Прочитайте онлайн Без права на наследство | Глава I

Читать книгу Без права на наследство
3016+7945
  • Автор:
  • Перевёл: Ольга Валерьевна Чумичева

Глава I

В той части Йорка, что расположена к западу от реки Уз, есть узкая улочка под названием Скелдергейт, протянувшаяся почти строго с севера на юг, параллельно реке. Ворота, к которым она некогда вела, давно не существуют, старых домов уцелело немного, улица постепенно облачается в современное одеяние из цемента и побелки. Бедные, маленькие лавки чередуются с унылыми складами и безрадостными жилыми домами из красного кирпича. Здания, выходящие к реке, разделены переулками, по которым можно добраться до воды, где причалены небольшие плоты и высятся мачты парусных барж. Южный конец Скелдергейт внезапно упирается в реку Уз и луга, на берегу устроено место для прогулок и переправа.

Именно здесь находится маленький переулок, который ведет к мощеной дороге, проходящей поверх старинной городской стены Йорка. Здесь идет еще один ряд домов – совсем недорогих жилищ, из окон которых открывается вид на массивный кусок стены. Это место называется Розмари-Лейн. В переулок почти не проникает свет, и жителей тут немного. Большинство проходящих по Скелдергейт не обращают внимания на темный переулок, а гуляющие по променаду поверх Стены стараются побыстрее миновать этот несимпатичный участок.

Вечером двадцать третьего сентября 1846 года дверь одного из домов в этом затерянном уголке Йорка распахнулась, и на пороге появился некий мужчина.

Он направился на север, к мосту через Уз, к оживленному центру города. Всем видом мужчина воплощал образ честной бедности, с собой он захватил зонт-трость из промасленной ткани, ступал он аккуратно, огибая лужи и грязь на мостовой, периодически посматривая то налево, то направо глазами разного цвета – один был зеленовато-карим, а другой желтовато-зеленым. Короче говоря, из дома на Розмари-Лейн вышел капитан Редж.

Его вид не изменился к лучшему с тех пор, как он предстал на дороге в Ком-Рейвен перед мисс Гарт. Однако его черное одеяние, подобное костюму священника, теперь поблекло, как осенняя листва. Креповая траурная лента на шляпе из черной давно стала бурой. Застиранный белый воротничок и галстук пожелтели. Сероватый шерстяной сюртук был сильно изношен, но, как верный слуга, хранил темные секреты хозяина – в данном случае нижнее белье – от чужого нахального любопытства. Все детали костюма за прошедшие месяцы, очевидно, утратили остатки пристойного вида, поржавев, вылиняв, вытершись тут и там. Но манеры капитана Реджа остались прежними, не лишенными достоинства. Он высоко нес голову и уверенно смотрел вокруг. Вокруг шеи был замотан видавший виды платок, завязанный безупречным по форме бантом. Дряхлые башмаки были начищены ваксой, а щеки мужчины тщательно выбриты. Время и нищета атаковали капитана со всех сторон, но не сбили его с ног. Он ступал по улицам Йорка как человек, пренебрегающий богатством и не опустившийся в бедности.

На мосту капитан Редж остановился и некоторое время праздно наблюдал за баржами на реке. У него не было особой цели или дела в городе. Пока он медлил, колокол Йоркского Минстера, главного собора, пробил половину шестого. По мосту один за другим проезжали кэбы, спешившие к лондонскому поезду, прибывавшему без двадцати шесть. После минутного колебания капитан пошел в ту же сторону. Людей притягивают вокзалы, а капитан Редж был типичным человеком без определенных занятий, готовым разделить общие развлечения.

Он был на платформе через несколько минут после прибытия поезда. Нигде так ярко не проявляется характерная для англичан слабость административных мер, как в Йорке. Три железнодорожных линии формировали здесь три толпы пассажиров, которые на протяжении всего дня сталкивались и перемешивались, образуя полнейший хаос. К моменту прихода капитана Реджа суматоха достигала одного из пиков. Десятки людей несли множество вещей и шли в различных направлениях, то и дело сталкиваясь и мешая друг другу. Толпа в районе вагонов второго класса привлекла внимание капитана. Он проложил дорогу, энергично действуя локтями, и приблизился к хорошо одетому господину, которого сопровождали носильщик и полицейский, – капитан заметил, что из его бумажника, выпавшего в толпе, виднеется несколько печатных листков.

Бросившись на помощь и учтиво передавая джентльмену бумажник, капитан успел прочитать на листках «Вознаграждение 50 фунтов» и прихватил один из них для того, чтобы прочитать позднее. Одновременно он жадно осмотрел прибывшего. Человек, у которого нет и 50 пенсов, проявил закономерное любопытство к тому, кто готов выплатить за что-то целых 50 фунтов!

Злополучный джентльмен постарался получше пристроить бумажник с листовками и продолжил путь по платформе, поблагодарив добровольного помощника. Покинув вокзал, он поспешил к парому на Норт-стрит. Капитан Редж осторожно проследовал за незнакомцем до причала и вслед за ним отправился на другой берег. На борту он прочитал позаимствованный листок.

«ВОЗНАГРАЖДЕНИЕ В 50 ФУНТОВ

Утром 23 сентября 1846 года покинула дом в Лондоне и пропала МОЛОДАЯ ЛЕДИ. Возраст – 18 лет. Платье – глубокий траур. Внешность – волосы светло-русые, брови и ресницы темные, глаза светло-серые, цвет лица бледный, нижняя часть лица округлая, рост высокий, двигается изящно, голос звучный, тон решительный, манеры и привычки утонченной, образованной леди. Особые приметы – две маленькие родинки, расположенные рядом, на шее. Настоящее имя Магдален Ванстоун. Предположительно, будет называть себя иначе, может поступить в театральную компанию, в данный момент действующую в Йорке. Покинула Лондон с черным саквояжем, другого багажа нет. Любой предоставивший информацию о ее местонахождении друзьям получит вознаграждение. Обращаться в офис мистера Харкнесса, адвоката, Коуни-стрит, Йорк. Или к господам Уайту, Пендрилу и Гвилту, Сёрл-стрит, Линкольнз-Инн, Лондон».

Капитан Редж вообще-то мог похвастаться отличной выдержкой, но тут его удивление было неподдельным. Он издал возглас, привлекший внимание паромщика. Однако джентльмен, прибывший из Лондона с листовками, был не столь наблюдателен, он пристально смотрел на приближающийся берег, а как только паром причалил, поспешил сойти. Капитан Редж уже оправился от изумления, спрятал листок в карман и снова последовал за незнакомцем.

А тот свернул на ближайшем повороте в переулок, который вел к реке, уточнил адрес в записной книжке и присмотрелся к номерам домов по левой стороне, а затем приблизился к нужному зданию и позвонил в дверь. Капитан прошел чуть дальше и сделал вид, что звонит в соседнюю дверь, встав спиной к незнакомцу. На самом деле он настороженно прислушивался к разговору того с лицом, открывшим дверь.

– Здесь живет мистер Хакстебл? – спросил прибывший.

– Да, сэр, – ответил женский голос.

– Он дома?

– Нет, сэр, но он прибудет сегодня к восьми.

– Полагаю, сегодня к нему заходила молодая леди?

– Да, пару часов назад.

– Отлично. Она встретилась с мистером Хакстеб-лом?

– Нет, сэр, он ушел еще утром. Молодая леди обещала вернуться к восьми.

– Хорошо. В таком случае я приду сюда в то же время.

– Мне сообщить хозяину ваше имя?

– Нет, не стоит. Просто скажите – приходил джентльмен по одному театральному делу. Подождите минутку, я впервые в Йорке. Вы не скажете, как пройти до Коуни-стрит?

Служанка подсказала ему дорогу, дверь закрылась, и незнакомец поспешил прочь – вероятно, на Коуни-стрит.

На этот раз капитан Редж за ним не пошел. И так было ясно, что тот направляется к адвокату, упомянутому в листовке.

Капитан услышал достаточно, так что вернулся на основную улицу и свернул направо, к Эспланаде – в этом районе города, у реки, находятся купальни и башня Лендала. «Семейное дело, так что надо рассмотреть его со всех сторон», – размышлял он по дороге. Не случайно его поношенная одежда содержалась в порядке – капитан был человеком систематичным в быту и в образе мыслей, так что теперь последовательно и методично перебирал варианты дальнейшего поведения.

Перед ним открывались три пути. Во-первых, можно было ничего не делать. С точки зрения «семейного дела» неприемлемо! Этот вариант был отвергнут безоговорочно. Во-вторых, можно было заслужить благоволение друзей молодой леди и получить пятьдесят фунтов. В-третьих, капитан мог своевременно предупредить леди о том, что ее будет поджидать незнакомец, направленный на ее розыски. Капитан Редж колебался. Магдален явно не могла вознаградить его в должной мере – он знал о потере ею наследства. В конце концов он решил положиться на обстоятельства. Капитан, в общем, склонен был посочувствовать девушке. Она казалась ему почти племянницей.

Но где она была в данный момент? Как молодая леди в столь стесненном положении могла проводить время в ожидании возвращения мистера Хакстебла? Поскольку за ней по пятам следовал незнакомец с листовками, стоило найти ее скорее и держать в поле зрения.

Но если она была в Йорке совершенно одна, куда могла пойти?

Вряд ли в многолюдные места. Едва ли она пошла осматривать Минстер, собор уже закрыт для посетителей. Или она в зале ожидания на вокзале? Вряд ли девушка пошла бы на такой риск. Сняла комнату в отеле? Сомнительно, ведь у нее нет средств. Зашла в кондитерскую? Вполне вероятно. Поехала кататься на кэбе? Не исключено. Гуляет по городу, выбирая тихие улочки? Может быть, тем более что осенний денек выдался приятным. Капитан помедлил, взвешивая степень вероятности каждого варианта, и выбрал два: тихая прогулка или кондитерская, затем отдал предпочтение первой версии. Если не выйдет, надо было осмотреть окрестные заведения, на всякий случай заглянуть в ближайшие отели, которые бросались в глаза постороннему, в крайнем случае – перехватить ее на подходе к дому мистера Хакстебла с семи до восьми вечера. Еще светло, куда она могла направиться? Эспланада – вполне подходящее место для спокойной прогулки, но там ее не было. По соседству, на пути к старинному аббатству, тоже. Капитан остановился, взглянул на другой берег, и его посетила новая идея! «Городская Стена!» – подумал он и поспешил к парому. Самое тихое место во всем Йорке, причем бросается в глаза вновь прибывшему.

Через десять минут капитан Редж обозревал новый район поисков. Он поднялся на Стену, окружавшую западную часть города, возле Норт-стрит. Оттуда дорога тянулась по верху на юг до узкого переулка Розмари-лейн. Было уже без двадцати семь, до захода солнца оставалось около получаса, красное зарево охватывало западную часть неба, надвигались сумерки, но еще не стемнело. На улицах зажигали первые фонари, вспыхивавшие тут и там, словно желтые искры. Перед капитаном открывался один из лучших видов Англии.

Справа от него раскинулась обширная сельская местность, начинавшаяся сразу за Стеной: зеленые луга, обрамленные деревьями, широкие петли реки, разрозненные группы домов. Все погружено в вечерний покой. Слева виднелся величественный Минстер, господствовавший над городом, его шпили ловили последние лучи заходящего солнца. Может, девушку привлекла эта красота? Но Магдален нигде не было видно. Капитан огляделся и прошел дальше.

Он дошел до места, где под арками Стены внизу протянулись железнодорожные пути. Тут он помедлил и взглянул на суету возле вокзала, на старинные укрепления Йорка, еще два столетия назад выдержавшие осаду. Поиски его были тщетны – гуляющих было немало, но Магдален среди них заметить не удалось. Капитан задумчиво посмотрел на темнеющий край неба и пошел дальше.

Он вновь остановился у начала улицы Миклгейт. Здесь со Стены можно было спуститься по каменным ступеням к залу ожидания и двинуться дальше на юг – до соединения Стены и реки Уз. Капитан всмотрелся в сумрак помещения внизу, там он заметил лишь одного рабочего. Девушки и там не было.

Он прошел еще пятьдесят или шестьдесят ярдов мостовой, поглядывая на окружающие пригороды Йорка по одну сторону Стены и на огороды по другую. Впереди показалась одинокая женская фигура у парапета, лицом обращенная на запад. Капитан осторожно приблизился, чтобы присмотреться к ней, прежде чем она заметит его. На девушке было длинное черное пальто поверх траурного платья, а последние лучи падали на ее бледное и решительное юное лицо. Одна посреди незнакомого города и скверного, полного опасностей мира!

Каким бы старым бродягой ни был капитан Редж, вид девушки поколебал его уверенность. Она медленно обернулась и взглянула на него, и капитан приподнял шляпу, слегка поклонившись, сохраняя привычную непринужденность манер.

– Полагаю, я имею честь видеть мисс Ванстоун? – заговорил он. – И у меня есть основания радоваться этой встрече.

Она с холодным недоумением молчала, глядя на него. Давняя встреча на дороге ей, конечно, не вспомнилась, тем более что разговаривала с капитаном тогда только мисс Гарт, а девушки видели его мельком.

– Вы обознались, – произнесла она после паузы. – Я вас не знаю.

– Простите! Я, в некотором смысле, прихожусь вам родственником. Имел удовольствие видеть вас минувшей весной. Я тогда рассчитывал представиться вашей семье. Я капитан Редж.

Магдален нахмурилась и отступила на шаг. Но капитана холодным приемом было не отпугнуть. Он подхватил зонт под мышку и повторил свое имя по буквам, сделав в воздухе знаки рукой, словно писал его.

– Я помню ваше имя, – ответила Магдален. – Простите, но не могу разговаривать с вами, у меня встреча.

Она попыталась уйти в северном направлении, к вокзалу, но капитан взмахнул руками, буквально преграждая ей путь.

– Не туда! – заявил он. – Умоляю. Не ходите туда!

– Почему?

– Да потому что вы напрасно собираетесь к мистеру Хакстеблу.

Магдален ахнула от изумления и впервые внимательно посмотрела на собеседника.

– Что вам известно про мистера Хакстебла?

Капитан с усмешкой извлек из кармана листовку.

– Еще не слишком стемнело, так что вы сможете это прочитать. Прежде чем продолжать разговор, вы должны познакомиться с содержанием этого документа.

Магдален взяла листовку. Она нахмурилась, читая объявление о цене и детальное описание своей внещ-ности. Ее шокировал деловитый стиль, напоминавший характеристику породистой собаки. Листовка выпала из ее руки, а лицо густо покраснело. Магдален отвернулась от капитана Реджа.

– О, Нора, Нора! – пробормотала она. – Я ведь написала тебе, просила не искать меня!

Затем она развернулась к капитану и сердито спросила:

– Это будет опубликовано повсеместно? Весь Йорк будет читать, где у меня какая родинка?

– Прошу, возьмите себя в руки, – умоляющим тоном проговорил капитан. – В настоящий момент, я полагаю, экземпляры листовки не распространялись по городу. Позвольте, я заберу ее.

Но он не успел наклониться – Магдален молниеносно схватила листовку с мостовой и разорвала на мелкие клочки, а потом выбросила их со стены.

– Браво! – воскликнул капитан. – Вы напоминаете вашу бедную матушку. Семейное сходство. Это все горячая кровь моей бабушки по материнской линии.

– Как вы узнали?

– Ну, я же говорю: у нас общая бабушка по материнской линии.

– Как вы узнали про существование листовки?

– Тысяча извинений! Я так много думаю о родстве… Про листовку? Коротко говоря, получилось так.

Капитан Редж красноречиво описал счастливую случайность, позволившую ему получить листовку, выпавшую у незнакомца. На Магдален эта история произвела должное впечатление. Она не была поражена или возмущена, не просила совета и не умоляла о спасении. Она прямо посмотрела ему в лицо, а потом добавила:

– Продолжайте.

– Продолжать? Но я уже все рассказал.

– Не совсем, – заметила она. – Вы не закончили историю: вы пришли сюда, отыскали меня и теперь хотите получить пятьдесят фунтов?

Прямота девушки на мгновение лишила капитана дара речи. Он вернулся к тому самому вопросу, который так и не смог решить для себя ранее. Однако он быстро собрался с мыслями, когда это стало необходимо.

– Вы шустрая, – рассмеялся он. – Многие мужчины могли бы обидеться на такую простоту выражений, но я человек крепкий. Другие предположения?

Магдален озадаченно и с недоверием смотрела на собеседника. В ее короткой жизни встречались лишь порядочные люди, и она не знала, какие продукты производит порой цивилизация. Как бы хорошо она ни соображала, ей не хватало простого житейского опыта, чтобы разобраться с мотивами нового знакомого.

– Мне кажется, вы готовы говорить честно и напрямую, – продолжил капитан, заметив затруднение девушки. – Бедное дитя! Как я могу требовать вознаграждение, если о нем еще официально не объявили? Листовки начнут распространять в течение недели. Как бы дороги вы ни были своим близким (в том числе и мне), поверьте: юристы не выплатят деньги, если смогут этого избежать. Вы считаете, что я отчаянно нуждаюсь в деньгах? Отлично. Вам ничего не стоит поставить точку, вернувшись в Лондон поездом без четверти десять вечера. Ваши друзья будут счастливы, а деньги останутся там, где лежат сейчас.

– Исключено! – отрезала Магдален, что вполне соответствовало ожиданиям капитана. – Если до сих пор я колебалась, эта гадкая листовка окончательно лишила меня сомнений. Я прощаю Нору, но не мистера Пендрила и не мисс Гарт.

– Все верно, семейный дух, – кивнул капитан Редж. – Я бы и сам так решил в вашем возрасте. Уже половина восьмого. Мисс Ванстоун, простите мою грубость, но если вы приняли решение, если намерены отныне стать хозяйкой своей судьбы, следует еще до восьми предпринять некоторые шаги. Вы молоды, неопытны и сейчас оказались в опасности. Позвольте мне, как родственнику, дать вам совет.

– Предположим, я не хочу ни от кого зависеть? Что тогда?

– В таком случае вы рискуете попасть в одну из четырех ловушек древнего и любопытного города Йорка. Первая – дом мистера Хакстебла, вторая – отели, третья – вокзал, четвертая – театр. Джентльмен с листовками имел в распоряжении час. Если он еще не расставил все четыре ловушки (с помощью местного поверенного), значит, он скверный клерк. Если у вас есть на уме кто-то, кроме меня, способный дать добрый совет…

– Вы видите, что я одна, – гордо ответила Магдален. – И я не хочу ни от кого зависеть.

На самом деле у капитана Реджа в этот момент оставался только один неясный вопрос: стоит ли девушка больше пятидесяти фунтов. Но он ничего не терял: если нет, он всегда мог сообщить о ее местонахождении, когда листовки пойдут в официальное распространение. Что касается Магдален, она могла либо довериться капитану, либо вернуться в Лондон.

– Я уважаю вашу независимость, – сказал он с предельно серьезным видом. – Более того, я восхищаюсь вами! Но, простите уж мне скучные сентенции: чтобы следовать собственным путем, надо знать, куда идти. При сложившихся обстоятельствах, у вас есть план? Для начала надо понять: мистер Хакстебл вам сейчас не помощник.

– Сегодня да, но что мешает мне написать мистеру Хакстеблу завтра?

– Скромный вопрос: хорошо, завтра вы напишете, но где вы проведете ночь?

– Разве в Йорке нет отелей?

– Отличные отели для больших семей, первоклассные отели для путешествующих в одиночестве джентльменов. Самые худшие в мире – для красивых молодых девушек, появляющихся на пороге без мужского сопровождения, без служанки, без багажа. Уже почти стемнело… Кроме того, неужели вы думаете, что люди, которые занимаются вашими поисками, настолько неопытны и неумны, что, не обнаружив вас в восемь вечера у мистера Хакстебла, не отправятся по отелям? Или вы полагаете, что молодая леди столь яркой внешности останется незамеченной? Ваше появление везде вызовет интерес и пересуды. Итак: где вы собираетесь провести ночь?

Ответа у Магдален не нашлось.

– Ответ прост и очевиден, – продолжил капитан после паузы. – Под моей крышей. Миссис Редж будет рада познакомиться с вами. Примите ее как свою тетю. Хозяйка дома, где мы поселились, вдова, других жильцов у нее нет, свободная спальня найдется. Разве сможете вы сейчас отыскать лучший вариант? Заметьте: я ничего не говорю про завтрашний день! Это вам решать. Более того, я с готовностью поделюсь известными мне сведениями о местных театральных компаниях. Какую бы искреннюю симпатию я к вам ни испытывал, прежде всего я уважаю вашу независимость и свободу. Немало примеров, когда нынешние звезды британской сцены начинали, как вы. Но все это надо оставить на будущее. А пока я приглашаю вас под свой кров – идти нам минут пять. Позвольте предложить вам руку. Нет? Вы сомневаетесь? Не доверяете мне? Неужели вы слышали обо мне нечто неблагоприятное?

– Возможно, – Магдален предпочитала уклониться от прямого ответа.

– В таком случае, могу я поинтересоваться, что именно? – капитан был подчеркнуто вежлив. – Не щадите моих чувств, говорите прямо.

Магдален колебалась с ответом, но потом вдруг выпалила:

– Мне говорили, что вы мошенник.

– В самом деле? Предположим, что так, я мошенник, – невозмутимо заявил капитан. – А кто, по-вашему, мистер Хакстебл?

– Почтенный человек, иначе его не пригласили бы в дом, где мы познакомились.

– Отлично! Весьма разумное заключение. Но минуту назад вы планировали поговорить с ими или написать ему. Как вы считаете, как должен поступить почтенный человек, если к нему обращается молодая леди и прямо говорит, что сбежала из дома, от родных и друзей, чтобы поступить на сцену? Милая девочка, если он станет вам помогать в этом деле, то станет таким же мошенником, как я.

Магдален горько рассмеялась.

– В этом есть своя правда, – признала она. – Спасибо, что напомнили мне об обстоятельствах, в которых я оказалась. Теперь мой черед просить прощения. Я рассуждаю как молодая леди с семьей и положением, а это абсурдно! Вы правы, капитан Редж. Я никто и могу смело ночевать под любым кровом, чем плох ваш?

– В таком случае, нам сюда!

Часы Минстера пробили без четверти восемь, капитан и Магдален прошли поверх Стены и спустились на Розмари-Лейн. В это время клерк из Лондона отдавал последние распоряжения подчиненным, а сам расположился на противоположном берегу реки, так, чтобы видеть дом мистера Хакстебла с некоторого расстояния.