вас – положите это в карман жилета, а потом разверните и прочитайте при следующей встрече с мисс Байгрейв. Только умоляю: не рассказывайте об этом нашем разговоре никому! Обещаю объяснить вам причины столь необычной просьбы после вашей встречи с этой леди.

Швейцарка сделала книксен и грациозно удалилась.

Ноэль Ванстоун покрутил в руках сложенный листок, посмотрел на дверь, через которую только что вышла управляющая, и недоуменно пожал плечами. Что за тайны окружают его в собственном доме? Что все это означает?

А означало это, что миссис Леконт не теряла времени даром. Пока господин беседовал с фальшивым Байгрейвом на вилле Норт-Шинглз, она аккуратно закладывала мину. Листок содержал детальное описание Магдален, предоставленное мисс Гарт.