Прочитайте онлайн Без права на наследство | Глава I

Читать книгу Без права на наследство
3016+7534
  • Автор:
  • Перевёл: Ольга Валерьевна Чумичева

Глава I

Самое сильное впечатление на берегах Саффолка производит удивительная беззащитность этого края перед накатывающимся на него морем.

Олдборо – старинный город, некогда популярный порт, теперь почти полностью затонувший. Море медленно поглощало улицы, рыночные площади, причалы и набережные. Жители постепенно перемещались все дальше вглубь острова, на последний доступный участок – полосу земли, зажатую между морем и болотами. Параллельно берегу протянулась насыпь из гальки, по которой проходила тропа. И вдоль нее построен ряд современных вилл – симпатичных строений в окружении садов. Среди цветов тут и там виднеются фигуры, некогда находившиеся на носах кораблей, а теперь превращенные в скульптуры. Иногда, выглянув в окно, можно увидеть огромный корабль, скользящий в опасной близости. Между виллами кое-где сохранились и дома других эпох. Крошечная готическая ратуша старого Олдборо некогда была центром порта и города, а теперь оказалась на окраине, совсем у кромки воды. С другой стороны от вилл стоит деревянная наблюдательная башня, увенчанная фигурой с носа какого-то русского корабля. Туда поднимаются суровые лоцманы, высматривая суда, которые нуждаются в их помощи. Позади ряда вилл расположены дома моряков, склады и лавки. В северной части улицы виден плоский холм, поросший редким лесом, с церковью на вершине. Другой конец улицы упирается в опустевшую старинную башню-мартелло, некогда часть оборонительных сооружений между рекой Альде и морем.

Жарким, хотя и не слишком солнечным июльским днем капитан Редж вышел из ворот виллы Норт-Шинглз, чтобы встретить дилижанс, курсировавший между Олдборо и железнодорожной станцией – он должен был доставить в город Магдален и миссис Редж.

Капитан критически осмотрел супругу, поморщился, взглянув на состояние ее башмаков, поправил на ней шляпку и прошипел: «рта не открывать», на чем процедура приветствия и завершилась. На Магдален он обрушил привычный поток слов, но внезапно осекся: он уловил некое изменение ее манер и выражения лица, и это озадачило старого мошенника. Голос девушки звучал мягче, тон стал ровнее, но взгляд жестче, а лицо словно принадлежало мраморной статуе, а не живому юному существу. Когда она улыбнулась, капитан заметил легкую кривизну губ: один уголок остался почти неподвижным, чего раньше не бывало. Магдален была внимательна и терпелива в обращении с миссис Редж, капитана приветствовала учтиво, но интереса ни к кому и ни к чему не проявляла. Ни магазины, ни море, ни старинная ратуша на пляже, ни суровые обветренные лица лоцманов, ни корабли не привлекли ее внимания. Казалось, она сто раз видела Олдборо, и город давно утратил для нее очарование новизны. Капитан с торжествующим видом продемонстрировал ей новый дом, окруженный прелестным садом, но и это не произвело на нее особого впечатления. Миновав ворота, она задала лишь один вопрос: как далеко отсюда живет Он.

Капитан Редж указал ей на пятую виллу от Норт-Шинглз, в направлении района Слогден, где высилась башня-мартелло. Магдален прошла по саду, чтобы лучше увидеть интересующий ее объект. Капитан огорченно покачал головой, его смущала подобная одержимость.

– А теперь мне уже можно говорить? – раздался робкий голос за его спиной.

Миссис Редж понятия не имела, что происходит, почему внезапно надо было выучить новое имя и отправиться в Олдборо. На лице великанши, затененном тенью соломенной шляпки, отражалась глубокая растерянность. Супруг решил отвлечь ее от расспросов и перешел в наступление:

– Распрямите спину! Я должен проверить, насколько хорошо вы приготовились. Итак, ваше имя?

– Матильда, – удивленно ответила миссис Редж.

– Ничего подобного! – воскликнул капитан. – Как вы только осмелились произнести это имя? Я ведь сказал: прошлое осталось в Лондоне, пусть там и дожидается своего часа. А здесь вы Джулия. А кто я?

– Не знаю, – пролепетала миссис Редж испуганно.

– Садитесь! – он указал на низкую стену сада, окружавшую виллу Норт-Шинглз. – Прямее, ноги вместе. Так, хорошо. Вы не знаете? Не желаю больше слышать подобное. Как я могу жить с женщиной, которая не знает, как меня называть? Итак, кто я? Повторяю: я мистер Байгрейв, при крещении получивший имя Томас. А кто вы? Вы миссис Байгрейв, Джулия Байгрейв. А как зовут молодую леди, прибывшую с вами из Лондона? Это мисс Сьюзан Байгрейв, наша племянница. Я ее умный дядюшка Том, а вы пустоголовая тетушка Джулия. Итак, быстро, повторяем, как вас зовут?

– Пощадите мою бедную голову! – простонала великанша. – О, умоляю, меня так укачало в экипаже!

– Не расстраивайте ее, – сказала подошедшая Магдален. – Она еще успеет все выучить. Пойдемте в дом.

Магдален осталась довольна домом, своей комнатой, служанкой, выпила чаю, но по-прежнему не проявляла особого интереса к окружающему миру. Когда миссис Редж одолела обычная сонливость, муж приказал ей пройти к себе и ложиться в постель. Оставшись наедине с Магдален, капитан пристально уставился на нее, ожидая объяснений или распоряжений, но она молчала. Тогда он сам завел разговор:

– Вы выглядите усталой. Боюсь, путешествие было утомительным.

– Нет, – она смотрела в окно и даже не повернула головы к капитану. – Я теперь всегда чувствую слабость. Вы хотите поговорить? Ладно, только выйдем на улицу, здесь слишком душно. Есть тут тихие места для прогулок, где можно дышать свежим воздухом и где не докучают посторонние?

– В получасе от дома есть превосходное место для уединенных прогулок, – с готовностью отозвался капитан.

– Отлично, тогда идем.

Она взяла шляпку и муслиновый шарф и вышла в сад. Капитан последовал за ней, но вдруг остановился, пораженный одной мыслью.

– Простите, – прошептал он. – В нынешнем состоянии мою жену нельзя оставлять в доме наедине с новой служанкой. Глупая женщина даже не понимает, как ей себя называть. Я закрою дверь ее спальни на ключ – на случай, если она проснется до нашего возвращения. Одну минуту!

Он поспешил в дом, а Магдален присела на стену сада. Едва она расположилась, на улице появились два джентльмена. Один был одет как священник, во втором опытный человек мог распознать моряка – по походке, манерам и облику; это был высокий, крепкий, но худощавый мужчина в расцвете лет, с загорелым лицом, его черные волосы были слегка тронуты сединой, а темные глаза глядели с живым интересом, чувствовалось, что человек это решительный и привыкший командовать. Когда мужчины проходили мимо Магдален, второй с откровенным восхищением посмотрел на нее, пораженный красотой и утонченностью. Несмотря на погруженность в свои мысли, девушка не могла не заметить его внимания – она чуть нахмурилась и отвернулась. Однако не выдержала и несколько мгновений спустя вновь посмотрела на улицу – незнакомец прошел уже несколько ярдов, а затем остановился и развернулся назад, чтобы еще раз взглянуть на нее. Его спутнику показалось, что девушка возмущена такой почти вызывающей манерой проявлять интерес, а потому взял мужчину за локоть и слегко потянул за собой. И все же моряк еще пару раз оглядывался на Магдален.

– Встретили знакомого? – полюбопытствовал капитан, как раз подоспевший из дома.

– Нет, я его в первый раз вижу. Он уставился на меня самым бесцеремонным образом. Он местный?

– Сейчас выясним, – кивнул капитан и подошел к группе матросов, стоявших на улице.

Через пару минут он вернулся с грудой информации: священник служил в местечке в нескольких милях от Олдборо и от побережья; загорелый брюнет был братом его жены, капитаном торгового корабля – вероятно, он заехал в гости к родственникам, прежде чем отправляться в новое плавание. Имя священника Стрикленд, а капитана зовут Кёрк.

– Не важно, кто они, – беспечно ответила Магдален. – Меня волнует сейчас совсем другое. Итак, где то уединенное место для прогулки?

Капитан указал на юг, в сторону Слогдена, и подал даме руку. Она мгновение поколебалась, взгляд ее притягивал дом Ноэля Ванстоуна: издалека было видно, что хозяин вышел прогуляться по лужайке, а миссис Леконт сопровождает его, захватив с собой зеленый веер. Магдален вздохнула, взяла капитана Реджа под руку.

– Соседи смотрят на нас, прогуляйтесь с племянницей, – горько рассмеялась она. – Идем!

– Хотите, я представлю вас миссис Леконт?

– Не сегодня. Подождем, сперва я вам кое-что расскажу.

Когда они проходили пред садом Ванстоуна, капитан Редж приподнял шляпу и поклонился – миссис Леконт ответила легким грациозным поклоном. Магдален заметила, что швейцарка пристально и с явным любопытством посмотрела на нее. Они уже миновали соседей, когда сзади раздался высокий голос Ноэля:

– Очаровательная девушка. Знаете, Леконт, я ведь понимаю в таких делах! Она хороша.

Капитан Редж искоса глянул на свою спутницу: она нахмурилась и сжала губы, словно испытала резкую боль. Они молча прошли вдоль улицы и оказались на открытом участке насыпи, за чертой Олдборо.

Вечер был ясный и безветренный. К востоку простиралась серая громада моря, монотонная линия горизонта была зыбкой, вода и небо почти сливались, силуэты кораблей вырисовывались в туманной дымке. К югу протянулась дамба, и виднелся мрачный массивный силуэт башни-мартелло на поросшем травой холме, скрывавшем все, что лежало дальше. На западе пламенел закат, озарявший верхушки деревьев на дальней границе болот и придававший водоемам оттенок крови. Ближе несла тихие воды зависевшая от приливов и отливов река Альде, завершавшая путь у маленького бывшего порта Слогден с заброшенными верфями и гниющими складами на пропитанных сыростью участках часто затопляемой суши. Звук прибоя не доносился до Магдален и капитана Реджа, но волны в белой пене были видны. Периодически слышались протяжные крики птиц и отдаленные сигналы пастушеских рожков.

Магдален высвободила руку и прошла вперед в сторону башни.

– Я устала от ходьбы, давайте остановимся и отдохнем, – сказала она и села на склоне, опершись на локоть. – Вы находите, что я переменилась?

Капитан немного поколебался с ответом, но потом решил говорить прямо, оставив цветы красноречия до другого случая.

– Да, переменились.

– Полагаю, причина вам известна?

Капитан молча кивнул.

– Меня теперь мало заботит собственная судьба, – произнесла она, глядя вдаль. – Я говорю это, чтобы вам проще было меня понять. Есть вещи, которые раньше могли напугать меня или вызвать отвращение, а теперь не вызывают никаких эмоций. Я ничего не значу, я что-то утратила… Сердце? Душу? Не знаю. Что за чепуху я говорю! Это все неважно. Однако кое-что я сохранила – я неплохо выгляжу, не правда ли? Вы сами видели, я нравлюсь мужчинам: сначала тот моряк, потом мистер Ноэль Ванстоун…

Капитан Редж смотрел на нее в молчаливом недоумении. Неужели потеря возлюбленного могла привести к тому, что она повредилась умом? Он вкрадчиво предложил:

– Может быть, оставим разговор до завтра? Вы сегодня устали, и нет нужды спешить.

Она резко обернулась и сердито взглянула на него.

– Я пришла сюда, чтобы все вам рассказать, и я это сделаю, – она распрямилась, обхватила руками колени, а после небольшой паузы продолжила. – Когда мы встретились в первый раз, я всячески старалась скрывать от вас свои мысли и планы. Теперь я понимаю, что мне это не удалось. Полагаю, вы догадались обо всем. Теперь я стала сильнее и увереннее. Я многое обдумала там, на Воксхолл-Уок. Вы ведь знали, что я собиралась делать в то утро, когда вы показали мне сообщение в газете о смерти Майкла Ванстоуна?

– В общих чертах. Не сомневаюсь, что вы хотели запустить руку в его колешек и взять то, что считаете своим. Тогда мне было обидно, что вы мне не доверяете. Почему вы были так неоправданно скрытны?

– Вам не на что жаловаться, – пожала плечами Магдален. – Я ведь обещала вам, что обращусь за вашей помощью, когда ситуация прояснится. Если бы Майкл Ванстоун не умер, я бы поехала в Брайтон под чужим именем. Мне бы хватило денег на несколько месяцев, я бы постаралась подорвать влияние миссис Леконт на него и занять ее место. Я имела преимущество возраста, новизны, так что вполне могла преуспеть. Думаю, в течение полугода я бы избавилась от нее и стала бы доверенным лицом Майкла Ванстоуна. Старикам нравится внимание молодых девушек, это льстит их тщеславию. Самым большим риском было то, что миссис Леконт могла догадаться о моих планах и принять меры.

– Согласен, вы могли добиться успеха, а что дальше?

– Майкл Ванстоун увлекался финансовыми спекуляциями. И тут наступило бы время действовать вам. Мы могли способствовать его разорению, вернув то, что принадлежало сестре и мне. Все до последнего фартинга, капитан Редж! Это смелый план, довольно шокирующий, не правда ли? Но я была готова. Закон не имеет значения, потому что он был несправедлив и жесток по отношению к нам.

– Вы заставляете меня горько сожалеть о смерти этого человека, – усмехнулся капитан, приложив руку к сердцу. – Если бы он протянул подольше, мы бы собрали отличный урожай. Ах, какой великолепный случай продемонстрировать свои таланты я упустил! Смахнем слезу, но позвольте заметить: в отношении сына Майкла Ванстоуна такая схема не сработает. Молодой Ванстоун лишен настоящего финансового азарта, он не станет рисковать. Насколько мне удалось узнать, он человек слабый, мелочный и невероятно жадный.

– У меня сложилось то же впечатление, – кивнула Магдален. – Я видела его, говорила с ним, так что могу подтвердить то, о чем вам рассказывали. Миссис Леконт тоже показала себя во всей красе. Эту парочку я знаю даже лучше, чем вы.

Капитан Редж продемонстрировал полнейшее изумление, сделав вид, что не догадался об авантюре с переодеванием. А когда Магдален вкратце рассказала ему о своем визите, осторожно поинтересовался, есть ли у нее новый план. Она решительно заявила, что план есть, и мошенник навострил уши в предвкушении подробностей. Однако Магдален внезапно замолчала, задумчиво глядя в надвигающуюся темноту. Губы ее были плотно сжаты, а руки все так же плотно обхватывали колени.

– Сын – орешек покрепче отца, – начал было капитан Редж.

– Не для меня, – оборвала его Магдален.

– Подход есть к каждому человеку, проблема в том, чтобы точно найти его. Вы, полагаю, уже все продумали, так что видите этот подход.

– Решение напрашивается само собой.

– Вы нашли средство! – изумленно воскликнул капитан Редж. – Дорогая моя, вы меня в тупик поставили. Насколько понимаю, мистер Ноэль Ванстоун получил все деньги вашего отца, включая те, что полагались вам и вашей сестре, и не намерен с ними расставаться?

– Да.

– Нет надежды ни на закон, ни на милосердие джентльмена, ни на его увлеченность финансовыми играми, но вы все же нашли стратегическое решение?

– Именно так. Мне нужны не деньги, а торжество справедливости!

– Это я уже понял. И вы считаете, что добиваться этого торжества с сыном будет едва ли не проще, чем с отцом?

– Думаю, что совсем легко. Я намерена выйти за него замуж.

Капитан Редж только рот разинул.

– У меня есть теперь одна цель в жизни, и я намерена добиться ее любыми средствами. Я бы умереть согласилась, если бы это помогло. Я долго думала и поняла, что есть лишь один простой и короткий путь к успеху. Да, капитан Редж, я выйду за него замуж.

– Скрыв от него, кто вы? – капитан медленно встал и внимательно посмотрел ей в лицо. – Выйдете замуж под именем мисс Байгрейв?

– Да.

– А что дальше?

– После заключения брака я не стану больше просить вас о помощи.

Капитан сделал шаг к ней, хотел что-то сказать, а потом резко отступил. Он прошелся туда-сюда, а потом снова сел. В угасающем свете Магдален видела, как изменилось его лицо. Капитан Редж побледнел – впервые с тех пор, как был ребенком.

– У вас нет вопросов? – поинтересовалась Магдален. – Не хотите узнать, какие условия я вам предлагаю? Я ведь плачу за все. А когда мы расстанемся в день заключения брака, вы получите прощальный подарок в размере 200 фунтов. Готовы помочь мне на таких условиях?

– А что именно я должен делать? – голос его дрогнул, и в глаза ей он смотреть избегал.

– Создать поддержку моему нынешнему имени и статусу, – спокойно ответила она. – Отвлечь миссис Леконт и помешать ей раскрыть мою истинную личность. Остальное сделаю я сама.

– И я не буду нести никакой ответственности за любые события после заключения брака?

– Совершенно верно.

– Я могу покинуть вас у церковных дверей, если пожелаю?

– Да, и с обещанной суммой в кармане.

– Деньги вы заплатите из своих сбережений?

– Ну конечно! А как же еще?

Капитан Редж снял шляпу, медленно достал платок и с явным облегчением вытер лицо.

– Позвольте мне обдумать это предложение – всего пара минут!

– Можете не спешить, – она вновь уставилась вдаль, в сторону реки, и лицо ее приняло прежнее отсутствующее выражение.

Размышления капитана Реджа были не слишком сложные. Он принял как факт, что отчаяние, вызванное потерей жениха, заставило девушку принимать радикальные решения. В перспективах до предполагаемого брака он не видел ничего опасного и особенного – обычное надувательство и соблазнение клиента, просто с использованием женских методов. Ситуация после заключения брака рисовалась туманной, даже мрачной. Возникали преступные образы, подозрительная смерть, опасности разного рода… Все это выходило за границы поведения, которое капитан допускал лично для себя. В определенном смысле он чтил закон и не причинял людям чрезмерного вреда, больше заботясь о личной безопасности, чем о морали и сострадании к ближнему. Он колебался только в одном: если он участвует в заговоре, но с момента заключения брака удаляется, не окажется ли он в итоге вовлеченным в поступки Магдален после их расставания? Сможет ли избежать проблем в случае неприятностей с властями?

Обещанные двести фунтов не были решающим фактором – он и так уже отлично заработал на сотрудничестве с Магдален. Но объявление в газете с обещанием заплатить жалкие пять фунтов за его драгоценные услуги было настоящим профессиональным оскорблением. Его всерьез задело такое презрительное отношение Ноэля Ванстоуна. Внезапно он понял, что жаждет мести, что соблазн причинить ущерб этому скряге слишком велик.

– Я принимаю ваши условия, – он решительно встал. – Мы расстаемся в день вашей свадьбы, я не интересуюсь вашими дальнейшими планами, а вы не спрашиваете, куда я поеду после этого. Мы расстанемся раз и навсегда.

Магдален медленно поднялась. В ее движениях заметна была усталость обреченного человека. Она не пожала протянутую капитаном руку, а проговорила едва слышно:

– Мы поняли друг друга, и назад пути нет. Завтра можете представить меня миссис Леконт.

– Я должен задать вам несколько вопросов, – мрачно сказал капитан. – В этом деле больше риска и подводных камней, чем вы предполагаете. Вы должны мне очень подробно передать все, что происходило во время вашего визита в дом Ванстоуна, прежде чем я представлю вас миссис Леконт.

– Хорошо, поговорим об этом завтра утром, сегодня я этого не вынесу.

Они молча направились назад, в Олдборо. Когда они подходили к дому, уже совсем стемнело. Не было видно ни луны, ни звезд, так как к вечеру небо вновь затянуло облаками. Дул легкий бриз. Магдален помедлила перед воротами, с наслаждением вдыхая свежий воздух. Она смотрела в темноту, на едва различимое море, оно заворожило ее тишиной и невозмутимым величием.

– Прогуляюсь к морю, – сказала она капитану. – Я скоро приду.

Она почти сразу скрылась во мраке. Капитан вслушивался в шорох шагов по гравию, внезапно он стих – она остановилась или ступила на песок?

Капитан Редж прислушивался. Время шло, но ничто не нарушало тишину. Он не доверял темноте и начинал беспокоиться. Откуда-то с берега донесся одинокий крик, и снова навалилась тишина. Капитан прошел немного в сторону моря и окликнул девушку. Раздался звук торопливых шагов, и вскоре появился мужчина, который быстро шел между тем местом, где стоял капитан, и кромкой берега. Лица его не было видно, но человек был высоким – примерно как тот моряк, Кёрк, которого они видели раньше.

Мужчина шел в северном направлении и вскоре скрылся из виду. Капитан Редж сделал еще несколько шагов в сторону пляжа и снова прислушался. Снова – шорох шагов. На этот раз это была Магдален – одинокая тень, поднимавшаяся по усыпанной галькой насыпи.

– Вы заставили меня беспокоиться, – прошептал капитан. – Я испугался, что с вами что-то случилось. Я слышал крик, словно кому-то больно…

– Правда? Мне было больно. Но теперь уже все прошло.

Он заметил в ее руке небольшую белую шелковую сумочку, которую девушка прежде прятала на груди. Там, в темноте, на незнакомом берегу, она достала одну из последних реликвий былого счастья – локон Фрэнка – и выбросила его во мрак ночи, на милость морского ветра.