Прочитайте онлайн Белый вождь | Глава XXXIIЗаросли

Читать книгу Белый вождь
2412+15187
  • Автор:
  • Перевёл: Литагент «Клуб семейного досуга»

Глава XXXII

Заросли

То, что сказал Карлос дону Хуану на вершине утеса, поразило скотовода подобно электрическому удару, стало для него непостижимым открытием. До тех пор наивный скотовод был уверен, что шел по следам индейцев, и его даже не поразило то, что следы эти снова возвращались в долину. Он предполагал, что дикари в этих местах еще кого-то ограбили, но об этом станет известно после того, как преследователи спустятся в долину.

Когда Карлос, указывая ему на крепость, сказал: «Она там!», дон Хуан с сомнением покачал головой, он просто не мог этому поверить.

Но после некоторых дополнительных разъяснений и минуты раздумья хватило, чтобы эти сомнения рассеялись. Он припомнил, как Вискарра вел себя во время праздника, вспомнил посещение комендантом ранчо Карлоса, разные другие подробности и убедился, что охотник на бизонов был прав.

Несколько минут бедный молодой человек находился в крайнем волнении, задыхался от нахлынувших мыслей и чувств, не мог произнести ни слова, его состояние было невыносимо мучительно. Он меньше страдал бы при мысли, что его возлюбленная находится во власти дикарей; своеобразные законы чести, принятые у индейцев относительно пленниц, давали бы ей надежду на то, что она сможет избежать унижения и мук, что жених и брат успеют явиться и оказать ей помощь. Но на что он мог надеяться, зная такого разбойника, как Вискарра!

И силы дона Хуана ослабели. Отъехав в сторону, он слез с лошади и упал на траву, охваченный горем и отчаянием.

Карлос еще оставался на утесе, устремив глаза на крепость. По-видимому, он обдумывал план. Он видел прохаживавшихся вдоль стен часовых в красных и синих мундирах. К нему даже долетали звуки кавалерийской трубы. Он заметил, как какой-то офицер, ходивший взад и вперед по террасе, остановился, чтобы лучше рассмотреть его.

Это было как раз в ту минуту, когда Вискарра заметил всадника, вид которого привел его в такой ужас. И, конечно, это не было видение, коменданту ничего не померещилось.

«Неужели это он? – подумал Карлос. – Очень возможно. О! Почему он находится не на расстоянии моего карабина! Но потерпите! Я отомщу ему».

Охотник подъехал к дону Хуану, чтобы посоветоваться о том, как действовать дальше. Позвали также Антонио, которому Карлос высказал свое предположение: его сестра – пленница в крепости. Разумный метис уже догадался об этом – он ведь сам был на празднике, видел поведение Вискарры и уже разоблачил тайну нападения мнимых индейцев. Его хозяину не требовалось тратить время на продолжительные объяснения.

Время было слишком дорого, чтобы тратить его на пустые слова. И Карлосу, и дону Хуану хотелось как можно скорее приступить к делу: может быть, в ту самую минуту девушка, обоим им родная и близкая, подвергается крайней опасности со стороны гнусного похитителя. Во что бы то ни стало надо поторопиться, чтобы успеть вовремя и спасти бедняжку!

Но каким образом спасти Розиту? Скрываться ли и бродить вокруг крепости, выжидая благоприятного случая, – это значило бы терять часы, а, может быть, и целые дни. Да, надо действовать открыто. Имеет же право брат потребовать возвращения сестры. Мысли путались, рассеивались, предположения мелькали самые ужасные. Какого случая и когда ждать? А если пройдет несколько дней? Дней – когда счет идет на минуты и секунды. С другой стороны, если открыто потребовать возвращения девушки, полковник может прибегнуть к лжи и уверткам и отказать в просьбе как абсолютно бессмысленной. Что же делать? Это было единственным средством, – по крайней мере, общество узнало бы о преступлении. Несмотря на унижение и рабство простых жителей, они, может быть, приняли бы сторону брата, требовавшего возвращения сестры, и кто знает, не пошли бы сами с требованиями вернуть Розиту и не заставили бы виновника возвратить девушку?

– Если мы не спасем ее, – воскликнул Карлос, скрежеща зубами, – я отомщу ее похитителю, пусть бы это грозило мне петлей!

– И я клянусь! – воскликнул дон Хуан, сжимая рукоятку кинжала.

– Почтенные мои господа, – сказал Антонио, – вы знаете, что я не трус, я ваш помощник и готов за вас пожертвовать жизнью, но это страшное дело! Здесь необходимо действовать крайне осторожно и осмотрительно, а иначе все погибло.

– Правда, – согласился Карлос, – я обещал матушке быть осторожным. Но что же нам делать? Как быть осторожным? Надо ли выжидать… О Господи!

И все трое замолчали; ни один подходящий план не приходил им в голову. Действительно, слишком сложным было их положение. Негодяй, державший Розиту в какой-нибудь глухой камере, не мог возвратить ее, не обнаружив своей виновности. За исключением двух-трех сообщников, солдаты гарнизона ничего не знали о гнусном похищении. Если бы Карлос вздумал прямо рассказать обо всем этом, его бы подняли на смех, схватили и подвергли бы наказанию. Чего ему было ждать от правосудия? Сан-Ильдефонсо подчинялся военному управлению, сохраняя лишь слабую тень гражданской власти, на которую нечего было рассчитывать невинному, она всегда поддержит его противника. При этом обвинение, выдвигаемое против Вискарры, основывалось на таких фактах, которые были известны только людям, часто общавшимся с индейцами, и которые никогда не поймут те, к кому можно было бы обратиться. Если бы полковник и решился оправдываться, то он легко объяснил бы, почему следы снова повернули к городу; Карлоса же сочли бы просто сумасшедшим. Уже по самой своей жестокости преступление казалось невероятным. И им никто не поверит.

Итак, ни с какой стороны ниоткуда не предвиделось успеха: выжидание гибельно, открытое обвинение бесполезно ввиду отсутствия власти, достаточно могущественной для его поддержки. Помощи ждать было неоткуда.

Однако охотник на бизонов нашел средство. Обдумывая положение некоторое время, ни с кем не разговаривая, он, видимо, придумав какой-то план, заговорил:

– Друзья! – сказал он твердым голосом. – Единственный способ возвратить сестру – это открыто потребовать ответа, прийти и сделать это не позже, как через час. Я не переживу часа, не попытавшись выручить сестру. Я придумал план, который, конечно, не из самых осторожных, но время не терпит, и у меня нет другого средства. Думать больше нет времени. Вы слушаете?

– Мы ждем!

– Безрассудно было бы нам всем, вооружившись, идти на крепость: там сто человек гарнизона, и наши двадцать тагносов, несмотря на самую отчаянную храбрость, не в состоянии превзойти сотни солдат гарнизона. Слишком неравные силы! Я поеду один.

– Один?

– Да, я постараюсь увидеться с Вискаррой. Мне больше ничего не надо. Он – тюремщик Розиты. Когда тюремщик спит, пленницу можно освободить. И он уснет!

И Карлос невольно схватился за рукоятку кинжала, висевшего на поясе.

– Он уснет, – продолжал охотник на бизонов, – и уснет очень скоро, если только судьба мне поблагоприятствует. Дальнейшее меня не беспокоит, мне не до того! Если сестра погибла, что значит жизнь для меня!

– Но как же ты добьешься свидания с ним? – спросил дон Хуан. – Он безусловно откажет тебе. Не лучше ли тебе переодеться? Возможно, тогда легче будет проникнуть к нему.

– Это не легко с моими светлыми волосами и белым цветом кожи. Да и для этого потребовалось бы слишком много времени. Поверь мне, я не испорчу дела излишней смелостью. У меня есть повод видеть коменданта. Если он мне откажет, я не стану напрасно упорствовать, устраивать дебоши, и ни один из этих негодяев не узнает настоящей цели моего посещения. И тогда я обращусь к тебе за советами и последую им, но теперь не могу больше медлить. За дело! Я думаю, что это он прогуливается вон там, по террасе, и вот почему нельзя больше ждать. Если это он…

– А что же делать нам? Не можем ли мы чем-нибудь быть полезны? – спросил дон Хуан.

– Сможете, наверное… Если мне придется бежать. Вы можете помочь мне в моем бегстве. Едем, я вам покажу, где меня ждать, едем скорее, потому что каждая минута равняется дню. У меня горит голова! Вперед, друзья!

Карлос вскочил на лошадь и начал быстро спускаться по крутой тропе вниз, в долину.

У подошвы утесов дорога, поворачивая к крепости, шла через почти непроходимые заросли различных кустарников всякого роста и вида. Впрочем, здесь было несколько тропинок для прогона скота, и по одной из них всадник мог подойти незамеченным на полмили к крепости.

Антонио, живший некоторое время неподалеку отсюда, превосходно знал все эти тропинки и провел весь отряд незаметно для часовых до самого ближайшего места к стенам крепости. По приказанию Карлоса все сошли с лошадей и спрятались в кустарниках.

– Оставайтесь здесь, – сказал охотник дону Хуану. – Если я уйду оттуда с лошадью, то прискачу прямо к вам, если же мне удастся уйти пешему, то у меня слишком надежные ноги, и я смогу с быстротой серны перебежать это расстояние, так что им меня не настигнуть. Когда возвращусь, я скажу вам, как действовать дальше.

И вдруг, схватив за руку дона Хуана, он отвел его на самый край опушки.

– Посмотри, дон Хуан, – сказал Карлос, – ведь это он, клянусь Небом, он!

И Карлос указал на плоскую крышу крепости.

– Да, это комендант, – подтвердил дон Хуан, – я узнал его.

– Довольно! Не могу больше ждать. Необходимо действовать теперь же – или никогда! Если я возвращусь, я объясню, что делать; если же не возвращусь, значит, я убит или арестован. Оставайтесь здесь до самой поздней ночи. Если даже меня арестуют, то я могу еще спастись. Их тюрьмы не крепко запираются, притом у меня есть золото, которое отпирает всякие двери. Прощай, мой верный друг, прощай!

И, пожав руку дона Хуана, Карлос вскочил на лошадь и поскакал.

Желая как можно дольше оставаться незамеченным, он не поехал прямо к крепости. Одна тропинка, пересекавшая заросли, выходила на дорогу, ведущую к крепости, и по этой тропинке отправился Карлос. Антонио, проводив его, вернулся к остальным.

Едва выехав из кустов на дорогу, Карлос пустил лошадь галопом и смело поскакал к воротам крепости. Ни на шаг не отставая, за ним следовал его верный пес Бизон.