Прочитайте онлайн Без права на наследство | Глава IV

Читать книгу Без права на наследство
3016+7825
  • Автор:
  • Перевёл: Ольга Валерьевна Чумичева

Глава IV

Миссис Леконт вернулась в гостиную, в одной руке она держала письмо, в другой кусочек ткани с платья Магдален.

– Вы избавились от нее? – спросил Ноэль Ванстоун. – Вы хорошо заперли дверь за мисс Гарт?

– Не называйте ее мисс Гарт, сэр, – усмехнулась швейцарка. – Она такая же мисс Гарт, как вы или я. Это был умный маскарад, хорошо исполненный. Полагаю, к нам явилась не кто иная, как младшая мисс Ванстоун. Вам письмо, сэр.

Ноэль Ванстоун с изумлением уставился на управляющую, он даже внимания не обратил на письмо, которое она положила рядом с ним на стол.

– Поверьте мне, сэр. Седой парик, грим… Я заметила молодую кожу, и голос несколько раз предавал ее. Кроме того: пара ошибок в акценте и заносчивость, неслыханная для настоящей гувернантки. Смелая девчонка и изобретательная, так я вам скажу, мистер Ноэль.

– Почему же вы не послали за полицией? Мой отец поступил бы так. Я знаю.

– Простите, сэр. Полагаю, ваш отец дождался бы более серьезного поступка с ее стороны, прежде чем посылать за полицией. Мы еще увидим эту леди. В следующий раз она может явиться в своем настоящем обличий, хотелось бы взглянуть ей в лицо. Любопытно, смогу ли я в следующий раз узнать ее по голосу. Я сохранила небольшой сувенир на память о ее визите. Она не знает об этом. Не беспокойтесь, сэр, я позабочусь обо всем. Позвольте напомнить вам о письме, которое я только что принесла.

Ноэль Ванстоун открыл конверт, пробежал глазами страницу, бумага выпала из его руки, и он откинулся на спинку кресла. Миссис Леконт подняла письмо с грацией молодой женщины.

– Что случилось, сэр? – на этот раз она действительно удивилась.

– Вызывайте полицию! – потребовал ее хозяин. – Леконт, я нуждаюсь в защите. Вызывайте полицию!

– Могу я прочесть письмо, сэр?

Он слабо махнул рукой. Прочитав текст, она молча отложила его в сторону.

– Вам нечего сказать? – испуганно спросил Ноэль Ванстоун. – Леконт, меня намерены ограбить! Негодяй, написавший это, знает подробности, но умалчивает, пока я не заплачу ему. Меня ограбят! Вещи на этом столе стоят тысячи фунтов, и их невозможно будет возместить никакими деньгами в случае кражи. Леконт, надо срочно вызвать полицию!

Однако миссис Леконт не спешила за полицией. Она взяла с каминной полки большой зеленый веер и села напротив хозяина дома.

– Вы взволнованы, мистер Ноэль, у вас жар. Позвольте охладить ваш пыл.

С безмятежной медлительностью мухи, едва не утонувшей в кувшине с молоком, она минут пять молча обмахивала его веером. Опытный глаз мог бы подметить теперь и синеватую бледность кожи, и затрудненное дыхание мужчины, свидетельствовавшие о том, что управляющая не солгала, упоминая о слабости его сердца.

– Вам стало полегче, сэр? Теперь вы успокоились и готовы рассуждать здраво? – Она встала и приложила руку к его сердцу, подсчитала ритм и удовлетворенно кивнула. – Да, определенно лучше. Мистер Ноэль, это анонимное послание – жалкая попытка запугать вас. О чем тут говорится? Что вы стали предметом интриг мисс Ванстоун? Мы и так это знаем, и сегодняшняя гостья подтвердила наше мнение. Неизвестный автор утверждает, что обладает ценной информацией и хочет денег от вас? Какой сделать вывод?

– Что он негодяй, – фыркнул заметно успокоившийся Ноэль Ванстоун.

– Согласна с вами, сэр. Негодяй, который близок к мисс Ванстоун. Не исключено, что это письмо – плод ее измышлений. Но будь оно поддельным или настоящим, я повторю прежний совет: рано вызывать полицию. Наступит день, когда она нам понадобится. Надо дать этому анонимному автору – мужчине или женщине – поверить, что вы напуганы, надо завлечь негодяя в ловушку, пообещав деньги за информацию. Вы ответите на это письмо, и мы подождем следующего шага вымогателя. И единственным расходом станет оплата услуг полиции. А возможно, и вовсе не придется платить.

– Леконт, теперь ситуация видится мне в ином свете. Вы совершенно правы, я тоже так думаю. Я и фартинга не стану платить полиции, если смогу избежать этого, – он снова взял письмо, перечитал его и заметил: – Но этот тип требует денег! Вы не забыли, Леконт, что он просит денег?

– Вы посулите ему деньги, сэр, – с легкой улыбкой ответила миссис Леконт, – предложите, но не дадите ни фартинга. Вы приманите его обещанием наживы – и посмеетесь над ним. Мистер Ноэль, как приятно видеть, что вы вновь повеселели! Мы дадим это объявление в газету, это сущие гроши. У вас немного дрожит рука – хотите, я напишу текст за вас? Точнее: я просто буду держать перо.

Не дожидаясь ответа, она прошла в другую часть гостиной и вернулась с бумагой, пером и чернилами. Пристроив на колени толстый том промокательной бумаги, она положила поверх него чистый лист и приготовилась к работе с самым смиренным и кротким видом.

– Мне писать под вашу диктовку, сэр? Или набросать черновик, который вы потом исправите? Давайте я кое-что запишу вчерне. Можно еще раз взглянуть на письмо? Так, объявление в «Таймс»… «Неизвестному другу»… Какую сумму вознаграждения мне назвать, сэр?

– Пропустите цифры, про деньги решаю я сам, – с неожиданным раздражением ответил Ноэль Ванстоун.

– Конечно, сэр. Выбирая сумму, не забывайте, что выплачивать ее вы все равно не станете.

– Не учите меня! Не надо мне диктовать! Тут я хозяин, Леконт!

– Безусловно, вы хозяин, сэр.

– Прежде все решал мой отец. А теперь я! Я не хуже, чем мой отец!

Леконт молча поклонилась.

– Пусть служанка отнесет объявление в газету, как только я закончу. Понятно, Леконт? Пришлите служанку.

Миссис Леконт поклонилась и вышла. Она по опыту знала, когда направлять хозяина в нужную сторону, а когда надо предоставить ему свободу. Слабые натуры любят чувствовать себя самостоятельными и решительными, особенно в пустяках.

– Леконт! Вернитесь! – крикнул Ноэль Ванстоун, когда она уже была в коридоре.

Она безропотно вернулась.

– Вы ведь не обиделись на меня, правда ведь? – встревоженно поинтересовался мужчина.

– Конечно нет, сэр. Вы ведь хозяин, вам решать.

– Добрая душа! Вашу руку! – он галантно поцеловал руку управляющей и улыбнулся. – Леконт, вам цены нет!

– Благодарю вас, сэр, – она сделала книксен и вышла из комнаты.

«Если бы в этой обезьяней голове была хоть капля мозгов, из него вышел бы настоящий мерзавец», – подумала она.

Оставшись один, Ноэль Ванстоун стал сочинять объявление. Ему досталось отцовское состояние, но не характер и скорый ум Майкла Ванстоуна. По сути дела, он не знал, что делать с деньгами, что такое много и мало, а жадность и вовсе путала мысли. Теперь он терзался пустыми сомнениями: если предложить много, вдруг вымогатель доберется до него и заставит заплатить? Ему казалось, что миссис Леконт поспешила с советом, и объявление можно поместить в газете попозже, скажем, обдумать текст после обеда. Он отложил письменные принадлежности, поплотнее запахнулся в отцовский шлафрок и принял вид человека, погруженного в серьезные раздумья. Прошла четверть часа, затем полчаса… но колокольчик не звенел, хозяин не вызывал служанку с поручением отнести текст в газету.

Тем временем Магдален, покинув дом Ноэля Ванстоуна, свернула в сторону и прошла по улице дальше, так как не могла на глазах у миссис Леконт отправиться в арендованные комнаты напротив. Когда она вернулась, сделав круг, перед своим домом обнаружила кэб. Дочь хозяйки торговалась с возницей, так что Магдален смогла незаметно проскользнуть в дом у нее за спиной.

На площадке перед комнатами она натолкнулась на свою спутницу. Миссис Редж стояла с охапкой пакетов в руках, дожидаясь окончания переговоров с кэбменом на улице. Назад Магдален дороги не было – сердитые голоса звучали уже в прихожей. Колебаться было рискованно, оставалось идти напролом. Она молча оттолкнула великаншу, вбежала в комнату и сорвала с себя шляпку, парик и уродливое пальто, забросив их за диван. Ошеломленная миссис Редж только рот разинула, два пакета выпали из ее рук и покатились по лестнице. Внезапно она перепуганно заорала:

– Воры! Воры!

Магдален открыла дверь и, появившись на пороге, удивленно спросила:

– Это вы, миссис Редж? Что случилось? – при этом Магдален вытирала лицо полотенцем, снимая грим, который успела перед тем скорее намочить, чем смыть.

Услышав знакомый голос, миссис Редж уронила третий пакет и поспешила навстречу девушке. Магдален держала полотенце у лба, как будто страдала от головной боли и решила сделать компресс – она не успела отклеить накладные брови.

– Что за переполох? Умоляю, потише, голова раскалывается.

– Что происходит? – в коридоре появилась хозяйка дома.

– Все в порядке. Моя родственница застенчива, ее испугал кэбмен, который ужасно ругается. Заплатите ему то, что он требует, и отпустите его.

– А где она? – драматическим шепотом поинтересовалась миссис Редж. – Та женщина, которая ворвалась к нам в комнаты?

– О чем вы? Какая еще женщина? – переспросила Магдален, широко распахивая дверь. – Я одна. Зайдите и убедитесь сами.

Великанша вошла, огляделась и уронила еще один пакет, растерявшись окончательно.

– Я видела, как она вошла, – пробормотала миссис Редж. – Женщина в сером пальто и шляпке. Грубая женщина, она меня толкнула. Ну, точно говорю – она вошла в эту комнату. Срочно молитвенник! – внезапно великанша побледнела и осела. Я только что видела привидение…

Магдален попыталась разуверить ее, но миссис Редж стояла насмерть: привидение, и точка! Даже серый цвет пальто и форма шляпки оказались аргументами. Оставалось только усадить ее в кресло и предоставить переживаниям и традиционному гулу в голове. Тем более что Магдален надо было немедленно избавиться от накладных бровей.

Единственным положительным моментом было то, что миссис Редж не обнаружила сходства привидения с пресловутой северянкой, роль которой Магдален регулярно исполняла на сцене. Удовлетворившись этим, девушка смирилась с неожиданным упрямством спутницы. Надо сказать, у людей с нетвердым умом убеждения обычно отличаются сверхъестественной твердостью: уж если они во что-то поверили, то навсегда. Магдален убедила ее в том, что однократное появление привидения еще ни о чем не говорит – оно могло пронестись по лестнице случайно и больше не явиться. Это немного успокоило великаншу, и та согласилась прилечь и отдохнуть.

Теперь Магдален могла обдумать свои обстоятельства. Ясно, что миссис Леконт уловила две предательские ошибки голоса. А что дала эта авантюра? Она получила представление о Ноэле Ванстоуне и его управляющей – быстро и надежно. Стало очевидным, что замысел, в свое время рассчитанный на Майкла Ванстоуна, с его сыном никуда не годится. Отец был прирожденным спекулянтом, с ним имело смысл торговаться. Его вспыльчивый характер давал основания надеяться на то, что его чувства можно затронуть. Ноэль Ванстоун был бессовестным, трусливым и недалеким человеком, вести с ним прямые переговоры было совершенно бесполезно. Следовало искать новые методы. Кроме того, миссис Леконт оказалась намного опаснее и влиятельнее, чем Магдален предполагала.

Она села перед зеркалом и стала расчесывать волосы, чтобы успокоиться и дать мыслям течь свободно. Щеки ее порозовели, серые глаза сверкали. Она понимала, что выглядит замечательно – особенно теперь, после избавления от уродующего грима. «Я смогу любого мужчину обвести вокруг пальца, если буду выглядеть вот так», – подумала она, с удовольствием разглядывая свое отражение. В следующее мгновение она вспомнила Фрэнка и устыдилась своих мыслей. На глазах ее выступили слезы, она искренне скучала по возлюбленному. Но печаль была недолгой: Магдален решительно напомнила себе: «Не время жалеть себя! Надо быть сильной!»

Она нетерпеливо огляделась и вспомнила о вещах, которые забросила за диван. Их надо было срочно убрать оттуда, миссис Редж не должна обнаружить их, иначе начнется новая истерика и разговоры о привидениях. Сначала Магдален хотела убрать приметное серое пальто назад в чемодан, но потом решила, что от него надо избавиться – например, отослать назад в Бирмингем. Она извлекла шляпную коробку, упаковала в нее пальто и парик, сверху безжалостно утрамбовала шляпку, которая дополняла облик «мисс Гарт». Платье можно оставить – миссис Редж видела ее в нем, а на «привидении» наверняка не заметила. В коробку Магдален вложила записку: «Эти вещи я взяла с собой по ошибке. Прошу, сохраните их для меня вместе с остальным багажом». Она написала на коробке адрес капитана Реджа в Бирмингеме и спустилась, чтобы поручить хозяйской дочери отнести посылку на почту. Итак, одно дело сделано.

Миссис Редж увлеченно раскладывала покупки на узкой кровати. Она ахнула, когда Магдален открыла дверь, испугавшись возвращения привидения, но тут же сменила тему и стала объяснять, что капитан всегда настаивает на том, чтобы вещи содержались в порядке. Затем она пообещала, что будет ложиться в постели прямо, держать себя в руках и трудиться каждый день, что Господь простил ее прегрешения и перестал пугать ее призраками. Магдален выразила ей сочувствие и предложила показать ей покупки. Миссис Редж поколебалась мгновение: быть хорошей и все разложить и спрятать или доставить себе удовольствие и похвастаться обновками. Женщина в ней победила, хотя страх не отпускал. Они почти час перебирали вещи, и привидение растаяло в прошлом. Великанша даже согласилась на прогулку. Однако стоило им выйти на улицу, двери дома Ноэля Ванстоуна открылись, на пороге появилась служанка – она несла в руке письмо. Магдален вздрогнула: надо было узнать, не стоит ли на конверте адрес «мисс Гарт», и не решила ли миссис Леконт вступить в переговоры. Но это было не письмо, это было объявление для «Таймс», составленное, наконец, Ноэлем Ванстоуном.

КОНЕЦ ТРЕТЬЕГО АКТА